Королевство Огня и Звёздного света

***

Лайя приходила несколько дней подряд, её волшебные руки творили чудеса, это действительно помогало мне расслабиться. В один из дней она созналась, она не просто служанка, а целитель. Рассказала как Эрис когда-то спас её и помог.  Сам он появлялся редко. Иногда за ужином, иногда на прогулках с гончими. Он держался ровно, но будто издалека. Разговоров было мало. Его взгляд был туманным, как будто он всё время был где-то ещё. Два дня назад у него пошла кровь из носа прямо во время обеда. Берон наблюдал пристально. Эрис же лишь отмахнулся с усмешкой: — Эксперименты с ядами. — Твои братья, несомненно, обрадуются, — протянул Берон, смотря на тех, кто улыбался слишком широко. — Но наследнику не стоит так играть с судьбой. Он не ответил. Просто стер кровь салфеткой и продолжил есть, как будто всё было в порядке. Тревога не покидала меня с той минуты. Стойкое ощущение что что-то надвигается повисло в воздухе.  Однажды вечером я лежала на кровати, лениво перелистывая страницы романа, но смысл ускользал. Буквы расплывались, а мысли упорно возвращались к нему. Кольцо на пальце от эмоций словно потяжелело. В нём пульсировала не просто тревога, а нечто гораздо глубже: сдерживаемый страх, злость, и под ними — глухая тоска. Я встала и пошла к Эрису, как под гипнозом. Как будто знала что мне нужно быть рядом. Коридор был полутемным и странно тихим. Я постучала. Через пару секунд дверь отворилась. Эрис стоял на пороге бледный, глаза тусклее, чем обычно. — Что-то случилось? — тихо спросила я. Он не ответил сразу. Просто обвёл взглядом пустой коридор и, не говоря ни слова, взял меня за запястье и втянул внутрь. Эрис стоял напротив неподвижно, спина была прямой, а руки покоились в карманах. От всей его фигуры исходило ощутимое напряжение. — Это Берон? — начала я, — Он снова что-то сделал? Эрис будто вышел из забытья, бросил на меня быстрый взгляд, в котором мелькнуло удивление. — Я чувствую, что тебе плохо, — пояснила я, добавив тише: — А ещё больно.  Лицо оставалось непроницаемым, но на подбородке дрогнула жилка, и я заметила, как пальцы его чуть сжались. — Ты чувствуешь, — повторил он, больше себе, чем мне.  В следующую секунду его взгляд остановился на кольце, и зрачки расширились. Эрис понял, что я улавливаю его эмоции. Он резко развернулся к окну, будто получил удар. — Эрис, — осторожно произнесла я, чувствуя, как внутри нарастает тревога. — Расскажи мне. Я пойму. Он выдохнул резко и устало, как будто этот разговор вызывал в нём физическую боль. Откинул голову назад, закрыл глаза и на миг замер, будто борясь с собой. Когда он снова посмотрел на меня, маска уже была на месте — отточенная, холодная, идеально безразличная. — Дело в том, Вэлари, — проговорил он медленно, — что мне не нужно твоё понимание. Я почувствовала, как кольцо заныло ложью. Внутри меня загорелся тихий гнев. Не на саму фразу, а за то, что он снова прячется. Притворяется, будто ему всё равно. Тогда как я пришла с открытым сердцем, зная, что внутри него шторм. — Зачем ты это делаешь? — голос у меня дрогнул, но я удержалась.  — Потому что такова цена, Вэлари. Выбор, где на кону всё, — его голос был острым, будто клинок.  Я сделала шаг назад. Обида защемила где-то глубоко в груди, там, где уже было слишком много ран. — Я пришла, полагая, что тебе может понадобиться поддержка, — сказала я резко. — Но похоже ошиблась.  Развернулась, уже не скрывая разочарования, и потянулась к двери. — Вэлари, — его голос звучал властно, но в нём проскользнуло нечто уязвимое. Я замерла. Рука зависла над ручкой, в ожидании.  Эрис подошёл, медленно. Я повернулась, и он, не говоря ни слова, коснулся моего затылка уверенным движением, другой рукой обхватил лицо. Его пальцы были горячими, он заглянул мне прямо в глаза. — Ты должна ненавидеть меня, — выдохнул он, почти касаясь губ. — Почему? — дыхание сбилось, сердце билось гулко, отдаваясь в ушах. — Потому что это справедливо, — прошептал он и поцеловал, резко, будто в последний раз. Мои губы сами приоткрылись в ответ. Не знаю, сколько длился этот миг. Время словно исчезло. Но он отстранился первый. Медленно. Как будто каждое движение отдавалось болью. Он выдохнул, и в тот же миг кровь капнула с его носа. — Эрис, — я шагнула ближе, но он сделал резкий шаг назад, отвернувшись. — Уходи, — хрипло попросил он.  — Дай я... — Я сказал, уйди! — рявкнул, не оборачиваясь. Мои ноги будто приросли к полу. Кольцо на пальце пульсировало болью. Такой глубокой, что я едва не задохнулась. Не найдя слов я просто шагнула к двери. Прежде чем выйти, услышала: — Тебе нужно держаться подальше, Вэлари. Иначе… всё станет сложнее. Коридор встретил меня тишиной, давящей на виски. Сердце колотилось, всё пережитое оставило горький осадок. Больше не было сил участвовать в спектакле, где он то приближает, то отталкивает. Если бы я не знала, кто он на самом деле, если бы не кольцо… Я бы возможно поверила.  Но не только это меня тяготило. Меня тревожило, как он выглядит: словно что-то высасывает из него силы. Очевидно, что что-то происходит, и он справляется в одиночку, в привычной тишине.  Во что бы то не стало, мне нужно узнать правду, не для того чтобы спасать, а потому что мне не всё равно. Возможно, даже больше, чем я готова признать.

***

Следующий день прошёл на удивление спокойно. В замке было непривычно тихо. Я долго сидела у окна, наблюдая за тем, как в саду играют лучи на золотистых листьях.  Лайя зашла всего один раз,  принесла свежий чай с лавандой и тихо ушла, оставив меня наедине с книгой, в которой я наконец-то начала улавливать смысл. Пахло травами, в коридоре кто-то вполголоса смеялся, а я позволила себе поверить, что, может быть, всё чуть менее тревожно, чем казалось. Но тишина редко бывает вечной. Она приходит перед бурей, чтобы дать передышку, прежде чем мир снова содрогнётся. Когда ко мне пришла стража сказав что Верховный Правитель ждёт меня в тронном зале, я почти не удивилась. Но в животе всё скручивалось, словно в узел, пока я шла по коридорам. Звук шагов отлетал от стен, словно тикание часов которые приближали беду.  Тяжелые двери тронного зала открылись, и я вдохнула запах густой горечи и злости.  Берон пристально смотрел на меня, во взгляде тлело предвкушение расправы. Эрис стоявший неподалёку, побледнел увидев меня, его глаза переместились на Берона.  — Отец? — поднял он бровь стараясь звучать небрежно, — что это значит?  — Поверь, Эрис, — ядовито усмехнулся Берон, — нас ждёт весьма занимательное зрелище. Каждое его слово впивалось в кожу, как иглы. Я заставила себя сохранить спокойное выражение, учтиво поклонилась.  — Ну что, Вэлари, — прогремел он, наслаждаясь моментом, — поведай нам, как ты соблазнила моего сына, пыталась его отравить, а затем собиралась поднести Ризанду в подарок Двор Осени.  Я оцепенела. Сквозь кольцо на пальце хлынула ярость Эриса. Мы оба поняли, Берон решил устроить показательное представление. — Не понимаю, о чём вы, Правитель, — произнесла я, изо всех сил стараясь, чтобы голос не дрожал. — Не притворяйся! — Он подался вперёд, глаза вспыхнули гневом. — Признайся, и, быть может, ты избежишь худшего. — Это, должно быть, какое-то недоразумение, — вмешался Эрис, его рука незаметно скользнула в карман. — Вэлари, всё время находилась под моим присмотром. Берон медленно повернул к нему голову, в голосе зазвенела сталь: — Об этом я прекрасно осведомлён. Но ты видимо пал жертвой чар и просто потерял волю. А потому пора развеять эти иллюзии. Он взмахнул рукой и волна огня стремительно понеслась ко мне. В ту же секунду Эрис отбил удар и вознёс вокруг меня защитное кольцо пылающего пламени. Его магия... она была не такой яркой как раньше, словно её кто-то подавлял. — Вот ты и выдал себя, сын, — торжествующе произнёс Берон, яд сквозил в каждой интонации. Братья Эриса с хищными ухмылками двинулись в нашу сторону, но Эрис перегородил им путь, передо мной.  — Твои братья сообщили мне, — продолжал Берон с язвительным наслаждением, — что твоя драгоценная невеста какое-то время провела в наших подземельях. Выходит ты был с ней заодно? — Ты ошибаешься, отец, — Эрис пытался сохранять спокойствие, но голос дрогнул.  — Правда? И когда вы двое намеревались захватить трон? — Берон сощурился, затем ткнул пальцем в мою сторону. — Ты будешь казнена за измену, и даже Ризанд не сможет помочь.  Меня била дрожь, в горле пересохло. — А ты, наследник, — повернулся он к Эрису, — будешь гнить в темнице. Эрис не шелохнулся. Лишь тонкая струйка крови стекала из его носа, оставляя алую дорожку на бледной коже. У меня внутри всё сжалось.  Берон не стал дожидаться ответа. Его ладонь взметнулась, в неё собралась магия, и он метнул пламя. Эрис отреагировал мгновенно, его ответный удар встретился с отцовским. Вспышка ослепила, магии столкнулись. Часть стражи уже окружила нас: одни вставали на защиту Эриса, другие подчинялись Берону. — Ты слишком слаб, щенок, — процедил Верховный Правитель. — Истощён и жалок. — Возможно, ты сильнее, — тихо согласился Эрис. — Но у меня есть то, за что стоит бороться. И это важнее любой силы. Но не успел он закончить, магия Берона полоснула по нему, отбросив к стене. Эрис рухнул, оставив кровавый след на каменном полу. Я вскрикнула бросаясь к нему. Берон, пошатнулся. Он был ранен и полон ярости. Прежде чем нанести удар снова, за его спиной вспыхнул силуэт, Леди Двора Осени с глухим звоном ударила его по голове. Правитель качнулся, потеряв равновесие, осыпая проклятьями. — Эрис, — прошептала я, прижимая его голову к себе дрожащими руками.  Он приоткрыл глаза, еле фокусируя взгляд.  — Сними с меня кольцо, — тихо попросила я.  Эрис замер, осознав о чем я прошу. Потянулся к моей руке, обхватывая металл пальцами, моё сердце билось как бешеное. К нам уже приближались его братья, а Берон, потеряв всякий контроль, ударил мать Эриса, её тело отлетело в сторону, безвольно рухнув на пол. Огонь Берона снова понесся в мою сторону. Магия вскипела во мне, плотная и жгучая, но прежде чем я успела её направить, меня подбросило в воздух обжигающей волной.  Внутри меня ожила тьма, и вырвалась в ответ на угрозу. Берон поднял магический щит. Но моё чёрное пламя, прорвалось сквозь завесу огня, оставив следы на его коже. — Ты… — в его глазах мелькнул ужас. Братья Эриса мгновенно отшатнулись, стража замерла в нерешительности.  — Ну же ты, Верховный Правитель, — сказала я, тяжело дыша, и медленно поднялась на ноги. — Тебе не идёт страх. Берон едва держался на ногах, всё ещё отбиваясь от неистового чёрного пламени Оркуса. Эрис, уже поднялся и, пока отец был занят, метнул в него артефакт, тот самый камень, вбирающий силу. Как только он коснулся Берона, ослепительным светом, тот затих. Магия его угасла, словно кто-то задул свечу. — Пощады не ждите. Вы оба сдохнете, — гневно прохрипел он. — Отец, — в голосе Эриса не осталось ни страха, ни сомнений. — Ты лишился силы, не трать последние на угрозы. — И что теперь, сын? — его лицо побагровело, а руки дрожали от ярости. — Убьёшь меня?  — Убить? Ну что ты, — Эрис выпрямился, насколько позволяла рана, жгущая в боку. — Это было бы слишком просто. И слишком милосердно для тебя.  Кровь всё ещё стекала тонкой линией из носа. Он осторожно шагнул вперёд, будто мир под ногами раскачивался. — Я найду для тебя участь, достойную твоих деяний. Чтобы ты прочувствовал последствия каждого из них. До самого конца. — Его взгляд был ледяным, как будто в нём больше не осталось ни ненависти, ни страха, только пустота. По его короткому кивку стража шагнула вперёд, замыкая кольцо. Берон метнул в сына последний презрительный взгляд, но не дёрнулся. Только губы скривились в ухмылке, всё такой же уродливой, как и его сердце. — Отдай мне титул добровольно, или я заберу его силой. — продолжил Эрис, голос его обрёл новую сталь. — Поверь, я умею убеждать, ты сам был моим учителем. Берон плюнул ему под ноги, выдохнул с усмешкой: — Лучше бы ты убил меня, мальчик. — Я не ты, — ответил Эрис, сверкнув глазами. — Уведите. Когда стража потащила Берона прочь, он всё ещё кричал, что он правитель и все заплатят за это. Эрис смотрел ему вслед, пока тот не скрылся за дубовыми дверьми.  Я застыла, не в силах проронить ни слова, моя магия затаилась, словно хищник в засаде. — С вами я тоже разберусь. Позже, — Едва заметно покачнувшись, Эрис повернулся к братьям. Те инстинктивно отступили, побледнели. Лишь один из них порывисто вздохнул, но Эрис уже отвернулся.  — Вэлари, — произнёс спокойно, ни одна эмоция не прорвалась сквозь привычную маску. Я сделала шаг вперёд, ноги казались ватными. — Я сдержал слово. — произнёс он холодно, чётко, будто читал заранее заготовленный приговор. — Ты свободна от помолвки. Можешь вернуться в Двор Ночи. Меня будто окатило ледяной водой. — Вот как, — проговорила я медленно. — Значит, всё это было только ради трона? Эрис просто молча смотрел, рыжие волосы разметались на плечах.  — Это было спланировано, верно? — выдавила я с усилием. — Ты заставил Берона поверить в нашу близость, в то, что я для тебя больше, чем фиктивный брак.  — У нас обоих были свои интересы, — он склонил голову, во взгляде не было ни отрицания, ни сожаления.  В груди что-то болезненно сжалось, но я не позволила себе дрогнуть. — Поздравляю, Эрис, — горько улыбнулась я, ощущая расползающуюся пустоту в груди.  Он не сдвинулся с места. Только в глазах промелькнула вспышка, слишком быстро, чтобы уловить. — Мне нужно навести здесь порядок, — тихо сказал он. — Позови Ризанда. Он поможет тебе. Эрис сделал шаг в мою сторону. Янтарные глаза были потускневшими, полными усталости.  — Я буду приходить, чтобы поддерживать магию, — он поднял мою руку, надевая кольцо мне на палец.  Магия во мне замерла — подавленная, укрощённая. Я проглотила комок в горле. Всё, что я чувствовала, утонуло в тишине. Эрис кивнул стражникам и направился к выходу. Шаги его были медленными, тяжёлыми. Когда двери за ним закрылись, я всё ещё стояла посреди зала. Пустота внутри разрасталась, заполняя каждую щель. Рядом оказалась Лайя. Она молча взяла меня за руку: — Пойдём скорее, — тихо попросила она, плавно перенося нас в перебросе. Мы очутились на границе Двора Осени. Я дотронулась до кулона. Кодовое слово сорвалось с губ. — Лайя, расскажи мне правду, — мои пальцы удержали её запястье, не давая уйти. — Что с ним? — Я не могу, — прошептала она, отводя взгляд. — Меня связывает клятва. — Но он… — я сделала шаг ближе, голос дрогнул. — Он умирает? Из-за того, что сдерживает силу кольца? Её молчание было слишком красноречивым. — Я не имею права говорить, — наконец выдохнула она, и в её глазах промелькнула боль. — Но ты чувствуешь правильно. Ноги подкосились. Я едва устояла на месте.  — Что будет дальше? — спросила я, пытаясь удержать голос ровным. — Его осудят? — Совета не избежать, — подтвердила Лайя, качнув каштановыми волосами. — Не все поддержат Эриса, несмотря на ненависть к Берону. Его либо признают… либо казнят. Я сжала кулаки. Всё было так хрупко. — А сейчас? — выдохнула я. — С ним всё будет в порядке? — Да. Он истощён, но… восстановится.  Облегчение на миг затопило грудь. Но тут же вернулся страх. — Но если он продолжит носить кольцо… — У него точно есть план, — произнесла она, глядя куда-то вдаль. — Подробностей я не знаю. Но Берон как видишь, вмешался в ход событий. Я смотрела на неё, пытаясь понять. Лайя повернулась ко мне. В её глазах была печаль. — Вэлари, помни: всё не так, как тебе кажется.  Горло сжалось. Слёзы подступили к глазам. — Он использовал меня, — прошептала я.  Лайя слегка вздрогнула, молча коснулась моей кожи, залечивая ссадины. Магия была тёплой, успокаивающей. Прежде чем я успела спросить, что она имеет в виду, Лайя исчезла в перебросе. Мир будто замер. Я не слышала ничего, только гул мыслей в голове. И вдруг из воздуха возникла Мор. — Риз сказал, ты подала сигнал? Что случилось? — Карие глаза блестели напряжением. — Уходим, — сказала я устало. — Расскажу позже. Через несколько перебросов мы оказались возле дома у реки. Вдохнув родной запах, слёзы вдруг сами полились из глаз. — Всё хорошо, ты дома. — Мор прижала меня к себе, её рука медленно скользила по моим волосам.  Я почувствовала, поток воздуха, и рядом возник Ризанд. Брат изучал меня внимательным, тяжёлым взглядом. — Я в порядке, — вытирая щеки сказала я, обняв его за шею. — Эрис сверг Берона. Риз напрягся. — Берон жив? — Его фиолетовые глаза стали холоднее. — Да. Заточён. Пока мы шли к дому, я сбивчиво рассказала всё что произошло. Риз выслушал внимательно, и замер у порога. В его лице отразилось беспокойство. — Значит Эрис освободил тебя от помолвки? — уточнил он, задумчиво глядя на бирюзовые воды Сидры. — Да, — ответила я, и у меня снова кольнуло неприятное предчувствие.  — Я рад, что ты вернулась, — сказал брат искренне, коснувшись моего плеча. — Сейчас мне нужно связаться с Верховными. Отдохни пока, позже если захочешь, поговорим. Он скрылся за дверью. А я пошла в комнату, в которой обычно гостила. Желая смыть с себя этот день, я сразу прошла в купальню. Я сидела так долго в воде, что она почти остыла. Прокручивая снова и снова, в голове всё, что случилось и слова Лайи.  Эрис лишился силы, из-за сдерживания моей тьмы. Я не могла допустить такого развития событий, ведь он всё это время мне помогал. Но я злилась, что он не посвятил меня в свои планы, использовал меня и мою силу, хотя в глубине души я отказывалась в это верить. Может он не смог просчитать все варианты, и просто реагировал по обстоятельствам?  Я закрыла лицо руками, пытаясь сохранить равновесие. Но пора было наконец признать: мне совсем не всё равно. Холод пробежал по спине при мысли о его возможной казни. Нужно было дождаться Риза, возможно, ему удастся что-то узнать. Почему Эрис не доверился мне, не сказал правду? Хотя я знала ответ: если бы он сказал, что умирает из-за меня, я бы обязательно попыталась это исправить.  Теперь, когда все события сложились в единую картину, оставался один вариант… и он совсем мне не нравился.

***

В столовой дома у реки разливался гул голосов и звон бокалов. Воздух был наполнен запахом свежей выпечки и душистого вина.  Я сидела между Мор и Фейрой, медленно накладывая себе ещё пюре — машинально, не ощущая ни вкуса, ни желания есть. Кассиан громко спорил с Амреной о чём-то бессмысленном, возможно, о рыбной подливке. — Фейра, скажи ему, — Мор весело улыбалась, — это была идеальная выпечка. Он просто завидует, что не он её испёк. — Кассиан и кулинария, вещи несовместимые, — заметила Фейра с добродушной улыбкой, — если только речь не о том, как сжечь кухню. — Один раз! — возмутился Кассиан, размахивая вилкой. — К тому же вы видели, что что-то пошло не так. Вы все соучастники. — Мы свидетели, — хмыкнул Азриель. Их голоса доносились до меня издалека. Тишина в кольце давила на грудь. Почти сутки, и ни одного отклика. Лишь тонкий, затихающий импульс. Сжав кулаки под столом, я пыталась не дать волю переживаниям. — Никаких вестей от Двора Осени? — спросила я Риза, стараясь, чтобы голос прозвучал ровно. Риз покачал головой. — Тишина. Никто не знает что происходит внутри. — Он посмотрел на меня, пристально. Брат знал.  Все они знали, даже если не говорили вслух. Я читала это во взглядах: в том, как Мор слегка сжимала мою руку, как Фейра молча садилась рядом. — Тени тоже не смогли узнать, — тихо сказал Азриель.  — Может, они просто заняты своими разборками, — заметил Кассиан с набитым ртом. — Всё же Берона заточили, не забудьте. Им сейчас не до писем. — Или они не хотят, чтобы другие Дворы знали, что происходит, — пробормотала Амрена. — Политика всегда держит паузу дольше, чем нужно. Особенно если кто-то у власти шатко стоит на троне. Фейра перевела взгляд на меня. — Если что-то случится — мы узнаем. И поможем, — сказала она негромко, но твёрдо. Я кивнула. Благодарность вспыхнула внутри, но не растопила лёд. Смех снова поднялся за столом. Кто-то вспомнил, как Азриель однажды подшутил над Кассианом, спрятав его доспехи на крыше. Кто-то вспомнил заколдованный десерт, как он взорвался в лицо Мор, и та грозилась мстить всю неделю.  А я... сидела среди них. И всё же была не здесь. Я всё ещё была там. В тронном зале Двора Осени. В том мгновении, когда его кровь коснулась камня.  И если кольцо затихнет совсем… Я даже не смогу ему помочь.