STW A-137: Проект Тобирама

Он невольно теребил заусенец на пальце и прикрыл глаза. До сих пор не мог поверить в то, что прочитал… и увидел. Словно кто-то изнутри разрушил его пирамиду принципов, взглядов, убеждений. Кулон на шее давил, будто затянутая верёвка. Через неделю должна была начаться встреча джинчурики — а он до сих пор прокручивал в голове каждое слово, каждую крупицу информации, которую узнал.

***

Риссю, 10-й солнечный день 1487 год, Мир 1.12.00 Запись 00:00:01 Два года. Сто сорок четыре малых сезона. Листья опадали, трещали ветви, увядали цветы. Но всякий раз что-то вновь рождалось — тянулось к свету, зрело, падало… Цикл продолжается. Бесконечный, как всё живое. А его аниджи больше нет. Он выиграл — да, победил. Но не уничтожил зло, лишь отрубил самые явные ветки, оставив корни гнить в тени. Мир сошел с ума, земля начала тухнуть, словно если бы его брата разозлили, и мокутон восстал против человечества. Конечно, Мито долго плакала. А я… моё сердце тоже тону́ло в слезах, только по-своему — без звука, глубоко внутри. Сначала люди радовались. Радовались, когда та женщина погибла, оставив после себя лишь пепел. Но именно тогда пошёл отсчёт. Хотя, если быть честным… он начался куда раньше. Просто никто не замечал. Паразит уже пустил корни, глубоко вгрызся в землю. Если говорить о первых знаках, то стоило бы обратить внимание не на очевидное, а на малое: на бактерии, на насекомых. Иногда самое незаметное кричит о самом важном. Это ещё в детстве нам с Хаширамой повторял учитель по врачеванию. Я приложу запись — с того момента, с которого всё по-настоящему началось. Не небо, не земля, а море ответило первым. Точнее — морская цианобактерия.Крошечное, почти невидимое существо, и всё же одна из основ нашего дыхания, нашей жизни, нашего мира.Прошло всего четыре часа с того момента, как древо Ооцуцуки пустило корни — и достигло первых подземных источников воды.Цианобактерия мутировала. А вместе с ней начал меняться воздух. Природа дрогнула. Начала искажаться. Стало труднее дышать, животные как и люди стали чаще болеть, появлялись старые и новые заболевания. Мир начал чахнуть. Кажется, именно тогда я проснулся — как будто вынырнул из-под толщи воды, жадно хватая воздух. И начал действовать. Сегодня, ближе к обеду, они основали первый полигон — место, где начали готовить медиков и обучать шиноби работе в новых условиях. Сацуки Нара поднял вопрос на совете: возможно, вскоре соберут международную встречу. Честно говоря, я не знаю, что делать. Во мне нет сил. Голова будто вот-вот лопнет от напряжения, а сердце болит каждый раз, когда я вижу, как люди теряют себя… превращаются в дикарей. Это всё становится слишком. Так не хватает тебя, Хаширама. Ты бы знал что делать, знал бы как вести людей… Но сейчас…Сейчас мне нужно придумать, как затормозить процесс гниения. Вчера я наткнулся на одну старую запись — о естественном обмене чакры в природе. Возможно… Возможно, это и есть первый ключ. Не к победе. А хотя бы к тому, чтобы замедлить распад. Узнаю после того как пройдет совет.

***

Риссю, 22-й солнечный день 1487 год, Мир 1.12.00 Запись 00:00:02 Странно. Странно будет, если кто-то когда-нибудь откроет это… и прочтёт. Но я всё равно пишу. Уже почти двенадцать дней прошло, я сбился со счёта, если честно. Только цифры держат меня на плаву. С кланом Юки кое-как получилось — мы смогли обозначить границу. Обвести наш мир по краю, словно нацарапать имя на льду, пока он ещё не треснул. Люди из Храма Огня… тоже были. Нужны были. Без них никак. Хотя... всё это всё равно как будто во сне. Я выбрал числа 1 и 12.И сам не понял — зачем. Просто... рука сама написала. Начало и конец. Может, это попытка ухватиться за логику. Думать, что всё под контролем. Что есть отправная точка. И что будет финиш. Иначе с ума сойти можно. Я оставил нули там, где ещё ничего не известно. Где должна быть дата, координаты, смысл... пусть будут нули. Пустота, пока что. Хочу верить, что если кто-то это найдёт — он поймёт: всё началось не просто так.Что было зерно.Что был выбор.Что был… кто-то. Утро началось в офисе Хокаге. Пришлось задержаться — составить план по распределению продовольствия, продумать приоритеты строительства, помочь больным, подумать о животных и растениях. Микота Мизуки помогла с отчётами — молча, точно, будто тоже старалась отвлечься. После мы вместе спустились в лабораторию для новых анализов. Честно… с утра я был на взводе. Волновался.Отряд Кохаку ушёл на разведку — в те дальние регионы, где раскинулось Древо. Мальчишка храбрый, да, но всё же... ребёнок. Я не верю в богов, но если хоть что-то там наверху есть — Ками, защитите его. Пожалуйста. Я ведь уже упоминал Совет.Четырнадцатый день.Главы кланов были как на иголках. Не просто раздражённые — зажатые, обозлённые, как звери. Бились за контроль, теряя его с каждым словом. Как же не хватает Хаширамы. Он бы одним взглядом внёс покой. Я постарался. Дал им зерно ясности, точки опоры — пусть крошечные, пусть зыбкие. Наши лабораторные исследования с Нара и Яманаки начали приносить плоды. Пока крохотные. Если теория подтвердится… если взаимодействие чакры и печати Мито действительно способно влиять на этот процесс... тогда есть шанс.Тогда можно будет спасти. Хоть что-то. Кого-то. Осталось только одно — получить образец Древа.

***

Канро, 13-й солнечный день 1487 год, Мир 1.12.00 Запись 00:00:03 Пришлось на время прервать записи. Два месяца исследований показали, насколько этот паразит — живуч, гибок, умен. А ведь это был всего лишь осколок корня. Но он боролся — за жизнь, за рост, за силу. Тянулся к чакре, впитывал её жадно, словно понимал, чем питается мир. Он учился. А это значит, что и само Древо... не просто живое. Оно разумное. Цена эксперимента была высокой. Проглатывать последствия пришлось с каменным лицом и сжатыми губами. Кохаку потерял руку. Сам выглядел истощённым, сломанным. Глупец — ему не стоило идти, но они держались за него так, будто он непогрешим. Наивность. И слабость. Я зол. Не на него. На себя — за допущенные переменные. Тем не менее, мы выявили ключевое: если Инь и Ян накладываются на зону роста — существо теряет подвижность. Энергетическая блокада обнуляет его волю. Священники из храма оказались полезными. С Мито мы выстроили схему. Она согласилась — несмотря на риски. Неделей ранее состоялся Совет. Присутствовали даймё Страны Огня и приближённые других провинций. Если печать сработает, начнётся фаза изоляции. Деревни и города будут ограничены. Запасы — мобилизованы. Предупреждение дано. Времени — мало. Но одна мысль не даёт покоя. Почему даже силы аниджи — Хаширамы — не хватило, чтобы уничтожить это полностью? Что он видел, чего не упомянул? Мику из Храма указала на старые архивы. Записи времён до Основателей Кланов. Возможно, именно там спрятан фрагмент истины. Сегодня я займусь этим. И, если останется время, продолжу работу над усовершенствованием техники Бога Грома.

***

Дайкан, 4-й солнечный день 1489 год, Мир 1.12.00 Запись 00:00:04 Эксперимент, наконец, увенчался успехом. Корни Древа остановлены — они больше не расползаются за пределы наложенной печати. Природа вокруг сохранилась: ни реки, ни микрофлора, ни даже крошечные водяные насекомые не пострадали. Все живое дышит, как и прежде. Это было первое настоящее облегчение за многие месяцы. Но я не питаю иллюзий. Печати не вечны. Хьюга и Узумаки пришли к одному и тому же выводу — энергия в них убывает Я начал думать — а если... если подпитывать? Постоянно. Как сосуд. Кувшин. Он же испаряется со временем, но можно долить — снова и снова. Два года. Чёртовы два года теорий, расчетов, проб. Ответ — да. Возможно. Если есть два человека, носители противоположных энергий, с сильной чакрой — они могут заполнить печать так, что её хватит на тридцать лет. Тридцать. А если один из них — с большей чакрой? Возможно... тогда срок растягивается. Почти линейно, но не совсем — кривая другая, я ещё не закончил расчёт. Это не просто подпитка — это как сосуд в сосуде, энергия обтекает, но остаётся в ядре. Нужно пересчитать. Позже. ДНК брата — всё ещё у меня. Не знаю зачем хранил. Но пригодилось. Добровольцы нашлись. Трое. Один — с шансом. Если ген приживётся, если Мокутон пойдёт — я смогу вырастить стены, настоящие. Не строить, не камень — живое. Растущее. Самовосстанавливающееся. Но это... всё слишком. И глубоко. Всё утопает в сложности, а я не спал уже — сколько? Десять? Двенадцать дней? Сон. Слово странное. Далёкое. Забытое. Я читаю, перелистываю, заново, с начала. Все эти древние документы, тексты, сношения. Я пытаюсь увидеть то, что пропустили. Но всё будто скользит. Ответ есть, я знаю, он есть. Просто... где? Нара-сан сказал: Песок. Там нашли след. Биджу. Не пойман, но ощущен. Связь возможна. Я должен... я должен понять. Может, это — ключ. Может, их сила — единственный способ продлить барьер. Или остановить... нет, не думать об этом. Не сейчас. Я потерял двух учеников. Не от боли. Не от боя. От меня. От моих решений. И всё, что я чувствую — это ярость. Горечь. И пустоту. Ненавижу. Всё это.

***

Сэймэй, 14-й солнечный день 1495 год, Мир 1.12.35 Запись 00:00:05 Прошло несколько лет. Племянники — уже почти взрослые, а я... я всё ещё жив, хотя, возможно, не должен быть. Живу, наверное, из-за упрямства — того самого, что раньше помогало держать село, теперь просто держит моё сердце в груди. Мито с Тоукой всё чаще переглядываются, боятся, что я потеряю разум. Может, уже. Нет-нет. Я ещё держусь. Я не могу сойти с ума. Мне нельзя. Никто не поверит. Никто. Но я должен это записать. Вчера… я сделал невозможное. Хотел всего лишь подтвердить одну теорию, глупость, да. Безрассудство. Я модифицировал Хирайшин — улучшил, укрепил формулу, дописал с привязкой к частоте чакры, синхронизации через клон-резонанс... Глупо, смертельно. Но я оказался в другом мире. Другое измерение. Всё мёртвое, гниющее. Не просто тьма — что-то хуже. Люди срослись с корнями, словно сами стали частью Древа. Всё покрыто Древом. Безмолвие. И он. Монстр, будто человек, но уже не человек. Белая кожа, рога, глаза… фиолетовые, пугающие, как бездна, как сама Смерть, если бы у неё был взгляд. Я простоял там четыре минуты — четыре! — прежде чем он увидел меня. Его глаза… расширились. Он знал меня. Он… он произнёс моё имя. Губы… я видел. Шёпот. Тобирама. Страшно. Я почувствовал его чакру — она не была как у бидж. Она была древнее. Я вернулся. Я не знаю как, автоматическая реверсия сработала. Но с того момента понимаю: если не уничтожить Древо будет хуже, намного хуже. Теперь… чтобы узнать больше , я должен повторить эксперимент. Ещё раз. Несколько раз. Я оставлю в таблице имя Индры и рядом поставлю число — тридцать пять. Это не просто цифра. Это его возраст. Тридцать пять — когда он умер. Возможно, это и есть время отката для заражения… или предельный цикл. Сейчас строится Цитадель. Три года прошло с тех пор, как мы убедили биджу… или, скорее, они выбрали нас. Они выбрали себе людей — джинчурики. Не подчинение, а контракт. Они чувствуют, они знают… больше, чем говорят. Голова болит. Давление будто изнутри. Шото волнуется, боится, что я заболел. Но я держусь. Держусь. Держусь. Я ещё не закончил. Я ещё не дошёл до сути.

***

Сэймэй, 19-й солнечный день 1495 год, Мир 1.12.35 Запись 00:00:06 Я не справляюсь — один. Голова раскалывается! Болезнь не отпускает, будто что-то внутри меня рвётся на части — Яманаки, Мизуки, Нара — все они в своих заморочках, в этой системе... Урегулировки чакры, конструирование, — что угодно, только не то, что мне надо! Мито держит Кьюби внутри, но — чёрт, это недостаточно! Я должен сделать нечто новое! Не клона, не повторение — то, что не высосет меня до капли! Создать разум. Живой, настоящий разум,подобный моему, но свободный! Я не могу допустить больше ошибок!Я должен сотворить нечто, что выдержит этот мир,то, что будет бороться дальше, когда меня уже не станет! Иначе — всё пропало!

***

Босю, 20-й солнечный день 1499 год, Мир 1.12.35 Запись 00:00:07 Мне почти сорок. Я наконец понял, как перемещаться между мирами. Это было... невыносимо. Чакра утекала, как кровь из рассечённой артерии — я буквально плевался ею. Иногда думал: ещё один шаг — и всё. Но продолжал. Словно одержимый, как безликий дух, блуждал сквозь места, что не должны существовать. Я впитывал каждую крупицу — всё, что только можно было понять, запомнить, удержать. И я понял. Понял кое-что страшное. В каждом мире есть изъян. Но в моём — он стал началом конца. Курама... он помог. По-своему. Индра... Всё в тебе, да? Ты не смог продолжить род. Но почему тогда Учиха были в каждом мире, где я побывал? Каждый раз — снова и снова.Кроме одного. Моего. Он был… пуст. После того, как я потерял Тоуку, я не мог даже подойти к записям. Руки дрожали месяцами. Она пыталась помочь. Пыталась… Но не могла смотреть, как я исчезаю в лаборатории, как исчезаю из себя. Не сплю. Не ем. Становлюсь тенью. Я... не могу писать об этом. Не могу. Почему они все покидают меня? Почему всё разваливается? Разве нельзя всё прекратить?.. Но... я всё-таки закончил STW. Он наконец работает. Если получится его доработать — я больше не буду один. Сейчас, когда деревню патрулируют охранные дроны, когда за мной титул Хокаге… Я должен найти способ путешествовать осторожно. Точнее. Без шрамов. Стена из мокутона — она трещит. Она не выдержит. Мне нужно нечто иное. Больше. Сильнее. Может быть — сталь. А может, сплав, новый, неизвестный, с чакропроводимостью. Завтра STW будет активирован снова. Новая конструкция — на этот раз под наблюдением Микоты и Данзо. Если повезёт — мы узнаем больше. Возможно, он поймёт, как Учиха связаны с деревом.Суть их глаз.Их сила… Она же в этом, да? Пока не пойму всё — я не остановлюсь. Даже если это уничтожит меня. Завтра я внесу в дневник координаты следующего мира. Я должен.Я всё больше уверен — эту тварь можно не просто сдерживать. Её можно уничтожить.