Шёпот в темноте

POV. Люси

Когда я повернулась, его глаза отчётливо говорили «прости», зато рот вытянулся в уже знакомую мне упрямую линию. Ничего не ответив, я вошла в океан. Вода была холодной, а волны бурлили, как и эмоции внутри меня, но сейчас как раз именно это мне и было нужно — остыть. Как замечательно, что ты сказал мне об этом только сейчас, любитель кожаных курток. Как прекрасно, что ты забыл о том, что я просила не уезжать буквально пару дней назад. Да, он ничего не обещал мне тогда и специально бросил в пучину страсти, чтобы отвлечь и заставить забыть. На долю секунды я понадеялась, что плохое самочувствие остановит этого твердолобого, но вновь недооценила его своенравие. В последнее время я только и делала, что ошибалась. Довела себя до такого плачевного состояния, что даже в зеркало смотреть не хотелось, ведь все силы тратились на то, чтобы поставить Нацу на ноги. Для этого я советовалась со знающими людьми, читала статьи в интернете, искала и просила о помощи экспертов. Думала только об этом, не обращая внимания ни на что другое. Драгнилу это очень не нравилось. Он каждый раз недовольно хмурился, когда я забывала принять лекарства и настойчиво напоминал об этом; кормил меня, кажется, пять раз в день; заставлял ходить в местный спа-центр, больше дышать морским воздухом и хорошо отдыхать. Постепенно мы излечивались в объятиях друг друга. И вот, когда я позволила себе немного расслабиться и насладиться возникшими минутами покоя, пришла расплата за созданные воздушные замки. На сегодня у нас была запланирована прогулка на смотровую площадку, но настроение для этого у меня резко пропало. Негодование, досада и обида с бешеной скоростью смешивались внутри, рождая взрывоопасный микс. Я хотела запереться в комнате и не выходить оттуда; объявить ему бойкот; сделать вид, что его не существует; а ещё до одури выть только от одной мысли, что он скоро уедет. Покинет меня и продолжит охоту на своего брата, а потом прикончит его и будет жить с этим до конца дней. Или, что ещё хуже, случится обратное — Зереф отнимет у меня Нацу. В груди всё сжалось. Сдавило до тошноты. И совсем не из-за нехватки кислорода. Я вынырнула и поплыла к берегу, опасаясь того, что творилось в моей голове. Верно говорят, что разъярённая женщина — самое опасное существо на планете. Она способна на многое ради защиты тех, кого любит. Даже пробудить в себе неведомые инстинкты. Например, львицы. Они оберегают своих детёнышей, заботятся о прайде и разорвут любого, кто встанет на их пути. Однако, я никогда не была такой. Когда на моём жизненном пути появлялись препятствия, я закрывалась в себе, позволяя страху овладевать рассудком. Старалась сгладить углы в конфликтах. Никому не пыталась мстить за причинённую боль. Стремилась быть удобной для окружающих. Я не боролась за себя. Хранила свои чувства глубоко внутри, не позволяя им цвести — ни хорошим, ни плохим. Я молчала, когда надо было говорить. И тут появился человек, который окружил меня своей любовью. Окутал ею, словно коконом — надёжным и тёплым. Он стал нерушимой стеной, что закрывала меня от опасностей. И был готов ради меня переступить любую черту. А что я могла предложить Нацу? Ответ пришёл довольно быстро — всего-навсего избавиться от Зерефа. Стать приманкой, а затем, когда он решит, что я в его руках — схлопнуть ловушку. То есть, сделать то, что предложил дядюшка Игнил. Наш разговор состоялся ранним утром. Он позвонил в заранее оговорённое время по телефону, который мне тайно передал один из охранников. Нацу в этот момент спал. — Люси, — произнёс он в трубку, — я хочу попросить тебя кое о чём. — Слушаю, — тихо ответила я, заперевшись в ванной. — Скоро состоится одно важное собрание. Ты тоже должна приехать. — Какое? — Соберутся главы многих синдикатов. Нужно сделать так, чтобы проблем не было. Послушай, — я услышала, как он выдохнул дым, — Зереф придёт туда, это точно. Твоё присутствие его дезориентирует. Я понимаю, что прошу тебя о многом, но гарантирую, что обеспечу защиту. — А как же Нацу? — спросила я. — Если ты изъявишь желание поехать, как Хосэки-химе, он не сможет отказать. Тем более, многие люди интересуются тобой, — загадочно проговорил старший Драгнил. — Какие люди? — не понимала я. — Якудза, Люси, — коротко ответил он. — Ну так что? — Я буду там, — согласилась я, кивнув. Нацу будет в ярости и ни за что не возьмёт меня с собой — это факт. Две пули, которые он получил — вот цена за то, чтобы я оказалась здесь, вдали от психопата Зерефа. Видимо, мне придётся поссориться с ним, чтобы добиться желаемого или поставить ультиматум. При необходимости — сбежать. Но как и куда? Нет, это глупо. Надо просто поговорить по-человечески и объяснить, что прятать меня вечно и жить на две страны — плохая идея и нужно решить вопрос раз и навсегда. И раз для этого нужна я, то… Что ж, я готова. Нет, снова не то. Надо придумать веский повод для того, чтобы вернуться. Например, сказать, что я нужна маме. Но он сразу отметёт это и скажет, что моя безопасность важнее. Ни одна причина не будет для Драгнила достаточно обоснованной. Если вызову подозрения, он просто запрёт меня в этом доме. Что же делать? Может, попросить помощи у Локи? Абсурд. Вдруг Нацу неправильно поймёт? Вереница бесконечных идей проносилась в моей голове одна за другой. Какие-то я отметала сразу, какие-то оставляла на «подумать ещё». Я вышла из океана в подавленном состоянии. В этот раз даже вода не смогла остудить и успокоить меня. Нацу сидел на пляже и его взгляд был прикован ко мне, считывая каждое движение. Я была уверена, что он не спускал с меня глаз всё то время, что я скрывалась среди высоких волн. Мы оба были напряжены. Между нами вновь выросла стена недопонимания, хотя, казалось бы — совсем недавно мы преодолели одну из главных преград в отношениях, связанную с недосказанностью. Твёрдо решив, что не хочу повторять ту же ошибку, я подошла к нему и села рядом. — Оденься, а то замёрзнешь, — он протянул мне футболку. — Мне итак нормально, — спокойно ответила я, зарывая руки в тёплый песок и откидываясь назад, подставляя тело лучам Солнца. — Ничего не скажешь? — Скажу, милый. Я еду в Японию с тобой. Он усмехнулся, а потом вообще рассмеялся. Я повернула голову и уставилась на него с немым вопросом. — Узнала про собрание? — спросил Драгнил. — Да. Жаль, что не от тебя, — упрекнула я, готовясь к масштабному спору. — Ты препятствуешь исполнению мной прямых обязанностей. — Что… — Я пообещала дядюшке, — начала я первой, не дав ему возможности озвучить свои аргументы, — что пройду инициацию. И не собираюсь отказываться от своих слов. Я стану Хосэки-химе и даже ты не сможешь помешать мне. Нацу был ошарашен. Его брови взмыли вверх, а глаза округлились, выдавая неподдельное удивление. Однако, этого было всё ещё недостаточно, чтобы убедить его. — Мои родители разводятся, — продолжила я заваливать Нацу доводами, — маме нужна поддержка. В университете огромные долги, а образование для меня очень важно! Он отвернулся и стал снова смотреть на океан, не говоря ни слова. — И я больше не хочу скрываться на чужой земле, — откровенно призналась я. — Вспомни себя в такой же ситуации. Пожалуйста, не обрекай меня на жизнь вдали от тебя и родной страны. Оставалось только выдохнуть и ждать, ведь все словесные инструменты, которые я могла применить, были только что использованы. — Ты хорошо подготовилась, — оценил он, положив ладонь на мою голову и взъерошив волосы, — принцесса. Нацу поднялся с земли и протянул мне руку с каким-то необычайным спокойствием и очаровательной улыбкой. — Но? — сразу же уловила я подвох. — Но забудь об этом, — ответил Драгнил. Я подала ему свою ладонь и внимательно всмотрелась в лицо, когда встала с земли. В глазах парня бушевало неистовое пламя и я не могла предсказать, к чему это приведёт. Не хочу сражаться с тобой, Саламандр, но я должна. — Ты сам сказал, что задача клана — защищать меня, — решила я подлезть с другой стороны. — Что изменилось? Просто приставишь ко мне кучу бравых парней и всё… — Дело не только в Зерефе, — он подошёл ближе и ладонями обхватил моё лицо. — У нас много врагов среди тех, кто будет на собрании. Я не смогу как следует сосредоточиться, зная, что ты где-то поблизости. Проще говоря, ты парализуешь мои умственные способности. — Положись на своих людей, — мягко сказала я, касаясь его сильных рук. — Уверена, они справятся. — Не могу, милая, — задумчиво произнёс он, на мгновение отводя взор в сторону. — Ты не останешься здесь навечно. Когда я закрою все вопросы, то сразу же заберу тебя. Доверяй мне, Люси. Я завороженно смотрела в глаза Драгнила. Опасный огонь, который разгорелся в них совсем недавно, внезапно потух. Осталась лишь мольба. Просьба, которую я не могла исполнить. Призыв, на который я не могла откликнуться. Приказ, которому я не могла подчиниться. Я отвернулась, сдерживая слёзы и подняла с песчаного пляжа свои вещи. Как я и предполагала, ничего не вышло. Этот замысел с самого начала был обречён на провал. Надо было продумать всё более тщательно, а не бросаться в разговор сломя голову. Для начала необходимо успокоиться и принять то, что он уедет и меня с собой не возьмёт ни при каких обстоятельствах. Повлиять на его решение я не могу, поэтому должна найти другой путь. Подключить кого-то, кто сможет помочь. И сделать это будет проще, когда Нацу уедет из Биг-Сур. Я плелась в сторону дома полностью погруженная в себя. Когда подняла взгляд, то увидела перед собой широкий разворот его плеч. Я иду позади, а не рядом с ним. Потому что между нами выросла каменная, непробиваемая скала, состоящая из моего рвения и его упрямства. Подчиняясь эмоциональному порыву, я ускорила шаг и практически впечаталась в него. Обняла руками торс и прижалась лбом к спине. Он остановился. Лёгким, почти невесомым движением дотронулся до моих сжатых пальцев своими, а затем его руки вернулись в первоначальное положение — в карманы. — Не вздумай что-нибудь выкинуть, — предупредил Нацу, слегка поворачивая голову. Я обязательно это сделаю. — Кстати, помнишь, как однажды ты приковал меня к себе наручниками, чтобы я не искала приключений? — лукаво произнесла я, сделав шаг назад. Теперь он развернулся и прищурился, а затем скрестил руки на груди. — И? — У тебя сердце будет не на месте, когда уедешь, — хитро улыбаясь, продолжила я. — Изведёшься весь, думая, не сбежала ли твоя невеста… Нацу схватил меня за руку и притянул к себе. В этом нервном действии не было ни капли нежности, но я её и не ждала. Он часто и глубоко задышал. Щёки побледнели. Под скулами заходили желваки. Даже вена на шее вздулась. Не переборщила ли? — Не провоцируй меня, — угрожающе произнёс он, нависая надо мной, но я даже не дрогнула. — А то что? Секунды, которые мы буравили друг друга взглядами, словно превратились в часы. Не хватало только молнии, которая эффектно бы ударила током в пространство между нами. — Возьмёшь меня с собой? — наступала я, всё ещё надеясь добиться своей цели. — Меня таким не проймёшь, — ответил он, выпрямляясь во весь рост. А меня таким не испугаешь! Нацу отпустил мою руку и уголки его губ дрогнули в улыбке, будто он прочитал мои мысли. — Попробуй ещё что-нибудь, — саркастически посоветовал он. — Тебе это не понравится, — съязвила я, проходя мимо него. — Я оставлю тебя связанной на кровати до своего возвращения, — бросил он мне в спину. — Давай! — резко развернувшись, выкрикнула я. — Ведь ты знаешь, что я не буду сидеть тут просто так и ждать, когда мне позвонят и скажут: «Нацу больше нет»! — Как ты этому помешаешь, если поедешь? — вкрадчиво проговорил Драгнил, а затем повысил тон голоса: — Как? Если чему-то суждено произойти, оно произойдёт вне зависимости от всего остального! — А я удачливая! — выпалила я, подойдя к нему вплотную. — Столько раз мы попадали в передряги и ничего, оба живы! Я слегка потянула его за щёки, провела ладонями по плечам и пробежала своими пальцами по его. — Вот! Цел и невредим, — сказала я, поднимая мужские руки вверх. — Меня волнует твоя жизнь, милая, а не своя, — проговорил Нацу, хватая меня в свои медвежьи объятья. — Ты должна жить дальше, даже если меня не станет. — Чего… Ты совсем что ли?! Я хотела вырваться, треснуть его по плечу или сделать ещё что-нибудь, чтобы выплеснуть свой гнев, но он не отпустил. Не дал мне такой возможности. Поэтому я могла только сдавленно плакать на его груди, находясь в кольце крепких рук. — Если я не вернусь, продолжай идти вперёд, Люси. Дыши за нас двоих. — Не говори так! — завопила я ему в ухо, совсем потеряв контроль над своими эмоциями. — Не смей! Не бросай меня! Пообещай, что вернёшься, Нацу! Слышишь? Обещай! — Это невозможно, — с горечью ответил он, продолжая держать меня. — Прости… — Всё возможно, — утерев слёзы, твёрдо сказала я. — Вот тебе мой план: никто никуда не поедет. И точка. — Ты недавно озвучила несколько причин для того, чтобы вернуться, а теперь говоришь, что мы останемся здесь? — с иронией произнёс он, чуть ослабив объятия. — Чтобы уехать, тебе придётся переступить через меня, — пригрозила я, понимая, что это, в принципе, бесполезно. Телефон Нацу зазвонил. Пристально глядя мне в глаза, он достал его из кармана и ответил. — Да. Я понял. Спасибо. Драгнил взял меня за руку и пошёл по направлению к дому, оставив слова висеть в воздухе.

***

— Грей прибудет ночью по местному времени, — сказал Нацу, когда мы оказались в прихожей. — Значит, завтра утром я вылетаю в Токио. Я ничего не ответила. Да и что я могла сказать? Не важно, какие слова я произнесу — итог будет один и Драгнил только что это доказал. Значит и мне следует найти способ сделать так, как я задумала. Я не останусь здесь, зная, что его там поджидает стая голодных волков. И часть вины за это лежит на мне. Если бы не я, Нацу бы женился на той красноволосой девушке и его клан не находился бы на грани войны с её кланом. Если бы не я, Стингу и Роугу некого было бы похищать, чтобы выманить Нацу. Если бы не я, он бы не поссорился с отцом. Если бы не я, ему бы не пришлось сейчас воевать со своим братом. Получается, не только он ворвался в мою жизнь и превратил мой привычный мир в прах, но и я сделала то же самое. Только между нами была разница: Драгнил умел бороться, а я нет. Клянусь, я научусь. Ради тебя. Ради нас. — Я на тренировку. Не скучай, — сказал Нацу, отхлебнув несколько больших глотков воды из бутылки. Он поцеловал меня в лоб и вышел из дома. Бесконечные размышления не давали покоя, а тишина вокруг давила мне на виски ещё больше. Я накинула плед, вышла на террасу и глубоко втянула воздух в надежде, что это поможет очистить разум. Захотелось поговорить с мамой, услышать её голос, чтобы хоть немного прийти в себя. Я набрала номер, но она не взяла трубку. Как и вчера. Тогда я написала ей смс-сообщение: «Мам, всё в порядке? Где ты? Когда мы сможем поговорить?» Ответ пришёл спустя десять минут. «Всё нормально, дочка. Не волнуйся. Я уехала из Токио по делам, связь плохая. Созвонимся позже.» «По каким делам? Я начинаю переживать.» «Нужно уладить некоторые вопросы касательно развода с твоим отцом. Я связалась с бывшей сокурсницей, которая работает адвокатом в Осаке.» «Так далеко?! Почему в Токио никого не нашлось?» «Ты знаешь почему, дорогая. Твой отец.» Следом поступило ещё одно сообщение: «После этого я отправлюсь к твоему дедушке и проведу у него в гостях примерно неделю.» «Хорошо. Пожалуйста, береги себя. Ты же с охраной?» «Да. Хотя мне бы не хотелось отвлекать молодых людей от работы.» «Так надо. Ладно, удачи. Позвони, как сможешь.» «Целую». Всё это было так необычно для неё — длительные поездки, встречи со старыми знакомыми, но я решила излишне не драматизировать. В конце концов, она права — у отца большие связи и найти хорошего адвоката будет не так-то просто. Получается, что родители не смогли договориться и спор мог затянуться. Я не хотела существовать внутри этого конфликта, раздираемая ими на части. Хотя, выбор стороны был очевиден. Отец вёл себя странно после того, как не стало Рин. И после разговора в Синагаве я всё поняла — они были любовниками. Иначе объяснить его поведение я не могла. Сначала я не сопоставила одно с другим, но когда поделилась с Нацу, он сказал, что думает также. Маму я не спрашивала — тревожить её не хотелось, поэтому оставалось довольствоваться только своими догадками. И снова я не удивилась. Лимит доверия итак был исчерпан и ещё одно потрясение никак не повлияло на общую картину. Зато ясно дало мне понять, что Лейла и Джуд не были счастливы, а лишь притворялись. И, скорее всего, причиной тому была я. Если у меня и получится в ближайшее время вернуться в Токио, то с мамой я не увижусь. Остаётся пожелать ей удачи и надеяться, что это путешествие пойдёт ей на пользу. Ещё немного постояв у выступа, я вернулась в дом. Приняла душ, переоделась и решила приготовить какой-нибудь перекус. Пока кипел чайник, пообщалась с Каной. «Что-то твой медовый месяц затянулся, Люсь!» — написала она, прилепив ещё кучу смайлов. «Какой ещё медовый месяц, мы даже не женаты!» «Ну, это дело времени, хах)» «Пока совсем не до этого…» «Возвращайся скорее. Тут так тухло без тебя.» «Надеюсь, вернусь в ближайшее время.» «Ещё эта новенькая, её обсуждают на каждом шагу. Надоели.» «Кто она, кстати?» «Эльза Белсерион.» Пришлось схватиться за столешницу после этих слов, чтобы не упасть. Появился десяток вопросов, на которые мне срочно нужны были ответы. «Кана, попробуй подружиться с ней и узнать, почему она появилась в нашем универе.» «Нафига? Вы знакомы?» «Можно сказать и так.» «Чёрт… Удивляешь с каждым днём всё больше. Так уж и быть.» «Обожаю тебя!» Очевидно, что появление этой девушки именно в том месте, где я учусь, не было случайностью. Что она задумала? Какую ведёт игру? Как это связано со мной и Нацу? Почему именно накануне собрания глав кланов? — Голова болит от всех этих проблем, — вслух сказала я, доедая онигири. — Что случилось, милая? — спросил Нацу, внезапно оказавшись позади. — Я не услышала… Как ты вернулся, — проговорила я, закашлявшись от испуга. Он постучал ладонью по моей спине и подал стакан воды. — Ты была так увлечена своими мыслями, что не заметила меня, — он подмигнул мне, взяв еду из тарелки. Я встала со стула, налила ему чай и подала чашку. И только после этого вспомнила о своих утренних планах запереться, не разговаривать и далее по списку. Оставив его одного, я демонстративно ушла в спальню и легла на кровать, накрывшись одеялом. Какая я дура… Вместо того, чтобы провести с ним последний вечер, трачу время на эту злость и позволяю боли управлять собой, хотя знаю, что ничего не изменится! Я услышала, как включилась вода в ванной. Пока Нацу был в душе, я слегка задремала. Когда он пришёл, то молча лёг рядом со мной — я почувствовала его тяжёлую руку на своём животе. — Что происходит, принцесса? От его вопроса колкая дрожь пробежала по всему моему телу. — Ничего, — тихо отозвалась я. От Драгнила очень приятно пахло — древесный запах геля для душа смешивался с его собственным, побуждая меня открыть глаза и начать гладить его стальные мышцы, затем пройтись губами по каждому участку кожи, но я не сделала этого. — Я расстроил тебя? — невинно поинтересовался он. — Серьёзно? — я резко повернула голову и приняла сидячее положение. — Я вижу, что тебе нужно ещё время, чтобы принять моё решение, — сказал он, глядя на часы. — До рассвета, Люси. Когда он поднялся с постели, лишив меня своего тепла, до мозга дошёл смысл его слов. Я отбросила все те чувства, что владели мной целый день, кроме одного. — Постой, — попросила я, схватив его за кисть. Нацу повернулся и навис надо мной, уперевшись руками по обе стороны от моих ног, но при этом не касался. Он молча ждал, смогу я перебороть себя или нет. — Не уходи, — ещё одна просьба и его взгляд смягчился. — Что там творится, в этой хорошенькой головке? — спросил Драгнил и слегка тыкнул пальцем по моему лбу. — Поделись. — Поцелуй меня. Голос дрожал, пропитанный отчаянием и безысходностью, а плоть требовала, чтобы этот пожар внутри поскорее стих. Нацу поднял мой подбородок вверх, а затем яростно впился в рот. Мы оба упали на кровать, попутно скидывая немногочисленную одежду. Наши ноги и руки сплелись, а языки начали дикую пляску. Каждый раз, когда мы были вместе, жгучее пламя страсти захватывало меня, закручивало в своём вихре и заставляло забыть обо всём. Во Вселенной оставались лишь мы одни, и в нашем мире никому больше не было места. Я хотела, чтобы так продолжалось целую вечность, но нас ждала реальность, которая разбивала все мои мечты на мелкие осколки. — Собирайся, — сказал Нацу, надевая футболку. — Куда? — спросила я, прикрывая обнажённое тело одеялом. — Забыла уже? На край земли. — Я… Ну… — Я понял, что ты решила обидеться и не выходить никуда, — он слегка провёл костяшками пальцев по моей щеке, — но я не принимаю такой расклад. Если не пойдёшь сама, то отнесу. Прямо в таком виде. — Ты никогда так не поступишь, — только и смогла выдать я, покраснев до кончиков ушей. — Ты права, — согласился он. — Я вынесу тебя, закутанную в одеяло. — Это больше похоже на правду, — фыркнула я, надевая халат.

***

К вечеру мы вышли из дома. Персонал отеля уже подготовил для нас корзинку с едой — термос с горячим чаем, печенье, бутерброды и кое-какие овощи. Ещё раз уточнив дорогу, Нацу повёл меня по какой-то тропинке. Под ногами ощущалось особое покрытие, напоминающее прибрежный песок, но твёрдое и надёжное. Мы шли сквозь рощу карликовых дубов с узловатыми ветвями и я даже остановилась возле одного, чтобы сфотографироваться. — Эти деревья похожи на стариков, которые тянутся к тебе руками, — рассмеялся Нацу, подбирая ракурс для снимка. Я состроила забавную гримасу, а потом показала ему язык. — Готово! — он подозвал меня к себе и мы продолжили путь. Я стала замечать, как постепенно менялись звуки вокруг — гудение машин, летательных аппаратов, голоса людей уступали место шелесту листьев, а затем — отдаленному рокоту океана. Звук прибоя нарастал с каждым шагом, словно нас приветствовала сама окружающая среда — мистически и непередаваемо. Первая смотровая площадка появилась внезапно — тропа сделала резкий поворот и перед нами открылась бесконечность. Горизонт растянулся до невообразимых пределов, соединяя небо и воду в единое сине-голубое полотно. Я невольно задержала дыхание и сжала руку Нацу. Он встал позади и обнял меня, отчего сразу же стало спокойнее на такой высоте. Деревянная платформа, на которой мы стояли, выступала над пропастью. Стеклянное ограждение было почти невидимым — казалось, что между нами и трёхсотметровым обрывом нет ничего. Внизу волны разбивались об чёрные скалы, превращаясь в белоснежную пену. — Идём, — позвал Драгнил и мы сели на единственную здесь лавочку. Открыли корзинку и стали неспешно пить чай и есть, наблюдая за тем, как волны накатывали, взмывались вверх и рассыпались радужными брызгами в лучах заходящего Солнца. — Почему так не может быть всегда? — вслух произнесла я, жуя сендвич с сыром. — Я сделаю для этого всё. Его обещание прозвучало слишком пугающе. Я не хотела, чтобы ценой для моего спокойствия стала его жизнь и была намерена не допустить этого во что бы то ни стало. Просто дай мне помочь тебе… — Нацу, расскажи мне о своей матери, — сказала я, отряхивая одежду от крошек. — Какой она была? Он задумался — взгляд приобрёл жёсткость; губы сжались, как и кулаки; ноздри раздулись. Драгнил стал похож на сплошной комок гнева. Я хотела сказать, что мы можем не говорить об этом, если ему неприятно, но Нацу опередил меня. — Мать, — выдохнул он как-будто через боль. — Лорелин Драгнил была убита. Много лет назад. — Прости, — прошептала я, закрыв рот рукой. — Нацу, прости. — Её взяли в плен, — он резко повернулся и теперь смотрел прямо мне в глаза, — вместе с другими женщинами клана. Когда глава Курогане не выполнил назначенные условия, их показательно расстреляли. — Боже мой… — В тот день многие потеряли матерей, дочерей, жён, сестёр. Тот день стал началом пути к вершине для среднего по величине клана, — с грустью произнёс он, откидывая голову на край скамьи. — Ты… Вспоминаешь о ней? — осторожно поинтересовалась я, накрыв его руку своей. — Да, я часто думаю о матери, когда смотрю на тебя, — признался Драгнил, нахмурившись. — Я боюсь, что потеряю тебя также, как мой отец потерял её. Я молчала, потому что вероятность такого развития событий была высока. Все поступки Нацу строились вокруг того, чтобы защитить меня, уберечь, обезопасить, не дать погибнуть. Он всеми силами стремился к этому невзирая ни на что и теперь мне было понятно, почему. — Поэтому ты останешься здесь, — заключил он, требовательно глядя на меня. Противоречия разрывали меня изнутри. Я хотела, действительно хотела послушать его, но ясно осознавала, что не смогу. Я уважала его волю, но должна была остановить всё это безумие. Я любила его, поэтому была обязана вернуться домой и стоять рядом, наравне с ним принимая все удары судьбы. Я поднялась со скамейки и протянула ему руку. — Пойдём? Дальше тропа привела нас на площадку для наблюдения за морскими обитателями. Нацу достал из специального держателя на перилах тяжёлый бинокль и посмотрел в него. — Ого! Посмотри, — он отдал предмет и направил мой взгляд. Я ахнула. В окулярах отчётливо виднелась исполинская тень серого кита, который неторопливо плыл по своим делам и внушал трепетный страх из-за своих размеров даже на таком расстоянии. — Какой же он огромный! — восхитилась я, передавая бинокль Нацу. Пока он смотрел, я нашла журнал наблюдений в деревянном ящичке и записала эту встречу: «Серый кит. 19:17 вечера. Двое свидетелей.» Без имён — они ни к чему, ведь сейчас мы были просто счастливой, беззаботной парой, которая любовалась красотой природы. Мы двинулись дальше. На одном из поворотов тропа нырнула внутрь утёса. Каменные ступени, высеченные прямо в скале, вели нас вниз. Ещё один крутой поворот и мы оказались в укрытой от ветра бухте. Здесь тропинка приблизилась к самому краю обрыва. — Нацу, у меня голова кружится… — сказала я, отступая чуть назад. — Не бойся, милая, — он протянул мне руку и отвёл на каменную скамью, повторяющую изгиб скалы. Драгнил устроился рядом и я положила голову на его плечо, моментально успокоившись. Через минуту он взял мои ладони в свои и стал отогревать тёплым дыханием. — Теперь Токио с его небоскрёбами и проблемами кажется мне таким далёким, а эти ветра, камни и птицы — нашей реальной жизнью. — Мне тоже, — ответил Нацу, целуя меня в макушку. — Пойдём дальше или ещё посидим? — Ещё минутку, — попросила я, крепче прижимаясь к нему. Подъём из «Тайной бухты» вернул нас на основную тропу. Последние двести метров пути мы молчали, а между тем океан с каждым шагом становился всё более величественным, что аж воздух звенел от напряжения. — Вот она — финальная точка, — сказал Нацу, потянув меня за руку и пропуская вперёд себя. Я увидела узкий мостик, который вёл к отдельно стоящей площадке на выступающем утёсе. Ступив сюда, я замерла — иллюзия полного окружения водой ошеломила до онемения. Мне показалось, будто мы находимся на крошечном острове посреди безбрежного океана. Горизонт растянулся на сто восемьдесят градусов, смыкаясь с небом в неразличимой дали. Здесь стояла отполированная скамья из древней секвойи, на которую мы и сели. Бронзовая табличка, стоящая рядом, содержала строки из древней японской поэмы, которую мы изучали ещё в школе: Волны приходят, Волны уходят. Но берег хранит их следы. — Это «Место предложений», — пояснил Драгнил, поглаживая меня по голове и волосам. — Название оправдано, — сказала я. Солнце почти пропало из виду, давая нам последнюю возможность насладиться мерцанием и бликами водной глади. Где-то далеко внизу волны разбивались о скалы в своём извечном ритме. Мы сидели почти неподвижно, впитывая момент, который больше никогда не повторится и никогда не будет забыт. Осознание этого вызвало у меня слёзы, которые я быстро смахнула. В этом уникальном месте, где встречались небо и вода, нам с Нацу была дарована редкая возможность — побыть обыкновенными мужчиной и женщиной, смотрящими на бесконечность вместе. И тратить считанные минуты впустую мне совсем не хотелось. Тем более, что мы уже скоро должны были расстаться на неопределённое время. — Я тебя люблю, — тихо произнесла я, но словесного ответа не последовало. Нацу наклонился, взял мои ноги, закинул на свои, подвинул меня ближе к себе и поцеловал так осторожно, словно я была фарфоровой статуэткой, которую он боялся сломать. Я крепко обняла его за шею и усилила напор, а затем услышала его хриплый смех. — Извини, принцесса, но здесь не получится. — Дурак! — засмущалась я, попытавшись слезть с его колен. Но когда у меня это получалось? — Этих трёх слов не хватит, чтобы выразить то, что я к тебе чувствую, — низким голосом прозвучало прямо возле моего уха. — Можешь использовать больше, — ответила я, слегка прикусив нижнюю губу. — Возможно, получишь награду. — Ты играешь с огнём, — Нацу схватил меня за ягодицы и прижал к своим бёдрам, чтобы я ощутила силу его желания. — А ты играешь с духами, — парировала я, глядя на его вопросительное выражение лица. — Это же священное место! — Ты сама раздразнила дракона, Люси, — сказал он, целуя меня в шею. Затем расстегнул толстовку и уткнулся в грудь носом. — Вижу, — кивнула я, найдя в себе силы отодвинуться и встать со скамьи. — Ну, долго будешь сидеть, милый? Через час мы оказались в доме и нетерпеливыми движениями стали срывать друг с друга одежду. — Погоди, — между поцелуями сказала я. — Давай выйдем… — Куда? — спросил он, расправляясь с моим бюстгальтером. — В бассейн, — предложила я, ожидая, как он отреагирует. Инфинити-бассейн с подсветкой и подогревом был встроен именно в эту скалу, как дополнительная функция. Конструкция давала визуальный эффект исчезающего края, создавая впечатление, что человек балансирует над пропастью. Я ни разу не купалась в нём и неожиданно вспомнила, что у нас в доме есть такая причуда. — Хорошо, — ожидаемо согласился Драгнил, уже полностью раздевшись. Он взял меня на руки и отнёс в воду. Я сразу же обвила ногами его торс, а Нацу удерживал меня за талию. Стояла тихая, безлунная ночь. Над нами — небо, усыпанное яркими звёздами. Я и он, говорящие только на языке любви. В бассейне было тепло даже несмотря на прохладу, но кожа всё равно покрылась мурашками от предвкушения удовольствия. Мы целовали, обнимали, трогали друг друга, стараясь запомнить каждое движение, каждый вздох, каждую мелочь, связанную с любимым человеком. Я непрерывно всматривалась в рисунки на его теле, чтобы вспоминать каждую чёрточку, когда его не будет рядом со мной. Мы слились в одно целое и меня пронзила вспышка истинного наслаждения, но этот раз отличался от предыдущих. Именно сегодня близость была пронизана нитями из тоски и непролитых слёз, поэтому все ощущения казались более острыми, чем обычно. Потому что мы прощались.

***

Грей приехал в два часа ночи. Нацу отправился встречать его, а я так и не смогла уснуть и бродила из комнаты в комнату, как призрак. Не выдержав метаний среди четырёх стен, я накинула кофту, обула кроссовки и вышла на улицу. Я почему-то переживала, что Драгнил рванёт в Японию прямо сейчас, не возвращаясь перед этим ко мне и ждала его, вглядываясь в темноту. Руки и ноги ломило от нервного напряжения, но я боялась уходить отсюда одна. Даже несмотря на то, что коттедж для охраны находился недалеко, заблудиться было легче лёгкого. Спустя несколько минут у порога появился охранник, который делал обход. Всегда, когда Нацу куда-то отлучался, неподалёку находился кто-то из его людей. — Госпожа? Что-то случилось? — обеспокоенно спросил мужчина. — Нет, я просто… Вышла подышать, — ответила я, соорудив на голове пучок. Несколько прядей всё-таки выбились, но я не обратила внимания. — Лучше зайдите в дом, — сказал он, касаясь гарнитуры на своём ухе. — Я дождусь Нацу. Охранник поклонился и отошёл на незначительное расстояние, чтобы держать меня в поле зрения, но не стоять слишком близко. Я села на ступени и опустила голову на колени. Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я услышала шаги. — Шеф, — сказал охранник и я поднялась с места, потирая глаза. — Люси? Ты что тут делаешь? Почему не спишь? — спросил Нацу, приближаясь ко мне. — Ты не заболела? Сначала большая ладонь легла на мой лоб, затем его губы проверили температуру тела. — Если бы знала, что тебя это остановит, то заболела бы, — устало ответила я. — Не говори так, — мягко попросил он, накручивая тонкую прядь моих волос на свой палец. — Я просто испугалась… — Кошмар приснился? — Нет, привиделся, — буркнула я, глядя в сторону. — Мне показалось, что ты уедешь… Прямо сейчас. — Без твоего поцелуя я и с места не сдвинусь, — он указал на свою щёку и закрыл глаза в ожидании. Я встала на цыпочки, но даже так не дотянулась до его лица — Драгнил был выше меня почти на голову и ему пришлось немного наклониться, чтобы получить желаемое. Я смогла уснуть только ближе к утру и проспала всего пару часов. Это дало мне понять, что каждый день вдали от Нацу будет таким, а я так жить не хочу. Ни день, ни два, ни тем более месяц или год. Я не заметила, как он встал, собрал вещи, позавтракал и помылся. Не услышала и то, как он присел на кровать и склонился надо мной. — Просыпайся, принцесса, — позвал он, нежно целуя меня в ухо, потом в шею, переходя к рукам и заканчивая пальцами. — Я уезжаю. Не хочешь меня проводить? — Хочу, чтобы ты остался, — сонно пролепетала я, потянувшись к нему. — Знаю, милая, — он коснулся ладонью моей щеки. — Я заберу тебя домой. Обещаю. После этих слов мне захотелось пролить реки слёз, но я сдержалась, сказав себе «время на это ещё будет, Люси!». Я поспешно поднялась со своего ложа, умылась и переоделась. Мы вышли вместе и спустя десять минут оказались на вертолётной площадке. Нацу поставил на сидение свою сумку и повернулся ко мне, раскинув руки в стороны. Я прыгнула к нему в объятия, крепко схватила за шею и зажмурилась, покусывая губы. — Люси… Я вернусь, девочка моя. Я велела себе не плакать. И не собиралась этого делать, чтобы он запомнил улыбающуюся меня, но… Всё пошло не по плану. По крайней мере я делала это тихо, отвернувшись и с полной уверенностью, что он ничего не заметит. — Поплачь, — сказал Драгнил, похлопывая меня по спине. — Вот ещё, — всхлипнула я в ответ. Нацу опустил меня на землю, взял в ладони зарёванное лицо и поцеловал в солёные губы. После этого сел в вертолёт и помахал мне рукой. Я стояла неподвижно до тех пор, пока чёрная точка не исчезла окончательно. Затем опёрлась спиной о ближайшее дерево и начала лихорадочно обдумывать пошаговый план действий. Ко мне подошёл Грей, появившись словно из ниоткуда. Он окликнул меня, а когда я не отреагировала, позвал ещё громче. — Прости, я… Не поприветствовала тебя. Добро пожаловать, — отрешённо произнесла я. — Здравствуй, Хосэки-химе, — сказал он, слегка склонившись. — Давай поговорим. Мы зашли в дом, я указала ему на диван и сама села напротив. — Хочешь чаю? — предложила я, соблюдая гостеприимство. — Нет, — махнул он рукой. — Перейду сразу к делу. Ты ведь не хочешь торчать здесь, правда? — Абсолютно, — кивнула я. — Что ты предлагаешь? — Предлагаю тебе свалить отсюда и попасть, так скажем, с корабля на бал. — На собрание? — Так точно, — Грей поднял большой палец вверх. — И есть ещё одна маленькая просьба. — Какая? — Убей Зерефа.