Переговоры

      Джеймс поднялся, с хриплым вздохом опираясь на скамью. В ушах всё ещё звенело, перед глазами извивались ломаные линии, а чувство нереальности происходящего окутывало сознание липким туманом. Язык обожгло тошнотворным металлическим привкусом. Багровая лента крови тянулась по подбородку, обрываясь алыми каплями на белых кедах. На полу оставались уродливые разводы. Покачнувшись, словно пьяный, он доковылял до душевой кабины. Обувь полетела в сторону, и он, не раздеваясь, шагнул под ледяной душ.       В мутном залапанном зеркале корчилось отражение – гримаса боли и ярости. Разбитая губа кровоточила, отекший нос нелепо выпирал, а в глазах, некогда живых и горящих, теперь плескались равнодушие и уверенность. Страха больше не было. Тень зловещей улыбки накрыла уголки губ. Кулаком, стиснутым до побелевших костяшек, Райт ударил ледяную гладь зеркала. Серебристая поверхность вздрогнула, поползла сетью трещин, но он бил снова и снова, не чувствуя боли. Острые осколки вонзались в кожу, но он продолжал избивать собственное отражение, надеясь уничтожить и ту боль, что терзала его изнутри. Каждый удар отзывался застрявшим в горле криком. Криком, который он так и не решился направить на Кайла Деккера. Каждый осколок, впившийся в ладонь, был болезненным искуплением собственной слабости. В звенящей тишине одиночества лицемерить перед самим собой не имело смысла. Райт бил до тех пор, пока зеркальное отражение не превратилось в расплывчатую мазню. Дрожа, он уткнулся лбом в остывшее, мокрое от брызг зеркало, шепча имя, которое теперь казалось запретным. Хоуп, однажды ты поймёшь, какую ошибку совершила.

***

      Кайл бежал на площадку, перепрыгивая через ступеньки лестницы по три за раз. Сердце гнало кровь быстрее, чем он успевал дышать. Деккер был готов ко всему, но увиденное и услышанное превзошло самые смелые его предположения.       Со Джун, небрежно прислонившись к турнику, обнимал Кимберли за талию, подростки о чём-то переговаривались. Саймон застыл в стороне, словно парализованный, и даже не пытался бежать. Хоуп первой заметила приближение Кайла, сорвалась с места и вихрем влетела в его объятия, остановив парня на полпути.       — Постой… Твой приятель сам всë объяснит в деталях, но сперва выслушай меня. Они с Ким сговорились выследить Саймона, накопать компромат – ради тебя суетились. И им это почти удалось. Но оказалось, та дрянь, которую Саймон впаривает, действует на организм совсем не так, как мы предполагали.       Кайл сжал хрупкую фигуру девушки в своих руках со всей силы, почувствовал её запах, от которого всё внутри сжималось и горело одновременно. Хотелось вцепиться в неё ещё плотнее, повалить на спину, дать свободу навязчивому желанию. Но между ними застыла тягучая тишина, вернувшая в реальность. Снова не здесь, снова не сейчас. Но когда же, чёрт возьми, обстоятельства сложатся в их пользу? Станет ли момент когда-нибудь подходящим?       — Что? Только этого нам сейчас не хватало.       Хоуп прежде не видела, чтобы Кайл приветствовал кого-то настолько тепло. Короткое объятие, крепкое рукопожатие – обычный жест между парнями, но в лице Деккера, приблизившегося к другу, произошла перемена. В его глазах плескалось что-то неуловимое: благодарность, одобрение, и, самое главное — принадлежность. Он действительно ему доверяет… Неужели способен на такую искренность?       — Ну, выкладывайте.       Со Джун протянул Деккеру телефон, запустив видеозапись. Камера бесстрастно зафиксировала, как Саймон сунул невзрачный пакетик с таблетками какому-то пареньку прямо во дворе школы. Тот, не мешкая, закинул содержимое в рот. Его и без того шаткая походка и взгляд, застывший, как у мёртвой рыбы, выдавали не первое его знакомство с запрещёнными веществами. Но настоящее безумие началось после. Проглотив таблетки, подросток вдруг согнулся пополам, из его горла вырвался утробный вой. А затем – извержение. Под ноги хлынула густая, тёмно-красная, почти чёрная жижа. Рвота била фонтаном, обдавая пыльный асфальт и его собственную одежду брызгами. Капли, попавшие на светлые джинсы, словно кислота, разъедали ткань, пробивая дыры. Рвотная масса, шипя, плавила асфальт, оставляя после себя обугленную воронку, словно след падения метеорита. Зрелище казалось невероятным, видео прервалось.       — Мы с Ким вмешались... Вызвали скорую, Саймона скрутили. Пацана рвало дальше, чем он видел, потом он просто рухнул, не дышал. Передоз тут и рядом не стоял, братан. Ваш директор поднял такой кипиш, что теперь всем плевать на тебя. Но теперь главный вопрос: какого хрена. Что за адская дрянь такая?       Кайл вернул телефон другу, и очнувшись от шока, перевел взгляд на Саймона. Тот не шевелился, взгляд его безжизненно застыл в одной точке. Деккер вцепился в ворот рубашки и принялся яростно трясти парня.       — Что за херню ты ему скормил, ублюдок? Говори, пока я тебе башку не свернул!       Сухие губы Саймона поджались, из горла вырвался тихий скулеж. Он зажмурился, морально готовясь к тому, что Деккер вновь не оставит на его теле живого места.       — Я… Я не знаю, — прошептал он, запинаясь. — Никогда такого не было, но за последнюю неделю уже четвёртый случай. Этот препарат… он что-то меняет в людях. Я бросил, клянусь, сейчас чист. Радо меня послали, связи с ними у меня больше нет.       Со Джун положил ладонь на плечо Кайла, удерживая его от опрометчивого порыва вновь броситься в драку.       — Притормози, — тихо, но твердо произнес он.              Хоуп и Кимберли обменялись долгим, понимающим взглядом, в их головах одновременно вспыхнула одна и та же тревожная мысль.       — Кайл, помнишь тот вечер после вечеринки, когда на меня пытались напасть? Мне кажется, что девушка, которой стало плохо перед моим отъездом, тоже наглоталась этой дряни. Симптомы очень похожи. Но я торопилась, да и темно было, не стала разглядывать…       Деккер отпустил Саймона, и схватившись за голову, медленно провёл ладонями по лицу, совершенно не представляя, что теперь делать и как действовать. Пока он молчал, Хоуп добавила:       — И по поводу Джеймса… Нам придётся его предупредить. Знаю, ты его убить готов, но после того, что мы сегодня узнали, наши проблемы кажутся общими и куда более серьёзными, чем думали. Мы же были друзьями! Не хочу верить, что он всего лишь гнилой предатель. Он действовал из лучших побуждений, пусть и выбрал сомнительный способ.       Деккер скривил губы в горькой усмешке, бросив взгляд на свои изувеченные кулаки.       — Райт сейчас не в том настроении, чтобы с ним что-то обсуждать. Мы полчаса назад уже пообщались. Предлагаю сейчас расходиться, а вечером собраться на складе. Мне нужно пару часов, чтобы всех собрать. Попытаюсь связаться с кем-то из Радо.       Пока подростки обменивались впечатлениями и, не выбирая выражений, обсуждали план действий, в разговор робко вклинился Саймон.       — А… можно мне с вами? Мне терять нечего. И, знаете, у меня есть кое-какая информация об их поставщике. Удалось кое-что разузнать…       Кайл лишь надменно усмехнулся, даже не удостоив Саймона взглядом. Его голос сочился ядом.       — То есть, ты в открытую заявляешь о готовности предать своих и, как ни в чем не бывало, просишь нашего доверия? Ищешь нового хозяина?       Саймон не нашёл нужных слов, чтобы отстоять свою честь, промолчал. Кайл и Хоуп, переплетя пальцы, первыми покинули площадку, за ними, храня многозначительное молчание, удалились Кимберли и Со Джун.

***

      — Проходи.       Кайл распахнул дверь квартиры, пропуская Хоуп внутрь. Всю дорогу он хранил угрюмое молчание, и Хоуп не решалась его нарушить, не спрашивала, куда они направляются. Девушка просто хотела быть рядом, проследить, чтобы Деккер снова не выкинул чего-нибудь непоправимого. О семье парень говорить не любил, всегда искусно уходил от этого разговора. Потому девушка и понятия не имела, в каком ритме бьётся сердце дома Деккеров, вдруг мать Кайла уже прислушивается к шагам, затаившись в соседней комнате. Неловкость повисла в воздухе. Прочитав смущение на её лице, Кайл заговорщицки улыбнулся.       — Мы одни. Никто не помешает.       Хоуп не раз ловила себя на мысли, как сильно ей хотелось бы оказаться у Кайла дома. Понять, как он живёт, лично оценить вид из его окна — тот самый, что он видит каждый раз, когда выходит покурить, порыться глазами в его вещах. Когда же мечта стала реальностью, она вдруг растерялась.       — Ага, круто. Принеси мне чего-нибудь холодного, — бросила она, стараясь скрыть замешательство.       Пока Кайл ушёл на кухню рыться в холодильнике, девушка вошла в комнату, усаживаясь на край аккуратно заправленной кровати. На столе стоял открытый ноутбук и лежало несколько спутанных между собой зарядных устройств, на спинке крутящегося стула стопкой висели выглаженные футболки. В воздухе витал призрачный аромат одеколона Деккера, смешиваясь с домашней чистотой свежевыстиранного белья. Парень вернулся, держа в руках две запотевшие банки газировки. С тихим шипением сорвав кольцо с алюминиевой крышки, он протянул одну из них Хоуп. Смущать гостью ещё сильнее не хотелось.       — Нужно попробовать позвонить кому-нибудь из Радо. Забить встречу на вечер. Напиши пока Джейсу.       Сделав глоток, Хоуп внезапно для себя самой сбросила оковы нерешительности, взглянула ему в глаза. Поднявшись, выхватила у Деккера банку и бесшумно поставила на стол. Руки несмело опустились на его плечи и остановились.       — Успеем с этим.       Не пришлось повторять дважды. Горячие ладони Деккера опустились на щёки девушки, притянув лицо вплотную. Лбы соприкоснулись, в его потемневших глазах читалась неподдельная нежность, смешанная с первобытным влечением. Кайл завладел губами Хоуп жадно и напористо, почти болезненно. В груди быстро разгоралось тепло, жар растекался по венам, а внизу живота пульсировал тугой узел напряжения.       И вот, когда до пропасти оставался один шаг, страх подступил, ударив по вискам. В голове метались обрывки мыслей, здравый смысл хрипел в агонии, пытаясь перекричать желания тела.       С первого дня Хоуп знала: Деккер — это бомба замедленного действия, дикий зверь, готовый вырваться на свободу в любой момент. Именно эта необузданность притягивала и пугала до дрожи в коленях. Хватит ли потом сил принять последствия этого решения? Или пора бежать, пока не поздно?       Парень почувствовал её колебание, заметил мелькнувшую в глазах тень сомнений. В его взгляде промелькнуло непонимание, которое тут же сменилось тревогой. Меньше всего он хотел, чтобы Хоуп чувствовала себя использованной и загнанной в угол.       — Всё в порядке. Если ты передумала… Можем остановиться.       Он продолжал смотреть на неё, ожидая ответа, позволяя ей сделать осознанный выбор, но сам не отстранялся, прижался крепче. Решать тебе, но уговаривать не перестану, не надейся. Я со своими желаниями уже давно определился. И если сегодня мне не перепадёт, точно убью кого-нибудь.       Хоуп вновь подалась к губам Деккера, дразня его обещанием поцелуя, так и не коснулась их. Вместо этого её ладонь скользнула вниз, зависнув на мгновение над его застёгнутым ремнём. Пальцы потянулись ещё ниже, сжимая тугую натянутую ткань ширинки.       — Замолчи.       Как бы ни храбрилась девушка, Кайл чувствовал её скованность. Хоуп сама проявляла инициативу, но делала это неумело и осторожно, возможно боясь раскрыть свою неопытность. Деккер с трудом подавил в себе желание грубо прижать её к кровати, сорвав одежду одним яростным движением.       — Нет, молчать я не буду. Скажи, что уверена и потом не пожалеешь. На меня смотри, не смей отворачиваться.       Серьёзность Кайла, с которой он подошёл к их сближению, обезоруживала. Либо хорошо притворяется, либо и правда не строит хитрых планов, как бы воспользоваться ситуацией, а потом исчезнуть. На миг сердце девушки пронзило странное чувство, похожее на уважение.       — Уверена. Не пожалею.       Больше Кайл не медлил. Пока беглый поцелуй то и дело обрывался, а губы снова и снова искали друг друга, парень расстегнул молнии и пуговицы на одежде Хоуп. Ткань полетела под ноги. Хоуп, не желая уступать, задрала его футболку и стянула её через голову.       Опираясь на локти, Кайл навис сверху, подмяв под себя тело Хоуп. Лёгкая дорожка поцелуев, спускалась от шеи к груди. Язык, вырисовывал на затвердевших сосках невидимые, дразнящие узоры.       — Ох... Хочу тебя в себе, — прошептала Хоуп, прикусив нижнюю губу. Пальцы нетерпеливо блуждали по спине Деккера, направляя и подгоняя. Парень осторожно выпрямился, оставаясь на краю кровати, и потянулся к ящику письменного стола. В руках оказалась новая, запечатанная упаковка презервативов. Пока Деккер возился, пытаясь её открыть, Хоуп тихо усмехнулась про себя. Купил специально перед тем, как меня позвать? Интересно, а уборку тоже ради этого провёл, или он всегда такой?       Деккер вошёл в податливое тело осторожным, но уверенным толчком. Секундная боль пронзила резко и неожиданно, но понемногу начала отступать, стоило движениям стать ритмичными и регулярными. Избавиться от дискомфорта до конца не получалось, Хоуп вцепилась в плечи Кайла, без слов попросив задержаться в таком положении и дать минуту привыкнуть.       Наслаждение смешивалось с чувством разрывающей пульсации, каменный член растягивал эластичные мышцы. Когда удавалось расслабиться и перестать слишком сильно сжимать Деккера бёдрами — становилось легче. Когда же Хоуп концентрировалась на болевых ощущениях и начинала нервничать, Кайл ненадолго замедлялся или останавливался. Не покидая плотно сжатых стенок, отвлекал поцелуями или спрашивал о самочувствии.       Иногда Хоуп рефлекторно отталкивала парня, пыталась сбросить его с себя. Деккер терпеливо выдерживал любые провокации, плавно наращивая скорость плавных погружений. Заметив, что Хоуп успокоилась и больше не вырывается, приподнялся, бережно закинув её ногу на своё плечо.       — Не двигайся только, а то угол не тот будет.       Девушка осталась лежать неподвижно, но рукой потянулась к самой чувствительной точке своего тела. Пальцы двигались в такт толчков, усиливая и продлевая накатывающее удовольствие. Добраться до пика удалось раньше, чем Кайл разогнался до предела и принялся вколачивать тело в смятую простынь. Толкнувшись в последний раз, парень хрипло зарычал, а затем, сняв с члена использованную резинку, рухнул рядом, переводя дыхание.       — Как ты?       Хоуп хотела встать и поскорее одеться, а ещё лучше сбежать в душ, чтобы не отвечать, но Кайл обхватил её запястье, удержал на месте, широко улыбнувшись.       — Серьёзно?       Пришлось остаться на кровати, но плед, который первым попался под руку, девушка всё же накинула на своё обнажённое тело.       — Не смотри так… Это совсем не то же самое. Секс – это одно, а вот так лежать… Другое.       Кайл потянулся к выдохшейся газировке, уже нагревшейся и потерявшей свой вкус. Зажав сигарету в губах, чиркнул зажигалкой. Банка из-под напитка превратилась в импровизированную пепельницу. Хоуп, поморщившись от едкого запаха, толкнула его в плечо.       — Ты что, куришь в постели?       — Обычно нет, но не буду же я сейчас куда-то выходить. Хочу полежать с тобой. — ответил он, выпустив кольцо дыма в потолок.       — Кайл, для меня это много значит. И всегда будет много значить.       Деккер медленно стряхнул пепел с сигареты. О том, как важно для девушки то, что случилось, он уже знал. Её выдали дрожь в голосе и блеск в глазах. Ощущал ли он в этот момент гордость? Определённо.       — И для меня, Хоуп. Всегда.

***

      Компании подростков прибывали. Одни неспешно шли пешком, другие, взревев моторами, парковали свои мотоциклы. Со Джун, Кимберли и Джеймс появились в числе первых. Райт знал, что приближённые Кайла наверняка не будут ему рады, а возможно, и попытаются отомстить, прилюдно унизить. Но теперь всё казалось малозначительным, пустым. Если то, что сказали Хоуп и Ким, правда, то теперь все в большой опасности. Близится время, когда примитивная вражда отойдёт на второй план.       Кимберли дёрнула Джеймса за рукав.       Видишь вон тех? – прошептала она, указывая на двоих, стоявших чуть в стороне. Их лица скрывали чёрные капюшоны и белые аптечные маски, на руках были синие латексные перчатки. Райт кивнул. Незнакомцы отличались от собравшихся, не реагировали на приветствия. Дожидаясь «хозяина этих мест», члены Радо всем своим видом выражали пренебрежение к присутствующим. Было ясно, эти двое удостоят своим вниманием лишь Деккера, и ничуть этого не скрывали.       Хоуп и Кайл появились эффектно — самыми последними, и все взгляды немедленно устремились к ним. Кайл, собранный и сосредоточенный, казался не школьником, идущим на встречу с ровесниками, а хладнокровным политиком, прибывшим на секретные переговоры, исход которых способен предопределить будущее всего человечества. Позже Деккер осознает, что интуиция его никогда не подводила, и тот вечер не стал исключением.       Деккер подошёл к представителю Радо, потребовал снять маску и перчатки.       — Шестёрка, которую вы подослали, совершила научное открытие. Дрянь, которую продаёте, не просто травит и медленно убивает, она меняет структуру человеческого организма. От обычной дури, даже самой ядрёной, кислотой не блюют.       Парень, с которым Кайл уже сталкивался — тот, с которым он бился за склад — сорвал маску, обнажив знакомое лицо. Деккер вспомнил: Диллан. Имя слетело с губ, словно плевок ненависти.       — Мы не знали об этом. Напрасно думаешь, что среди наших парней найдёшь настоящего виновника. Поставщик за океаном, мы только исполнители. Продажи мы остановили, но есть проблема, Деккер.       Диллан немного помолчал, словно подбирал подходящие слова, ведь за всё сказанное придётся отвечать.       — На этой неделе был случай. Похожие симптомы у девчонки с нашего района, но она точно не употребляла, а вот её парень — конченый наркоман. Она выжила, но в больнице впала в кому, а когда очнулась, напала на медсестру, прогрызла ей шею, вспорола живот. Не знаю, как её теперь назвать, но точно могу сказать — это уже не человек, скорее дикий голодный монстр.       Кайла словно громом поразило, но где-то в глубине души уже зрело предчувствие: странных заражений куда больше, чем кажется, но их ещё не успели придать огласке.       — Считаешь, что дело не в вашей синтетической дряни, а в чём-то другом?       — Дурь могла стать спусковым крючком, но пострадавшие заражают и тех, кто никогда не пробовал. Мы называем этих тварей гнилыми.       — Почему я должен верить?       — Есть фото несчастной медсестры после нападения гнилой. Сам понимаешь. Всё скрывают, замалчивают. Чтобы эту фотку получить, пришлось кое с кем договариваться, нам не меньше вас нужны были доказательства.       Деккер рассмотрел ужасающее изображение.       Молодая девушка в медицинском костюме лежала на кафеле в багровой луже, с выпущенным наружу содержимым брюшной полости. Лопнувшие, покрытые слизью кишки превратились в густое месиво. Изорванная шея зияла клочьями мышц, а от конечностей остались лишь окровавленные обрубки. Сотворить такое с несчастной девушкой своими силами мог только кто-то, обладающий нечеловеческой силой.       — Ваш поставщик... Работает за пределами Штатов?       — Да. Боюсь, случаи заражения в самое ближайшее время появятся и в других странах. Но тут мы бессильны. Скоро это станет достоянием общественности. Эта зараза везде. Везде... Сколько же времени нам осталось, прежде чем она поглотит и нас?