Сердце под защитой

— Серьёзно? Вы хотите оставить нас одних с младенцем? — Хосок посмотрел на Чимина, как на человека, решившего отдать ему в руки атомную бомбу. — Это ребёнок, а не динамит, — спокойно ответил Чонгук, застёгивая куртку. — И вы двое всё равно ходите и орёте, что хотите "помогать". — Но помогать и быть главными — это разные вещи! — Тэхён уже держал в руках бутылочку, как меч, и пел малышу оперу. — Чанмин, если что, мигай три раза — и мы тебя спасём! — Вы справитесь. Там всё готово: смесь, подгузники, инструкции на холодильнике. Он покушал, спокоен, даже уснул. Часок погуляем — и вернёмся, — улыбнулся Чимин. — Только не разбудите его, — добавил Чонгук, и дверь за ними закрылась. Наступила… тишина. Хосок и Тэхён замерли в гостиной. Они смотрели на люльку, как будто в ней лежал лев. — Он… он шевельнулся! — прошипел Хосок. — Чувак, что делать?! — Подожди. Не паникуй. Мы взрослые. Мы сильные. Мы… Из люльки раздалось "Уааа!" — Мы трупы, — закончил Тэхён.

***

Следующие двадцать минут были похожи на хаотичный балет. Хосок укачивал малыша, напевая рэп про подгузники. Тэхён бегал с термометром, проверяя, не жарко ли. — Он плачет! А я не знаю почему он плачет! — Тэхён уже почти сам рыдал. — Мы всё испортили! — Он просто устал от твоей песни, — фыркнул Хосок. — Или от твоего лица. — Слышь, я вообще-то красивый! — Вот он снова орёт — значит, не согласен. Чанмин и правда снова расплакался. — Ладно, — тяжело выдохнул Хосок. — План Б. Пелёнка, танцы и безумные глаза. Поехали!

***

Когда Чимин и Чонгук вернулись домой, они увидели, как Хосок стоит посреди комнаты, укачивая малыша в кенгурушке и двигаясь в такт какой-то странной хореографии. Тэхён лежал на полу, накрыв лицо пелёнкой. — Мы проиграли, — простонал он. — Этот малыш — босс. — Но он улыбнулся! — гордо сказал Хосок. — Улыбнулся! Видели?! — Это была икота, — пробормотал Тэхён. — Улыбка! — отрезал Хосок. — Мы его убаюкали. Без посторонней помощи. Мы — герои. — Ага. И теперь сами спать хотите, — засмеялся Чимин, подбирая Чанмина из рук уставшего Хосока. — Я никогда не думал, что трёхкилограммовое существо может морально раздавить меня, — пробормотал Тэхён. — Но он смог. И я горжусь им. — В следующий раз — берёте его на выходные, — с невинной улыбкой добавил Чонгук. — В следующий раз — мы сбежим в лес, — хором ответили Хосок и Тэхён. Но когда Чанмин тихонько засопел на груди у Чимина, оба дяди подошли ближе и осторожно заглянули в маленькое лицо. — Он правда... такой красивый, — шепнул Тэхён. — Он наш, — кивнул Хосок. — И мы за него порвём. — Ну… не сегодня. Сегодня мы поедим. И поспим. Много. И да, в тот вечер они заснули прямо на полу, под пеленками и мягкими игрушками, а над ними Чонгук шептал Чимину: — У нас лучшая семейка в мире. Безумная, но лучшая.