Сердце под защитой

— Чонгук, пожалуйста, погладь рубашку! — У нас малыш, какая разница, мятая она или нет?! — Разница в том, что потом на фотках ты будешь выглядеть как невидимка с капюшоном! — Так может, я хочу быть невидимкой? — Ты хочешь плохие фото в рамке на всю жизнь? Чонгук сдался и пошёл гладить. Чимин тем временем пытался уговорить Чанмина надеть костюмчик с пандой. — Это мило. Ты будешь самой симпатичной пандой. Нет, не снимай! Чанмин! Нет! Ребёнок сбежал с панамкой на голове и одним носком.

***

Фотограф, молодая девушка с цветными заколками в волосах, улыбнулась, глядя на семейство: — О, вы уже тут! Какие у вас красивые глаза… у всех троих! — Спасибо, — скромно сказал Чонгук. — Это от любви. И от бессонных ночей. — И от кофе, — добавил Чимин. — Много кофе. — Ну что, начнём?

***

Первый кадр: Чимин держит Чанмина на руках, а Чонгук стоит рядом, обняв обоих. Ребёнок смотрит в камеру, как будто собирается заявить о правах на власть во Вселенной. Второй кадр: все смеются. Чимин случайно чихает, Чонгук в этот момент целует его в висок, а Чанмин... пытается съесть фотографку. — О, он просто любит объектив! — смеётся она. — Такой фотогеничный малыш. — Он любит жевать всё, — фыркнул Чонгук. Третий кадр: их уложили на плед, вся семья лежит на животе, улыбается. Чанмин ползёт по Чонгуку, хватается за уши и тянет. — Помогите, — шепчет Чонгук. — Он объявил войну. — Это не война, это привязанность, — умиляется Чимин.

***

Под конец — кадры на фоне закатного окна. Мягкий свет. Тишина. Только трое: омега, альфа и их малыш. Фотограф смотрит в экран, замирает. — Знаете, что видно на этих снимках? — Что? — спрашивает Чимин, поправляя волосы. — Что вы — настоящая семья. Такая… настоящая, что даже камера это чувствует. Они переглядываются. — Мы просто любим друг друга, — тихо говорит Чонгук, обнимая обоих. — Это и всё.

***

Через неделю они получают альбом. В нём: их смех, слёзы, крошки на рубашке, поцелуи, пандовый костюм, и один кадр, где Чанмин тянется к губам Чимина с тихим "а-гу". Чонгук ставит этот кадр в рамку на прикроватную тумбочку. Чимин тихо улыбается: — Смотри. Вот он — момент счастья. — И пусть таких будет ещё тысяча, — шепчет Чонгук.