Чёрные лебеди

- Что ты здесь делаешь? - Извини, что вот так нагрянула, - виновато улыбнулась Ольга. - Была поблизости и решила забежать, забрать кое-что из своих старых вещей - у тебя, кажется, мои книги остались и коврик для йоги. Зайду, ты не против? - Проходи, - ошарашенный появлением бывшей супруги, Илья отступил в коридор, пропуская её внутрь. Ольга вошла и, мельком осмотревшись, сняла пальто и разулась. - Мне показалось, или ты кого-то ждал? - ненароком спросила она, следуя за Ильёй на кухню. - Неважно, - бросил тот, - чай или кофе? - Чай, пожалуйста. Всегда любила твои травяные сборы, - женщина присела на стул. - Я была в шоке, когда узнала о том случае со страховкой в театре. Решила не тревожить тебя, но очень переживала. Как ты с этим справился? - Я давно отпустил ситуацию, - отозвался Ларионов, засыпая в чайничек заварку и думая только о том, чтобы Владу не пришло в голову вернуться прямо сейчас. - Это была случайность, технический брак. Нужно быть готовым к таким вещам. - Всё равно это ужасно, - всплеснула руками бывшая. - Ты выяснил, чья это недоработка? - Оль, всё уже нормально, не хочу возвращаться к этому вопросу, - в голосе Ильи промелькнуло раздражение. - Я поняла, извини. Не хотела тебя задеть, - уступила гостья. - Как в целом дела? Ты живёшь не один? Она кивнула на пару чашек возле мойки, оставшихся с завтрака, и выразительно изогнула бровь. Илье не понравилось её внимание к таким мелочам. - Я бы предпочёл оставить личную жизнь при себе, - как можно более деликатно ответил он, разливая по кружкам горячий напиток. - А у тебя как дела? Его это не слишком интересовало, но молчать тоже было бы странно. - Всё по-прежнему, - отозвалась Ольга, - как я и говорила: работа, дом, работа... Йога ещё, фитнес. Сам знаешь, я не тусовщица, так что мои будни довольно однообразны. Она пригубила чай и блаженно улыбнулась. - Ммм, вкусно. А ты теперь звезда! Видела твои интервью - впечатляет! Ты долго к этому шёл. Могу поздравить, рада за тебя. Её слова звучали искренне, но что-то смущало Ларионова, и он поймал себя на том, что нервно постукивает пальцами по столу, хотя давно не замечал за собой этой привычки. - Не волнуйся, я сейчас уйду, - бывшая жена с лёгкостью считала его волнение. - Мне казалось, мы неплохо расстались и могли бы иногда вот так поболтать. Но вижу, что ты придерживаешься другого мнения. - Оля, извини, но я совсем не понимаю, зачем всё это, - признался Илья, - мы нормально разошлись, но мы не друзья. Он выжидающе всмотрелся в её лицо, на котором во всей красе отражалась внутренняя борьба, как бы тщательно она ни пыталась её скрыть. - Конечно, мы не друзья, - Ольга выдавила улыбку, но в глазах читалось разочарование, - сложно дружить с тем, кого считал своей второй половиной. Но для тебя это было... Как ты сказал? Случайность, "технический брак". Однако, не стану скрывать, что всё ещё считаю тебя близким человеком и, само собой, беспокоюсь за тебя. Как за родственника. Илья ни на йоту не поверил её словам, но не стал затевать спор или что-либо уточнять. Хотелось, чтобы бывшая жена побыстрее ретировалась, и он, наплевав на этикет, беззастенчиво бросил взгляд на настенные часы. - Поняла, - горько усмехнулась Ольга, - не смею больше тебе мешать. Только найдём мои вещи, и я сразу же уйду... Она засуетилась и, неуклюже взмахнув рукой, опрокинула наполовину полную чашку с чаем прямо на свою светлую блузку. - Вот же блядство, - в сердцах воскликнула она, подскакивая с места. - Извини за мой французский, просто это новая блузка... Ларионов протянул ей салфетки, но пролитая жидкость уже впиталась в ткань, образовав большое мокрое пятно. - Илья, мне так неловко, - досадовала Ольга, - если не застирать, вещь будет испорчена. Пожалуйста, можно закинуть в стиралку? Я треть зарплаты потратила на эту кофточку... Стыдоба-то какая! Она умоляюще уставилась на Илью, сложив ладони в молитвенном жесте. - Оль, я не знаю, - замешкался тот, в панике не способный придумать ни одной более-менее адекватной отмазки, - может, переоденешься во что-то и дома постираешь? - Въестся же, пока я доберусь, - хнычущим тоном отозвалась женщина. - Тебе порошка, что ли, жалко? - Нет, не жалко, - Илья понял, что лучше поскорее покончить с этим, чем продолжать препираться, - давай, закину на короткую стирку с сушкой. - Ты прелесть, - просияла Ольга и стала без стеснения расстёгивать пуговички. - Ты что творишь? - Илья настолько обалдел, что даже забыл отвернуться. - Ой, да брось, чего ты там не видел? - она стянула блузку с плеч, оставаясь в бюстгальтере, и протянула вещь. - Подожди, сейчас найду тебе что-нибудь. Ларионов поджал губы и поспешил в ванную, чтобы поскорее запустить стирку и прихватить хотя бы халат для бывшей супруги. Он как раз засыпал порошок в нужное отделение, когда пронзительный звук звонка разнёсся по квартире. Илья похолодел, осознавая, что на этот раз точно вернулся Влад. - Кто-то пришёл, - крикнула из коридора Ольга, - я открою. - Подожди, не надо! - попытался остановить её иллюзионист, но, выскакивая из ванной, уже слышал, как та отпирает замок. - Здравствуйте, вы к кому? - приветливо спросила она, выглядывая на лестницу из-за приоткрытой двери - впрочем, явно не слишком смущаясь своего внешнего вида. Илья с ужасом наблюдал, как меняется в лице маячивший в узком проёме Влад, и, как назло, не мог вымолвить ни слова, застыв посреди прихожей, словно вкопанный. - Я ошибся дверью, извините, - глухо проговорил Череватый и, метнув в Илью колкий взгляд, развернулся и устремился прочь. - Влад, подожди! - Ларионов, наконец, пришёл в себя и бросился к двери, но того уже и след простыл. - Ты его знаешь? - Ольга удивлённо вскинула брови. - Оль, блять, я же просил подождать, - вызверился иллюзионист, нависая над женщиной. - В чём трагедия? - она попятилась, выставив вперёд ладони. - Я просто открыла дверь. Кто это был? - Не твоё дело, - огрызнулся Илья. - Слушай... А не ты ли это рассылаешь всякие анонимные мерзости Владу, а? Он с подозрением присматривался к Ольге, ожидая, что вот-вот она чем-нибудь выдаст себя. - Илья, ты о чём вообще? - нахмурилась та. - Какие ещё мерзости? Я этого Влада в глаза не видела до сегодняшнего дня и понятия не имею, кто это. Хахаль твой, что ли? Всё-таки тёмненькие в твоём вкусе... Она вздёрнула подбородок, с вызовом взирая на экс-супруга. - Тебя это не касается, - повторил он. - Забирай свои вещи и уходи. Не знаю, что ты задумала, но это была плохая идея. - Ты параноик, - фыркнула Ольга, - ещё скажи, что я чай на себя специально пролила. Такую дурь ещё надо постараться придумать. Знаешь, наверное, к лучшему, что мы разошлись - у тебя точно проблемы с головой. - Уходи, - поторопил Ларионов. - Вещи отдай, - скривившись, проговорила женщина. Всучив Ольге пакет с её барахлом и выпроводив её восвояси, Илья сполз по стенке и уселся прямо на пол посреди коридора. Он даже примерно не представлял, что ему теперь делать.

***

Влад с грохотом захлопнул дверцу машины и несколько раз яростно ударил по рулю, ладони обожгло болью. Чего он точно не ожидал, возвращаясь домой, так это встретить на пороге полураздетую бывшую жену Ларионова. В мыслях царил полнейший кавардак. Вспомнилось всё: и та самая фотография из театра, и постоянные задержки Ильи на работе, и его странный вопрос о том, как долго Влад планирует пробыть на кладбище. Эти детали, как маленькие пазлы, складывались в одну весьма неприятную картинку, и всё его нутро противилось тому, что она достоверно отражает неприглядную реальность. Но факты говорили сами за себя, какими бы противоречивыми они ни были. Череватый завёл автомобиль и рванул с места, проклиная про себя тот день, когда чёртов фокусник выскочил ему под колёса. В собственной квартире было неуютно и пусто. Влад сбросил в прихожей куртку, ботинки и рюкзак и, не переодеваясь, завалился на диван, утыкаясь лицом в подушку. От обиды хотелось выть в голос. Трудно было поверить, что такая абсурдная ситуация могла с ним приключиться, однако, именно его любимый мужчина (сама эта формулировка ещё полгода назад привела бы его в ужас) решил в его отсутствие поразвлечься с бывшей женой, которую он, по его же словам, и не любил-то никогда, а просто прикрывался ей от расспросов настырных родственников. Глупее и представить было невозможно. В кармане брошенный в коридоре куртки надрывался телефон. Спустя пару часов к нему присоединился дверной звонок. Влад демонстрировал чудеса выдержки, за всё это время даже не сменив позу. Он знал, что это Илья, но не собирался ни отвечать, ни открывать - не видел смысла. Сильно болело в груди, пекло так, что на глаза слёзы наворачивались. Он даже не догадывался, что может быть настолько больно. В сравнении с этим ощущением все его прошлые переживания казались чем-то глупым и несерьёзным, словно только сейчас он впервые по-настоящему соприкоснулся со страданием. Влад любил, любил сильно, искренне и, как он считал, взаимно. Но что-то пошло не так, и ему осталось только лежать, не чувствуя ни рук, ни ног, и тихо ненавидеть себя за то, что поддался эмоциям, доверился и, похоже, прогадал. Он не помнил, когда заснул, а, проснувшись, с трудом сумел разогнуться и подняться с дивана - всё тело затекло, а в глаза словно песок насыпали. Разминая на ходу спину, Влад прошлепал в прихожую и извлёк из куртки разрядившийся телефон. Умывшись и заварив кофе, он нехотя включил аппарат и был моментально атакован десятками оповещений о неотвеченных сообщениях и вызовах от иллюзиониста. Череватый не стал даже открывать переписку, настроение и так было ниже плинтуса. Кофе показался пресным, и он вылил половину в раковину. Плюхнувшись обратно на табуретку, он уронил голову на сложенные руки и вымученно застонал сквозь зубы. Перед глазами против его желания всплывали яркие моменты минувших месяцев, и каждое воспоминания будто резало по живому. Невыносимо было осознавать собственную слабость и беспомощность, от ощущения своей никчёмности он готов был полезть в петлю, если бы не знал, что стоящие за ним силы вряд ли позволят совершить этот шаг. Телефон снова зазвонил, на экране высветилось имя Ильи, и Влад тут же нажал отбой. Сказавшись больным, он взял отгул на работе и три дня просидел дома, ни с кем не разговаривая и перебиваясь лапшой быстрого приготовления и консервами, завалявшимися в шкафах. Несколько раз приезжал Ларионов и подолгу караулил под дверью, но Влад только тихо стоял с обратной стороны и поглядывал в глазок, пока мужчина, сдавшись, не уходил. Череватый всё-таки пролистал его многочисленные послания в мессенджере, где тот в основном умолял встретиться с ним, выслушать и утверждал, что Ольга подставила его, заявившись без приглашения и устроив всё это представление. Влад подумал, что именно так и оправдывался бы, окажись он сам в подобной ситуации. С другой стороны, он был почти уверен, что не оказался бы - честность и верность многое значили для него, он бы так не поступил. Когда Влад наконец покинул своё убежище и пасмурным мартовским утром вышел на улицу, то первым делом удивился тому, как изменился воздух. Несмотря на то, что пейзаж вокруг оставался по-прежнему унылым - с грязными подтаявшими сугробами вдоль тротуара и вязкой слякотью на асфальте, - ощутимо пахло весной. Вторым открытием стал Илья, мявшийся у его машины - судя по его нахохлившемуся виду, не первый час. Череватый остановился в паре шагов от него, не произнося ни слова. - Привет, а я тебя жду, - сообщил очевидное Ларионов, глуповато улыбаясь. - Нахуя? - холодно отозвался Влад. - Хочу поговорить, - иллюзионист посерьёзнел. - Дай мне всё объяснить. - Да всё и так понятно. Можешь не утруждаться. - Что тебе понятно?! - Илья повысил голос и шагнул ближе, но Влад отпрянул, обозначая свои границы. - Не было же ничего! Она свалилась как снег на голову, а потом устроила этот спектакль. Я почти уверен, что Ольга нарочно так поступила... - Пропусти, я на работу опаздываю, - перебил Череватый. - Некогда мне тут всякую ёбань слушать. - Влад, пожалуйста, подожди, - Илья не сдвинулся с места, - а что, если это она затеяла всю эту историю с сообщениями? - Чушь собачья. Она меня знать не знает. А вот этот грёбаный сталкер, получается, даже услугу мне оказал, когда спалил вас в гримёрке. Надо было ещё тогда всё заканчивать. - Прекрати сейчас же! - Ларионов даже по-детски притопнул ногой - так он был возмущён. - Посуди сам, зачем мне крутить с ней шашни? Я же рассказал тебе свою историю, ты что, вообще ничего не помнишь? - Помню. В том числе и то, что в день нашего знакомства ты как раз был у неё. - Так я же бежал оттуда так, что пятки сверкали! - Без понятия, - сморщил нос таксист. - Зачем-то же ты ездил к ней. Всё, мне пора, отойди. Он махнул рукой, будто отгоняя назойливую муху. Илья капитулировал и отступил в сторону, освобождая проход к машине. Игнорируя таращившегося на него мужчину, Влад извлёк из кармана ключи и, распахнув дверь, собрался залезть внутрь и поскорее изолироваться там от внешнего мира, когда Илья снова окликнул его. - Влад! - Череватый помедлил секунду, позволяя тому высказаться. - Упрямый ты идиот! Я же люблю тебя! Люблю, слышишь? Никто мне не нужен больше. Не оборачиваясь, Влад сел в автомобиль и, заблокировав замки, шумно выдохнул через нос. Руки тряслись, пока он проворачивал ключ и выезжал из двора, максимальным усилием подавляя желание взглянуть в зеркало заднего вида.

***

"Череватый, если ты и дальше будешь игнорить мои сообщения, я тебя найду и придушу собственными руками! Где тебя черти носят?!" - эмоциональное послание Лины застало Влада по дороге домой после рабочего дня, и, поскольку планов на вечер не было, а страдать в одиночестве ему не улыбалось, он сразу ответил подруге и напросился к ней на чай, чем немало удивил ту. На тесной кухоньке в тёплом свете развешанных повсюду фонариков, которые были там круглый год, они устроились за столом и долго говорили, поглощая сладости и сухофрукты, которые так нравились Джебисашвили. - И что он тебе в итоге сказал? - спросила Лина, выслушав историю друга до того момента, когда Илья утром подкараулил его у машины. - В любви признавался, - нарочито беспечно ответил Влад и отправил в рот очередную конфетку. - Ого, - подруга широко распахнула глаза, - в первый раз, что ли? - Ну, да, - кивнул Череватый. - А ты уже говорил "три главных слова"? - не сдержала любопытства Лина. - Нет, как-то не сложилось. К лучшему, наверное. - Но любишь же? - Теперь даже не знаю. Не хочу об этом думать, отстань. - А с женой-то его что? - подруга быстро вернулась к прежней теме. - Хуй её знает. Он сказал, что не звал её, сама припёрлась и, типа, подставу устроила. Даже пытался приписать ей эти грёбаные сообщения. Звучит как бред. - А если не бред? - нахмурила светлые брови Джебисашвили. - Может, и правда она тебе строчила всю эту дрянь? И с фоткой той как подгадала... Только вот зачем? Из ревности? Илюхе отомстить? Что-то я нихера не понимаю уже. - Да ну, - отмахнулся Влад, - по-моему, мы пытаемся за уши притянуть хоть какую-то версию. А на деле всё иначе, и это вообще две разные истории. - Кто знает, кто знает, - задумчиво протянула Лина, уперевшись подбородком в подтянутую к груди коленку. - Что думаешь делать? - Ничего, - Влад и правда не строил вообще никаких планов, слишком всё запуталось. - Работать, колдовать... Как обычно, в общем. Что ещё в таких случаях делают? Каре, наверное, отстригают, но мне не дано, если только налысо ебануть. Он провёл ладонью по короткостриженной макушке и заразительно рассмеялся, подруга прыснула, подхватив его ироничный настрой. - Можно ещё надраться и переспать с первым встречным в каком-нибудь клубешнике, - предложила она, отсмеявшись. - Ой, нет, хватит с меня этих мужиков, - закатил глаза Череватый, за его репликой последовал новый взрыв хохота. - Может, всё-таки поговоришь с ним нормально? - успокоившись, уже серьёзно спросила Лина. - Я, конечно, не эксперт, но не похож Илюха на какого-то кобеля. Не стал бы он так с тобой поступать. Я видела вас вместе, он с тебя пылинки готов был сдувать. И его бывшую я бы тоже со счетов не списывала, жопой чую - что-то тут нечисто. - Посмотрим, - неопределённо отозвался Влад, - пока я не готов в этом копаться, и так заебался - сил нет. Знал бы, какая хуйня эти ваши отношения - близко бы не полез. - Не пизди, - хитро улыбнулась Джебисашвили. - Ты и сейчас, когда про Илюху говоришь, в лице меняешься. Любишь же. Что я, не вижу, что ли? Влад состроил выразительную гримасу, демонстрируя подруге, насколько нелепо для него прозвучало её высказывание. Он надеялся, что эта маска выглядела достаточно убедительно, догадываясь, впрочем, что Лина наверняка ни на грамм ему не поверила.