Зов незримого

Раннее утро. Поезд медленно прибывает на перрон. Над нами нависает безрадостное серое небо. Огромные чёрные тучи сгустились прямо над головой. Воздух сырой, пропитанный запахом дождя, который, казалось, вот-вот начнётся. Я медленно шёл навстречу нашему автобусу. Из-за бессонной ночи передвигаться было крайне трудно: всё плыло перед глазами, а мысли в голове перемешались в вязкую, тягучую кашу. Голова кружилась, ноги подкашивались, и я ловил себя на том, что слегка шатаюсь. Монотонные разговоры людей, грохот поездов, гул объявлений сливались в один назойливый шум, от которого болела голова. Лили беспокойно шла рядом со мной, готовая подставить руку, если моя тушка начнёт слишком быстро клониться к земле. Автобус в лагерь ждал нас недалеко от вокзала. Я забираюсь внутрь, вдыхаю спёртый пыльный воздух и падаю на сиденье у входа. В салоне царит полумрак, люди на фоне убаюкивающе мурлыкают, веки тут же наливаются свинцом. — Ты выглядишь как мертвец, который недавно вылез из могилы. Поднимать взгляд было не обязательно, ведь сразу ясно кто со мной заговорил — это, конечно же, Лили. Она смотрит на меня с лёгкой насмешкой, но в её глазах я замечаю понимание. — Настолько всё плохо? — спрашивает подруга, слегка наклонив голову набок. Я лишь неразборчиво мычу ей что-то в ответ, как вдруг чувствую лёгкое подёргивание за рукав. Перевожу взгляд на Лили, а она в свою очередь легонько похлопывает рукой по своей ляжке. Пока автобус медленно заполняется людьми, моя уставшая головушка устраивается на коленях у девушки. — Спи, сегодня будет трудный день, — говорит она спокойным, заботливым голосом, её пальцы осторожно вплетаются в мои волосы. Вокруг слышатся обрывки разговоров, но я не обращаю на них внимания. По крыше автобуса начинает стучать дождь, по окнам стекают капли, а я проваливаюсь в глубокий, долгожданный сон, который мне был так нужен. Автобус наполнился детьми. Вожатая провела перекличку, и мы наконец-то поехали. Не прошло и пяти минут после отправления, как один из пассажиров громко включил музыку через колонку, а остальные весело подпевали. Кто-то уже зашуршал упаковкой чипсов, и аромат специй наполнил салон. Кого-то успели насильно поженить, пока тот спал, и он, пробудившись, со слезами на глазах кричал о расторжении брака. Какая-то девочка, очевидно не нашего возраста, вылила слайм на пол и пыталась судорожно отодрать его от поверхности, пока вожатая не увидела. На задних сиденьях слышалось бренчание гитары, а Лили тем временем негодовала из-за частых проигрышей в игре «Три в ряд». Но я провалился в настолько глубокий сон, что попросту не замечал происходящего вокруг: как вожатая на протяжении нескольких часов носилась по автобусу с невероятной скоростью и пыталась утихомирить разбушевавшихся подростков; как какие-то дети начали драться из-за проигрыша в «Бравл Старс», а остальные делали ставки, кто же победит; как Лили со всей дури швырнула телефон в пол, когда у неё закончились все жизни в игре, а потом с растерянным лицом смотрела на маленькую трещинку на экране. Но потом все резко затихли. Весёлый смех, наполнявший автобус, сменился размеренным посапыванием. Тёплое солнышко, выглянувшее из-за туч, так и норовилось просочиться сквозь зашторенные окна. Я приоткрыл глаза. На удивление, после трёхчасового сна моя усталость испарилась, как будто её вовсе не было. Оглядев спящую девушку — её лицо было спокойным, а грудь медленно поднималась и опускалась при дыхании, я очень аккуратно, дабы не потревожить,сел, надел наушники и аккуратным движением руки положил голову подруги на своё плечо. Приоткрыл занавеску и увидел обширное подсолнуховое поле, освещаемое тёплыми солнечными лучами. *Какой же сегодня прекрасный день.* Спустя некоторое время автобус подъехал к лагерю. Дети сразу начали аплодировать водителю, кричать и визжать. Лили, услышав резкий шум, приоткрыла сонные глаза. — Приехали? — хриплым после сна голосом спросила подруга. — Ага, — кивнул я. Мы вышли из автобуса и забрали сумки из багажника. Лагерь находился в горах, а повсюду его окружал глухой сосновый лес. Воздух был свежим и пропитанным запахом хвои. Небо наполняла звонкая птичья трель. Я прикрыл глаза, наслаждаясь прекрасной симфонией, как вдруг на моё плечо резко упала чья-то рука. — Не спать! Я обернулся и увидел высокую загорелую девушку с короткими рыжими волосами, торчащими в разные стороны. Она широко улыбалась, а на её жёлтом топике болтался бейджик с надписью «Голден Чиз». Дополняли образ простые белые шорты и лёгкая небрежность во всём облике. *Вожатая?* Она, не отрывая руки от моего плеча, начала довольно громко говорить, чем заставила меня невольно зажмуриться: — Так, сейчас я буду называть ваши фамилии и имена по списку. Те, кто услышат свои, подходят ко мне. — Она сделала небольшую паузу. — Те, кто не удостоятся возможности быть названными, не пугаются и не паникуют, просто остаются на месте и ждут другую вожатую. Все всё поняли? Дети одобрительно закивали, а я немного поморщился — незнакомка с каждым словом сжимала моё плечо всё сильнее. — Тогда приступим! Аб... — Извините, не могли бы вы отпустить моё плечо?.. — я умоляющим взглядом посмотрел на неё. Лицо девушки выдало жгучий стыд. В толпе послышались тихие смешки, и она резко освободила меня из этой мёртвой хватки. — Ох, прости, глупышка, я не заметила, что держу тебя! — дама неловко заправила прядь волос за ухо и вернулась к списку. Она громко и чётко называла имена ребят, а те, в свою очередь, поднимали руку со словами «Здесь» и шли навстречу девушке. Скоро очередь дошла и до нас с Лили. Мы, последовав примеру других детей, приблизились к вожатой. Список закончился довольно быстро. Вокруг нащумевшей особы уже стояло человек тридцать. Она резко махнула рукой со словами: — Ну что, малышня, пошли! Это высказывание все восприняли по-разному: кто-то посмеялся над этим прозвищем, а кому-то совсем не понравилось принижение по возрасту, и он не побоялся открыто заявить девушке о своих правах. На что та показала ему язык и, закатив глаза, сказала: — Ой, я такой взрослый! Старой тёте не стоит забывать о манерах. Все дети засмеялись, а лицо бунтаря залилось краской. Вожатая велела нам оставить чемоданы в теньке, и мы двинулись вглубь лагеря. Лагерь, как уже было сказано, расположен в горах. Когда я подавал сюда заявку, совсем не ожидал, что горы окажутся намного внушительнее, чем мне показалось. Честно говоря, будучи человеком неспортивный, подъём в гору давался мне очень тяжело, как и другим ребятам. Казалось, по моему лицу стекала уже сотая капля пота, когда вожатая привела нас в большую деревянную беседку и велела сесть на лавочки. Беседка постепенно наполнялась детьми. Вскоре людей стало так много, что некоторым бедолагам не хватило места на скамьях, и они были вынуждены сесть на пол. Старший вожатый выделялся среди остальных с первого взгляда — его осанка и спокойная уверенность сразу выдавали лидера. Смуглая кожа, седые волосы, собранные в строгий хвост, и простая, но безупречно чистая одежда — белая рубашка с короткими рукавами и серые брюки — подчеркивали его авторитет. Остальные вожатые стояли чуть позади, будто невольно признавая его главенство. — Приветствую вас всех в лагере «Надежда»! — довольно громко и торжественно заявил мужчина. — Меня зовут Элдер Фейри, и я, как старший вожатый, объявляю о начале второй лагерной смены этого лета! Несмотря на палящее солнце, которое терроризировало нашу беседку и нагоняло духоту, все дети аплодировали, смеялись, а некоторые даже свистели от радости. Даже я невольно улыбнулся, но потом вспомнил, что мне скоро придётся тащить все свои сумки на эту проклятую гору. — Сейчас будет распределение по отрядам, а потом расселение, — чётким голосом объявил мужчина, стоящий по правую руку от старшего вожатого. Я его сначала даже не заметил — он стоял в стороне, не привлекая внимания. Но, присмотревшись, я поразился его сходству с Элдером Фейри. Правда, отличия всё же были: короткие взъерошенные волосы с белыми прядями спереди и чёрными на затылке, но зато одежда — строгая, как у старшего вожатого: серая рубашка и классические брюки. — Для тех, кто видит меня впервые, скажу, что меня зовут Меркури Найт. Сейчас я буду называть фамилии детей, а они будут подходить к своим вожатым. Если всё понятно, то я начну... Мужчина начал читать список. Со своих мест вставали маленькие дети, и я понял, что до меня очередь дойдёт ещё не скоро. Спустя минут двадцать он перешёл к старшим отрядам. — Ура, мне кажется, мы ждали этого целую вечность! — воскликнула Лили. — И не говори, — ответил я. После этого наш взгляд переключился на Меркури Кнайта. — Итак, теперь шестой отряд. Вашими вожатыми будут Голден Чиз и Моцарелла, — он сделал короткую паузу и обратил взгляд на нас. — В отряд войдут следующие лица: Джинджер Брейв, Визард... Он начал перечислять имена незнакомых мне ребят, как вдруг я услышал, что мужчина произнёс имя моей подруги, а затем и моё. Я был на седьмом небе от счастья! Наконец-то я уйду из этой беседки, которая, по ощущениям, нагрелась до ста градусов под прямыми солнечными лучами. Мы с Лили подошли к вожатым. Моё внимание сразу привлекла рыжая девушка — с такой явно не соскучишься. Рядом стояла более скромная вожатая, Моцарелла. Её светлые волосы обрамлял солнечный жёлтый ободок, а воздушное белое платье с золотым узором подчеркивалось нежной голубой лентой на талии. — Ну что, пойдёмте отсюда за вещами! — воскликнула Голден Чиз, когда все дети собрались вокруг неё. Мы спустились вниз по горному склону к нашим вещам, которые уже стояли прямо под палящим солнцем. Лили достала из рюкзака бутылку воды и сделала глоток. Вода была уже тёплой и оттого противной. Её мордашка чуть поморщилась, но она быстро пришла в норму. — Ребята, вам не повезло, — сказала Моцарелла с ноткой сочувствия. — Вы будете жить в первом корпусе — самом дальнем. По толпе сразу прокатились недовольные возгласы. Никто не хотел тащить сумки в гору. Но ничего не поделаешь — пришлось напрячься. Это было просто ужасно. Уж промолчу про дикий горный склон, на котором все чуть ли не падали. Но после этой жестокой пытки нас ждал ещё один круг ада — длиннющая каменная лестница, при виде которой у меня глаза полезли на лоб. С горем пополам мы доползли до корпуса. Здание было новым и современным. Оно немного возвышалось над уровнем земли, а ко входу вела ещё одна лестница пыток — правда, не такая большая, как предыдущая: всего плюс-минус десять ступенек. Голден Чиз по прибытии в корпус заявила, что щедро наградит нас за это жестокое восхождение, но что-то мне слабо верилось в её обещания. Мы зашли внутрь, и вожатые сообщили, что нам в кои-то веки повезло: мы живём на первом этаже. Как ни странно, отряд это не сильно воодушевило. Корпус делился на два крыла: правое — для мальчиков, левое — для девочек. Вожатые сначала приступили к расселению девочек по комнатам. Лили, кажется, нашла себе хороших соседок, что заставило меня порадоваться за неё. Через десять минут мы прошли в правое крыло. Наконец началось расселение мальчиков. Моцарелла зачитывала список, который держала в руках, а Голден Чиз распределяла детей согласно записям. С каждой минутой нас становилось всё меньше, пока не остался только я. *Такое вообще бывает?* — Ну всё, самое сложное сделали, теперь можно расслабиться! — сказала Голден Чиз своей напарнице, закинув руки за голову. — Извините, а как же я? — растерянно произнёс я, слегка приподняв руку. Очевидно они меня и не замечали толком Девушки повернулись ко мне, и их спокойные лица сменились лёгким шоком. — Погоди-ка, такого просто не может быть! Мы всё делали строго по списку! — засуетилась Моцарелла, судорожно пробегая глазами по тексту. — О господи, дай сюда! — Голден резко выхватила список у напарницы. — Так, стоп... Я вообще ничего не понимаю... — Она опустила взгляд, но тут же резко обернулась, услышав шаги. — Что у вас здесь происходит? — спокойным голосом произнёс внезапно появившийся Меркури Найт. — Вот, ребёнку места не хватило, — ответила Моцарелла. — Хм... Не беда. Мы можем перенести пятую кровать в одну из комнат вашего отряда, но боюсь, такая перестановка доставит детям неудобства — комнаты в этом корпусе не слишком большие. — Он сделал паузу. — Или подселим его к другому отряду на вашем этаже. Дети там всего на год старше, думаю, проблем не возникнет. Что скажете? — Думаю, второй вариант будет лучше, — предположила Моцарелла. — Да, я полностью согласна, — поддержала Голден Чиз. — Тогда идите за мной, нужно согласовать со старшим вожатым. — Меркури повернулся ко мне, и наши взгляды встретились. — А ты посиди здесь и подожди нас. Я лишь коротко кивнул, снял рюкзак и устроился за ближайшим пластиковым зелёным столом. Закрыв глаза, мысли крутились в голове, перебивая друг друга. *Каким будет мой сосед? Поладим ли мы?* Хотя, честно говоря, я ещё не встречал человека, с которым в итоге не смог бы подружиться. Всё же, бешеная карусель из тысячи мыслей, и в конце концов все они свелись к одному слову: *Начало явно не из волшебных...* __________ Через полупрозрачные занавески в комнату пробивались яркие солнечные лучи, которые я просто ненавижу. Волосы спутались и растрепались по подушке, как и я сам. Тишина, спокойствие — но не уют. Что-то в этом месте было чужим, мерзким, отталкивающим. Так и хотелось расплакаться, сбежать в глухой промозглый лес и никогда не возвращаться. Я ненавижу лагеря — здесь я чувствую себя по-настоящему чужим. Детский смех, льющийся из окна, яркое солнце, обжигающее кожу... *Зачем я здесь? Почему меня сюда притащили? Они хотят от меня избавиться? За что?* Тело приподнялось с кровати, отчего перед глазами пролетели слабые, но темные мушки. Отражение в зеркале было удручающим: растрёпанные синие волосы, отёкшее лицо, размазанная тушь под глазами — всё это заставило меня поморщиться. Я взял расчёску, бигуди, косметику и принялся за утренние процедуры. Пальцы привычно заплели пряди в аккуратную "мальвинку", тушь легла ровнее, а в тоннели "змеиного укуса" вставились холодные металлические серьги. Я повернулся к зеркалу — на меня смотрел будто другой человек. *То-то и оно*, — усмехнулось отражение. — *Сука, ну и красавец!* Я корчил рожи и позировал перед зеркалом, воображая себя в эдите, как вдруг в дверь постучали. — Войди, — равнодушно бросил я. — Ох, весь день ходят удивительные слухи! — В комнату вошёл высокий статный парень. Его фигура была стройной и изящной, а длинные волосы, слегка фиолетовые на свету, прикрывали один глаз. На нём была чёрная рубашка с воланом на рукавах, чёрные брюки, высокий воротник и пояс с золотыми камнями. У плеча сверкала брошь в виде белой розы. Весь его вид словно кричал о благородстве. — Мой господин, не желаете ли услышать самые сочные сплетни? Я ответил ему колким взглядом и тягучим молчанием. Не царское это дело на такие риторичтские вопросы отвечать. — Конечно, это лишь мимолётное развлечение, но, надеюсь, скрасит вашу скуку. — Прекрасно. Но откуда ты знаешь, что мне скучно? — О, мой господин, не шутите. Я знаю вас слишком хорошо, чтобы читать ваши мысли по одному лишь взгляду. — Он сделал паузу. — Один слух касается лично вас... — О-о-о, теперь ты меня заинтриговал, дорогой Сапфир. Начни-ка с него. — Как пожелаете, мой лорд! — Он едва заметно поклонился. — Вожатые шепчутся, что какому-то неудачнику не хватило места, и его хотят подселить к вам. — Что...? Ты осмелился смеяться надо мной?... — Никак нет, господин. Администрация упёрлась рогом: мол, "места нет, всем надо потесниться". — Да мой отец отвалил за эту конуру столько денег, что они по-хорошему могли бы себе новый корпус отгрохать! И кто же этот счастливчик? Сапфир, услышав эти слова, будто оживился. — Оууу, это просто бриллиант среди всех самоцветов! Залез в его личное дело — парень, значит, мечта всего колхоза! Олимпиады, грамоты, рекомендательные письма, красный аттестат... — Ага, и что? — гримасничаю я. — Хах! Да сосед твой новенький, небось, паренёк повёрнутый на учёбе. Типичный книжный червь, не удивлюсь, если он носит очки в пол-лица и говорит всякими умными терминами! — Сапфир невинно разводит руками. — Вот оно как! Ещё, небось, ложится спать с учебником под подушкой. — Оооуу, господин, вы что — он, вероятно, под подушкой ещё и формулы пишет, — саркастично заявил Сапфир. Несмотря на фырканье, уголок рта дёргается — Сапфир попал в точку. Затем мне в голову ударила прекрасная идея: я резко встал с кровати и начал агрессивно размахивать руками, изображая огромные толстые очки и заикание. Парнишка тем временем грациозно сидел на моей кровати и смеялся, аккуратно прикрыв рот рукой. Вдруг — лёгкий скрип половицы в дверном проёме. Мы резко обернулись в сторону источника звука и застыли с открытыми ртами. В двери стоял высокий, стройный парень. — Неужели я так сильно похож на заучку? — сказал незнакомец лёгким насмешливым голосом. — Сапфир, падла! Ты почему дверь не закрыл!? — еле слышно прошипел я. — О, мой лорд, прошу прощения, сквозняк всему виной, — таким же тихим голосом ответил мне друг, а я в свою очередь кинул на него острый, прожигающий насквозь взгляд. Незнакомец тем временем делает шаг вперёд, входя в комнату. Солнечный свет падает на его лицо. Золотистые волосы мягко ниспадают с плеч. Гетерохромные глаза смотрят на меня с интересом и любопытством, а на лице играет улыбка. — Ооооо, вот и наш заучка пожаловал. Только не спеши формулы на стенах писать — ты знаешь, какие обои нынче дорогие, — язвительно говорю я. — О нет, я не увлекаюсь таким, предпочитаю любоваться природой, а формулы они такие... холодные и грустные, правда? — с той же самой улыбкой говорит незнакомец. — А ты, я погляжу, принц поэзии наяву! Ты всегда такими глупыми фразами сыплешь или специально для меня, любимого, стараешься? — Глупость — понятие субъективное. Некоторые считают глупостью делить комнату с незнакомцем, а некоторые — устраивать скандал до знакомства, — парень мягко закрывает дверь в комнату, подходит к свободной кровати и кладёт на неё свою сумку, аккуратно поправляя складки на покрывале. Я, не найдя достойных оскорблений, тыкаю пальцем в сумку белобрысого. — И что это за тряпки!? Ты что, собираешься тут подиум устраивать!? Парень, сидящий напротив, аккуратно достаёт сложенную рубашку. Ткань струится у него в руках, переливаясь шёлковым блеском. — Увы, мой гардероб не дотягивает до подиумных стандартов. Хотя... — Он бросает взгляд на мою мятую майку, на которой изображён котик, стреляющий лазерами из глаз, — в этой комнате он действительно будет выглядеть вызывающе. Сапфир, до сих пор молча наблюдавший за происходящим, вдруг фыркает. Я бросаю на него убийственный взгляд. Он тут же встаёт со своего места и, сделав грациозный поклон, удаляется из комнаты, кажется на его лице промелькнуло недовольство? Бред — Слушай сюда, давай сразу договоримся: это моя территория, а ты здесь просто мебель. Запомни это и не лезь сюда со своими... эстетическими заморочками, — я обвожу парня презрительным взглядом. Он тем временем спокойно вешает свою рубашку в шкаф и поворачивается ко мне. — Хорошо, король. Но учти, что и королям нужен достойный собеседник, а не только... — Он бросает взгляд в сторону входной двери, — безгласные подданные. В комнате нависает удушающая тишина, нарушаемая лишь бешеным стуком моего сердца. Злость переполняет меня, кровь кипит в жилах, и в голове раздаётся голос: *Я убью его.* — Слушай сюда, ванильный принц, — прошипел я, подойдя ближе к парню. — У тебя есть ровно пять минут, чтобы исчезнуть отсюда, иначе… Я сделал драматическую паузу, ожидая реакции. Но парень даже глазом не моргнул, продолжая расставлять книги на полке с убийственным спокойствием. — Иначе? — переспросил он, от чего мои пальцы сами собой сжались в кулаки. — Иначе случится нечто настолько ужасное, что даже мне страшно! Он поднимает на меня взгляд. Его глаза, как всегда, спокойны. Он оглядывают мою персону, будто я редкий экспонат в музее. — Интригующее вступление, но мне кажется, это немного не по правилам лагеря. — Засунь в жопу свои вонючие правила! — С меня хватит. Я вылетаю в коридор, с грохотом захлопнув за собой дверь. — Меня, кстати, Ванилла зовут, — слышится раздражающий голос за спиной. — Да мне насрать! Десять минут я потратил на поиски идеального оружия — и нашёл. За корпусом буйно разрослась целая плантация крапивы. Отрывая её голыми руками, острая боль обжигает пальцы, но это не напрасная жертва — всё ради великой цели. Пусть и он почувствует эту боль! Сапфир, расхаживающий по коридору с видом английского лорда, на мой вопрос лишь изящно махнул рукой: — Кухня, мой господин. Ванилла стоит у открытого окна, его золотистые волосы развеваются на ветру, будто в замедленной съёмке — ПОЛУЧАЙ! — Заорал я, замахиваясь крапивным букетом. Эффект превзошел ожидания. Он взлетает на стол подобно пуле, опрокинув чашку, которая разбилась об пол с соответствующим треском — Ах, это негигиенично! — говорит ванильный всё тем же спокойным тоном, от которого у меня затряслись руки. — УМРИ, ИДЕАЛЬНЫЙ! Я прыгнул на стол следом, но он ловко увернулся, нарушив мой баланс. Следующее, что я ощутил — холодный винегрет на лице. Огурец медленно сползал по моей щеке. Гонка продолжилась по всему корпусу. Мы пронеслись через крыло девочек, где одна из дверей распахнулась, выпустив бледнолицую девушку с лилией в волосах. — Ванилла, что здесь происходит!? — спрашивает она. — Потом объясню! — задыхается он. Неужели у него до сих пор есть силы говорить?! Это выводит меня из себя! — С дороги, женщина!!! — кричу я, отталкивая подружку Ваниллы. — Ух, скотина! — кричит мне вслед девушка, подняв кулак. Но мне уже не до неё — моя единственная цель сейчас — белобрысый парень, бегущий впереди. Он резко поворачивает вправо, ныряет в душевую и запирается в кабинке. — Выходи… Трус!.. — я задыхаюсь от бега и бью крапивой по двери. — Хотя знаешь… Крапива — идеальное средство для роста волос. Можем сегодня вечером сделать маску? Вместе? — Ты… Ты… — я не могу подобрать слов и просто запихиваю крапиву в замочную скважину. — Спасибо?.. — раздаётся из-за двери. После обеда. Тихий час. Я лежал, уткнувшись лицом в подушку, руки горели огнём. Зато "этот" сидел на своей кровати, намазывая кремом покрасневшую кожу, и спокойно сказал: — Завтра можем повторить… если тебе так хочется. — Иди в пизду! — я бью кулаком по матрасу и поворачиваюсь к стене. Битва проиграна, но война ещё не окончена. Пока я медленно погружался в сон, Ванилла что-то зарисовывал в своём скетчбуке, изредка поглядывая в мою сторону. _______ — И так мои верные войны, сегодня нас ждёт кровопролитное сражение,вы клянётесь бороться не на жизнь, а насмерть? — Клянусь! — взвизгнула девочка напротив, подпрыгнув на месте. Её хвостики с яблочными заколками раскачивались в такт движениям, а чёрное платье с рюшами развевалось, будто боевое знамя. — Вот это настрой Кенди Эпл! Сапфир, бери пример и тоже не отставай! — Господин, к чему весь этот цирк? — Посмотрел на меня Сапфир с неким недоумением — Цирк?! Это не цирк, солдат! Это — война! Война против этого... Придурка, который думает, что может просто так занять мою территорию! — Я хватаю Сапфира за плечи и начинаю трясти, бросив взгляд на девчушку, которая уже размахивает подобранной с пола веткой, как мечом — Видишь? Она готова! А ты?! —Ну... я... клянусь, наверное... — Сапфир поёживается под давлением моего взгляда — Наверное не считается! Либо ты с нами. Либо....— Я наклоняюсь поближе к брюнетистой макушке и шепчу ему прямо на ухо—...ты будешь первым на ком мы опробуем новое оружие. — Ладно-Ладно, клянусь. В бой, — Отходит от меня Сапфир с поднятыми руками — Вот! Мой отряд официально готов! — Торжествующе объявил я. — Направление — столовая! Вперёд! Я сидел за столом со своими верными соратниками, но взгляд мой был прикован к противоположной стороне помещения. Там, в окружении беловолосой девушки с длинной косой и её подружек, размеренно сидел Ванилла. Парень даже не подозревал о грозовом фронте, сгущающемся над его головой, спокойно отламывая кусочки булки и запивая их чаем как ни в чём ни бывало. — Смотри, как он ножиком крошки подбирает, — ехидно прошептала Кенди Эпл, прикрывая рот ладошкой. — Будто не в лагерной столовой, а в мишленовском ресторане, а сам-то дай бог знает как выглядят щипцы для спаржи — Может, он и вправду потерянный принц из Тридевятого царства? — хихикнул Сапфир, играя вилкой. — Видите эти белоснежные шорты? — Я демонстративно поднял стакан с компотом, наблюдая, как жидкость плещется у самого края. — Через три секунды они станут вишнёвыми. Кенди закусила губу, сдерживая смех: — Он же... — Он обосрётся в прямом смысле этого слова! — я закончил её мысль. — Чёрт, мастер, да вы гений! — Сапфир не смог сдержать восхищения, изящно прикрыв рот рукой. Изобразив на лице невинное выражение, я направился к столику врага. Мои спутники замерли в предвкушении. — Ой, я такой неуклюжий! Совсем не смотрю под ноги! — громко заявил я на всю столовую. — Ох, как играет! — у Кенди загорелись глаза. — Настоящий артист, — прошептал Сапфир. — ОЙ! — Я мастерски споткнулся о ножку стула. Девичий писк раздался хором, когда компот медленной волной разлился по белоснежным льняным шортам. Но самое невероятное — Ванилла даже бровью не повёл. — Ванилла, прости, я нечаянно! — С лицом, полным мнимого раскаяния, я принялся "вытирать" пятно, лишь сильнее размазывая липкую жидкость. — О, дорогой, не кори себя, — парень одарил меня ангельской улыбкой. — Я как раз подумывал сменить образ. Эти шорты мне слегка поднадоели. Он поднялся, и тут выяснилось, что пятно не такое уж большое. Ловким движением Ванилла выпустил рубашку из-за пояса, и ткань идеально скрыла последствия моего "несчастного случая". — Вот и всё! — Парень посмотрел на меня с тем же спокойствием, но потом его лицо озарила улыбка, когда он увидел моё перекошенное от ярости лицо. — Ах, вот как! Поднадоели, да?! — Я язвительно оглядел его с ног до головы. — Забавно. А я-то думал, у принцев вкус получше. Ладно! Наслаждайся своим новым образом! Надеюсь, в лагере есть благотворительный магазин для таких жертв моды, как ты! Резко развернувшись, я направился к выходу, оставляя Ваниллу с его победой и пятном, которое всё же слегка проступало сквозь тонкую ткань рубашки. _________ — Ха! Ладно, сегодня он выиграл... Но это только первый раунд! — Я эффектно расставил ноги посреди беседки. Передо мной, затаив дыхание, сидели мои верные соратники, готовые пойти на всё ради моего спокойного существования. — О, великий мастер, каковы будут наши дальнейшие действия? — Кенди Эпл склонила голову, словно рыцарь, её яблочные заколки заблестели на солнце. Я многозначительно поднял палец: — Сапфир, скажи-ка мне, на какой кружок ходит наш дорогой Ванилла? — Если мне не изменяет память... — Сапфир задумчиво приложил палец к подбородку, — на рисование, кажется. — О-о-о! Рисование! — Я поднял руки к небу, изображая театральный восторг — Творчество! Вдохновение! Но скажите мне, друзья мои, какое же истинное искусство без... неожиданных красочных экспериментов? — Мой господин, вы же не планируете... — Сапфир побледнел, предчувствуя недоброе. — Планирую? Дорогой мой, я уже всё подготовил! — С фокусническим жестом я выхватил из-за спины тюбик чёрного акрила, вращая его между пальцами. — Сегодня наш многоуважаемый Пабло Пикассо познает всю прелесть настоящего абстракционизма! — Ура-а-а! Идём гробить начинающего художника! — Кенди подпрыгнула так высоко, что её хвостики взметнулись вверх. — Не-не-не, моя прелесть, — я покачал головой, наблюдая, как её лицо мгновенно омрачилось. — Ты отправишься по особому заданию! Готовить почву для нашего следующего... художественного перформанса. — И-и-и-и! Личное поручение от мастера! — Она завизжала от восторга, подпрыгивая на месте. Я наклонился к её уху и прошептал несколько слов. — Приступаю к исполнению! — Девочка отдала мне шутливый салют и помчалась к корпусу, её чёрное платье с рюшами развевалось на ветру. Мы с Сапфиром затаились у входа в художественную студию. Я ловко подкрался к приоткрытому окну и заглянул внутрь. Просторный кабинет был заполнен сосредоточенными детьми, склонившимися над мольбертами. Но мой взгляд сразу выхватил знакомую золотистую макушку. Ванилла сидел рядом с той самой белоголовой девицей - странно, как часто они оказываются вместе. Когда я увидел его холст, у меня перехватило дыхание. На картине был изображен ангел с закрытыми глазами, в белоснежных одеждах с золотой вышивкой, излучающих божественное сияние. А на лбу у него красовалась бежевая звезда. *Неплохо... Но явно не хватает завершающих штрихов!* Отскочив к другу, я быстро прошептал инструкции. Тот лишь изящно кивнул и с королевской осанкой достал папку с бумагами. Постучав трижды, он плавно вошел в кабинет. — Здравствуйте, дорогие творцы! — его бархатный голос заполнил помещение. — Наш театральный кружок проводит анонимный опрос о предстоящем спектакле на день открытия лагерной смены. Не оторветесь ли от своих шедевров на пару минут? Ученики переглянулись, затем потянулись к Сапфиру. Ванилла вежливо поднялся и последовал за подругой. Вскоре вся группа, включая преподавателя, окружила моего сообщника. *Идеально!* Я впрыгнул в окно и подбежал к мольберту. Схватив самую толстую кисть, что мне попадалась, и выдавив на нее тюбик черной краски, мой внутренний творец принялся за работу. Мазки превратили ангела в демона - черная шляпа, мрачная дымка, синяки под глазами. Белые одежды почернели, будто пропитались грехом. Услышав, что опрос заканчивается, я добавил последний штрих - кроваво-красное "ОТШЕЛЬНИК" поперек всего холста. Ванилла возвращался к своему месту, когда заметил меня, выпрыгивающего в окно. Мой воздушный поцелуй заставил его глаза расшириться. Он бросился к мольберту и замер, увидев трансформацию своего ангела. Когда он обернулся, в его взгляде читалась целая гамма эмоций - от ужаса до ярости. Я лишь игриво помахал рукой и скрылся в кустах. Ванилла замер перед изуродованным холстом, его взгляд скользил по каждому моему мазку. Вдруг в его глазах вспыхнул огонь вдохновения. Он схватил тонкую кисть и с точностью начал наносить темно-голубые штрихи. По черным одеждам поползли золотые нити вышивки, складываясь в замысловатые узоры. На шляпе появился таинственный голубой глаз. Волосы ангела-отшельника стали выглядеть ветреными и живыми - одна непокорная прядь выбилась из общей массы. Мои глаза буквально полезли на лоб, когда я осознал - этот чертов Ванилла превратил мою похабщину в гениальное произведение искусства. — Ах! Какая глубокая аллегория! — учительница подошла ближе, прикрыв рот рукой. - Борьба света и тьмы, искушение и чистота... Дети начали вставать со своих мест, толпясь вокруг мольберта. — Ванилла, это потрясающе! — белоголовая девочка с лилией в волосах смотрела на картину с восхищением. - Как ты придумал такой образ? — Мне... помогли, — Ванилла бросил взгляд в сторону окна, где мне уже удалось прятаться, и едва заметно подмигнул. Его довольная улыбка стала последней каплей - я почувствовал, как жар злости разливается по моему лицу, окрашивая его в багровый цвет. ________ Кенди Эпл стремительно обежала корпус, делая вид, что что-то ищет. Вдалеке она заметила Машрума и Вайлдбери из своего отряда и стрелой помчалась к ним. — Машрум, Вайлдбери, приветики! — защебетала девочка, сложив руки за спиной и кокетливо покачиваясь на носочках. — А что это вы тут делаете? — Это тебе не положено знать! — Машрум нервно заерзал, крепче пряча что-то за спиной. Вайлдбери одобрительно кивнула. — Сверхсекретная миссия галактического масштаба! — Ну пожа-а-алуйста! — Кенди надула губки и заморгала огромными глазами. — Я же никому не расскажу! Честное-пречестное! Ребята переглянулись. После драматичной паузы Машрум с важным видом протянул руки вперед. На его ладошках сидели две склизкие лягушки, лениво раздувающие бока. Вайлдбери бережно прикрыла своих лягушек ладонями. — Ух ты! — глаза Кенди загорелись как прожектора. — Можно мне их? — Чего?! Да ни за что! — всплеснул руками Машрум. — Мы их полдня ловили! Кенди внезапно переменилась в лице. Она склонила голову набок и сказала сладким голоском: — А если... я случайно расскажу вожатой, кто на самом деле устроил тот "несчастный случай" со свечами в корпусе... Из-за которого была пожарная тревога... Лица ребят побелели как мел. После немого диалога взглядами Вайлдбери кивнула. — Ладно... забирай, — пробормотала она. — Только никому ни слова! И аккуратнее с ними! — Договорились! Спасибо за сотрудничество! — Кенди ловко пересадила лягушек в заранее приготовленный контейнер и помчалась к мастеру. ________ — Итак, этот план тоже провалился... — Я нервно шагал по беседке, размахивая руками как дирижёр разъяренного оркестра. — Но у нас в запасе ещё сорок семь рабочих вариантов! А, Кенди, дорогая! Ты принесла то, о чём я просил? — Так точно, мастер! — Гордо вытянувшись она вручила мне контейнер. — Браво! — одобрительно потрепал её по голове, мой настрой явно стал ещё более воинственным — Теперь - к новым подвигам! Мы, запыхавшись, преодолели бесконечную "лестницу смерти" и наконец добрались до первого корпуса. Кенди Эпл первой юркнула в мою комнату, в то время как мы с Сапфиром остались на страже у двери. Через приоткрытую щель я наблюдал, как она ловко расстегивает рюкзак Ваниллы и запускает туда двух скользких лягушек. Вдруг рука друга нервно дёрнула меня за рукав - Ванилла приближался к комнате! Мы начали отчаянно жестикулировать Кенди, пытаясь подать знаки о срочности отхода, но судьба сыграла злую шутку - рукав её блузки застрял в молнии рюкзака. Пока она пыталась высвободиться, Ванилла уже подошёл к самой двери. Единственным спасением стало укрытие за дверью. Блондин, попрощавшись со своей подругой, спокойно вошёл в комнату. Усевшись на кровать, он взял книгу, но тут же насторожился - из рюкзака доносились странные булькающие звуки. С любопытством приоткрыв сумку, он тут же получил в лицо прыгающий сюрприз! Кенди, прижав ладони ко рту, замерла. Ванилла несколько секунд молча рассматривал нежданного гостя, сидящего у него на носу, как вдруг... его лицо озарилось искренней радостью. — О, земноводные! — с восторгом воскликнул он, бережно снимая лягушку и устраивая её у себя на ладони. — Да это же редкая криспийская горная лягушка! Спасибо, Кенди, я давно мечтал понаблюдать за этим видом! — Ты... ты знаешь их по названиям?.. — ошеломлённая девочка вышла из укрытия. — Конечно! — глаза Ваниллы загорелись. — В нашей сельской библиотеке была потрясающая коллекция книг о природе. Я перечитал их все, но особенно любил издания о земноводных. — Он мягко улыбнулся, несмотря на то, что девочка проникла сюда с не очень-то добрыми намерениями: — Хочешь, расскажу о них подробнее? — Да-давай... — прошептала она, совершенно забыв о первоначальной миссии. *Полный провал*, — мысленно простонал я, медленно сползая по стене и закрывая лицо руками. Сапфир лишь сочувственно похлопал меня по плечу. _________ Комната погрузилась в сумерки, а я, как загнанный зверь, метался из угла в угол. Внезапно резко остановился и со всей дури пнул свою кровать. — Почему ни один мой идеальный план не сработал?! — мои слова повисли в воздухе, смешавшись со скрипом пружин. Ванилла сидел у окна, залитый лунным светом, не отрываясь что-то выводя в своём блокноте. Страницы шелестели под его тонкими пальцами. — Потому что ты пытаешься потушить солнце плевками, — спокойно бросил он, даже не удостоив меня взглядом. — Что?.. Что это ещё за бред?.. — я замер, чувствуя, как в висках пульсирует ярость. — Догадайся сам, Шерлок, — уголки его губ дрогнули в той самой раздражающей улыбке. Мои пальцы сами собой сжались в кулаки, но вдруг... озарение. Я выгляжу как истерящий ребёнок в магазине. С глухим звуком, моя тушка плюхается на кровать и зарываясь с головой в одеяло, как страус в песок. Тишину нарушает скрип грифеля. Ванилла наконец отрывается от блокнота: — Кстати, прошёл уже день с нашей первой встречи, а я до сих пор не знаю твоего имени. — Если ты заткнёшься со своими дурацкими вопросами, может и скажу, — Я делаю театральную паузу и впиваюсь в него взглядом, выползая из укрытия — Шадоу Милк. А теперь отъебись. — Шадоу Милк... — он будто пробует имя на вкус. *Какая мерзость* — Красивое... — ПОШЁЛ НАХУЙ!