Эспер Чон ищет проводника

Всю последующую неделю Тэхён, подобно искусному реставратору, с кропотливой тщательностью восстанавливал привычный уклад жизни и, стоит признать, преуспел в этом. Юнги, наблюдая за его стараниями, лишь изредка позволял себе тихий вздох, воздерживаясь от какого-либо вмешательства. Тэ вновь с головой погрузился в работу в кабинете, сосредоточившись на стабилизации состояния эсперов. Всё вернулось на круги своя, напоминая бесконечный день сурка. Однако эта предсказуемость нисколько не тяготила Тэхёна; напротив, стабильность даровала ему ощущение защищённости и покоя. Возможно, кто-то и назвал бы это скукой, но Ким находил в этом нечто большее — умиротворение, столь необходимое ему. Такая рутина позволяла отгородиться от чужого страха и боли, возвести некий барьер между собой и тенью смерти, неизменно маячившей поблизости. С каждым разом, когда чужие эмоции обрушивались на него сокрушительной волной, он ощущал, как его внутренний мир надламывается, пусть и не сразу, но неумолимо. Именно поэтому он так противился боевым заданиям, где огромное количество людей, и чувство каждого проходило сквозь проводника, словно ток по оголённому проводу. Это могло сломить даже более сильных духом. От Джей Кея после того случая не было никаких вестей, чему Тэхён, признаться, был даже рад. Но ничто не длится вечно. — У меня плохие новости, — произнёс Мин, войдя в кабинет. Тэхён оторвался от бумаг и поднял голову. — Что такое? — спросил он, чуть прищурив глаза. Юнги, зная, как тяжело Тэхёну даются боевые условия, пытался отговорить генерала, но всё было тщетно, поэтому он пришёл рассказать всё сам. — Нас снова вызывают в Подземелье… — тихо выдохнул он, внимательно следя за реакцией друга. Тэхён вскинул брови и с силой ударил ладонями по столу. — Они там вообще меня слушали? Я же, чёрт возьми, говорил, что больше меня в этих Подземельях не увидят! — в гневе воскликнул Ким, резко поднимаясь с места. В кабинете повисла гнетущая тишина. Юнги прекрасно понимал вспышку гнева Тэхёна. Он знал, насколько глубоко травмировали его события в Подземелье и как сложно ему было возвращаться к нормальной жизни после каждого задания. — Я знаю, — тихо ответил Юнги, стараясь говорить спокойно и убедительно. — Я пытался поговорить с генералом, объяснить, что тебе необходим отдых, что тебе нужно время, чтобы восстановиться. Но он непреклонен. Тэхён тяжело вздохнул, проводя рукой по волосам. Ярость постепенно отступала, сменяясь усталостью и безысходностью. — Сам пойду поговорю, мне уже поперёк горла их отношение к нам, — выдохнул Тэхён, в голосе клокотало раздражение. Юнги подошёл и ободряюще сжал его плечо. — Пойдём, я с тобой, — улыбнулся он, и эта простая поддержка немного разрядила напряжение. Они направились к кабинету генерала, и Тэхён, достигнув массивной двери, замер, пытаясь унять участившееся дыхание. Юнги, ободряюще коснувшись его плеча, придал ему уверенности. Собравшись с духом, Ким постучал. В ответ раздался властный, сухой голос, разрешающий войти. Ким толкнул тяжёлую дверь, и друзья вошли в кабинет, плотно прикрыв её за собой, словно отгораживаясь от внешнего мира. В просторном кабинете царил полумрак, нарушаемый лишь тёплым светом настольной лампы, выхватывающим из темноты внушительный дубовый стол. За ним, словно страж, восседал генерал Ли. Его взгляд, обычно острый и проницательный, сейчас выдавал следы усталости. Высокие стопки документов, громоздящиеся на столе, красноречиво свидетельствовали о его напряжённой работе. — Господа, проходите, — произнёс генерал, жестом указывая на два кресла, стоящие напротив стола. — Чем могу быть полезен? Несмотря на поддержку Юнги, Тэхён ощущал, как волнение сковывает его изнутри. Он сделал глубокий вдох, стремясь придать своему голосу спокойствие и уверенность. — Генерал, я пришёл обсудить сложившуюся ситуацию. Все мы понимаем дефицит проводников, но при поступлении на службу был заключён договор о моей работе в штабе, без участия в боевых операциях. Однако это уже третий случай моего направления на передовую, — с едва сдерживаемым негодованием произнёс Тэхён. Генерал слегка приподнял бровь, внимательно окинув Тэхёна изучающим взглядом. — И только ради этого вы посмели отвлечь меня? Вы верно заметили, проводников недостаточно, эсперам требуется постоянная стабилизация, а монстры не дремлют. Так что исполняйте приказ без лишних пререканий, — отрезал он, пресекая дальнейшие возражения. Тэхён почувствовал, как гнев закипает внутри. Он сжал кулаки, стараясь не выдать своего раздражения. Юнги положил руку ему на плечо, предостерегая от опрометчивых действий. Ким понимал, что генерал прав в отношении нехватки проводников, но нарушение условий договора казалось ему несправедливым. Юнги оборвал Тэхёна на полуслове: — Генерал Ли, при всём уважении, но если так пойдёт и дальше, наш Тэхёни может и уйти. В последнее время многие покидают ряды ГОПБСМ, перетекая в частные лавочки. Генерал в ответ лишь испепелил их взглядом, одним жестом приказав покинуть кабинет. Поднявшись, парни вышли в коридор, где Тэхён, буравя друга взглядом, прошипел: — Это что сейчас было?! Я думал, он нас за такое придушит. И куда я, по-твоему, пойду? Юнги лишь усмехнулся, потянув Тэ за руку прочь от кабинета. — Да я и сам заебался от всего этого, пора нам валить. Все подробности позже, так что наберись терпения, мой друг. Мин отвёз Кима домой, настоятельно приказав тому отдохнуть, а сам исчез в неизвестном направлении. Полчаса спустя Юнги уже стоял перед высотным зданием, увенчанным логотипом «Иерихон». Отправив сообщение Чимину, он припарковался и направился внутрь. В холле царила атмосфера сдержанной роскоши: мягкие кресла, полированный ресепшен. Подойдя к стойке, Юнги, с непроницаемым выражением лица, произнёс: — Где я могу найти Пак Чимина? Девушка за стойкой окинула его оценивающим взглядом и ответила строгим тоном: — В нашей компании действует пропускная система. Вы не сможете пройти без сопровождения. Юнги собирался возразить, но его прервал знакомый голос. — И зачем тебе понадобился наш Чимини? — с притворной весёлостью поинтересовался Джей Кей, приближаясь. Мин резко обернулся, схватил эспера за локоть и, натянуто улыбаясь, произнёс: — Ты мне тоже нужен. У меня к вам обоим важный разговор, который касается и Тэхёна. Чон изогнул бровь в недоумении и усмехнулся. — Что ж, если дело обстоит так, то идём. Поговорим. Чонгук проводил Юнги к лифту, нажав кнопку самого верхнего этажа. — Чимин сейчас у нашего босса, у нас важное собрание, — сообщил Чонгук. Юнги взглянул на него. — Может быть, мне тогда прийти позже? — поинтересовался мятноволосый. Эспер отрицательно покачал головой. Поднявшись на нужный этаж, они направились к кабинету с табличкой «Директор Иерихон Ким Намджун». Чонгук, не церемонясь, открыл дверь и вошёл внутрь. Юнги, немного стушевавшись, последовал за ним, оказавшись за широкой спиной эспера. — Опаздываешь, — громко произнёс Намджун, — у нас тут гости. — Директор кивнул в сторону незнакомого парня. Тот встал из-за стола. — Меня зовут Ким Сокджин, я проводник S ранга, — представился он. Чонгук слегка поклонился, собираясь представиться, но его перебил Чимин. — Ой, да брось, тебя все знают, можешь не утруждаться. Лучше скажи, почему ты не один? — заглядывая за спину Чонгука, он расплылся в улыбке. Тогда Юнги вышел из-за спины эспера, показываясь всем. — Ах, да. Это Мин Юнги, проводник ГОПБСМ. Сказал, что есть важный разговор. Намджун, сложив руки перед собой, серьёзно произнёс: — Приветствую в «Иерихоне». Что за разговор? Юнги, покосившись на Чонгука, мысленно проклял его, но начал говорить: — Ну, как бы, я хотел поговорить с этими двумя, — указал пальцем на Чимина и Чонгука. — Но, да не важно. Слушайте. Мы с Тэхёном хотим уйти, и нам нужно новое место. Вот и всё. Чонгук повернул голову к Юнги. — Тэхён хочет к нам? — Нет, он не знает о том, куда я хочу его привезти, но, думаю, так будет лучше, — отмахнулся Юнги. Намджун растянул губы в улыбке. — Тот самый Тэхён, за которым ты бегал, а он тебя отшил? — уточнил Намджун. Чимин при этих словах начал смеяться, а Сокджин, пришедший устроиться на работу, молча наблюдал за происходящим. Чонгук, закатив глаза, отмахнулся от Намджуна, повернувшись теперь полностью к Юнги. — Пошли отсюда, поговорим всё же в другом месте, — сказал он, направляясь к выходу. Юнги поклонился присутствующим и последовал за Чонгуком. — Эй, а я? — прокричал Чимин, вскакивая из-за стола. — Дальше без меня, я с ними, — сказал он, выбегая следом. Намджун удивлённо моргнул, затем тихо выдохнул. — Ну и что за люди со мной работают, — проговорил он, глядя на Сокджина. Тот лишь расплылся в улыбке. Чимин настиг их у самого кабинета Джей Кея, когда дверь уже захлопнулась за спинами. Не теряя ни секунды, он проскользнул внутрь и плюхнулся на диван, похлопав по свободному месту рядом. — Давай, Юнги, присаживайся, — радостно предложил он. Мин, не мешкая, опустился рядом и сходу начал изливать душу: — У Тэхёна вообще-то договор, что он работает в кабинете. Из-за его эмпатии ему тяжело в подземельях. Но нашему руководству, похоже, с каждым днём всё больше плевать на любые договорённости. Да им вообще на нас срать! Как говорится, паши, пока не сдохнешь. Да и я устал от этого дурдома, хоть на стену лезь, — закончил Юнги с каким-то отчаянием в голосе. Чимин взял его руку в свою, слегка сжав её в знак поддержки. — А чего раньше молчал? Юнги перевёл на него усталый взгляд и выдохнул. — Я не уверен, что Тэхёна так просто отпустят. А без него я никуда не уйду. Чонгук, до этого внимательно слушавший их, откинулся на спинку стула и спокойно произнёс: — Если его не отпустят по-хорошему, я заберу его силой. И никаких проблем, — пожал он плечами, задумчиво толкая язык за щеку. Юнги удивлённо вытаращил на него глаза. — Ты серьёзно? Чонгук лишь кивнул в ответ. — Тогда я поговорю с ним завтра об уходе и напишу Чимину, — сказал Юнги, поднимаясь с дивана и слабо улыбаясь. Он попрощался с Джей Кеем и собрался уходить. Чимин, сказав, что проводит его, последовал за ним, оставляя Чона наедине со своими мыслями и планами на случай, если Тэ не отпустят в свободное плавание по доброй воле.

***

Следующий день навис над городом серым саваном, вторя сумрачному настроению Тэхёна. Дождь, словно предчувствуя беду, хлестал по лицу, пока он брёл на работу. Не погода, а предвестие чего-то зловещего. У дверей кабинета его встретил Пак Бо Гом. Увидев друга, он озарил коридор своей улыбкой, но в глазах застыла тревога. — Привет, Тэхён, что с тобой? Почему ты такой подавленный? Что-то случилось? — с искренним волнением спросил он. Тэхён, с трудом сдерживая вздох, отворил дверь и пропустил друга внутрь. — Генерал не держит своего слова… снова отправляет в подземелье… вот и всё, — тихо ответил он, и в голосе звучала безнадёжность. Бо Гом тяжело вздохнул, разделяя его боль. — Всё будет хорошо… Тэ, а ты не думал обучиться контролю своих способностей эмпата? Тэхён на мгновение задумался, а затем безнадёжно покачал головой. — Было бы у кого учиться… Я как-то спрашивал об этом, но от меня отмахнулись, сказали, что так даже лучше. Их разговор прервал Юнги, ворвавшийся в кабинет без стука. — Всем привет. Тэ, нужно поговорить. Мы можем это обсудить? — Привет, Юнги. Я, пожалуй, пойду. Зашёл проведать, как ты, — произнёс Бо Гом, бросив на Тэхёна полный сочувствия взгляд, и направился к двери. Тэхён слабо улыбнулся ему в ответ. Как только дверь закрылась, Юнги опустился на диван и, глядя Тэхёну прямо в глаза, серьёзно произнёс: — Ты ведь устал, Тэ? И хотел уйти… Так может, плюнем на всё и подадим рапорт об отставке? Есть одно место, где проводники нужны не меньше, и там нас ждут, — в его голосе звучала искренняя надежда. Тэхён удивлённо вскинул брови, не ожидая услышать подобного предложения от Юнги. Он всегда казался таким преданным службе, не склонным к импульсивным решениям. — Юнги, ты серьёзно? О каком месте ты говоришь? Юнги, облизнув пересохшие губы, словно собираясь с духом, продолжил, и в голосе его звучала усталость, пропитанная горечью: — Да, Тэхён, я совершенно серьёзен. Я устал от этого… даже не представляю, каково тебе, но меня до глубины души возмущает то, как с нами обращаются. Я долго вынашивал эту мысль… Я расскажу, что это за место, только когда ты согласишься, — закончил он, выдавив подобие слабой улыбки. Тэхён в ответ лишь прищурился, барабаня пальцами по столу, и в глазах его читалась тревога: — Допустим… допустим, я соглашусь. Но ты правда думаешь, что они так просто отпустят двух проводников? Ладно бы эспера… но нас и так единицы. На лице Юнги промелькнула тень, и он тихо произнёс, почти умоляюще: — Давай просто подадим рапорт, хорошо? А дальше я всё улажу, доверься мне… прошу тебя. Ким, с тихим, полным сомнений вздохом, достал два чистых листа бумаги, жестом подозвав Юнги: — Что ж… иначе и быть не может. Давай писать, — проговорил он, протягивая ручку с натянутой улыбкой. Мин, моментально воспрянув духом, одарил его искренней, десневой улыбкой, в которой промелькнула надежда. Закончив, Юнги забрал листок у Тэхёна. — Я сам отнесу их, не переживай. Всё будет хорошо, обещаю, — заверил он, поднимая большой палец вверх, и поспешно вышел из комнаты. Тэхён устало прикрыл глаза, позволяя тишине обволакивать его. Долго скучать не пришлось — работа, как всегда, требовала внимания. Через пару часов Юнги прислал сообщение: генерала нет на месте, значит, сегодня им ничего не подпишут. Вечером, закончив работу, Тэхён отправился домой с тяжёлым чувством в груди — с томительным ожиданием завтрашнего дня, полным смутных надежд и горьких предчувствий.

***

Чонгук, стремясь к уединению и размышлениям, отправился в Пусан. Лишь под покровом ночи он достиг знакомого дома, где когда-то обитал. Но его умиротворение было нарушено странным шумом и внезапной вспышкой света, подобной той, что исходила от врат, ведущих в подземелья. Охваченный недобрым предчувствием, Чонгук отправил сообщение Джуну и незамедлительно направился к месту, где разверзлись врата. В этот раз всё было иначе: едва портал открылся, как из него хлынула орда чудовищных созданий, повергая его в состояние боевой готовности. Слабые, когтистые и зубастые, они наводнили улицы, круша витрины магазинов и сея панику. Армия монстров была слабой, по сравнению с тем, с чем он сталкивался раньше, но их было слишком много. Каждый представлял собой каплю яда, способную истощить его силы. Он знал, что должен действовать быстро и эффективно. Чонгук закрыл глаза. Он почувствовал, как его разум расширяется, охватывая поле боя. Он искал центр тяжести, слабое место в ментальной сети, связывающей этих монстров, и нашёл его — грязный, пульсирующий узел в глубине их коллективного сознания. Он начал подавлять. Ментализм был его самым деликатным оружием, требующим концентрации и точности. Он посылал волны ментальной энергии, дробя и разрушая связь между монстрами. Это не убивало их, но лишало координации, превращало в дезориентированных животных, лишённых общей цели. Немедленно эффект стал заметен. Монстры начали сталкиваться друг с другом, рычать и метаться в замешательстве. Некоторые просто замерли, словно куклы, лишённые кукловода. Воспользовавшись этим хаосом, эспер открыл глаза. Огонь вспыхнул в его ладонях, неистовый и яркий. Он посылал огненные шары в толпу, выжигая целые участки, превращая орды монстров в пепел. Телекинезом он швырял обломки зданий, машины, даже трупы самих монстров, создавая импровизированные баррикады и дробя врагов. Монстры, уцелевшие после огня и телекинетического шторма, всё ещё представляли угрозу. Они набрасывались на него с дикой яростью. Чонгук уклонялся, двигался с нечеловеческой скоростью, уходя от когтей и зубов. Он телекинетически отбрасывал их назад, посылал короткие, но мощные импульсы пирокинеза, выжигая им глаза и сбивая с ног. Он двигался, словно танцующий с пламенем бог войны. Огонь, телекинез и ментальное подавление сливались в единую, смертоносную симфонию. Он чувствовал, как его силы истощаются, но не сдавался, зная, что, если падёт, город падёт вместе с ним. В какой-то момент его окружила плотная стена монстров. Они напирали со всех сторон, когти царапали его кожу, зубы клацали в дюймах от его лица. Чонгук закрыл глаза, собирая последние остатки своей энергии. Он открыл глаза и выпустил всю мощь своего пирокинеза. Взрыв. Ослепительная вспышка света и тепла. Всё вокруг превратилось в пылающий ад. Монстры, попавшие в эпицентр взрыва, испарились, оставив после себя лишь выжженную землю. Когда огонь стих, Чонгук стоял один, тяжело дыша, посреди пепелища. Его тело было покрыто ранами и ожогами, его одежда превратилась в лохмотья. Но он победил. Вокруг валялись обугленные трупы монстров, как напоминание о цене победы. Небо начинало светлеть, предвещая рассвет нового дня. Спустя считанные минуты измождённый Чонгук различил среди прибывших отрядов не только членов организации «Иерихон», но и бойцов других частных формирований. — Что произошло? — встревоженно спросил Намджун. Чонгук, с трудом подбирая слова, пересказал случившееся и с мрачной решимостью заключил: — Врата не исчезли. Мы должны отправиться туда и предотвратить повторение подобного. Чонгука сопроводили в машину, где два опытных проводника немедленно приступили к сложной стабилизации его состояния. Намджун, тем временем, созвал экстренное собрание, готовясь к немедленному спуску в подземелье.

***

Тэхёна разбудил оглушительный стук в дверь. Сорвавшись с постели, проводник, тихо чертыхаясь, направился открывать. На пороге стоял взволнованный Юнги. — В Пусане возникли врата, из которых хлынули монстры. Джей Кей справился с ними, но теперь они собираются в подземелье, а наши бездействуют! — выпалил он скороговоркой, из-за чего речь казалась почти бессвязной. Тэхён протёр глаза, пытаясь осмыслить услышанное, и почувствовал, как в груди зарождается тревога. — И что ты хочешь? — спросил он. Юнги пожал плечами и бесцветно ответил: — Просто заехал предупредить тебя, а теперь поеду туда, мало ли Чимину понадобится помощь. Глаза Тэхёна округлились от удивления. Он тут же скрылся в доме и через пару секунд уже стоял в коридоре, держа во рту зубную щётку. — Дай мне пять минут, — бросил он, стараясь говорить внятно. Ким ни за что не отпустит Юнги одного. Где-то глубоко внутри появилось волнение и за Джей Кея, хотя Тэхён и пытался отогнать от себя эти мысли. Как и обещал Тэ, спустя пять минут они уже сидели в машине Юнги, стремительно уносившей их в Пусан.