Дом Перепёлок 1

Проснулся Ноэль от какого-то звука, но не смог понять, от какого. В лицо дул приятный тёплый ветерок и пахло травами, лесом. Зимой. Ноэль вздрогнул и открыл глаза. Он сидел там же, где и уснул — на заднем сиденье машины. Водителя в машине не было, окна были открыты, а за ними было лето. Росла трава, летела какая-то бабочка, пели птицы, зеленели кусты… Не веря своим глазам, Ноэль высунулся в окно и увидел, что автомобиль стоит на узкой дороге с растрескавшимся асфальтом, напротив пышного летнего сада, за которым виднеется красивый дом с белыми стенами. — Ну что, поговорим? — раздался голос сзади. Ноэль резко обернулся и увидел, что рядом с ним, держа свою трость на коленях, сидит одноглазый. При солнечном свете он выглядел чуть более человечно, но всё равно очень странно. Он был бледен нездоровой бледностью и выглядел старше, чем Ноэлю показалось раньше. Лет на тридцать, может быть… не больше. — Откуда вы здесь… — Ноэль недоуменно посмотрел на одноглазого и на закрытую дверь за его спиной. — Где мы вообще? А! Это опять сон? — На этот раз никаких снов, — сказал Одноглазый. — Всё максимально серьёзно. Сухими, длинными пальцами одноглазый достал из внутреннего кармана чёрного пиджака-френча сложенный в два раза лист бумаги и протянул его Ноэлю. Ноэль, не сводя с одноглазого настороженного взгляда взял листок. — Что это? — спросил он. — Прочти, — сказал одноглазый, едва заметно раздражённо поморщившись. Ноэль поджал губы и развернул лист плотной, тяжёлой бумаги. Выгнув удивлённо бровь, Ноэль прочёл, беззвучно шевеля губами:

КОНТРАКТ

заключается между Ноэлем Хармсом (далее Страж Дома) и Протектором (далее Командир).

По условиям этого контракта Страж Дома обязуется: Выполнять приказы Командира безоговорочно, в указанные Командиром сроки или немедленно. Выполнять регламентированные Командиром действия, направленные на защиту Дома. Выполнять регламентированные Командиром действия, направленные на защиту Вогельвальда. Соблюдать правила проживания в Доме и хранить содержание данного контракта в тайне. По условиям этого контракта Командир обязуется: Обеспечивать Стража Дома необходимыми для жизни материальными благами. Предоставлять Стражу Дома жильё и пропитание. Предоставить Стражу Дома оружие, необходимое для выполнения его обязательств по данному контракту. По условиям этого контракта Командир гарантирует: В течение срока действия контракта у Стража дома будет возможность: 1. Получить информацию о нынешнем местонахождении и роде деятельности Феликса Хармса (являющегося братом Стража Дома). 2. Лично увидеться с Феликсом Хармсом (являющимся братом Стража Дома). Контракт не может быть расторгнут до момента его окончания. В случае нарушения обязательств, наложенных данным контрактом: Страж Дома будет подвергнут предусмотренному правилами проживания в Доме наказанию. Командир обязуется в срок 1 (одни) сутки выполнить нарушенное обязательство и возместить Стражу Дома причиненные неудобства в виде финансового поощрения. В случае недостоверности данных Командиром Гарантий, Командир обязуется лично и в кратчайший срок обеспечить Стражу Дома встречу с Феликсом Хармсом (являющимся братом Стража дома). Срок действия данного контракта — 3 (три) года со дня подписания. Дата. Место для подписи. Ноэль перечитал этот текст дважды, затем ещё один раз и ещё. Он медленно поднял взгляд на одноглазого. — Протектор — это вы? — спросил он. Одноглазый кивнул. Ноэль ещё раз прочёл текст контракта. — Три года? Вы что-то там говорили про риск для жизни в прошлый раз… — произнёс Ноэль, глядя на собеседника цепко и пристально. — Риск для жизни есть везде и всегда. При выполнении этого контракта — он выше чем обычно. — А если я умру? — спросил Ноэль. — Постарайся не делать этого, прежде чем узнаешь интересующую тебя информацию, — ответил Протектор с усмешкой. — А если я не смогу за три года эту информацию получить и увидеться с Феликсом тоже не смогу… — Ноэль вопросительно посмотрел на Протектора. — То по условиям контракта я должен буду сам тебе организовать встречу с твоим братом, — ответил он сухо. — Но этого не потребуется. Ты сам до всего докопаешься. Ноэль смотрел на Протектора, не отрывая взгляда. — Он с вами заключил такой договор. Верно? — спросил Ноэль, наконец. — Не могу никак это прокомментировать, — ответил Протектор, улыбнувшись едва заметно. — Неправда, — ответил Ноэль, — в контракте запрещено разглашать его содержимое только Стражу Дома. К Командиру это не относится. — Тем не менее, никак прокомментировать это не могу, — повторил Протектор. Ноэль смотрел на костистое, бледное, по-своему красивое лицо и Протектор нравился ему всё меньше и меньше, как и содержимое этого контракта. — Мы можем подправить несколько пунктов? — спросил Ноэль. — Нет, — ответил Протектор жёстко. — Содержимое контракта не изменится. Итак. Ты согласен или тебя отвезти обратно? Ноэль прикусил губу и бросил на Протектора злой взгляд. Это было самым страшным. Вернуться назад и знать, что упустил такой шанс. Всю жизнь знать. Всю жизнь помнить. И ни рассказать никому даже — потому что никто не поверит. Ноэль вздохнул и снова прочел текст контракта. Он ему не нравился. Он не раскрывал вообще никак, чем придётся заниматься Ноэлю и что за наказания его ждут, если он ослушается приказа, к примеру. — А что за приказы будут? — спросил Ноэль. Протектор хмыкнул. — Любые. Любые приказы ты должен будешь выполнять безоговорочно. — Даже прыгнуть с крыши? — спросил Ноэль. — Даже прыгнуть с крыши, — ответил Протектор. — Тогда вы вовсе можете не выполнять своих обязательств! — воскликнул Ноэль, — Просто прикажете мне себя убить и убьёте в наказание за невыполнение. И расплачиваться не нужно! — Как тебе повезло, что стражи Дома мне нужны живыми и эффективными, — сказал на это Протектор сухо. — И это всё? — спросил Ноэль, приподняв бровь. — Все ваши гарантии, что вы меня не убьёте, чтобы не платить? — А где гарантии, что я тебя не убью, чтобы этого не выслушивать? — спросил Протектор. — Тебе придётся поверить на слово или ехать домой, готовиться к пересдачам. Ноэль вздрогнул, как от удара. Сессия, институт, дом — сейчас это показалось ему таким неважным, таким ненужным. Неважным сейчас было даже то, почему здесь лето и где он вообще и как он здесь оказался. Важной была только бумажка, которую он держал в руках и которая, вроде как, гарантировала ему ответы на его вопросы и может быть… может быть и возвращение Феликса. — Не трать моё время, — Протектор нахмурился и потянулся за договором. Ноэль отдернул руку, не отдавая лист бумаги. Протектор посмотрел на Ноэля холодно и сурово. Взгляд у него был очень тяжелый и неприятный. Не командир, а мечта. — Я подпишу! — выпалил Ноэль. Мысли метались лихорадочно и он никак не мог сосредоточиться и серьезно подумать, лишь только понимал, что вернуться домой — это конец всех надежд. Протектор нехотя убрал руку и достал из внутреннего кармана пузатую золотую ручку и протянул её Ноэлю. Ноэль взял её и, положив контракт на коленку, занес ручку над бумагой. В самый последний момент, за мгновение до того, как ручка коснулась бумаги, он подумал вдруг отчаянно: “нет! Не надо!”, но, подавив панику, Ноэль поставил свою подпись на контракте. Протектор забрал у Ноэля ручку и контракт и поставил рядом с подписью Ноэля свою — размашистую и неразборчивую. В машине повисла тишина. Ноэль прислушался к себе, пытаясь понять, как он чувствует себя в новом качестве. — Что теперь? — спросил он. — Теперь я выдам тебе оружие, — произнёс Протектор буднично и равнодушно. Он, глядя внимательно на Ноэля, поднял неспешно руку и сжал её в кулак. — Подставляй правую руку, — сказал Протектор. Ноэль, вообще не понимая, что происходит, протянул Протектору правую руку ладонью вверх. Тот занес кулак над рукой Ноэля и на его ладонь упали шесть острых, тёмных осколков льда. Ноэль вздрогнул. Лёд обжигал, быстро тая и, такое чувство, что впитываясь в руку. Ноэль, как завороженный смотрел на то, как острые кристаллы исчезают, не оставляя после себя даже влаги, только боль, как после ожога. — Что это? — недоуменно спросил Ноэль. — Оружие, — повторил Протектор. — Тебе объяснят, как пользоваться. — Протектор протянул руку. — Теперь сдай телефон. Ноэль растерянно посмотрел на Протектора. — Не трать моё время, — сказал тот с нажимом. Ноэль растерянно достал айфон из кармана и положил на ладонь Протектора. — Он запаролен, если что, — сказал он злорадно. Протектор никак не отреагировал на это высказывание. — А теперь, иди в дом, — произнёс он сухо и кивнул в сторону сада. — Там тебе всё необходимое расскажут и покажут. На ближайшие три года это твой дом, а ты — его Страж. Ноэль неуверенно кивнул и потянулся открыть дверь машины. — А почему здесь лето? — спросил он. — Где мы? — Лучше спроси, когда, — сказал Протектор мрачно. — Всё. Никаких вопросов. Вон из машины. Ноэль поёжился от жесткости его тона и, нахмурившись, вышел из такси. Здесь упоительно пахло травами и разогретой солнцем землёй. На небе солнце то ныряло в облака, то выглядывало радостно. В пальто было жарко. Ноэль снял его и повесил через руку. Закатав рукава свитшота, он достал из пальто сигареты и закурил. Правая ладонь болезненно ныла. Ноэль потер её пальцем — кожа в центре ладони была холодной. Тем временем такси тронулось с места. Ноэль вздрогнул и резко обернулся. Протектора в машине уже не было, зато водитель сидел за рулём. Желтый автомобиль, постепенно набирая скорость, удалялся от Ноэля вместе в возможностью просто поехать домой. Стало вдруг страшно, но Ноэль вспомнил дом, институт, вчерашний разговор с котом и подумал: “Вот где умирание. Не здесь. Там. Здесь — надежда”. Ноэль вышел на середину дороги и огляделся. Огороженные от проезжей части садами, по обе стороны от дороги стояли красивые дома в колониальном стиле. Там, куда уехала машина, виднелось между деревьев какое-то здание со шпилем и голубой крышей. “Лучше спроси когда” — вспомнил Ноэль слова Протектора, глядя на летнее, яркое небо. — Когда я? Интересный вопрос. Где и когда… Безумие какое-то. Кто-то вышел на крыльцо дома. Ноэль присмотрелся сквозь листья деревьев. На ступенях стоял какой-то парень и, прикрыв глаза от солнца ладонью, пытался сквозь сад разглядеть Ноэля. Ноэль махнул ему рукой. Тот махнул в ответ. Ноэль глубоко затянулся сигаретой, выдохнул медленно и, попытавшись собрать разрозненные мысли в кучу, направился по ведущей через сад дорожке к дому.