Absolute trust

В "Райских сумерках" громыхала музыка. Под пеленой кайфа и алкоголя люди отрывались на танцполе. Столики на балкончиках давали немного уединения от всеобщей вакханалии. Кев, Никки и Эндрю ушли за выпивкой добрых пол часа назад. Нил скучающе глядел по сторонам, тактично игнорируя хмельной взгляд "второго" Миньярда. Не то чтобы у них были плохие отношения, но и приятелями их не назовёшь. У них нет общих тем, кроме, разве что экси, видеоигр и Эндрю. -Он когда-нибудь прирежет тебя, - Аарон сокрушённо покачал головой, будто это уже произошло и Нил валяется перед ним в луже собственной крови хладным трупом. -Разве ты не видишь, - продолжил "хороший" Миньярд, задумчиво вертя в руке пустой шот. -Иногда он будто не с нами. Лекарства больше не блокируют его память, не путают эмоции... Сейчас он живее, чем когда-либо и вместе с тем, будто мёртв. Как будто он всё ещё там, в своих воспоминаниях. Иногда мне кажется, будто он не узнаёт нас... Его лицо застыло, как восковая маска. Взгляд сделался стеклянным, безучастным. Сейчас Аарон как никогда походил на брата. Такие похожие, но такие разные. Нил придвинулся к краю кожаного дивана, наклонился вперёд, протянул руку через стол, заставленный шотами и сухариками, сжал чужое плечо сквозь ткань толстовки. -А ты, Аарон, не бываешь там? Под пальцами пробежала дрожь, слишком очевидная, чтобы её не заметить. -Разве ты не возвращаешься в свой кошмар? -Нил поймал ошарашенный взгляд напротив -А Кевин? Ты же видел, как он хватается за свою руку? Проверяет, целы ли кости. Видел? Аарон приоткрыл рот, но так и не произнёс ни слова. -Мы все там бываем. Но это не значит, что наше прошлое разрушит настоящее. Не смей думать, что Эндрю более безумен, чем мы. На последних словах пальцы против воли сжались сильнее положенного, сминая ткань чужой одежды. Нил не знал, как это могло выглядеть со стороны, но Аарон отшатнулся, с шумом ударяясь о спинку дивана. Наверняка Нил его напугал. Наверняка Аарон не ожидал увидеть его таким. Все в "лисах" привыкли к Нилу-душке, которого нужно всему учить, оберегать и просто умиляться. Нил не спешил их переубеждать, но и играть роль пай-мальчика не собирался. К тому моменту, как их сокомандники вернулись, разговор был исчерпан. Аарон больше не пялился. Эндрю бегло осмотрел брата, заинтересованно взглянул на Нила, но промолчал. Он поставил креманку с мороженым на стол, игнорируя болтовню Кевина за спиной: о усиленных клюшках, Ноксе и новой выигрышной стратегии. Не найдя поддержки, Дей сокрушённо всплеснул руками: -Такое чувство, что мы откатились на сто шагов назад. Только меня заботит судьба Лисов? Нил! Он хотел бы присоединиться к Джостену, ведь только он мог разделить с ним непреодолимую страсть к экси, но вакантное место рядом с ним уже заняли. Эндрю расслабленно откинул голову на спинку дивана, равнодушно смотрит снизу, всем видом своим показывает, где он вертел и экси, и Кевина вместе с ним. Дэй опускается на диван, рядом с Аароном и замолкает. Никки пропал с концами на танцполе, Кевин пребывает в хмельной рефлексии, Аарон, вероятно, проводит психологический самоанализ, а Нил залипает. И ничего не может с этим сделать. Шея Эндрю - его фетиш. Глаза Эндрю закрыты, блики стробоскопов бегают по его лицу, по открытой шее, по ключицам в вырезе худи. В этот момент он кажется ненастоящим. Будто игра воображения. Нереальный. Нил не может отвести глаз, не может моргнуть даже. Боится, что видение исчезнет. -Пялишься, - Эндрю поворачивает голову к нему, открывает глаза. -Знаю, - Нил не понимает, сказал ли это вслух, потому что не слышит собственного голоса. Эндрю тянется к столу, берёт ложку и щедро зачерпывает подтаявший пломбир. Нил ощущает холод и сладость на губах. -Ешь, - губы напротив ухмыляются, а в глазах отражаются разноцветные вспышки. Нил послушно принимает угощение, проглатывает холодный ком, не ощущая даже вкус. Эндрю задумчиво смотрит куда-то ниже его глаз, а потом откладывает ложку в сторону и проводит большим пальцем по нижней губе Нила. У Эндрю холодные руки. Нил перестаёт дышать. Эндрю смотрит на каплю мороженого на своём пальце и слизывает её. -Бляяяя, ну нахуй вашу гейскую хуйню! - Аарон перелезает через Кевина и уходит вниз. Его голос звучит для Нила будто издалека - белый шум, не стоящий внимания. Эндрю собирается задать вопрос, но Нил опережает его и выпаливает судорожное "да". Будто надо спешить, будто каждая секунда промедления может стоить жизни. Эндрю качает головой. -Я не собирался ничего спрашивать, - и отворачивается. Размазывает мороженое по стенкам креманки так сосредоточенно, будто в жизни ничего увлекательнее не делал. Врёт ведь. Точно врёт. Увиливает. Нил видел его глаза, видел и желание в них. И ещё больше запутывался в сети своих мыслей. Нил чувствовал, будто облажался. Но где? *** Сегодня всё шло не по плану. На утренней разминке, Нил потянул плечо. В целом был не собран и рассеян. Кошмары мучили Эндрю почти каждую ночь за последние две недели, поэтому Нил не высыпался. Теперь он вполне мог соперничать с Эндрю за самые тёмные круги под глазами. -Ты должен хорошо спать, - нравоучительным тоном нудел Кевин за завтраком -Хороший отдых - залог продуктивной игры. Скорость реакции снижается вдвое при недосыпе всего в два-три часа. А при регулярном... -Кев! - слушать это дальше было невозможно, поэтому Нил дипломатично попытался перевести тему -Что там с планами на сегодня? Ты вроде хотел взглянуть игру Троянцев. -Не переводи тему, - Кевин укоризненно покачал головой. Он покосился на сидящего в стороне Эндрю и наклонившись чуть ближе, приглушённо заговорил: -Слушай, Нил, я понимаю - у вас близкие отношения и всё такое. И я конечно же понимаю, какие сложности ты испытываешь, деля комнату с ним. Но если ты будешь продолжать спать на этом убитом диване в гостиной - это ни к чему хорошему не приведёт. В моей комнате достаточно места... Керамическая кружка с грохотом опустилась на столешницу, отчего Дей вздрогнул и отшатнулся. Эндрю наклонился к нему, всё ещё сжимая кружку в руке, улыбнулся. Такой спокойный, расслабленный. Но им ли не знать, что кроется обычно за этим "спокойствием". -Кевин, ты, очевидно, забыл, в чьём доме находишься. Дей молчит. Смотрит настороженно в глаза напротив и дышит через раз. -Ты давно не навещал отца, не думаешь? Остаток завтрака проходит в тишине. Эндрю молчит уходит в себя периодически, много курит и в целом выглядит не очень. Нил же просто старается быть где-то поблизости. Вечером Кевин уезжает. Что ж, к лучшему. Сегодня будет очередная "плохая" ночь, Нил был в этом уверен на все сто процентов. Но, вопреки ожиданиям, дверь в общую спальню оказывается открыта. Войдя внутрь, Нил обнаруживает Эндрю, сидящим на подоконнике. Он уже одет в свою обычную одежду для сна - спортивные штаны и большая мягкая футболка. Повязок нет. Нил не знает, что нужно сказать или спросить, он просто усаживается на свою кровать и ждёт. -Ты был здесь, всё это время. -Эндрю, как обычно, не спрашивает. Он - констатирует факт. -Поэтому не высыпаешься. -Да, - Нил не видит смысла отрицать. -Планируешь и дальше приходить? -Да. Они встречаются взглядами. Так долго смотрят друг на друга, изучают. Каждый делает свои выводы, ставит мысленные пометки и галочки. Анализируют. -Тогда не уходи больше. Это дозволение. Нилу разрешают остаться. Разрешают видеть слабость. Разрешают помочь. Нил долго лежит в темноте, не смыкая глаза. Он всё смотрит на лицо напротив, на соседней кровати, и никак не может заставить себя закрыть глаза. Будто если он это сделает, произойдёт что-то очень страшное. Но усталость прошедших дней сильнее. Он даже не замечает, как засыпает. А в следующую секунду он уже открывает глаза и видит, что Эндрю снова плохо. Миньярд не спит. Но в реальности его тоже нет. Он сидит на кровати и с остервенением трёт виски ладонями, будто от дикой головной боли. Но не это страшно. Страшно то, что в кулаке у него зажато лезвие, а по предплечью стекает капля крови. -Эндрю, нет, -Нил буквально слетает со своей кровати, путается ногами в одеяле и падает перед постелью Миньярда, больно ударившись коленями о пол. Он не успевает обдумать собственные действия, поддаётся секундной панике и инстинктам. Тянет руку вперёд, хочет забрать нож, осмотреть рану, успокоить, обнять, утешить. Но останавливается, чувствуя ожог. На секунду мир замирает, оглушает тишиной. Нил завороженно смотрит как белая полоса кожи на его руке рассечённая лезвием ножа пропускает редкие бусинки крови. Он не понимает, как умудрился напороться на лезвие. Он смотрит на Миньярда, чтобы убедиться, что тому ничего не угрожает. -Эндрю, ты слышишь меня. Блондин смотрит поражённо сначала на порез, на руке Нила, потом в его глаза, а затем на нож в собственной руке. Будто ядовитую змею, он отбрасывает его куда-то на пол. Смотрит долго так на собственные ладони, будто видит на них то, что недоступно больше ничьему взгляду. -Эндрю, - пробует Нил позвать ещё раз. Он осторожно тянет руку вперёд, хочет коснуться, но Миньярд отшатывается, вжимается в стену спиной. Смотрит зверьком. -Уходи, -хриплым со сна голосом говорит так хлёстко, будто словом способен ударить. Нил поражён, но не готов сдаться. Не после того, как ему доверились. Не после того, как позволили помочь. Он не бросит его сейчас одного. Сейчас Эндрю опасен для самого себя как никогда, потому что его разум утонул в прошлом. Демоны тянут его в пучину безумия, во мрак воспоминаний. Долже же быть хоть кто-то, кто удержит его на краю обрыва. Нил - чёртов герой. Мученик. Что ж, пусть так. Он готов быть кем угодно, если это поможет. -Я не уйду, -чтобы подтвердить свои слова, он даже отрицательно машет головой. -Убирайся, Джостен! - Эндрю срывается на шипение: -Я сказал тебе уходить! -Почему? - Нил не хочет повышать голос, не хочет пугать, но эмоции зашкаливают. Эндрю хмурится, обхватывает себя рукой, смотрит в сторону и снова теряет реальность. -Эндрю, посмотри на меня. Скажи мне, объясни, чтобы я понял. Почему сейчас ты отталкиваешь меня. Что тебя заставляет? Миньярд смотрит на Нила, но не в глаза. Он смотрит на красную полосу. Кровь уже запеклась, рана не глубокая, но он всё никак не может оторваться от неё. Как завороженный. Нил считывает этот взгляд. Мыслительные процессы в его голове начинают работать с бешенной скоростью. Он понимает всё в момент. В миллисекунду. Осознание обрушивается на него такой ледяной лавиной, что воздух в лёгких перехватывает. Он зажмуривается на пару секунд, чтобы дать себе немного времени прийти в себя. Каким бы грозным и бесстрашным ни казался Эндрю, на самом деле есть множество вещей, которых он боится. Но, само собой, вслух никогда не произнесет и не дай Бог хоть одной живой душе о них узнать. Ведь страх - это слабость, которую могут использовать против тебя. Эндрю боится летать. Так мило, забавно. Такой людской обычный страх. Ещё Эндрю боится, что кто-то может нанести вред его семье. А ещё сильнее, он боится, что именно ОН нанесёт им вред. Вот в чём всё дело. Всё это время Нил наивно полагал, что Эндрю держится в стороне и не делает первых шагов потому, что не доверяет самоконтролю Нила. Оказалось, наоборот. Он не доверяет себе. Нил редко позволял себе слёзы. В них нет толка, только демонстрация слабости. Но сейчас плакать хотелось. От отчаяния, возможно. Как они посмели? Все они. Как посмели сломать жизнь этого человека? Эндрю заботится о близких, обладает неимоверной волей, к тому же, он человечнее всех, кого Нил когда-либо встречал. Но он сломлен. Его разум порушен насилием, перешит препаратами. Его принципы и приоритеты гиперболизированы, искажены. Он смотрит на мир сквозь призму прошлого. Опираясь лишь на этот опыт. Он не пускает в свой мир посторонних, даже близких держит на расстоянии. Он одинок. Как Нил был когда-то. Пережив опыт насилия, Эндрю сам боится стать его источником. -Эндрю, - шёпотом, на грани отчаяния. Взгляд напротив, наконец, отрывается от пореза, мечется по лицу, ни на секунду не остановится. Грудь вздымается от рваных вдохов. Эндрю снова на грани и Нил видит это. Чувствует. Но не отступит. Здесь и сейчас - его шанс. Шанс доказать Эндрю, что он справляется. Как тогда, когда он попросил Миньярда не защищать его. И чуть не проебался. Но в этот раз всё будет иначе. Он больше не чувствует дыхание смерти в затылок и желания бежать как можно дальше. Теперь он точно знает, что нужно делать. Нил не облажается. Нил говорил, что "готов". Эндрю предупреждал "будет сложно". Вот он - тот самый момент. Всё или ничего. Собрать из осколков или разбить окончательно. Нил берёт чужую руку, ведёт аккуратно, прижимает к своей груди. Ведёт по шрамам, медленно, чтобы чувствовался каждый бугорок. -Это я, Нил. И я здесь, с тобой. Потому что мы оба так решили. Это только наш выбор. Наконец взгляд останавливается, пелена паники рассеивается, дрожь утихает. Вот так молча, глаза в глаза. -Спроси меня, - Нил изображает полуулыбку, чуть наклоняет голову вбок. Эндрю молчит, сомневается, анализирует, просчитывает возможные риски и исходы, лавирует на грани отчаяния и реальности. Нил ждёт. И молчит. И утешает спокойствием голубых морозных озёр. -Да или нет? - решается наконец. Тихо так, совсем несвойственно ему. -Да, Эндрю. Мой ответ - да. Руки касаются легко и невесомо почти. Эндрю изучает его, будто в первый раз, гладит осторожно. Нил ждёт, не мешает и не торопит. Держит свои руки, сжав пальцы в замок, до побелевших костяшек. Потому что вот сейчас действительно сложно. Эндрю тянет его на себя. Нил забирается на кровать, садится напротив, не отрывая взгляд. -Эндрю, - голос почему-то подводит -Да или нет? Миньярд смотрит в глаза, молчит, думает, что-то высматривает. А потом перекидывает ногу через бёдра Нила и опускается к нему на колени. Обхватывает его лицо ладонями, подушечками пальцев оглаживает шрамы. -Да, Нил. Они целуются так долго и чувственно, что под закрытыми веками начинают летать мушки. Нил придерживает Эндрю за плечи, оглаживает слегка, проходится по волосам на затылке, спускается по спине, сжимает бёдра. Эндрю так делал с Нилом и это было безумно приятно. Нил умеет учится. Шея Эндрю - фетиш Нила. Он выцеловывает белую кожу, слегка втягивает губами, прикусывает. А Эндрю дышит глубоко, прижимается плотнее неосознанно и даже закрывает глаза. Нил чувствует его и своё возбуждение. Если уж совсем откровенно - Нил на грани. Но он хочет большего для Эндрю, хочет показать то, что показал ему когда-то Миньярд. Нил поворачивает их вбок, опуская Эндрю и себя на кровать. Он оглаживает его живот, проводит пальцами по впадинкам, вдоль резинки штанов. Смотрит в глаза напротив, чтобы убедиться, что всё делает правильно. Эндрю стягивает с него штаны вместе с бельём, обхватывает рукой, проводит вверх-вниз уверенно. Нил вздыхает от нахлынувших ощущений, но глаза не закрывает. Он знает, что для Эндрю это важно сейчас - видеть его. Именно Нила. Знать, что это он, а не кто другой рядом с ним. Нил на ощупь повторяет действия Эндрю. Оглаживает его осторожно. Не найдя сопротивления во взгляде напротив, сжимает слегка. Ощущается непривычно, но Нилу нравится. Потому что это Эндрю. Нил способный ученик, а потому он без труда повторяет всё то, что делает Миньярд. Так же сжимает, гладит, меняет ритм. Глаза напротив потеряли цвет, чернота расширенных зрачков поглотила радужку. Да и у Нила наверняка также. Одно на двоих дыхание, одна кровать, одно наслаждение. Даже как будто тела стали единым целым. Нил потянулся вперёд, прикасаясь к губам напротив. И мир взорвался. Пальцы на ногах поджались в судороге, перед глазами завертелись звёзды. Но ярче собственных ощущений был тихий, но протяжный стон напротив. Сегодня одна из границ треснула и развалилась c грохотом, придавливая собой сомнения, страхи, воспоминания, ночные кошмары. Другие границы также падут рано или поздно и станут каменным саркофагом для демонов прошлого. Они держались за руки. Эндрю водил большим пальцем по ожогу на костяшке Нила, гладил свежий порез. -Эндрю... -М? -Ты красивый. Миньярд замер, сжал губы прямой линией и нахмурился. Нил давно хотел это сказать, но не знал, как Эндрю может отреагировать. Даже в полумраке Нил мог видеть, как порозовели щёки на белом лице. Может это всего лишь игра воображения, а может - Эндрю, как и любой другой живой человек, способен смущаться. Мило. Миньяр рывком встал с кровати, натягивая спортивки. -Мне нужен душ и мороженое. Остаток ночи они провели в гостиной, поедая мороженое под старинный фантастический фильм про космос и джедаев. А под утро, потянувшись и сонно зевая, Эндрю направился наверх, сказав, что им нужно хоть немного поспать. Нил не рассчитывал в общем-то, что его пригласят, поэтому раскинул плед по дивану, взбил подушку, готовясь ко сну. Эндрю уже пересёк половину ступеней, когда остановился, скрестил руки на груди и красноречиво взглянул на Нила. Джостен растерялся, не понимая, что нужно сказать или сделать. Эндрю приподнял бровь: -Ты идёшь или как? Утро они встретили в одной кровати. Эндрю по-прежнему спал в коконе из одеял, но вместо ножей под его подушкой была рука Нила, которую он иногда сжимал во сне. *** Мазератти летит по шоссе, довольно урча мотором. Эндрю нравится эта машина, Нил знает. Он видел, как тот поглаживает иногда руль, так бережно, будто она живая. Они похожи. Оба выглядят как хищники, неприступные и свирепые. Нил думает, что авто - это своего рода броня. Очередная, в коллекции Эндрю Миньярда. Его доспехи. Как и бесконечная чёрная одежда, кожаные куртки, тяжёлые ботинки с высокой подошвой. Ножи. Характер. Эндрю защищается от мира всеми доступными способами. Но Нил один из немногих, кто видит ЕГО за бронёй. И ни на что это не променяет. Потому что Эндрю стал тем, кто увидел Нила за масками. Настоящего. Нил сидит полубоком, подперев щёку ладонью. Смотрит молча, улыбается слегка своим мыслям. У Эндрю синяки под глазами - снова просыпался ночью, и белая кожа. Он не любит бывать на солнце, но это ему идёт. Ветер задувает в открытое окно Мазератти и треплет светлые волосы, то отбрасывая их назад, то швыряя вперёд, на глаза. Эндрю раздражённо зачёсывает их пятернёй. Нил ведёт взглядом по рукам, уверенно сжимающим руль. Повязки лежат где-то в бардачке, там же и лезвия. Ничто не скрывает белых полос на обнажённых предплечьях. Потому что сейчас у Эндрю нет причин скрываться. Нет причин прятать себя настоящего, своё прошлое, свои страхи. Как и у Нила больше нет причин притворяться кем-то другим. Они здесь и сейчас вдвоём, совершенно открытые друг перед другом. Абсолютное доверие. Нил вспоминает Аарона. Он видел, как тот улыбается, когда смотрит на Кейт. Так открыто и счастливо. Нил хочет, чтобы однажды и Эндрю так улыбнулся. Чтобы призраки прошлого выпустили его из цепких пальцев, оставили в покое. А Нил поможет. Прикроет, если нужно. Ведь однажды Эндрю сделал для него тоже самое - помог начать жить. Эндрю, если так посудить, помог не только Нилу. Кевин держался за него как за соломинку, как утопающий за спасательный круг. Держался и верил. И разве что только на этой вере не свихнулся и не ушёл на дно бутылки. Аарон так и вовсе кажется не до конца осознаёт скольким пожертвовал его близнец в прошлом, ради той самой счастливой улыбки в настоящем. Нил представил Кевина, Никки, Аарона и себя самого, дрожащих от страха. А впереди, закрывая их своей спиной стоит Эндрю. Такой маленький, но до безумия разъярённый. И с ножами. Не выдержав напора собственной фантазии, Нил прыснул в кулак от смеха. Эндрю непонимающе покосился на него, не отвлекаясь тем не менее от дороги. Вероятно, он хотел бы спросить, что так развеселило его пассажира, но дорога уже свернула сквозь густую зелень деревьев и превратилась из раскалённого асфальта в грунтовые ухабы, вперемешку с песком. На залив открывался чудесный вид. Дикий пляж не пользовался популярностью в это время года - вода ещё слишком холодная. Они оставили авто на обочине и спустились к воде пешком. Обувь вязла во влажном песке, порывы ветра продували одежду насквозь. На берегу лежало поваленное когда-то ураганом дерево, которое отдыхающие превратили в удобный насест. Подле него располагалось и кострище, аккуратно обложенное по кругу камнями. Не говоря ни слова друг-другу, парни устроились на дереве, молча каждый о своём. Они сидели так вдвоём, смотрели на море и это был только их момент. Время, когда не было ни прошлого Нила, ни прошлого Эндрю. Только настоящее, здесь и сейчас. Они часто так делали - уезжали за город, подальше от шума городов и цивилизации, подальше от людей. Это стало их ритуалом. Волны шумели, набегая на берег и разбиваясь о камни, разлетаясь тысячами брызг. Над морем кружили чайки, почти у самого берега. Перекрикивались громко. "Похожи на лисов во время тренировок" - подумал Нил и снова усмехнулся вслух. -Джостен, - на этот раз Эндрю не удержался от комментария -Если ты нашёл мои таблетки, сознайся в этом сразу. -Я просто подумал, что чайки похожи на... Он обрывает сам себя на полуслове, когда смотрит на Эндрю. "Плохой" Миньярд улыбается. Это всего лишь чуть вздёрнутые вверх уголки губ, но всё же. Веселье блестит в его глазах. А ещё в них отражается солнце. Красиво. У Нила по коже бегут мурашки. В груди так давит и распирает одновременно. Странное чувство, Нил пока не знает каким словом его можно описать, но ему нравится. Эндрю тоже в мурашках, но, наверняка от холода. Нил придвинулся ближе, так, чтобы прижаться боком вплотную. Согревая теплом своего тела. Закинул руку на чужое плечо, запустил пальцы в белые волосы. Чувствует, какой Эндрю холодный. Хоть так немного согреет, поделится своим теплом. Эндрю замирает, кажется даже не дышит пару секунд. Но ничего не происходит. Он не вздрагивает, не отталкивает, не говорит "нет". Продолжает смотреть на горизонт и молчать. Нил тоже молчит. И это нормально для их мира. Нил не задал вопрос, потому что сейчас он не нужен. Именно в этот момент. Ведь как ни ему самому знать, что иногда за отказом может скрываться просьба о помощи. Он сотни раз отвечал сокомандникам "Всё в норме", когда это было совсем не так. Он знает, что и согласие иногда может скрывать отказ. Мир больше не чёрное и белое. Он теперь знает, что есть оттенки. Есть чувства. Он учится им, как Эндрю учится доверию. И они помогут друг другу. Эндрю снова дышит. Он спокоен и расслаблен. Он с Нилом. И они оба в безопасности. Потому что у каждого из них есть своё "нет", которое будет услышано. Абсолютное доверие.