Жестокие допросы, спасительные сны

С её стороны не было никаких ощущений - всё, что окружало - темнота. В действительности же, девочка находилась в комнате для пыток и была крепко привязана на центрифуге, помещение заливал дневной свет. Однако она не чувствовала этого, как не слышала и еле различимых шагов, которые с лёгкостью уловили бы уши, будь они в состоянии. На правую щёку легла ладонь; отправной точкой к пробуждению послужило прикосновение губ к левой щеке: до неправильного продолжительное, но такое любящее, подарившее самый прекрасный поцелуй, который когда-либо получала. Затем с лица медленно сняли маску - уши, наконец, дёрнулись, улавливая звук, будто нажимали кнопки, отдавая команды компьютеру. На'ви ощутила, как её тело освободилось от скованности, и открыла глаза. Кири осмотрела себя: на теле не было ничего, что указывало бы на очередной, проведённый людьми допрос, чтобы выбить информацию о местонахождении Джейка, а заодно и об остальных членах семьи. Девочка аккуратно слезла с центрифуги и, сделав несколько шагов вперёд, выдохнула. Проходясь взглядом по комнате, на'ви на мгновение замерла, после чего начала медленно приближаться к стеклу, которое являлось смежным между двумя помещениями, у которых также была общая дверь - открытая. Кири подходила всё ближе, а лицо всё больше искажалось шоком - она не могла поверить в то, кто освободил её, потому что такое было в принципе невозможно. Учёная, услышав лёгкие шаги, отстранилась от панели управления и подошла к дверному проёму, остановившись напротив девочки. - Мама. - наконец выдавливает Кири, получая облегчение, словно с языка - как ранее это случилось с телом - сняли тяжёлые оковы. Грейс, слегка наклонив голову влево, улыбнулась и протянула к ней руки. На'ви, помедлив всего на секунду, поняла: это сон - игра её сознания, которое таким образом, очевидно, пыталось не дать девочке сойти с ума от проводимых людьми пыток. Впрочем, для неё данный факт не имел значения - она бросилась к учёной. Положив голову на правое плечо матери, Кири дала волю слезам. - Всё будет хорошо, ч-и-и-и... - говорила Грейс шёпотом, обнимая дочь в ответ. Отстранившись, девочка с улыбкой, молча смотрела на учёную, ощущая, как пальцы женщины раз за разом проходились по щекам, утерая слёзы. Затем Огустин вновь крепко поцеловала её - теперь уже в лоб. Повторно улыбнувшись, Грейс развернулась и вышла, уходя по коридору. Опомнившись, Кири побежала следом: в конце виднелся яркий, белый свет. - Подожди! - слёзно крикнула она. Женщина обернулась и подошла, обхватывая руками её лицо. - Не оставляй меня. - сорвавшись на шёпот, проговорила на'ви. Учёная прижала дочь к себе. - Моя девочка. - негромко сказала Грейс, улыбаясь. Поставив подбородок на её левое плечо, Кири втянула носом воздух, также улыбнувшись. Отстранившись, на'ви смотрела, как мать отдалялась, уходя всё дальше, поглощаемая светом, что немногим позже окутал и её саму. Она резко раскрыла глаза, поднимаясь и осматриваясь. - С добрым утром, - прозвучало возле левого уха - Кири повернула голову и увидела полковника, что смерял пленницу жёстким взглядом, скрестив перед собой руки, - я уже начал думать: с тебя хватило и первого раза, чтобы откинуться. После непродолжительного молчания, он добавил. - Впредь реагируй быстрее, а сейчас пошли - у нас ещё много дел. На'ви покорно поднялась на ноги: первый день оставил свой отпечаток, она уже не могла оказывать настолько активное, физическое сопротивление - однако сдаваться этим извергам была не намерена. Куоритч, явно предвкушая грядущее, вывел её из камеры.