Я тебе нравлюсь, не так ли? (Новелла)

Все внимание Линь Фэйжаня было сосредоточено на кормлении пушистого котенка, уютно устроившегося у него на руках, так что от Гу Кайфэна отворачиваться ему было некогда. Сам же Гу Кайфэн, невероятно довольный тем, что потчует предмет своих возвышенных чувств, принялся разглагольствовать на отвлеченные темы. — Знаешь, — вещал он. — Я заметил, что среди них два мальчика и две девочки. Линь Фэйжань согласно промычал и по-родительски нежно улыбнулся котенку. От такой концентрации счастья, излучаемого Линь Фэйжанем, Гу Кайфэн сам расплылся в улыбке. — Я уже и имена для них придумал: фасолевая печенька*, ломтик облака**, рисовая печенька*** и кексик****. *绿豆糕 — Печенье с фасолью или из фасолевой муки. По-китайски звучит как «люйдоугао». **云片糕 — Воздушное печенье или облачные ломтики. Очень тонкое прямоугольное печенье. По-китайски звучит как «юньпяньгао». ***糯米糕 — Рисовое печенье. По-китайски звучит как «номигао». ****鸡蛋糕 — Кекс или яичное печенье. Выглядит как обычный кекс. По-китайски звучит как «цзиданьгао». Линь Фэйжань даже оторвал взгляд от котенка. Гу Кайфэн заботливо вытер ему рот и прошептал: — А ты просто маленький прилипчивый печенюшка. Действия Гу Кайфэна были слишком интимными. От такого Линь Фэйжань на миг забыл, как дышать, а затем сразу же отвернулся. — А я кто тогда буду? — заискивающе поинтересовался Гу Кайфэн. — Ты — хлебец из дешевой муки*, — монотонно ответили ему. *窝窝头 — Хлебец из дешевой (например, кукурузной) муки. Образно в значении «пища бедняка». Выглядит очень интересно, и внутрь него можно класть любую начинку. Гу Кайфэн сначала удивился, а потом весело подмигнул Линь Фэйжаню. — Отлично. Тогда я самый лучший хлебец. — … — что вообще люди находят в этом болтуне? И его они называют лучшим мужчиной? Тьфу! — Тот, с желтым пятнышком на лапке — кексик. А тот, с зелеными глазками, наверное, фасолевая печенька, — спокойно перенаправил разговор в нужное русло Линь Фэйжань. Он вдруг почувствовал, как что-то кольнуло его сердце, и неодобрительно посмотрел на Гу Кайфэна. — Не давай им имена только потому, что тебе скучно. Иначе потом не сможешь их отдать. — Мы после средней школы обязательно заведем котенка, хорошо? — Гу Кайфэн заботливо пригладил челку Линь Фэйжаня. Хоть тот и подстригся в прошлую субботу, волосы его все еще были мягкими и шелковистыми. От такой гладкости сердце Гу Кайфэна забилось чаще. — Не выйдет. В общежитиях институтов те же правила, — ответил Линь Фэйжань и откинулся назад, отодвигаясь от пальцев Гу Кайфэна. Гу Кайфэн осторожно сжал ладонь Линь Фэйжаня. Уткнувшись взглядом в тарелку, он свободной рукой потыкал палочками в оставшийся рис. Наконец он пробормотал: — Давай… когда настанет время, пойдем в один институт, снимем квартиру неподалеку и будем жить вместе. Мы сможем завести одну или даже две кошки. Ты будешь играть с ними, а я буду выносить за ними лоток, хорошо? — Почему ты заговорил о дерьме? Я же ем… — несчастного проворчал Линь Фэйжань. — Не это главное, сокровище мое, — Гу Кайфэн мягко ткнул его в подбородок и продолжил, — Мы сдадим экзамены в один институт, а потом станем жить вместе. Ты согласен? Линь Фэйжань ощутил, как начинают гореть от смущения его щеки. Широко распахнув глаза, он смущенно выкрикнул: — Когда это я соглашался?! Мне просто лень было ответить тебе! Слова эти он сказал с такой силой, что рисовое зернышко пулей вылетело из его рта. Гу Кайфэн смеялся до икоты. Линь Фэйжань, стараясь не придавать особенного внимания поведению этого нахала, дернул того за рукав и еще раз серьезно припечатал: — Я не пойду в тот же институт, что и ты. — Ладно. Но наши оценки почти одинаковы. На тесте в прошлом месяце наш общий балл отличался совсем немного, — тут Гу Кайфэн коварно ухмыльнулся и весело продолжил, — Так что когда настанет время выбирать, я стащу у учителя твой лист с пожеланиями для будущей профессии и перепишу все из него в свой. Посмотрим, как ты тогда от меня убежишь… От злости Линь Фэйжаню захотелось шваркнуть кулаком по столу. Но стол был слишком далеко, так что он мог только разжать кулак и шлепнуть ладонью себя по бедру. — Гу Кайфэн! — взревел он. — Туточки, — ласково откликнулся Гу Кайфэн и заботливо поднес чашку ароматного зеленого чая с молоком к губам Линь Фэйжаня. — Выпей, успокойся. Линь Фэйжань злобно сделал большой глоток и пару раз погладил котенка, чтобы хоть чуточку успокоить свой праведный гнев. — Да, кстати, совсем забыл спросить… — Гу Кайфэн спокойно глотнул чай из той же трубочки, что и Линь Фэйжань, и продолжил, — А как ты узнал, что там были котята? Губы Линь Фэйжаня дрогнули, но юноша не произнес ни слова. — Ты раньше подкармливал там кошку? — наконец предположил Гу Кайфэн. Потому как правду сказать в любом случае не вышло бы, Линь Фэйжаню оставалось лишь плыть по течению. — Э… да. «Мой Жань-Жань такой добрый, он так заботится о братьях наших меньших. О, а еще он так стесняется, когда говорят о его добрых делах», — подумал самый красивый парень во всей школе, ничуть не подозревая, что правда несколько отличалась от его возбужденных фантазий. Поев сам и накормив котят, Линь Фэйжань принялся за дело. Он сфотографировал котят и разместил объявление в интернете, где указал, при каких обстоятельствах были найдены малыши, их примерный возраст, пол и место, где можно было бы встретиться с потенциальными хозяевами. Линь Фэйжань не забыл попросить нескольких популярных блоггеров-животноводов прорекламировать его объявление. После небольшого колебания юноша добавил к объявлению еще и имена, придуманные Гу Кайфэном, решив, что они могут привлечь новых владельцев. К слову, самому Линь Фэйжаню очень нравились придуманные имена. Но котят все равно придется отдать.

***

Может быть из-за того, что Гу Кайфэн без пальто бегал под дождем, на следующий день он свалился с температурой. С трудом отсидев на утренних уроках, он отпросился у классной руководительницы и вернулся в общежитие. Настал тот момент, когда в первый раз с момента получения взгляда Инь и Ян Линь Фэйжань так надолго разлучался с Гу Кайфэном. После четырех дневных уроков остаточная энергия Ян со стула и части парты Гу Кайфэна была почти израсходована. Так что как только прозвенел звонок на обед, Линь Фэйжань положил в карман последнюю ручку с энергией Ян и по пути в столовую принялся строчить Гу Кайфэну. «Тебе лучше?» В ответ пришло голосовое сообщение. Из-за болезни голос Гу Кайфэна охрип и казался не по возрасту зрелым и сексуальным. «Я видел тебя последний раз четыре часа назад. Думаешь, после такого со мной все будет в порядке?» Чем ближе Линь Фэйжань подходил к столовой, тем больше вокруг становилось народу. Покраснев до корней волос, он с зубовным скрежетом ответил: «Это и видно. Ты так болен, что несешь полнейшую чушь» И, не дожидаясь ответа, спросил: «Хочешь что-нибудь в столовой? Я принесу» «Рис с говядиной и чай с молоком» «Ладно. Что-нибудь еще?» «Мне бы очень хотелось съесть одну маленькую клейкую печенюшку» — мило ответил Гу Кайфэн. Линь Фэйжань снова разозлился. «Ты можешь хоть когда-нибудь говорить серьезно?» «Но разве они не продают клейкое печенье на втором этаже столовой? Купи мне коробочку» На втором этаже столовой действительно был магазин со сладостями, где продавали и клейкое печенье с начинкой из красной фасоли. Но все дело было в том, что Гу Кайфэн не был ярым любителем сладкого, и на памяти Линь Фэйжаня он ни разу не ел ничего такого. Так что формулировка предложения и контекст могли бы ввести в заблуждение любого, и не удивительно, что Линь Фэйжань так легко повелся. Он уже успел настрочить целую строку гневных слов, как вдруг ему в голову пришла одна мысль, после которой он тотчас стер все то, что написал раньше. «Куплю» «А о чем ты подумал до этого, а?» Линь Фэйжань проигнорировал сообщение и сунул телефон в карман. В столовой он заказал две порции риса с говядиной и чай с молоком. При заказе чая он попросил один газированный, а второй горячий и почти несладкий. После этого Линь Фэйжань с неохотой поднялся на второй этаж и купил там небольшую коробку клейкого печенья. Во время оплаты он то и дело проклинал психа Гу: когда тот пьет чай с молоком, то сахара туда почти не кладет, когда пьет кока-колу, то берет ту, в которой минимум сахара, а теперь этому ненормальному приспичило съесть приторные печенья, да еще и целую коробку! «Этот высокомерный лентяй! Наверняка он делает это только для того, чтобы позлить меня!» — сердито подумал Линь Фэйжань. В столовой уже собралась целая толпа, так что юноше пришлось стоять в очереди минут десять. На пути к общежитию он испугался, что энергия Ян в ручке вот-вот закончится, так что прибавил ходу. Ведь если он увидит призраков перед едой, то вряд ли после такого возьмет в рот хоть крошку до конца дня. Через две минуты Линь Фэйжань, пыхтя как паровоз, ввалился в комнату общежития. Подкатив стул к кровати Гу Кайфэна, он поставил пакет с едой на сиденье. — Ешь, пока горячее. Гу Кайфэн сел и внимательно посмотрел на задыхающегося Линь Фэйжаня, очевидно очень старавшегося побыстрее доставить ему горячую еду. От такого сердце Гу Кайфэна взволнованно и беспокойно забилось. — Зачем же ты так торопился? — заботливо спросил он. Линь Фэйжань плюхнулся на кровать и тотчас принялся впитывать энергию Ян своей задницей. — Естественно это из-за того, что я не хочу опоздать на вечернее самообучение, — равнодушно фыркнул он. «Этот коротышка такой упрямый», — с улыбкой подумал Гу Кайфэн. С заботой о больном Линь Фэйжань снял крышку с коробки с едой, разломил палочки и опустил трубочку в чай. Затем он открыл коробку с печеньем и пригрозил: — Ты должен съесть все! Гу Кайфэн расхохотался. Заглянув в коробку с пятью клейкими печеньями, он вдохнул их сладкий аромат и покачал головой. — У меня не получится. — Почему же? — строго спросил Линь Фэйжань. — Еще минуту назад ты так жаждал съесть это все. Гу Кайфэн с улыбкой достал печеньку из коробки. Она была белая и круглая, так что легко давилась пальцами. — Твой гэ один, так что сможет съесть только одну печеньку. Линь Фэйжань совсем не ожидал, что в конце концов Гу Кайфэн выкинет такой фортель. От подобного заявления все слова встали ему поперек горла. — М-м-м, какой аромат, — Гу Кайфэн положил круглую печенюшку на ладонь и с наслаждением вздохнул, а затем осторожно коснулся ее губами. Линь Фэйжань: — … — я, бля, не знаю почему, но очень оскорблен! Гу Кайфэн откусил кусочек печенья и лизнул начинку. — Сладенько, — заключил он. За всю свою жизнь Линь Фэйжаню впервые выпала честь лицезреть, как кто-то так сексуально ест клейкое печенье. И чем дольше он наблюдал, тем больше ему хотелось отвесить оплеуху едоку. Тем временем Гу Кайфэн уже доел печеньку. — Маленькая клейкая печенюшка очень вкусная, — облизнулся он, не отводя взгляда от Линь Фэйжаня. «Игнорируй его. Игнорируй. Как только он увидит, что ты обращаешь на него внимание, то станет вести себя еще более вызывающе…» — твердил про себя Линь Фэйжань, молча заливаясь краской от всех этих поддразниваний. Единственным выходом для него было полное игнорирование слов соседа. Так что с деланым равнодушием он сосредоточился на выуживании палочками одного особо большого кусочка лука из риса. Контроль Гу Кайфэна наконец иссяк, и он рассмеялся. — Ах ты псих! — у Линь Фэйжаня лопнуло терпение, и он разъяренной фурией бросился на Гу Кайфэна. Тот же, не будь дурак, воспользовался ситуацией и, крепко обхватив взбесившегося юношу за талию, прижал его к себе. Они вместе рухнули на кровать. Все попытки Линь Фэйжаня обратно вертикализироваться живо погасила рука Гу Кайфэна, крепко удерживающая его затылок. Прекрасное лицо школьного красавчика вдруг оказалось опасно близко, и разум Линь Фэйжаня забуксовал: юноша не знал, то ли плакать ему, то ли сердиться, то ли предпринять какие-то действия. От такого буйства мыслей он неосознанно разжал до этого плотно сжатые губы. Но вместо поцелуя, которого подсознательно ожидал Линь Фэйжань, он ощутил, как его коснулось что-то горячее: Гу Кайфэн прижался к нему лбом так, что только кончики их носов едва касались. — Сокровище мое, ответь мне, есть ли у меня температура? — озорно улыбнулся Гу Кайфэн. Губы Линь Фэйжаня на миг снова сжались. — …Ты уже принял лекарство? — наконец неуверенно спросил он.