Следующий принц/The next prince

После завтрака Кханин вернулся в комнату, предоставив Чарану и Пи Итту, которые давно не виделись, возможность спокойно поностальгировать. Он завалился на кровать. От недосыпа и накопившегося стресса тело окончательно сдало, события последних дней выжали из него все силы. Он задремал и снова увидел во сне отца. Хорошие и плохие моменты, последние дни до разлуки. Лицо Татданай, дверь, захлопнувшаяся между ними, семейный дом, медленно исчезающий вдали. Он резко проснулся, не зная, сколько проспал. Почувствовал, что уголки глаз влажные, но вытирать слёзы не стал. Сев, он тихо вздохнул, тяжесть в груди всё так же давила. Хотелось хоть какого-то утешения, поэтому он залез в рюкзак и достал карамельную конфету. Он долго смотрел на неё. Каждый раз, когда у него были проблемы, эти конфеты служили ему опорой. Но сейчас он колебался. Глубоко внутри он боялся, что знакомая сладость только сильнее заставит думать об отце и сделает боль невыносимой. Звук открывающейся двери вырвал его из мыслей. Он поспешно убрал конфету обратно. Сосед по комнате вернулся. Он сделал вид, что всё в порядке, но внимательный Чаран подошёл ближе, посмотрел на него и спросил. — Плохо себя чувствуешь? — Нет, просто… Просто приснился плохой сон. Кханин этого вслух не сказал, лишь опустил взгляд. Чаран, всё ещё не удовлетворённый ответом, продолжил. — Просто что? — Неважно… Где Пи Итт? Уже закончили разговаривать? — перевёл тему Кханин. Чаран понял намёк, но не перестал замечать его странное состояние. — Итт пошёл спать. — Правда? Понятно, — отозвался Кханин без особого интереса. Неудивительно, что Итт лёг, тот работал по ночам. Пытаясь отвлечься от грусти, он больше ничего не сказал, поднялся и направился в ванну, размокнуть в ванне и освежиться. Чаран тоже ничего не сказал, проводил его взглядом. Когда дверь ванной закрылась, он посмотрел на рюкзак на прикроватной тумбочке. Он заметил всё, покрасневшие глаза, заминку с конфетой, которая, если он не ошибался, была связана с воспоминаниями о Татданай, накрывшими его с новой силой. Чаран понимал и не считал эмоциональную бурю Кханина слабостью. Напротив, он узнавал в нём себя. Такие глубокие раны лечит только время. Он ещё раз посмотрел на дверь ванной, а потом тихо вышел из комнаты. Казалось, он ничем не мог помочь, но решил хотя бы попытаться, хоть и не был уверен, что это сработает.

***

Кханин вышел из ванной только тогда, когда от долгого лежания в воде у него сморщилась кожа. Он чувствовал себя чуть легче. Он взглянул на Чарана, который был сосредоточен на iPad. Сейчас он больше походил на молодого бизнесмена, чем на кого бы то ни было ещё. Если честно, Чаран вообще не выглядел как телохранитель. Он устроился на кровати, полусидя, облокотившись на изголовье. Кханин тоже сел и, вытягивая шею, попытался заглянуть, чем тот занят. Был похож на кота, который крадётся поближе. Кота, с которым хозяин не хочет играть. Он сам не понял, как подобрался так близко. Пара дней под одной крышей незаметно для них обоих размыли границы. От Кханина пахло мылом и шампунем. Чаран не поднимал взгляд, но прекрасно чувствовал, на каком расстоянии тот сидит. — Проверяю расписание поездов, — сказал он, не дожидаясь вопроса. Кханин нахмурился и наклонился ещё ближе. — Рана уже не болит? — Нет, почти зажила. Кханин снова нахмурился, мысленно задаваясь вопросом, не Супермен ли Чаран, раз так быстро восстанавливается. Он не считал себя слабым, но отлично помнил, как однажды порезал руку, готовя отцу еду. Маленькой царапине понадобилась неделя, чтобы затянуться. Представлять, что было бы, получи он рану, как у Чарана, ему совершенно не хотелось. — Прогноз на завтра без дождя. Люди Итта отвезут нас на вокзал, поедем ночным поездом, — сообщил Чаран. Кханин слегка кивнул, задумавшись. Ему было тревожно, а будущее казалось сплошным туманом. Какая жизнь ждёт его в Эммали? Он понятия не имел. Он задумчиво поджал губы и даже не заметил, как Чаран поднялся с кровати, пока что-то не оказалось прямо перед ним. — А? — Кханин уставился на мороженое, не сразу понимая, что происходит, а Чаран просто протягивал ему стаканчик без всяких объяснений. Апельсиновое мороженое. Когда он успел его принести?! «В следующий раз купи апельсиновое». «Что?» «Я люблю апельсиновое больше, чем кофейное». «Я запомню, Ваше Высочество». Разговор нескольких дней назад всплыл в памяти. Он снова поджал губы, но на этот раз не от напряжения, чувство было другим, не до конца понятным, но скорее тёплым, чем тяжёлым. — Я запомнил, что Ваше Высочество любит апельсиновое, — сказал Чаран, пока Кханин зачерпывал ложкой мороженое и отправлял его в рот, чувствуя, как сладость смешивается с лёгкой кислинкой. — Зачем ты… — начал он, собираясь спросить, зачем тот это купил, но Чаран опередил его, глядя спокойно и почти безмятежно. — Читал, что сладкое заставляет мозг вырабатывать эндорфины и серотонин. Они поднимают настроение и успокаивают. — Можно попроще? — спросил Кханин, отправляя в рот ещё одну большую ложку прохладного десерта. Чаран сделал паузу на долю секунды дольше, чем обычно. — Я купил его для тебя. Не хочу, чтобы ты нервничал. Так понятно? Эти слова заметно облегчили тяжесть в груди Кханина.

***

За окном тянулась сплошная зелень, густой туман клубился над горами, а всё это сопровождалось мерным стуком колёс поезда, который совсем не мешал ему смотреть наружу. Кханин прислонил голову к большому стеклу и думал об Итте, друге Чарана, который успел за короткое время стать чем-то вроде старшего брата. При прощании Итт не раз настоял, чтобы он обязательно навестил его, как только появится возможность. Он пообещал, хотя в глубине души не был уверен, что когда-нибудь это получится. Долгая дорога на поезде оказалась не такой утомительной, как он ожидал, возможно, потому что рядом был тот, кто о нём заботился. Он смотрел на далёкие горы. Плотный туман стекал по склонам словно шёлковая лента, сливающаяся с деревнями у подножия. Он позволил мыслям плыть вместе с этим мягким пейзажем, растворяясь в мирной тишине, о которой давно мечтал. И всё равно, оказавшись здесь, он не чувствовал никакого восторга. — Не сиди так близко к окну. Знакомое предупреждение вернуло его к реальности. Он оторвался от вида и посмотрел на Чарана, который уже несколько часов сидел в одной и той же позе. Он напоминал боевого робота на максимальной готовности. Скрестив ноги и руки, он не отрывал от него взгляд и то и дело напоминал быть осторожнее. — Мы в поезде посреди гор. Кто меня отсюда достанет? — пробормотал Кханин себе под нос. Слова прозвучали как лёгкая насмешка, но Чаран не обижался. Кханин говорил с точки зрения человека, который всю жизнь прожил в мире, где на его голову никто не охотился. Обычный человек, без привычки постоянно думать о собственном выживании, неудивительно, что инстинкты самосохранения у него были развиты слабо. — Придётся привыкать. Сейчас возможно всё. Даже если бы ты нырнул под воду, никто не смог бы дать гарантию безопасности, — ровно ответил Чаран, рассуждая о его безопасности так же спокойно, как другие рассуждают о погоде. Кханин тяжело вздохнул. Как бы ему ни хотелось спорить, он знал, что тот не преувеличивает. Чаран уже не раз доказал, что каждое его «может случиться», не пустые слова. Быть Ассавадеватин было совсем не просто. — Уф, — демонстративно простонал он, изобразив смертельную усталость. Надул губы, но всё-таки отодвинулся от окна, сев ровнее, сложив руки на груди и согнув ноги аккуратнее, словно копируя позу собеседника. — Мы почти приехали. Нужно приготовиться, — произнёс Чаран. Он научился управляться с подобными ситуациями. Сейчас он почти не обращал внимания на настроение Кханина, сосредоточившись на часах и прикидывая расстояние до станции, которой оставалось всего несколько минут. Конечно, Кханин это понимал. Он знал, что Чаран не хочет растягивать разговор в момент, когда надо быть начеку, но, глядя на его суровое лицо, едва сдерживал желание его задеть. Он снова громко фыркнул и вскинул бровь. — И что мы делаем дальше? Это был не каприз, ему действительно хотелось знать. Со вчерашнего дня, даже после того, как они сели в поезд, Чаран не делился подробностями плана, оставляя его в полном неведении. Но при этом он кормил его, укладывал спать и сторожил до тех пор, пока Кханин не засыпал. Каждый раз, когда тот просыпался, Чаран был всё в той же позе, и было непонятно, спал ли он вообще. И всё же надо признать, даже без сна… это лицо по-прежнему выглядело неприлично красиво. — Собирай вещи. Следующая остановка наша. Там выходим, — сказал Чаран. До станции доехали быстро. Она ничем не отличалась от предыдущих, платформа, касса, люди, спешащие по делам. Кханин следовал за ним, украдкой любуясь тем, как чётко и без суеты тот всё организует. Сколько он его знал, ни разу не видел, чтобы тот действовал «на авось», каждый шаг был продуман. — Воды хочешь? Или в туалет надо? — вывел его из созерцания голос. Опомнившись, он вовремя оторвал взгляд от «божественного профиля», чтобы не попасться. — Да, в туалет. На самом деле ему нужно было уже давно, но, видя, насколько напряжён и сосредоточен Чаран, он не решался его отвлекать. И главное в такой обстановке он не знал, на сколько минут вообще имеет право исчезнуть. Если честно, едва оказавшись на земле Эммали, он почувствовал странный страх, словно вся его прежняя смелость где-то испарилась. — Тогда поторопись. Нам нужно к месту встречи. Он только кивнул. Он понимал, что времени мало. Чаран указал ему на большой уличный туалет, сам остался снаружи, на страже. Его цепкий взгляд скользил по окрестностям. Все чувства были обострены. Не заметив ничего необычного, он достал телефон. Накануне ночью он отправил важное сообщение, сообщив ответственным о примерном маршруте и времени. Оставалось только надеяться, что всё идёт по плану. — Пойдём? Мягкий, уже знакомый голос заставил поднять голову. Лицо Кханина было усыпано каплями воды, волосы слегка влажные. Он напоминал только что вымытого пушистого котёнка. — Всё лицо мокрое. Почему не вытерся, прежде чем выйти? — спросил Чаран и тыльной стороной ладони мягко провёл по его щеке, стирая влагу. Движение вышло таким естественным, что он и сам не понял, что именно им руководило, разум, инстинкт или что-то ещё, о чём он не хотел задумываться. Как бы то ни было, это уже произошло. — Я думал, мы спешим… Не, не надо, я сам, — отреагировал Кханин, поспешно отходя и заставляя Чарана тоже отступить. После короткого кивка они пошли дальше. Он выбрал второстепенную дорогу между домами, путь к точке встречи, находившейся менее чем в пятистах метрах от станции. Одной из причин было желание не привлекать внимания к принцу. Другой опасение, что враги могли смешаться с пассажирами у вокзала. Длинные ноги Чарана шагали быстро. Он был уверен, что на месте их уже ждут, и именно поэтому спешка казалась ещё острее. — Зачем так торопиться? — простонал Кханин, пытаясь поспеть. Чаран положил ладонь ему на спину, подталкивая идти быстрее. — Водитель нас ждёт. За следующим домом уже будем на месте. — Мои ноги уже не успевают. Насколько ещё быстрее мне идти? — проворчал тот. Привычка Кханина шептать себе под нос, похоже, была неистребима. Чаран покачал головой, продолжая следить за обстановкой и одновременно слушая его жалобы. И, поскольку вокруг было так много отвлекающих факторов, рука, вместо того чтобы только подталкивать в спину, незаметно переместилась на тонкую талию, притягивая его ближе. Нежный запах его кожи и шампуня ударил в нос, Чаран нахмурился. Он осознал, насколько они близко, только когда повернулся к нему, и красивое лицо оказалось всего в нескольких сантиметрах. — Эй… Нам нужно… — тихий голос Кханина оборвался, когда их носы почти коснулись. Чаран уже собирался отпрянуть, словно дотронулся до чего-то обжигающего, но взгляд упал на его чуть покрасневшие губы. «Это была просто игра, Чаран». »…» «Просто игра». Вспыхнула память, которую он так старательно пытался вытеснить. Щёки Чарана вспыхнули жаром. Мгновение они оба застыли в неловком полу-прикосновении, но мужчина, помнивший о своей задаче, с трудом отогнал лишние мысли, тяжело сглотнул и вернул себя в реальность. Дальше они шли молча, даже привычное ворчание Кханина стихло. Всё вокруг выглядело спокойно и безопасно, пока краем глаза Чаран вдруг не уловил движение, моментально заставившее его напрячься. Чувства вновь обострились. Он убрал руку с талии и крепко сжал ладонь Кханина. До места встречи оставалось совсем немного, но судьба, похоже, решила не упрощать им жизнь. — Беги! — рявкнул он, дёрнув Кханина за собой. Они сорвались с места, но вскоре дорогу им загородили несколько тёмных фигур. Двое в чёрном перегородили путь. Чаран резко встряхнул руку Кханина, а тот в страхе вцепился ещё крепче. Чаран развернул его за спину в тот момент, когда началась драка. Его ударили, но он собрал всё своё мастерство, чтобы перехватить руку одного из нападавших и заломать её, с хрустом ломая кость. Он пнул в грудь другого, который уже тянулся к Кханину, и тот отлетел назад. Сильная рука снова обвила талию младшего, притягивая его вниз, в то время как сам он отбивал удары со всех сторон, руками, ногами, корпусом. Он задействовал каждую часть тела, чтобы прикрыть Кханина, и отвечал на каждую атаку, но как бы он ни был силён, одному против группы было тяжело. — Ах! — Чаран на мгновение потерял равновесие, удар по челюсти отправил его на землю. Крупная ладонь, до этого удерживавшая руку Кханина, разжалась. Резкая волна головокружения накатила, но инстинкты выживания всё ещё работали безупречно. Он перекатился, уходя от ноги, которая должна была вдавить его в землю, и тут же начал искать взглядом другого. Но, казалось, уже опоздал. — Отпустите! — крикнул Кханин, вырываясь. Чаран застыл. Он уже собирался добить ближайшего противника, но вынужден был изменить план, теперь именно он оказался в худшем положении. — Даже не двигайся. Голос на эммалийском прозвучал от того, кто схватил принца и сжал его голову железной хваткой. Лицо Чарана побледнело. Вид пистолета, уперевшегося в висок Кханина, и его, задыхающегося, выражения лица усилили тревогу в несколько раз. Если бы он был один, нашёл бы сотню способов вырваться. Но сейчас главное безопасность Кханина. Поэтому он поднял обе руки и сдался, у него не было выбора. Они уже вступили на территорию Эммали. Чаран не знал, насколько сильны те, кто поднял на них руку, поэтому не мог действовать безрассудно, любая ошибка поставила бы принца под удар. — Без глупостей, — процедил один из нападавших. Кто-то сильно ударил его по ноге, заставляя упасть на колени. В следующий миг его прижали к земле и заломили руки за спину. Одновременно с этим он увидел, как точно так же поступили с Кханином, его уложили лицом в землю, лишив возможности сопротивляться. Глаза, которые раньше смотрели на него с вызовом, теперь были наполнены слезами. В груди закипела ярость, и он попытался дёрнуться. — Эй! Я сказал, не двигаться, или я прикончу его прямо сейчас! — крикнул тот же голос, и тяжёлая подошва вдавила его плечо в землю. Он был вынужден только смотреть, как у Кханина хватают волосы и, дёрнув, заставляют подняться на ноги. Чаран скрипнул зубами, видя, как тот дёрнулся от боли. Ему стало стыдно за каждое своё прежнее колебание, за то, что он боялся навредить, а в итоге всё равно допустил, чтобы ему было больно. На несколько секунд всё замерло. Один из нападавших отошёл в сторону, другой говорил по телефону, по голосу было похоже, что с их предводителем. Мозг Чарана судорожно искал выход. Если ему удастся освободить Кханина, это даст им время. Но это также значило, что кто-то должен будет пожертвовать собой… В конце концов, долг семьи Пхитхакдхеве, защищать Ассавадеватин. Значит, его жизнь в данный момент не имеет значения. Вывести Кханина из-под удара было единственно правильным решением. Он продумал в голове каждое движение, затем перевёл взгляд на того, кто держал его прижатым к земле. В ту же секунду он ощутил на себе взгляд, Кханин уже смотрел на него, словно умел читать мысли. Беззвучно губами он произнёс. «Нет». Красные губы дрожали. В этом лице, похожем на напуганного зверька, была какая-то внутренняя сила, которая даже упрямого Чарана заставила замешкаться. «Вместе». Беззвучная просьба по-английски требовала только одного, уйти вместе. Он уважал особенную способность Кханина видеть насквозь чужие намерения, но времени почти не осталось. Любая задержка уменьшала шансы выжить. Чаран перевёл взгляд на того, кто удерживал его за плечи. Через долю секунды он перехватил его ногу и со всей силой дёрнул назад, валя на землю. Освободившись, он рванул вперёд и ударил по уху того, кто держал Кханина, сбивая его с ног, а затем выбил пистолет в сторону и крикнул, будучи уверенным, что Кханин поймёт приказ. — Беги! У него не было выбора. Взгляд метнулся к оружию, лежавшему на земле, но он не отступил. Вместо этого он первым бросился к пистолету, а в тот же миг мужчина в чёрном вскочил и направил оружие уже на Чарана. — Чаран! Кханин застыл, но звук выстрела, разорвавший воздух, оказался не его. На площадку вбежала группа людей в чёрной форме, но с иным видом, с красными повязками на рукаве. Они разогнали нападавших, как рой разъярённых пчёл. — Бегите! — крикнул один из них, прикрывая их отход. Новые прибывшие разделились на две группы, одна двинулась вслед за преступниками, другая окружила Кханина и Чарана. Парня подняли на ноги, затем помогли встать и Чарану. Тот огляделся, всё ещё не до конца понимая, что происходит, пока на площадку не выехало несколько чёрных внедорожников. Ещё одна группа вооружённых охранников вышла из машин и направилась прямо к ним. Кто-то, судя по всему старший, подал знак остальным склонить головы, а затем, повернувшись к Чарану, сказал. — Прошу прощения за задержку, сэр.