Глава 4
26 мая 2025 г., 19:46
***
Серое небо над Барселоной разразилось внезапным ливнем, превратив узкие улочки старого города в блестящие реки. Мелани, возвращаясь из магазина с тяжелыми пакетами продуктов для дома, чувствовала, как холодные струи дождя стекают по лицу и шее, проникая под тонкую куртку. Она пыталась укрыться под узким навесом у стены, но ветер гнал воду даже туда, и вскоре она промокла до нитки, дрожа от холода. Пакеты отяжелели, намокшая бумага начала рваться, и Мелани, стиснув зубы, бормотала себе под нос проклятия в адрес погоды, которая решила испортить и без того непростой день. Ее мысли крутились вокруг Ромео — вчерашний разговор после школы ничего не дал. Он ушел в школу, не сказав ни слова, и Мелани не знала, ждать ли его сегодня домой вовремя или снова отправляться на поиски. Холод пробирал до костей, но она заставила себя идти дальше, пока не услышала звук приближающейся машины и не увидела, как рядом притормаживает знакомый автомобиль, который обычно стоял около их дома. Кубарси опустил стекло, его лицо выразило удивление и беспокойство, когда он узнал ее под пеленой дождя. — Мелани? Вы в порядке? Давайте подвезу, вы же промокли, — сказал он, наклонившись к пассажирской двери, чтобы открыть ее. Мелани замялась, чувствуя неловкость от того, что ее застали в таком виде, но холод и усталость взяли верх. Она кивнула, пробормотав «спасибо», и быстро забралась в машину, стараясь не намочить сиденье больше, чем это было неизбежно. Кубарси, не теряя времени, достал из заднего сиденья свою спортивную кофту и протянул ей. — Наденьте, а то простудитесь, — сказал он просто, без тени насмешки или навязчивости. Она приняла кофту, чувствуя тепло ткани, еще хранящее его запах — что-то свежее, с легкой нотой спортивного геля. Мелани натянула ее поверх мокрой майки, ощущая, как дрожь постепенно утихает, и пробормотала слова благодарности, избегая его взгляда. Машина тронулась, и в салоне повисла тишина, прерываемая лишь стуком дождя по крыше и редкими звуками проезжающих машин. — Знаете, Мелани, вы обращаетесь ко мне на «вы». Мы же соседи, можно и на «ты», если хотите. — сказал он с улыбкой, пытаясь сделать это непринужденно. Хотя он невероятно волновался. Мелани почувствовала, как щеки ее слегка покраснели от неожиданности. Она не привыкла к таким прямым предложениям, особенно от кого-то вроде него — молодого, почти ровесника Ромео. Даже все друзья Ромео обращались к уважительно. — Э-э, ну… хорошо, — ответила она, запнувшись, но быстро добавив, чтобы не остаться в долгу. — Тогда давай на «ты». И ты тоже ко мне на «ты», Пау. Он замялся на секунду, его улыбка стала чуть нервной, когда слова вырвались раньше, чем он подумал. — Согласен, но… вы, но есть ты выглядишь старше меня, — сказал он, и сразу же осекся, понимая, как это прозвучало. — То есть, не подумайте ничего плохого, просто вы такая ответственная, у тебя все под контролем, а я… — Он запнулся, пытаясь выкрутиться, но только запутался больше, как обращаться к девушке. — Я имею в виду, ты кажешься опытной, не то что я, который вечно в тренировках и не иногда знает, что делать в реальной жизни. Мелани не смогла сдержать улыбку, смешанную с смущением, и мягко прервала его поток мыслей. — Все хорошо, Кубарси, не переживай. Давай просто забудем об этом и поедем дальше, — сказала она, чтобы остановить неловкость, и в салоне вновь повисло облегчение. Куба кивнул, не дав себе углубиться в оправдания, и они продолжили путь. Он чувствовал себя очень смущенным. — Не думал, что в Барселоне может быть такой ливень, — продолжил Куба, чтобы разрядить обстановку. — Ты всегда сама таскаешь такие тяжелые пакеты? Я бы помог, если бы знал. Мелани слегка улыбнулась, впервые за день чувствуя что-то похожее на облегчение. — Обычно я справляюсь. Но сегодня дождь решил, что мне мало проблем, — ответила она, взглянув на него. Она заметила, он простой в общении — немного смущенный, но добрый спортсмен. Просто парень, который искренне хочет помочь. — Ну, если что, я рядом. Сосед же, — напомнил он с легкой улыбкой, и в его голосе не было ничего, кроме дружелюбности. — А как вообще дела? Ты вчера выглядела… не очень. Мелани вздохнула, но не стала закрываться. — Да, с братом все еще сложно. Но вчера мы попытались поговорить, и это уже что-то. Спасибо, что спрашиваешь, — добавила она, чувствуя, что его интерес не раздражает, а скорее согревает, как и кофта, которую она до сих пор сжимала руками. Кубарси кивнул, не углубляясь в расспросы, и вскоре они подъехали к «Sol y Sombra». Он помог ей вынести пакеты до двери кафе, несмотря на ее слабые протесты, и, попрощавшись, уехал, бросив напоследок: — Не забудь высушиться. И если что, заходи, я всегда дома… ну, или почти всегда. Мелани смотрела ему вслед, чувствуя странное тепло в груди, но тут же одернула себя. Что я вообще думаю? Он просто сосед, а я старше, у меня Ромео, кафе, куча дел. Это просто помощь, ничего больше, — твердила она себе, заходя внутрь и передавая пакеты Педро, который тут же начал ворчать на нее за то, что она не взяла зонт. В кафе день шел своим чередом, хотя дождь отпугнул часть посетителей. Мелани, переодевшись в сухую одежду, стояла за стойкой, помогая Лауре с заказами, но ее мысли то и дело возвращались к утренней встрече. Она чувствовала себя немного виноватой за то, что позволила себе расслабиться в присутствии Кубарси, но в то же время не могла отрицать, что его доброта стала маленьким светлым пятном в этом пасмурном дне. Лаура, заметив ее задумчивость, не удержалась от комментария. — Эй, Мел, ты где витаешь? Опять о Ромео? Или о ком-то другом? — подмигнула она, указывая на кофту, которую Мелани повесила сушиться на спинку стула за стойкой. Мелани покраснела, быстро отмахнувшись. — Да ну тебя, Лаура. Это просто кофта соседа, он подвез меня под дождем. Ничего такого, — буркнула она, но подруга только рассмеялась, явно не поверив в ее равнодушие. После обеда Мелани поднялась наверх, чтобы проверить, вернулся ли Ромео из школы. Она постучала в его комнату, но, как и ожидала, ответа не последовало. Открыв дверь, она увидела пустую кровать и разбросанные вещи — его рюкзак исчез, а значит, он снова ушел, даже не предупредив. Сердце сжалось от беспокойства, но она заставила себя дышать глубже. Он вернется, он всегда возвращается, — повторяла она себе, хотя с каждым разом эта уверенность таяла. Она вернулась в кафе, решив отвлечься на работу, но тревога не отпускала. Лаура, заметив ее состояние, подошла ближе. — Мел, ты уверена, что все в порядке? Я могу взять на себя больше дел, если тебе нужно отдохнуть, — предложила она, положив руку на плечо подруги. — Спасибо, Лаура, но я справлюсь. Просто… Ромео опять ушел, и я не знаю, где он, — призналась Мелани, чувствуя, как голос дрожит. — Я боюсь, что он свяжется с плохой компанией. Или уже связался. Лаура вздохнула, ее лицо выразило понимание. — Он подросток, Мел. Ему тяжело, как и тебе. Дай ему время, но не забывай, что ты не одна. Мы с Хуаном и Педро здесь, и ты всегда можешь на нас рассчитывать. Эти слова были простыми, но они немного притупили остроту беспокойства. Мелани кивнула, благодарная за поддержку, и вернулась к работе, решив, что будет ждать Ромео до вечера. Если он не вернется, она пойдет его искать — даже если придется обойти весь район под этим проклятым дождем.***
Тем временем Ромео бродил по узким улочкам Баррио Готико, подальше от дома и школы, прячась от ливня под козырьками зданий. Он встретился с теми же парнями, с которыми был накануне, и они сидели на ступеньках у старой церкви, передавая друг другу сигареты и бутылку дешевого пива, которую кто-то из них притащил. Ромео не особо хотел пить, но взял бутылку, чтобы не выделяться. Он чувствовал себя чужим даже среди них, но возвращаться домой было еще хуже — там его ждали вопросы и взгляд Мелани, полный боли, который он не мог вынести. — Эй, Ромео, ты чего такой мрачный? — один из парней, Карлос, толкнул его в плечо. — Расслабься, брат. У тебя дома что, опять разборки? Ромео пожал плечами, сделав глоток пива, которое показалось ему горьким не только на вкус. — Да так, сестра достает. Ей все время кажется, что я вляпаюсь во что-то. Ну и пусть думает, мне плевать, — соврал он, хотя внутри все сжималось от чувства вины. Карлос хмыкнул, затянувшись сигаретой. — Сестры такие. Но ты не парься, мы свои. Если что, прикроем. А хочешь, вечером с нами на дело пойдем? Просто граффити, ничего серьезного. Ромео замялся. Он знал, что «ничего серьезного» может быстро превратиться в проблемы, но соблазн забыться, сделать хоть что-то, что отвлечет от мыслей, был велик. Он пробормотал что-то невнятное, не давая точного ответа, но в глубине души понимал, что этот выбор может увести его еще дальше от Мелани — и от того, кем он хотел бы быть. К вечеру в «Sol y Sombra» стало тише, и Мелани, закончив с последними заказами, снова посмотрела на часы. Ромео не вернулся, и ее терпение начало истекать. Она попросила Лауру закрыть кафе и, схватив куртку, вышла на улицу, решив обойти места, где он обычно тусовался с друзьями. Дождь немного утих, но улицы все еще были мокрыми, а воздух — холодным и сырым. Мелани шла быстро, заглядывая в каждый переулок, спрашивая у знакомых уличных торговцев, не видели ли они ее брата. Они жили в таком районе, где почти все друг с другом знакомы. Ее поиски привели к старой площади недалеко от Баррио Готико, где она заметила знакомую фигуру. Ромео сидел на скамейке с двумя парнями, и даже издалека было видно, что они не просто болтают. Мелани почувствовала, как гнев и страх смешиваются внутри, но она заставила себя подойти спокойно, не желая устраивать сцену. — Ромео, — позвала она, стараясь, чтобы голос звучал твердо. — Нам нужно домой. Сейчас. Он поднял глаза, и на миг в его взгляде мелькнуло что-то похожее на стыд, но тут же сменилось раздражением. — Мел, я занят. Иди домой, я позже приду, — сказал он, отводя взгляд. Его друзья хмыкнули, явно наслаждаясь ситуацией, и это только сильнее разозлило Мелани. Она сделала шаг ближе, понизив голос. — Нет, ты идешь со мной сейчас. Я не буду спорить на глазах у всех, но ты знаешь, что это не шутки. Пожалуйста, Ромео. Он сжал губы, явно борясь с желанием огрызнуться, но что-то в ее тоне — не гнев, а усталость и мольба — заставило его встать. Он бросил короткий взгляд на друзей, пробормотав что-то вроде «увидимся позже», и пошел за ней, держась на расстоянии. Мелани чувствовала, как сердце колотится от облегчения, но она знала, что это лишь временная победа — настоящий разговор еще впереди. По дороге домой они молчали. Ромео смотрел в землю, а Мелани боролась с желанием выплеснуть все, что накопилось. Она знала, что крики не помогут, но тишина была почти невыносимой. Когда они вошли в квартиру над кафе, она наконец повернулась к нему. — Ромео, я не хочу ссориться, — начала она тихо. — Но я не могу просто смотреть, как ты отдаляешься. Я боюсь за тебя. Скажи, что происходит? Почему ты не можешь поговорить со мной? Он долго молчал, стоя у двери, словно готовый сбежать в любой момент. Но потом его плечи опустились, и он посмотрел на нее с такой болью в глазах, что Мелани замерла. — Потому что я не знаю, как, — сказал он хрипло. — Я не знаю, как сказать, что мне плохо. Что я скучаю по маме и папе каждый день. Что я злюсь на все — на тебя, на себя, на этот чертов мир. И я не хочу, чтобы ты видела, какой я слабый. Его слова ударили ее, как холодный ветер, но в то же время принесли странное облегчение. Впервые за долгое время он открылся, пусть и немного. Мелани шагнула ближе, но не коснулась его, боясь спугнуть этот хрупкий момент. — Ты не слабый, Ромео. Ты мой брат, и я тоже скучаю по ним. Но мы есть друг у друга, и я не хочу тебя терять. Давай попробуем вместе? Просто… не закрывайся от меня. Он не ответил, но кивнул, едва заметно, и этого было достаточно. Мелани знала, что это не конец их проблем, но это был шаг — маленький, но важный. Она предложила ему поесть, и, к ее удивлению, он согласился, сев за стол на кухне, пока она разогревала остатки ужина. Поздним вечером, когда Ромео ушел спать, Мелани сидела в своей комнате, глядя на кофту Кубарси, которую она аккуратно сложила на стуле. День был долгим и эмоциональным, но в нем было что-то светлое — слова брата, поддержка Лауры, неожиданная доброта Пау. Она провела рукой по ткани кофты, невольно улыбнувшись, и подумала, как теперь ее вернуть. Может, просто оставить у его двери? Или зайти с выпечкой в качестве благодарности? Да ну, Мелани, ты как школьница, — одернула она себя, но улыбка не сходила с лица.***
В то время как Мелани пыталась найти Ромео, Кубарси вышел на поле под давлением, но с решимостью в глазах в предпоследнем матче сезона, который мог определить будущее команды в лиге. Стадион в Барселоне гудел от криков фанатов, а воздух был пропитан напряжением – каждая передача, каждый рывок могли стать решающими. Пау помнил слова тренера, которые эхом отдавались в его голове с самого начала подготовки: "Голова должна быть холодной, как сталь. Эмоции – это огонь, который может сжечь тебя, если не контролировать". Он старался следовать этому совету, сосредоточившись на игре, дышал ровно и делал точные передачи, чувствуя, как адреналин течет по венам, но разум остается ясным. Матч шел на высоких скоростях, и Пау был в своей стихии – его ноги двигались автоматически, а мысли были чисты, как никогда. Он уже успел сделать несколько ключевых пасов, помогая команде удерживать оборону и создавать атаки. Однако в середине второго тайма, когда мяч был у него, и он готовился к простому пасу партнеру, его взгляд случайно скользнул в сторону трибун. Среди толпы, под серым навесом, он увидел девушку, которая показалась ему удивительно похожей на Мелани – те же русые волосы, та же манера скрещивать руки, словно защищаясь от мира. Сердце на миг сбилось с ритма, воспоминания о их последней встрече под дождем всплыли в голове, и он замешкался на долю секунды. Этот момент колебания стоил ему точности – пас ушел чуть неточно, скользнув мимо ноги партнера и уйдя в аут, что позволило соперникам перехватить инициативу. Пау почувствовал укол раздражения и разочарования в себе, но не паники; он знал, что не совершил грубой ошибки, которая могла бы стоить гола, но все же это было напоминанием о том, как личные мысли могут вторгаться в профессиональный мир. Держи голову холодной, – повторил он про себя слова тренера, сжимая кулаки и глубоко дыша. Он быстро отогнал образ девушки, сосредоточившись на поле, и уже в следующей атаке вернулся в игру со спокойствием, делая уверенный перехват и организуя контратаку. Пау понял, что этот эпизод, хоть и краткий, подчеркивал важность баланса между личной жизнью и карьерой. Он сделал глубокий вдох. Кубарси играл дальше с еще большей сосредоточенностью, понимая, что эмоции, такие как внезапная мысль о Мелани, могут быть как разрушением, так и мотивацией, если держать их под контролем. Матч закончился победой, и Пау вышел с поля с чувством облегчения, но с мыслями, которые заставляли задуматься о том, как эти личные моменты продолжают влиять на него даже в самые интенсивные времена. Барселона продолжала жить — шум машин, смех прохожих, запах моря, который ветер доносил даже сюда, смешиваясь с ароматом влажной земли после дождя. Мелани и Пау знали, что завтра принесет новые испытания, но в этот тихий момент они позволили себе поверить, что даже в самые темные дни можно найти отражение света — в словах близких, в случайных встречах, в надежде, которая, несмотря ни на что, продолжает гореть в сердце.
