Колодец желаний

      Мы отправились на Луаньцзан даже не обсуждая этого заранее. Просто спустились со стены и пошли в направлении темнеющего на горизонте силуэта, не оглядываясь на отдаляющиеся стены Цишаня и практически не смотря друг на друга. Я, в принципе, не любил молчать — от этого порой становилось неловко, особенно когда разговор прерывался или застревал, однако с Вэнь Жоханем можно было уютно молчать, потому что в любой момент можно было завести диалог на любую тему и получить ответ. Нам было что сказать друг другу — в конце концов, эти пятнадцать дней в Цишане мы не то что бы много разговаривали, ведь работы было предостаточно. И эти слова повисали в воздухе, не высказанные, но всё равно чёткие, как будто кто-то уверенной рукой вывел их и теперь повесил свою калиграфию прямо перед нашими глазами. Странное, но приятное ощущение. А когда эти невысказанные слова подтверждаются действиями… Очевидно, «язык любви» у нас был схожим — молчать и делать. Возможно, именно поэтому буквально в каждом движении чувствовался молчаливый разговор.       — Хорошо провели время, верно? — я нарушаю уютную тишину, просто потому что хочу услышать голос Жоханя. Даже детский он всё равно невероятно приятен, а воображение порой накладывает поверх него взрослую «озвучку». А иногда это делает сам Жохань, используя свои демонические способности. — Я рад, что А-Цин так хорошо справляется и что ей не нужна наша помощь, — я улыбаюсь, не договаривая «А ещё я безумно рад, что мы сейчас ушли и теперь предоставлены друг другу. Да, я эгоист».       — Да, пожалуй. Эта передышка была нам нужна. Но ты же понимаешь, что я в любом случае бы ушёл с тобой? — интересуется Вэнь Жохань, безошибочно определив непроизнесённые слова. — И ты можешь спокойно говорить о подобных вещах, не боясь моего осуждения, — под внимательным взглядом вишнёвых глаз не страшно, а тело не напрягается даже на один процент — мне абсолютно спокойно и… Хорошо.       — Знаю, — вдыхаю тёплый летний воздух, наслаждаясь лёгким ветерком, играющим с волосами. Их длина уже привычна, но всё ещё немного неудобно, так что, возможно, я немного сменю имидж во время нашего путешествия. Вокруг тишина, практически ничем не нарушаемая. Лишь иногда пробегает какой-нибудь зверёк, начинает стрекотать и тут же замолкает кузнечик, раздаётся в небе крик пролетающей птицы. Кажется, мы совсем недавно покинули пределы Ордена Вэнь, но вокруг уже никаких следов человека. Удивительно, насколько сильна энергия горы. А может, виной подобному запустению страх? Не важно.       — Жоха-ань, — протягиваю я. Почему-то теперь подобное обращение даётся так легко и естественно, словно мы уже тысячу лет знакомы. — А чем займёмся? — в ожидании ответа я лениво думаю, а что, если бы я был здесь один? Ну, вдруг ничего бы не изменилось, Облачные Глубины сгорели бы, а я был сброшен тем же Вэнь Чао с Луаньцзан? Что бы я чувствовал, летя вниз, в любой момент готовый налететь на торчащие острые скалы, которые тут же пронзили бы меня насквозь? — Я бы испугался. Хорошо, что всё иначе, — произношу вслух, прекрасно это осознавая. Мне нужно как-то подтвердить себе, что всё, что сейчас происходит — реальность, пусть я итак это осознаю.       — М? — непонимающе спрашивает Жохань. Я отрицательно мотаю головой, показывая, что не стоит об этом говорить. Демон поднимает брови, но соглашается и возвращается к предыдущему вопросу. — Мне стоит стать сильнее. Потом я уничтожу Императора, а дальше… Помогу тебе вознестись, — такое чувство, что он уже всё продумал и ни в чём не сомневается. Ладно, если так, то…       — Ну так чего же мы ждём? Ранг сам себя не поднимет! — весело улыбаюсь и несусь в сторону Луаньцзан, заливаясь смехом и подставляя лицо порывам свежего ветра. Пусть в нашем плане всего три пункта, никак пока что не связанных между собой промежуточными, я уверен, мы прекрасно справимся.

***

      Гора Луаньцзан, день семьдесят восьмой. Я уже вообще ни в чём не уверен. Тёмной энергии здесь оказалось настолько много, что бороться с ней практически нереально даже с нашими возможностями. У меня уже пальцы стёрлись и губы онемели от игры на Тяньвэнь, а эти гады (я имел ввиду невероятные толпы обезумевших мертвецов и демонов рангом до «свирепого» включительно) так и прут из всех щелей. Да ёпа-мать, когда ж это всё закончится?! Вода и еда уже давно закончились, благо хоть иногда дожди идут, иначе я бы давно помер. Практика голодовки — отстой, ближайшие сто лет я это повторять не планирую.       Жоханю не легче. Он вынужден держаться рядом со мной — если мы отходили друг от друга хотя бы на пятьсот метров, пробиваться обратно приходилось почти целые сутки. Пусть я и частично овладел тёмным путём, однако тело было насквозь пропитано светлой ци, которая вырабатывалась автоматически, а это служило охренительно сильной приманкой для мертвяков. Ну а как же — живой человечек, да ещё и с такой начинкой! Зубы обломают, мрази. Вот только одежда на мне в таких условиях стремительно горела не смотря на все защитные заклинания, а кожу покрывали всё новые и новые шрамы, остающиеся от ран, которые я едва успевал залечить.       Поскольку Вэнь Жоханю было в некотором смысле проще — в конце концов, трупы не воспринимали его как врага, он для них был «своим». Странным, но своим — он решил, что нам нужно держаться вместе, чтобы ему было удобнее меня защищать. Сперва я был всеми руками-ногами «за», однако потом понял, с чем было связано нехорошее предчувствие. Жохань был демоном. И пусть меня это никаким образом не отвращало, к тому же, он был вполне разумным демоном с полным объёмом памяти, однако его тело переполняла тёмная энергия, и моя игра… Делала его уязвимым. Повезло, что мы заметили это до того, как я случайно упокоил Жоханя, однако проблема от этого не стала менее существенной.       В итоге пришлось экстренно совершенствовать свои мелодии — достаточно, чтобы смочь чувствовать тех, на кого они повлияют. Уйти с этой злоебучей горы мы уже не могли, хотя такого, блядь, в планах не было, но всё решил случай — мы не заметили, как оказались в самом центре проклятого места, и теперь прорваться через мертвецов ну никак не удавалось. Откуда же они, чёрт возьми, лезут?       — Это адепты Цишань Вэнь, — в который раз угадал мои мысли Жохань. Мы сидели на невысокой скале и старались прийти в себя после очередной волны демонов. Они сейчас столпились внизу, но до нас пока не добрались. — Я рассказывал, что наш Орден часто, ещё даже до моего рождения, пытался справиться с этой горой? Люди умирали тысячами, однако надежда достичь невозможного всегда маячила перед глазами, и на подобные «мелочи» не обращали внимания, — хмыкнул с горькой иронией. — Вот почему не стоит даже пытаться следовать девизам чужих Орденов…       — Неужели все, кто здесь есть, бывшие адепты Вэнь? — с ноткой недоверия уточнил я. Всё тело неприятно ныло, но я старался не жаловаться. Вэнь Жохань уже дошёл до тринадцатилетней версии, а его ранг, думаю, достиг отметки «Свирепый». Но это нам ничего не давало — даже стая чихуахуа могла бы загрызть человека, что уж говорить о этой безграничной орде демонов. Да и я-то не демон вовсе, если умру, то, скорее всего, надолго. Так что нужно просто подождать… И поискать себе другой «подвиг» для вознесения: разом я такое количество точно бы не потянул. А вот Вэнь Жохань, скорее всего, вполне может стать Непревзойдённым демоном, если справится со всеми. В том, что он справится, я не сомневался. А вот в себе — очень даже.       — Не все, конечно, — спокойно согласился демон, помогая мне перебинтовать новую рану на спине. — Но большинство. Остальные же… Думаю, мстительные духи из ближайших поселений сюда слетаются как мухи на мёд. Ещё, скорее всего, здесь есть такие же отчаяные смертники, как мы — с одним только исключением. Мы сможем выбраться, — от уверенности, с которой он это сказал, по телу разлилось приятное тепло. Я всё больше и больше чувствую, что становлюсь настоящим подростком: нервным, слегка истеричным и неуверенным. А ещё до одури боящимся смерти и ошибок. Думаю, эти изменения происходят от того, что теперь мне очень даже есть что терять.       — Ладно, передохнули и хватит, — я с тяжёлым вздохом поднимаюсь на ноги. — Кстати, Жохань, как думаешь, стоит ли попросить помощи у Богов? Ну, вдруг они всё-таки поимеют совесть и откликнутся. А то я начинаю сомневаться в своих способностях и в успехе этой идеи, — вообще, можно накалякать просьбу о помощи и отправить её моим друзьям, однако не очень хочется вытягивать их в это и раскрывать правду о смерти Жоханя.       — И как ты собираешься это сделать? — поднял брови демон. — Тут вряд ли есть храмы.       — О, точно! У меня есть идейка, — я ухмыляюсь, чувствуя, что ещё немного — и над головой загорится мультяшная лампочка. Пожалуй, я знаю, от кого точно можно ожидать помощи. — Жоха-ань, у тебя не найдётся немного бумаги и туши? А ещё, желательно, сил для строительства небольшого святилища?       — Обижаешь, — довольно скалится Вэнь Жохань, почувствовав мой настрой. — Для тебя у меня всё что угодно найдётся. И всё же, кому будем молиться?       — Одному крайне шикарному няню. Который, кстати, у меня в долгу. Заодно познакомлю со своей семейкой, — я с благодарной улыбкой принимаю лист бумаги (обычной, не талисманной, та уже давно закончилась), тушь и кисточки. Надеюсь, я ещё не разучился рисовать…

***

      — Этот предок прибыл! Выходи, мелочь немощная! — громкий хриплый голос разнёсся над долиной, а я довольно улыбнулся, вытирая с лица кровь. И трёх дней не прошло, а моя семейка уже сюда завалилась. Молодцы, оперативненько.       — Хэй! Гэгэ! Ты где? — вторил Ци Жуну звонкий весёлый голос с нотками беспокойства. — Мы пришли к вам на помощь!       — Топайте сюда! И постарайтесь побыстрее, пока никого не слопали, а то потом не соберётесь обратно! Здесь очень много нечисти! — машу им рукой, свешиваясь из небольшой пещерки в скале. Жохань придерживает меня за пояс, не давая вывалиться наружу.       — Ну и помотало тебя! — поднявшись, присвистывает Ци Жун, окинув меня внимательным взглядом. — Что, жизнь не дорога по таким местам шляться? — я тихонько поражаюсь цензурности его речи — видно, для ребёнка старается. А ведь в прошлый раз меня слегка подбешивали маты через слово, но, в принципе, это было не столь важно. — А это ещё что за пиздюк? — а нет, всё нормально. Вэнь Жохань, в которого неуважительно ткнули пальцем, недовольно нахмурился, но предпочёл промолчать, предоставив разборки мне.       — Это А-Хань, — сообщил я. Фамилия, полное имя — всё это было умолчено, ведь, в конце концов, я не обязан об этом отчитываться. Да и какую-никакую конспирацию всё же надо бы сохранить. — И его присутствие здесь вопрос решёный. Ну так что, поможете нам со всем этим дерьмом разобраться? — я киваю на вновь набежавших демонов у подножия нашей горы.       — Ещё спрашиваешь, — с нотками снисходительности фыркает Лазурный Фонарь, а Цинлун закатывает глаза. — Этот предок щас всё порешает! Смотрите и учитесь, молокососы! — с этими словами Ци Жун сиганул вниз, в полёте вспыхнув зелёным пламенем. И почему добрая половина моего окружения любит подобные спецэфекты? Да хер их знает.       — Блядь! — я прыгнул вниз за громко орущим ругательства демоном. Ну да, этот предок не рассчитал высоту полёта… Мимо меня пронёсся изумрудно-чёрный дракон (охренеть конечно диди подрос), а Вэнь Жохань последовал за нами с насмешливым фырком, отразившимся от скал. И он, сцука, тоже летел эффектно — легко и изящно, с пафосно развевающимися полами ханьфу и волосами, окружённый ярким вишнёвым пламенем с вплетениями тёмной энергии. Все на пафосе, а у меня жопа голая — какая-то тварина последние штаны мне порвала, теперь поддувает. Ну и ладно, потом зашью… Если, конечно, мы не сдохнем!       Я приземляюсь в эпичную позочку, слышу краткое «позёр!» от Ци Жуна и, фыркнув на такие двойные стандарты, принимаюсь шинковать нечисть налево и направо. Можно, конечно, попробовать подчинить её и заставить облагораживать местность или просто выслать подальше, однако тут трупов раз в десять больше, чем в той битве в Цишане, к тому же, там были только что поднятые, а тут многие уже достигли достаточно высокого ранга, и подчиняться не хотят. Гораздо проще было их аккуратненько нарезать, а потом прикрыть Вэнь Жоханя и дать ему время выпить души демонов, чтобы их развоплотить окончательно и бесповоротно. И казалось бы, всё это можно провернуть достаточно легко, но гора почему-то никак не хочет нас отпускать, а потому нечисть всё прибывает и прибывает, то приходя извне, то вылезая из недр горы. Скорее всего, её притягивает что-то внутри горы — хрен знает, что конкретно, но, возможно, где-то здесь есть что-то вроде притягивающего демонов талисмана, только очень высокой мощности и с крайне длительным сроком действия. Вот только я не уверен, а вдруг если мы его уберём, баланс в мире нарушится и нечисть, притягиваемая сюда, будет вместо этого убивать простых людей? Хотя… Ну и пусть. Может, заклинатели наконец начнут уделять побольше внимания своей работе, а не говорить «это на Луаньцзан, это не в моих владениях» и уходить, эффектно взмахнув волосами.       Думаю, сегодня мы со всем этим закончим. Трое демонов с таким высоким рангом — вряд ли, конечно, они все дотянут до Непревзойдённого после этой бойни — и вполне себе ничегошный заклинатель в одном экземпляре. Убойная команда. Я активно размахивал мечом и флейтой, которую сейчас использовал как ударный инструмент (в том, что она не сломается, я был уверен — не раз уже пробовал такой способ боя), Ци Жун и Жохань использовали тёмную энергию и прямо с поля боя поглощали души демонов, Цинлун в своей драконьей форме извивался подобно змее, хватал противников, взлетал ввысь и там, на своей территории, расправлялся с ними, поедая. Короче, все поели, кроме меня. Но уровень совершенствования определённо поднялся, это факт.       Я не знаю, сколько в итоге дней мы зачищали гору. У меня уже в мозгах плыло от усталости, голода и постоянного присутствия в зоне повышенной концентрации тёмной энергии, которая всё-таки являлась для моего живого тела чужой. Но я точно знаю, что в итоге нам это удалось, и, когда на Луаньцзан не осталось никого кроме нашего квартета мы нашли по следу тёмной энергии то самое место, которое подтверждало мою гипотезу о ритуале призыва.       Нужные символы были высечены в камне, как и круги пентаграммы, и поэтому ритуал не переставал действовать в течении более чем нескольких столетий. Удивительно, но всё это сохранилось в почти первозданном виде, и даже несколько кустиков мха и лишайники практически не изменили изначальный вид. Казалось, что время не властно над этой затеряной пещеркой и её секретом, но я поспешил выкинуть из головы филосовско-меланхоличные мысли. Остаётся вопросом, кому могло понадобиться собирать здесь нечисть, однако у меня не было ни сил, ни желания разбираться ещё и с этим. Цинлун смотался в Цишань за местным аналогом цемента (я на всякий пожарный черкнул Вэнь Цин пару строчек о наших «трудо-выебуднях» на горе и попросил моего братца не трогать). Она послала ответ с ним же, выражая своё восхищение и благодарность за помощь с расширением территории и спрашивая, не нужна ли помощь. Помощь, может быть, и нужна была, но мы вежливо отказались, предпочтя надрываться самостоятельно.       Мы залили цементом высеченые в камне остатки древнего ритуала и нанесли поверх новый, имеющий совершенно обратное предназначение — отпугивание нечисти. Так как среди нас живым был только я, пришлось внести своих спутников в список «разрешённых посетителей» (для чего потребовалось вспомнить всё, что я знал о ритуалах и знатно попотеть над изменениями в этом). После всех этих процедур даже дышать стало как-то легче, и я жопой чуял, что с этой проблемой мы разобрались. Ну и хорошо, минус одно дело в списке, дополнительный плюсик в карму.       — Всё, разобрались, — с облегчением выдохнул я, плюхаясь на пол прямо там, где стоял. Устройство «Тянь Лэй 2.0» разрядилось и требует восполнения запасов энергии путём поглощения пищи, сна и нормального лечения (боги, надеюсь, для этого не придётся возвращаться в Орден Вэнь, я не хочу торчать там ещё дольше, когда жажда приключений зудит в заднице). Нет, про мои человеческие потребности в еде никто не забывал, однако здесь негде было раздобыть что-то съедобное, а я фанатом каннибализма не являлся, пусть и допускал его для других людей и нелюдей. Поэтому меня «кормили» с помощью передачи духовной энергии, однако подобным способом нельзя было пользоваться слишком долго, ведь запасы питательных веществ это не восполняло, лишь поддерживало жизнедеятельность.       — Эй, гэ, ты в порядке? — обеспокоено спросил Цинлун, присев рядом со мной.       — Покормите меня и буду, — недовольно проворчал я. Ещё бы кукушковеда хорошего сюда, а то мало ли у меня сдвиг какой на почве пребывания на Луаньцзан и голодухи, но вряд ли здесь такие водятся. — Ах да, я с этого места не встану, тащите меня.       — Как скажете, Вашество, — с хитрой ухмылкой произнёс Вэнь Жохань, а я с удивлением понял, что он вернулся к своему взрослому облику! А ещё запомнил это дурацкое прозвище… Учу его плохому, ага. — Но сначала… — демон неожиданно наклонился, и я ощутил прикосновение тёплых (искусственный подогрев — наше всё) губ к своим собственным, а вместе с этим и мощный поток передаваемой ци. Это было неожиданно, бля! Но приятно. Стоит повторить, когда очухаюсь до конца и стану способным на что-то большее, чем вяленькие движения навстречу чужим губам. А то сто процентов непродуктивно будет.       — Чего смотрите? — поинтересовался я, когда Вэнь Жохань отстранился и с невозмутимым лицом подхватил меня на руки, самостоятельно устроив меня поудобнее. Вот это сервис, однако! Обслуживание по высшему разряду. — Быстренько собрали манатки, подняли задницы и потопали! Быстрее-быстрее!       — Да пажалста, — недовольно пробухтел Ци Жун, прикрывавший глаза Цинлуну. Охренеть какой заботливый нянь! Не прогадал я с выбором, да… — Соситесь сколько желаете, кто ж вам мешает. Мы тут так, интерьер.       — Но-но, — весело фыркнул я. — Готовы? Тогда поехали! — я с довольным лицом прислонился к Вэнь Жоханю и мирно задрых.