Энергия в обмен на удачу

Как Лео и предвидел, братья намертво приковали его к постели. Отстояв право болеть в своем вагоне, а не на казенной койке медотсека. Прошли дни, а облегчения не наступало. Таблетки, сиропы, порошки — вся эта аптечная мишура лишь подпитывала ощущение, что тело предает его, погружаясь в лихорадочную трясину все глубже. И не только тело. Ночные кошмары теперь обрели кристальную ясность и невыносимый ужас. Каждую ночь он вырывался из сна с бешено колотящимся сердцем и пересохшим ртом, застывая в оцепенении перед каждой шевелящейся тенью. Появление Донни с починенной лампой стало маленьким спасением — ее тусклый свет хоть немного отгонял жуть после пробуждения. Помимо всего, Лео стало труднее есть пищу. Мало того, что она вся была безвкусная. Так и все, что он ел, выходило обратно либо сразу, либо немного позже. Ночные сидения лицом в туалет становились более затянутыми и частыми. Кошмары вызывали рвотную реакцию, как будто его тело пыталось избавиться таким способом от монстра, что преследовал его по ночам. Этой ночью Донни нашел его в обнимку с туалетом, до которого Лео едва добрался. Напуганный брат почти на руках дотащил его обратно и, ловко вонзив иглу капельницы в вену под предлогом, что это улучшит его иммунитет и поможет восстановить водный баланс. И Лео согласился, как медик, он знал это. Все его симптомы утверждали, что это грипп. Но обильное лечение никак не помогало. И Лео не мог понять почему. Он перерыл все свои книги, прочел множество статей и пересмотрел кучу видео. Его лечение было верным, так что же с ним происходило? — Эй, бро, я принес немного куриного супа, — сказал Майки, входя в вагончик утром. — Спасибо, братишка, я постараюсь оставить это внутри себя, — прохрипел слайдер осипшим голосом. Леонардо благодарно улыбнулся, усаживаясь на кровати. Суп выглядел и правда хорошо, и наверняка был очень вкусным, вот только Лео казалось, что он ест пенопласт. Ему удалось съесть несколько ложек, чтобы не расстраивать и без того грустного и притихшего младшего брата. — Тебе нужно что-нибудь? — спросил Майки, сидя на кровати. Лео открыл рот, но вместо слов из него вырвался сильный кашель. Скрипящий звук в легких, появлялся при каждом вдохе, который ловил Леонардо. От тяжести приступа было тяжело вдохнуть, Лео чувствовал, как задыхается между выходами кашля. Майки спрыгнул с кровати и выбежал из вагона. Приступ наконец кончился, и Лео смог вдохнуть насколько раз, учитывая тяжелое дыхание и боль в груди. К этому моменту вернулся младший брат с кружкой чая. — Я добавил имбирь! Донни сказал это помогает с кашлем. — Спасибо… — слово сменилось слабым хрипом. Лео увидел, как Майки наклонился, пытаясь разобрать звук. Он попытался повторить, но горло сжала тишина. — Лео? — Майки выглядел сбитым с толку. — Что такое? В отчаянии Леонардо поднял руки, используя языковой жест. «Пропал голос» — показал он. — Мне позвать кого-нибудь? — спросил младший с легкой дрожью в голосе. Лео покачал головой. Подумаешь, голос исчез. Не велика потеря для того, кто лежит в кровати постоянно. Слайдер убрал посуду на тумбу и принял горизонтальное положение. Ужасная ночь и приступ высосали из него все силы, Лео надеялся, что сможет отдохнуть без кошмаров хотя бы сейчас. Майки так и продолжал стоять перед ним, не зная, куда себя деть. Леонардо раскрыл одеяло, мягко постукивая другой рукой по матрасу. Сияющее лицо появилось на лице Майки, он радостно запрыгнул к брату, прижимаясь всем телом, и как осьминожка обхватил конечностями Лео. Лео укрыл их, прижимаясь лицом к макушке брата. Он прикрыл глаза и не заметил, как уснул.

***

Это было похоже на невесомость, но одновременно с этим тело ощущалось тяжелым. Под весом его тянуло вниз, в черное облако, засасывающее в свои бездонные пучины. Два алых глаза принадлежали чернильной жиже, из которой формировались большие щупальца. Монстр с огромной скоростью обвил ноги Лео, утягивая за собой. Как бы сильно Леонардо не пытался вырваться, щупальца сильнее сжимали его и тянулись вверх. Его ребра сжались с отвратительным хрустом, истошный крик застрял где-то в горле. Перед глазами все поплыло, чернота становилась все ближе, кровавые глаза с упоением следили за жертвой. Ты. Выбрал. Нас. Лео проснулся с криком, превращающимся в едва слышное шипение. Холодный пот стекал по лбу, тяжелое дыхание разносилось по вагону. Дрожащие руки и бешенные глаза искали младшего брата, исчезнувшего из его постели. «Где?» — бился единственный вопрос в голове. Может этот монстр из снов забрал его? Может что-то случилось? Лео панически перебирал всевозможные варианты куда исчез его брат, пока не заметил на тумбе записку со стикером:

«Ушли на миссию. Скоро вернемся. Отдыхай!»

«Майки».

Громкий выдох облегчения разнесся по вагону. Его братья в порядке. Они просто на миссии. Попытавшись восстановить дыхание и успокоить разум, Лео понял, что ему недостаточно воздуха в помещении. Все вещи вдруг стали чужими и наполненными опасностями, красные глаза мерещились во всех темных углах. Мысль о портале вспыхнула, как искра. Риск? Безумие! Особенно после Хуэсо. Но соблазн получить свежей порции воздуха и знакомый шум улицы был сильнее страха. «Эй, я просто на крышу, — убеждал он себя, хватая катаны. — Ничего страшного». Рука предательски дрожала, когда он занес меч. Пространство с хрустом лопнуло, открыв синеватую бездну. «Крыша… — мысленно прошептал он, шагая в мерцание. — Просто крыша…» Но реальность сыграла с ним в жестокую шутку. Вместо ожидаемой тверди под ногами — пустота. Он провалился в холодную, безжалостную хватку океана. Ледяная волна ударила в легкие, выбив последний воздух. Где? Почему?! Паника, острее любого лезвия, сжала горло, а обессиленное тело неумолимо тянуло в темную глубину. Лео опустился под воду, медленно вырисовывая под собой портал. «Крыша, крыша», — повторял он себе, чертя неровный круг. Голубое сияние втянуло его, и Лео проскочил через портал, вылетая из него как пробка от шампанского. Он заскользил по земле, пока не врезался в длинное дерево. Лео выплюнул всю воду, которую успел проглотить. Его тело била крупная дрожь после ледяной воды. Сил едва хватило, чтобы подняться, удерживая себя катанами, воткнутыми в землю. Он огляделся, пытаясь сообразить, где находится. «Кажется это тропический лес? Джунгли?» — решил он. Леонардо взмахнул одной катаной. Голубое свечение меча разрезало воздух, но портал не появился. Он попытался еще и еще, но ничего не получалось. Лео зарычал. Ну почему ему так не везло? Мало того, что его колотило после прошлого приключения, так теперь его голова и легкие разрывались от боли. Он решил, что сможет отдохнуть немного, и попытаться еще раз вернуться домой. Медленно, опираясь на мечи, он пошел в неизвестном направлении, проходя мимо огромных зеленых деревьев. Лео слышал звуки птиц, обезьян и каких-то других животных, и очень надеялся, что не встретит хищников. Вдали виднелась небольшая пещера, куда он направился, проходя мимо поляны цветов. Яркие цвета необычных растений вызвали необычайно дикий восторг. Лео сорвал один из них, решив насладиться сладким запахом. Вместо вкусного аромата он почувствовал целое ничего. Чего он, собственно, ожидал? Его нос был наглухо забит. Но даже если запаха не было, пыльца раззадорила его нос, отчего Леонардо громко чихнул, выплевывая кучу соплей на землю вместе с цветком. — Ты… Лео обернулся на чей-то незнакомый шепот. — Кто тут? — хотел сказать он, но из горла вышел только хрип. Послышался шорох кустов, Лео вытащил одну катану из земли, направляя ее на врага. — Твой выбор… Раздались быстрые шаги, кто-то перебегал из одного куста в другой. Лео не успевал поворачиваться за ним. Его пугала скорость, с которой перемещался чужак, и невозможность увидеть его. Сейчас он был не в лучшем положении для драки, но выбора не было. Еще один шорох — прямо за спиной. Лео замер, кровь стыла в жилах. Сердце бешено колотилось, готовое вырваться из панциря. Он медленно повернулся. И увидел их. Те самые, пылающие адским светом глаза, что преследовали его каждую ночь, теперь смотрели на него из густой листвы, без тени сна. — Смерть, — проскрежетал ледяной шепот, не принадлежащий ничьему голосу, а самой тьме. Из-под кустов выползла черная, маслянистая дымка, клубясь и сгущаясь с непостижимой скоростью. Она росла, вытягивалась, принимая знакомый, кошмарный облик — высокий силуэт с щупальцами-тенями, обвивавшими невидимые ребра. Существо из его самых страшных снов стояло перед ним во плоти… вернее, во тьме. — Ты выбрал нас! — прорвался из него не голос, а визг разрываемой реальности. Лео бросился бежать. Он спотыкался об каждую кочку, но не останавливался. Красные глаза были повсюду, преследуя его. Монстр появлялся из каждого темного угла, встречающегося по пути. Лео бежал, прорываясь через густые свисающие лианы, то и дело оборачиваясь назад. Он не заметил, когда земля под ним кончилась. Леонардо соскочил вниз, кубарем катясь с горы. Его и без того слабое тело билось об выступающие острые камни, оставляющие ссадины и синяки. Он врезался в дерево, ударившись панцирем, и замер. Мир кружился, разноцветные точки прыгали перед глазами. В висках стучало настолько сильно, что было больно. Без единой попытки подняться, Лео остался в таком положении. — Еще встретимся, счастливчик, — услышал он перед тем, как отключиться.

***

Раф, Майки и Донни заканчивали миссию. Они связали всех преступников и теперь довольные возвращались домой по канализации. Всю дорогу до логова у Донни колол затылок. Это началось еще раньше, но он проигнорировал это, ссылаясь на удар по голове во время миссии. По пути они заглянули к Хуэсо, чтобы купить для Лео его любимую пиццу. — Надеюсь, Лео чувствует себя лучше, — сказал Майки с грустным лицом. — В последний раз он едва притронулся к супу. — Я уверен, что ему стало лучше, — произнес Донни твердо. — Я поставил капельницу с витаминами и минералами. Они должны положительно повлиять на состояние нашего дорогого брата. Майки кивнул, но легкое беспокойство продолжало терзать его сердце. — Майк, не стоит так сильно беспокоиться, — подбодрил брата Рафаэль, укладывая руку на плечо брата. — Лео целый день отдыхает и лечится. С ним все будет в порядке. Вот увидишь, скоро мы придем, и Лео сразу набросится на пиццу. — Да, и снова будет рассказывать свои несмешные шутки, — добавил Донни. Слова братьев заставили маленькое пламя надежды разгореться. Майки улыбнулся, шагая чуть более бодрой походкой. — Надеюсь, что Лео хорошо отдохнул…

***

Леонардо лежал на панцире, который впивался в острые корни, а в ушах гудело до сих пор. Падение со скалы оставило его тело разбитым, а голову — тяжёлой, будто налитой свинцом. Но щекотка на ноге была слишком навязчивой, чтобы её игнорировать. Он приподнял веки, и мир медленно проявился: полог джунглей, пробитый лучами солнца, и… пара жёлтых глаз, уставившихся прямо в его лицо. Змея. Длинная, толще его предплечья, с чешуёй цвета гнилой листвы. Её плоская треугольная голова покачивалась в сантиметре от его колена, а хвост уже обвил лодыжку, медленно сжимаясь. «Гадюка. И явно не вегетарианка», — пронеслось в голове. Краем глаза Лео заметил катаны, которые валялись в метре, под кустом, куда он уронил их при падении. Змея зашипела, обнажая клыки. Лео почувствовал, как мускулы рептилии напряглись — она готовилась к броску. Медленно… Только не дёргайся… Его рука поползла в сторону, цепляясь за влажную землю. Пальцы нащупали камень. «Ну-ка», — он швырнул камень в ближайшее дерево. Змея рефлекторно повернула голову на звук — этого мгновения хватило. Лео рванулся в сторону, выдернув ногу из кольца, и схватил катану. Лезвие сверкнуло, разрезая воздух между ним и змеёй. Рептилия отпрянула, но не отступила — её тело изогнулось, готовое к атаке. «Не сегодня», — подумал Лео, прыгая в портал.

***

Лео вывалился из портала лицом вниз, впиваясь щекой в раскаленный, колючий песок. Жар, словно печь, обрушился на его дрожащее тело. С трудом оттолкнувшись руками, он поднялся, осматриваясь сквозь пелену слезящихся глаз. Бескрайняя пустыня — ни укрытия, ни признака жизни, только волны знойного песка над горизонтом. Головокружение накатило новой волной, как только он сел. Что-то теплое и солоноватое потекло из носа. Он машинально провел тыльной стороной ладони — пальцы окрасились ярко-алой полосой. Кровь, густая и липкая, капала на песок, мгновенно впитываясь, оставляя лишь темные звездочки. «О, черт», — подумал он. Он шарил по сумке, ища салфетки, но нащупал лишь холодную, промокшую насквозь ткань. Все было залито соленой водой. Экран телефона оставался мертво-черным. Конечно, океанский заплыв… Отчаявшись, Лео оторвал полоску от подолга маски — грубая, влажная ткань. Он прижал ее к ноздрям, чувствуя, как кровь пропитывает материал. Сидя на обжигающем песке, он ждал, пока кровотечение стихнет, а в голове метались обрывки мыслей как же попасть домой? «Коммуникатор!» — вдруг вспыхнуло в сознании. Прибор на запястье слабо мигнул зеленым. Лео вдохнул полной грудью, пытаясь крикнуть, но из пересохшего горла вырвался лишь беззвучный, болезненный хрип. Голос… Пропал… Он рухнул на песок, охваченный бессильной яростью. Гнев на себя, на болезнь, на этот проклятый портал — все смешалось в горячем комке под панцирем. Он смахнул предательскую влагу с век. Последний прыжок вытянул из него все силы. Оставалось одно: найти хоть крупицу тени, перевести дух и… попробовать снова. Солнце жалило открытые участки кожи, а жажда стягивала горло сухой перчаткой. Лео поплелся наугад, спотыкаясь о барханы. Ветер крепчал, острые песчинки хлестали по лицу и панцирю, забивались в нос и рот. Дышать становилось все труднее, каждый вдох рождал надрывный, булькающий кашель, разрывавший легкие изнутри. Сумерки сгущались, но это не приносило облегчения — дрожь лихорадки сотрясала тело, каждая кость ныла. Он остановился, падая на колени, пытаясь перехватить хриплое дыхание. Взгляд, затуманенный болью и жаром, выхватил вдали темный силуэт. Развалины? Неуверенная надежда толкнула его вперед. Шатаясь, он двинулся к призрачному укрытию. Ветер превратился в воющий шторм. Песок бил в лицо, забивался под маску, в рот, в нос. Лео захлебывался, пытаясь вдохнуть сквозь песчаную пасту. И только тогда, ослепленный и оглохший, он осознал: прямо на него, стеной из бурого хаоса, несется песчаная буря. Она настигала его с пугающей скоростью. Он сорвал маску, пытаясь прикрыть рот и нос тканью, и попытался бежать, но ветер сбивал с ног, крутил, как щепку. Это был безнадежный поединок. Лео ненавидел проигрывать, он был мастером стратегии! Почему же сейчас природа играла им, как игрушкой? Он рухнул на четвереньки. Ветер вырвал маску из ослабевших пальцев, унося синий лоскут в бурю. Развалины расплывались в песчаном мареве, почти невидимые. Ползком, царапая пластроном и ладонями о песок, выплевывая его, Лео дополз до темного проема в камнях и ввалился внутрь, в благословенную прохладу и относительную тишину. Песок, набившийся в горло, спровоцировал нечеловеческий приступ кашля. Он бился в конвульсиях, хрипел, чувствуя, как рвутся ткани горла. Когда кашель наконец стих, оставив адскую боль и привкус крови во рту, Лео просто свалился на холодный каменный пол развалин, не в силах пошевелиться. Темнота сомкнулась над ним раньше, чем он успел подумать о следующем шаге.

***

Логово встретило братьев уютным гомоном телевизора. Рафаэль передал коробки младшим. — Я пойду за Лео, — сказал он. — А вы скажите папе о нашем приходе и расставьте пиццу. Раф осторожно приоткрыл дверь вагона, боясь нарушить сон больного брата. — Эй, дружок? — шепотом произнес Рафаэль. В комнате было темно и подозрительно тихо. Ни храпа, ни дыхания, никаких звуков не слышалось. Паника начинала медленно выползать из глубин панциря. — Лео? — повторил Раф громче. Он шагнул внутрь. Кровать пуста. Ощупал простыни — холодные, будто здесь никто не спал. Сердце заколотилось тревожным набатом. Рафаэль выскочил из вагона, мельком заглядывая в другие комнаты. Нигде. Паника толкала его вперед. Он ворвался в общую зону, где Сплинтер с Майки и Донни наслаждались пиццей под телевизор. Испуг на его лице мгновенно срезал все улыбки. — Папа! Где Лео? — голос Рафа сорвался на высокой ноте. Сплинтер настороженно отвернулся от телевизора. — Синий? Я думал он отдыхает у себя в комнате. Разве его там нет? — Нет! — Что?! — эхом прокатилось по комнате. — Как это его нет в вагоне? А другие комнаты? — спросил Майки. — Я посмотрел другие комнаты, его нигде нет. — Фиолетовый, отследи своего брата, — вмешался отец, давая поручение. — Уже, — пальцы быстро стучали по панели на руке. — Он… — его нарисованные брови взлетели к макушке. — Он в пустыне?! — Что?! — закричали остальные. — Как он мог там оказаться? — спросил Майки, нервно играя пальцами. Раф уже набирал номер. Монотонные гудки… Снова… И снова… — Не берет! — выдохнул он, сжимая телефон. — Коммуникатор! — Донни включил общую связь. — Лео! Лео, прием! Отвечай! Ответила лишь шипящая тишина. Воздух в комнате сгустился до невыносимого. — Как нам добраться до него как можно быстрее? — спросил Раф. — Я пока не знаю, — ответил Донни, не открываясь от панели. — Чтобы доехать на танке понадобиться несколько часов. — Может я смогу открыть портал, — тихо предложил Майки, глядя на свои ладони. — Нет! Ни за что, Анжело! — тут же вскрикнул Донни. — Никаких порталов! — Но, Ди… — Нет, Майки! — на этот раз отрезал Рафаэль. — Мы не можем рисковать твоим здоровьем. — Тогда может Барри сможет нам помочь? — Стойте! — вскрикнул Донни. — Он движется! Лео! Лео, ты слышишь? Ты ранен?! Отзовись! В динамике раздался треск помех. — Почему он не отвечает? — спросил Раф. Майки вдруг ахнул, глаза стали огромными. — Его голос пропал сегодня утром! — сказал он. — Он не может ответить! Донни стиснул зубы, вновь активируя коммуникатор, говоря медленно и четко: — Лео. Если слышишь — хлопни в ладоши. Один раз. Все замерли. Шипение эфира резало слух, длилось вечность… И вдруг — глухой, слабый, но отчетливый хлопок. — Лео! — выдохнул Донни. — Ты ранен? Два хлопка — да, один — нет. Пауза. Потом — два неуверенных хлопка, с заминкой, словно Лео сомневался в ответе. — Ты можешь вернуться домой? — спросил Раф, впиваясь взглядом в коммуникатор. Хлоп… хлоп… хлоп. Три. — Три? Что это значит? — спросил Майки. — Он… не знает, — пояснил Донни. Как в подтверждение, в динамике раздался жуткий, раздирающий кашель. Потом — два более четких хлопка. — Мы можем забрать тебя, но на этой уйдет какое-то время, — сказал Раф. — Оставайся на месте. В ответ — один резкий, отчаянный хлопок. — Лео! Что?! — закричал Донни. Резкий скрежет помех — и связь мертво оборвалась.

***

Леонардо ненавидел слышать голоса расстроенных или напуганных братьев. После всего этого «разговора» он воспрял духом. На шатающихся ногах, он поднялся и вытащил оружие. Его полосы засветились, энергия как молния пронизывало все его тело, перетекая в мечи. Лео не просил, нет, он приказал оружию переместить его домой. К семье, что была перепугана до чертиков его выходкой. Одним движением он создал портал и шагнул в него. Знакомый шум города достиг его слуха, как только он вышел из него. Лео осел на пол, выдыхая с радостью. Знакомый ненавистный Статен-Айленд, на котором его спас когда-то Майки. Из последних сил он дополз до ближайшей стены, усаживаясь там. Лео был истощен и не мог больше двигаться. Силы покидали его, и он, склонив голову, начал звать братьев. — «Ребята, заберите меня… Пожалуйста…» Он закрыл глаза и потерял сознание окончательно.

***

Знакомые голоса звучали откуда-то издалека. Лео разлепил глаза, разноцветные пятна приближались в очень быстром темпе. Сознание твердило, что они безопасны, что это семья — его братья. Они нашли его. Лео был так счастлив, что на глазах навернулись слезы. Он хотел что-нибудь сказать, но из него вырвался только сильный кашель. — Лео! — закричал Раф, подбегая к нему. Братья столпились вокруг него, боясь притронуться. Они выглядели встревоженными, и их лица были полны беспокойства. — Ты выглядишь ужасно! — сказал Донни, укладывая руку на лоб Лео. — У тебя опять температура! Раф бери его, только аккуратно, я не знаю, насколько он ранен. Теплые большие руки ласково подняли его вверх, отчего голова пошла кругом. Для Рафа прямо сейчас младший брат казался таким маленьким, беззащитным, напуганным. Руки сами прижали чуть сильнее брата, защищая от всего мира. Лео невольно чирикнул, утыкая лицо в пластрон брата и впитывая тепло. Вся эта картинка так напоминала день вторжения, когда Леонардо был настолько сильно ранен, что едва держался в сознании, но продолжал издавать щебечущие звуки от радости. Черепаший танк теперь был полон черепах, воркующих над раненым братом. Лео устроили на одеяле с подушкой, которые хранились тут для особых случаев. Убедившись, что брату ничего не угрожает, Раф ушел за руль, наконец, увозя их домой. Донателло переместил очки на нос, рассматривая повреждения близнеца. К счастью, ничего не было сломано. — Ди, как он? — спросил Майки. — Сильное обезвоживание, температура, забитый нос, воспаленное горло и легкие, множество ссадин. И я не понимаю, какое-то химическое вещество, — он остановился, вчитываясь в текст на экране. — Яд? — Яд?! — завопил Майки эхом. Лео заныл от громкости брата, прикрывая уши руками. — Тише, Мигель. Это похоже на галлюциногенное вещество, оно почти вывелось из организма. Ничего опасного для жизни. Майки облегченно выдохнул и ушел за аптечкой, пока Донни обдумывал новый план лечения. Когда они добрались до логова, Лео уже был полностью обработан антисептиком. Его руки и ноги покрылись бинтами, во рту присутствовал химический привкус малины от сиропа, голова все еще гудела, даже после принятых таблеток. В целом Леонардо чувствовал себя ужасно уставшим, хотелось уснуть вечным сном и не просыпаться. Рафаэль отнес брата в вагон, где сидел перепуганный отец. Как только он увидел потерявшегося сына, его тело расслабилось, а на лице появилась уставшая улыбка. Слайдера перенесли на кровать, заботливо укрывая одеялом. Донателло поставил новую капельницу, сверяясь с данными на перчатке. Отец принялся читать нотации, от которых голова снова разразилась болью. Лео тихо захныкал и спрятал голову в панцирь, пытаясь приглушить шум голосов. — Ладно, Синий, мы поговорим позже. Микеланджело, давай принесем ему поесть. Я уверен твоему брату нужен горячий суп и чай. Сладостная тишина разрушилась странным дыханием. Из любопытства Лео высунул голову из панциря, осматривая вагон. Донни, что возился с капельницей, исчез. Отца и Майки тоже не было рядом. Только Раф, стоящий в нескольких шагах от него и сотрясающийся всем телом. То дыхание было не что иным, как рыдания. Его прекрасный, добрый, защищающий брат плакал. Лео принял сидячее положение и попытался дотянуться рукой до брата. Он хотел узнать, что заставило его так горько плакать. Рука коснулась чужой кожи, отчего Рафаэль вздрогнул. Его мокрые глаза теперь смотрели на Лео, который открыл рот, в попытке подбодрить брата, но ни единого звука не удалось сформировать. Раф стер слезы и теперь смотрел на него лицом полным облегчения. — Все в порядке, Лео, — заверил он. — Я просто очень рад, что ты дома, братишка. Да. Лео знал, как тяжело Раф переносит опасные и тяжелые ситуации. И он знал, как лучше всего помочь брату — Лео раскрыл руки, приглашая в объятия. Старший брат улыбнулся, подходя ближе к кровати. Своими мощными руками он подхватил Лео, как перышко, усаживаясь на кровати вместе с братом. Теперь Леонардо был удобно устроен внутри конечностей Рафа, который терся лицом о макушку Лео. Слайдер в свою очередь смог обнять ровно настолько, чтобы недавно поставленная капельница не выскользнула из его руки, но этого было достаточно, чтобы сгладить углы боли и донести мысль, что все хорошо. Они просидели так еще несколько минут, пока дыхание Рафа не выровнялось полностью. — Спасибо, Лео. Леонардо кивнул головой и потерся носом об брата. Они поиграли в потирания лицом друг об дружку, чего не делали уже давным-давно. Смех одного брата разнесся по вагону, пока другой наслаждался этим звуком. Усталость резким толчком ударила Лео в секунду, его голова стала такой тяжелой, что не теперь не держалась самостоятельно. Раф перенес его с колен, укладывая в кровать и выпрыгивая из нее. — Отдыхай, Лео, — прошептал он. Леонардо кивнул, следя взглядом за уходящей фигурой. Комната вновь погрузилась в тишину, нарушаемую лишь его сердцебиением и собственным хриплым дыханием. Лампочка Донни отбрасывала мягкий, успокаивающий свет. И тут из глубины грудной клетки поднялся знакомый, рвущий горло спазм. Лео схватил салфетку, прижал ко рту, содрогаясь от мучительных толчков кашля. Когда приступ наконец отпустил, он почувствовал во рту знакомый металлический привкус. Отстранив салфетку, он замер. На белоснежной поверхности, как зловещая печать, расплывалось алое пятно. Кровь. Его кровь. Лео уставился на нее, ледяной ужас медленно заполняя все его существо. «Это… гораздо хуже, чем «не хорошо» — пронеслось в оцепеневшем сознании.