Тяжёлое время

      Вечер завывает ветром, холодным, с севера. Сколько им осталось? Сколько времени пройдет, когда они окажутся посреди этой хладной бури, которая так и наровит покрыть их полностью, уничтожить последнее что осталось от них. А осталось ли еще что-то? Белая фигура сидящая на перилах моста загадочно смотрит в даль размышляя. Он совершенно не чувствует этого холода о котором говорят остальные и это вызывает непонятное чувство. Черная фигура подходит сзади, останавливаясь в паре шагов, он чувствует беспокойство своего приятеля. Руки касаются плеч, начиная делать легкий массаж, стараясь успокоить. – Альфи, все будет нормально, не нагнетай себя, – верил ли говорящий в свои слова? Отчасти, ведь раз вместе, значит хорошо. – Я не нагнетаю, просто не понятная тревога, ощущение, что еще немного и все, – снеговик поворачивается лицом к своему собеседника, слегка поджав ноги к себе, чтобы не задеть. Джаст улыбнулся, а после легонько поцеловал в лобик. – Будь серьезнее! На нас движется непонятная херня, а ты целуешься здесь! – Как я могу иначе, ты же рядом со мной, – смущённый взгляд со стороны этого "серьезного" снеговика слишком веселит. – Предлагаю сегодня закутаться в плед вместе и посмотреть что-нибудь, а обо всем грустном подумать завтра. – Альцест говорит, что у нас осталось максимум неделя.       Джаст вздохнул, после чего, недолго думая, взял вредного Альфи в руки. Он всем своим видом показывал, что его план закутать того в плед не просто мысль, а идея, которую он точно сегодня воплатит. На все возмущение и попытки выбраться, ответом пыли поцелуи в щеки и лоб. Наверное не удивительно, что проходящие мимо люди лишь подстебывали их на тему медового месяца. Чертёнок лишь посмеивался в ответ.       Картина маслом, возмущающийся снеговик в пледе с рисунками разных животных. Как можно о чем-то волноваться, когда понимаешь, что рядом есть это чудо полное всех самых хороших вещей. – Я хочу, чтобы ты расслабился, хотя бы на один день, пожалуйста.       Снеговик выдохнул, после чего раздвинул руки для объятий, выражая согласия, да. Возможно Джаст прав, чуть отдыха не помешает. Тот же, не упустил эту возможность. Уже через пару секунд Альфи лежал снизу, абсолютно не имея и шанса сопротивляться множеству поцелуев и нежности. Чертёнок явно собирался сегодня довести снеговика, не давая тому передохнуть. Вечер явно обещал быть приятным.

***

      Почему так холодно? Странно, он же не чувствует его обычно... А последний раз был слишком давно.       Возможности двигаться нет, странно. Глаза тоже не открываются.       Сколько времени прошло? Попытка подвигать пальцами дала какой-то успех, можно юыло почувствовать хруст льда. Ещё пару часов попыток и минимальные движения рук происходили лишь с лёгким дискомфортом. Неизвестно сколько времени прошло, чтобы он смог освободиться полностью, теперь ничего не сковывает его движения кроме, конечно, возможности ходить и видеть. Лед плотным слоем прилегал к лицу, а ботинки видимо уж слишком хорошо примерзли к земле. Выбора не было, снеговик разбулся, проходя слегка дальше. Старания отлепить лед от лица не принес успеха, уж слишком хорошо лед примерз к снегу.       Поняв бесполезность этого, тот принял решение пойти дальше. Умел ли Альфедов ориентироваться в пространстве по звуку? Нет, абсолютно. Тем более даже если умел, слишком уж сильно лед этому мешает. Вытянув руки в разные стороны, снеговик пытался найти хоть что-то. Поиски были не долгие, он нашел какое-то деревянное строение, все обледеневшее... Может там будет хоть что-то? Альфредов осторожно ступал вдоль стены, опираясь на нее. Внезапно его пальцы нашли нечто иное, чем привычная стена. Он ощутил деревянную поверхность сундука. Он осторожно приоткрыл сундук, надеясь, что там будет что-то полезное. Но его желанием не было возможности сбыться, лишь железо и уголь... Хотя... Порыскав в других сундуках, была найдена зажигалка и пару палок. Может получится сделать примитивный костёр? Закинув нужное в один сундук, Альфедов потащил его наружу, точнее, в сторону откуда он пришел. И вот добравшись до начала строения, снеговик сделал маленькую засечку на дереве, чтобы если что, смочь понять что он уже здесь был.       И вот, он продолжил толкать дальше, у него абсолютно не было желания того, что только-только найденное здание загорится. Хоть это и было достаточно сложно, ведь заледеневшая земля была слишком холмистой. Но внезапное столкновение с чем-то ледяным помешало его планам продвинуться дальше. Повернувшись к этому, Альфедов начал трогать и внимательно изучать что это. Слой льда давал лишь примерное понятие что это. Но можно было понять четко, что это человек. Верно, ведь ни он один пострадал от этого... Осознание того кто был этой ледяной статуей пришло достаточно быстро. Слегка выпирающие рога и очки. Джаст. Слишком очевидно и слишком больно осознавать, что первый на кого он наткнулся является именно им. Было решено, что именно здесь он разведёт костер.       Осторожно присев на землю и ощупав поверхность снега, снеговик наконец нашел подходящее место для костра. Он аккуратно выложил угли на землю, создавая небольшую грудку. Затем он взял несколько палок, и начал их раскладывать вокруг углей, стремясь создать небольшую конструкцию, которая поможет развести костер. Снег и лед вокруг явно мешали, но надежда не покидала его. Когда конструкция была готова, он достал зажигалку. Первые попытки были далеко не успешными, зато хоть зажигалка оказалась рабочей. Еще немного и вот, палки все-таки загорелись. Еще немного и снеговик почувствовал тепло, остатки льда на руках начали немного таять.       Спустя какое-то время он добавил еще больше палок и угля, чтобы костёр мог еще сильнее разгореться, ветра почти не было, что ещё сильнее удивляло его. Еще некоторое время и последние остатки льда были растопленны. Открыв глаза, все было слишком мутным, но в первую очередь светлым. Но даже так, первое, что сделал Альфедов взглянул на чёрную фигуру, стараясь сосредоточиться именно на нем. Понемногу зрение возвращалось и он смог разглядеть своего соседа. Выражение шока и страха для снеговика на лице Джаста было шокирующим, как ему казалось тот ничего не боится... а тут... Осмотревшись вокруг, он понял лишь одно – бури уже нет. Сколько они времени провели в этих льдах? А сколько еще проведут? ***       Проснуться на берегу теплого океана было удивительно, он так давно не ощущал что-то кроме бесконечного холода. Но в чем смысл? Если вокруг нет ни... Чей-то кашель убил. Обернувшись, Альфедов заметил множество знакомых лиц, но... Они немного отличались, он не мог поверить, что они все живы. Подбежав к компании людей, снеговик начал ощупывать чужие лица, пытаясь понять не сон ли это. Человеческое тепло удивляло. Но чей-то звонкий смех совсем рядом. Он не мог этот смех перепутать хоть с чьим-то еще... Джаст. Он обернулся, побежав к тому и крепко обняв. Снеговик скучал, все эти бесконечные ночи и дни. – Альфедов, что на тебя нашло? – что-то было не так. Сказано не тем тоном, не тем именем. Снеговик отскочил, он был в шоке, он ничего не понимал. Видимо какой-то дурной сон лишь дурной сон. Но ощущение слишком реальные... – Вы не настоящие... Не настоящий...       Он слишком быстро убрался от них. Они были другие, с каждым днём он понимал это все больше и больше. Они не помнили про бурю, не знали абсолютно ничего. А чертёнок был абсолютно не его чертёнком. Каждое касание отдавалось болью, каждое слово вызывало раздражение.       Снеговик лежал на холодной искусственной траве, рядом с ним плюшевая кукла, черная, с милыми рожками. Он скучал, слишком скучал.