Сказка Луноликого: Снежинка и Уголек.

Луна - ночное светило, озаряющее путь страннику в ночное время. Только звезды и луна небесные спутники и компас по возвращению домой.  Уже шесть лун Феликс спит в постели один и каждую ночь он просит Луноликого присмотреть за его супругом, который сейчас в дальнем походе на востоке.  Распахнул штору, впуская естественный лунный свет в комнату, он подошел к кроватям своих детей, поцеловать и пожелать спокойной ночи.  — Папочка, когда отец вернется? — маленькая четырехлетняя девочка тут же повернула голову, когда блондин дотронулся губами до ее щеки. С сонными глазами, растрепанными мило волосами, сипло спросила она. Вслед голову поднял мальчишка-близняшка с таким же гнездом на голове, со слезами в уголках глаз.  — Через одну луну, и он должен быть дома, — Феликс поцеловал дочку, гладя по голове, а второй рукой смахивал слезинку у сына и тут же целовал и его.  — Я соскучился по отцу, — мальчик перелез через свою кровать и лег рядом с сестрой, обнимая.  — Я тоже очень по нему соскучился. Но он на очень важном мероприятии. Он поехал с визитом на восток, решить вопрос с перемирием, — дети кивали головой; они слышали всё об этом: от прислуги, от друзей, от папы. Но им это не особо было понятно. Они знали, что их отец правитель северного королевства, защитник и вождь древнего рода Волков, но он ведь тоже был просто папой, которого они любили и перед которым не испытывали страха как все вокруг него. А ещё дети слышали о войнах за земли - вот это было непонятно, почему нельзя жить дружно так же, как жили друг с другом — делиться игрушками, радоваться вместе? Почему в мире нельзя поступать так же и просто быть добрыми друг к другу. Но они знали, что их отец уехал именно для того чтобы учить других людей этому. — Папочка, а расскажи нам сказку, — дети тут же сели на кровать, сложили руки как при молитве, сделав при этом самые нежные глаза и улыбались самой милой улыбкой, смотря на омегу.  — Какую вам сказку рассказать? — блондин спросил это машинально - он уже все равно знал ответ. Погладив детей по голове и уложил их на подушку, укрывая одеялом.  — Конечно же нашу любимую, — Феликс улыбнулся, ведь он был прав. Задул свечу, что стояла на тумбочке, сел удобней, смотря как белые лучи Луноликого расползлись по комнате, создавая погруженную атмосферу.  — На земле правят четыре королевства. Южное - там всегда тепло, светло. Люди добрые и счастливые, не знали войн и тревог. Много цветов, деревьев, песок и теплый океан. Восточное королевство - пустыни, оазисы. Люди своеобразные, но очень честные. Много танцуют и много продают всякой диковины: от необычных шелков до золотых украшений. Восток - это загадка, но так красива, — омега говорил нежным, струящимся голосом, будто песня, вспоминая это всё, когда он видел все своими глазами. Дети слушали и не моргали. Они слышали эту сказку уже не один раз, но для них всегда как первый. — Северное - красота ледяных гор, светлые ночи, морозное утро и долгожданное лето. Закаленные люди с горячей кровью, силой и отвагой.  — Прям как наш отец, — с гордостью прошептал сын на ухо сестре, а та в ответ согласно закивала головой. Феликс улыбнулся, но сделал вид что не услышал и продолжил свою сказку.   — Западное королевство - туманное, но по своему красивое и завораживающее. Люди, правда, хитрые и жадные. Все время плетут заговоры и перевороты. Не хотят жить дружно, хотят войны.  — Вот же вредные, — опять тихий комментарий от мальчика. От этого блондин не удержался и громко засмеялся, ловя маленькие ручки и целуя их.  — Ох, мой маленький сынишка, неугомонный, — Феликс щекотал по очереди детей и громко заразительно смеялся.  — Ну пап, я уже большой, — вырывался мальчик, надувая щечки от обиды.  — Ой, прости меня. Конечно, уже большой.  — И я большая, — тут же в разговор влезла девочка, целуя папу и обнимая братика.   — Вы мои самые любимые, БОЛЬШИЕ детки, — омега завалился на кровать, лег по середине, обнимая и укладывая детей под оба бока от себя, целуя им висок.  — Пап, а что было дальше?  — А дальше…. Южное королевство процветало. Торговые пути со всеми странами - через горы или по воде. Фрукты, хлопковые ткани, цветы разных видов и сортов. Животноводство было в почете. Мясо и молоко южных коров славилось по всему миру. Только тут коровы питались сочной, зеленой травой круглый год, оттого молоко было жирное, а мясо нежнейшее.  Балы, банкеты. Люди жили радостно. Можно было гулять до поздней ночи, солнце ласкало лучами долго и незабываемый красивый закат. Пока люди жили, король решал вопросы. До него дошли слухи, что западное государство начало поглядывать на земли юга. Но они не хотели переговоров или подписания соглашения о торговле или обменом продукции между государствами. Они хотели бесплатно и хитро, и начали готовить нападение.  Но король Ли не был готов - всегда дружная страна не занималась вооружением - для этого не было смысла. До этих времен. Король не знал когда может произойти нападение, поэтому, посовещавшись с советом, он принял решение просить помощи у Северян. Он знал, что Север и Запад уже давно враждуют, даже были войны и что Север дает отпор. Знает, что на Севере воины закаленные боем, отважные и честные словом. Поэтому собрал он свою свиту и решил ехать.  — Отец, можно я поеду с тобой? — в тронный зал вошел омега. Беловолосый, голубоглазый, нежные черты лица, стройное, бледное тело, можно даже сказать с легкой худобой, но с милейшими детскими щечками. Прошел через зал, поклонился перед королем и посмотрел глубоким взглядом, где читалась печаль.  — Мой малыш Ёнбоки, я еду по очень важному делу, тебе лучше остаться тут и следить за королевством и мамой, — улыбался отец и трепал волосы сына, не обращая внимания на слуг и совет. Потому что у короля всегда семья была на первом месте, а сейчас его кровинушка переживает отъезд и надо его успокоить.  — Я знаю куда ты едешь. Там небезопасно, и, отец, мне уже не пять и не пятнадцать, я хочу вливаться в семейное дело, — брови блондина взлетели вверх в возмущении, а губки чуть слегка надулись от обиды.  — Тебе только восемнадцать, сын мой, живи и радуйся, ты еще так юн, — король встал со своего трона, накинул свою мантию на плечи, готовясь к долгому пути на север.  — Отец, я же буду переживать и волноваться. Место себе не найду. Давай с тобой хоть Чонин поедет, — омега показал рукой на брата, что стоял у входа и не решался подойти ближе, мялся. Он не хотел быть назойливым, но он безумно хотел увидеть мир вместе с отцом. Блондин махнул рукой, подзывая младшего брата и сразу сложил руки в молебном жесте.  Чонин тоже омега, только они с братом очень сильно отличались как внешне, так и внутренне. Чонин был рыжим как огонь, а глаза у него зеленые словно трава, с легкой хитринкой, но это все из-за лисьего разреза глаз. Характер более боевой чем у брата, со статным стержнем внутри. Ёнбок в этом плане больше взбалмошный и воздушный, а брат приземленный и рассудительный. Они никогда не спорили и не ссорились, они понимали, что они разные, но они любимы. И родители их тоже не делили, а давали любовь поровну.    — Ох, эти ваши омежьи штучки, — сдался отец, смотря уже на две пары глаз, слезно-просящие и вдыхая сладкие ароматы дыни от Чонина и ванили от Ёнбока. — Йени, даю тебе десять минут на сборы и жду тебя в конюшне.  Братья заверещали от радости, хлопая в ладоши и тут же обнимаясь.  — Я же говорил, что этот план сработает. Отец всегда сдается перед нашими глазками, — братья шли по коридору в спальню младшего, толкаясь и громко смеясь, хитро моргая. — Но следующий раз моя будет очередь поехать с королем на его «важное дело» в другую страну, — Ёнбок остановился и уже говорил строго, потому что у них с братом была договоренность на слюнях и пожатии руки еще в семь лет. Что они будут по очереди ездить с отцом, пока второй остается дома с матерью, смотреть за королевством. И каждый раз они проворачивали это дело со слезными глазами и феромонами, перед которыми их отец не мог устоять и брал одного из детей с собой.  Пожав руки они опять быстром шагом направились в покои, собирать теплые вещи, ведь Чонин едет на север.  — Смотри ты мне там не влюбись, понял? А то Северяне народ красивый, крепкий и горячий, — блондин угрожал пальцем брату, когда тот уже сидел на лошади и громко хохотал от слов Ёнбока.  — Что значит горячие? А, сын мой, — мать обняла сына за плечи и взглянула в испуганные глазки, заправляя челку за ухо, чтобы лучше видеть.  — Матушка, ну чего вы так пугаете, — мама выгнула бровь, показывая всем видом, что зубы ей не надо заговаривать про испуг, тогда блондин выдохнул и закатил глаза, — Ну, кровь у них горячая. Они же волки, все дела.  — Аааа, хорошо, поверю, — мама засмеялась, показала пальчиком чтобы сын немного нагнулся с лошади, чтобы поцеловать его. — А брат прав. Не влюбись, ты еще маленький.  — Матушка, какой влюбись? Я еду с отцом по важным делам и, вообще, ходят слухи, что Северяне ходят грязные и вонючие, — блондин и рыжий моментом сморщили носики и одновременно сделали рвотный рефлекс, а затем закатались смехом.  — Удачи вам, — мама и Ёнбок в один голос сказали, обнимая друг друга, как только кони тронулись в путь.  Двое суток они скакали по южным краям, радовались солнцу и теплу, наслаждаясь поездкой. Затем климат начал сменяться с яркого кукурузного солнца, на серое, туманное небо. Ветер холодил кожу, кони стали идти медленней. Привалы стали короче, но чаще, теплые вещи будто уже не грели, а ведь в мире царила весна.  Туман и серость сменилось на белый снег и яркое солнце, но уже не такое теплое. Чонин ежился от прохлады, не замечая как его гордая осанка превратилась в закорючку, чтобы было теплей.  Прибыли к воротам Северного королевства только на шестые сутки. Продрогшими их почетно встретили, накормили, обогрели и дали время отдохнуть, пока сам король этих земель был немного занят, вернувшим сам недавно с поля боя.  — Для меня честь встречать Вас на своей земле, король Ли, — возле трона стоял крупный альфа и кланялся в пояс. Все его подчиненые тут же поклонились вслед за своим вожаком, выпрямляясь и смотря с интересом на чужаков на своей земле.  Вожак с черной как уголь копной кудрявых волос, с шикарными плечами, мощными руками, которые даже виднелись через накидку в виде шкуры медведя. Ноги обтянули кожаные штаны, выделяя каждую мышцу и икры, когда альфа сел на трон и закинул нога на ногу, вальяжно восседая и грозно смотря своими ярко желтыми, волчьими глазами. От этого взгляда мурашки пробежали по спине омеги и он чуть спрятался за спину отца. Не таким он представлял северный народ, все-таки правы были слухи, что они крепкие и воинственны, только вот не вонючие и не грязные. Чонин быстро прошелся взглядом по всем присутствующим в этом зале, не замечая вони. Он выпрямился и гордо встал позади отца, ловя на себе взгляды и легкое шептание. Не вслушиваясь, омега смотрел на вожака и альф, что стояли по правую руку от его трона, замечая один-единственный нежный, загадочный взгляд на себе милого щекастого парня.  Чонин быстро отвел глаза, когда вожак показал рукой сесть на кресла, которые приготовили специально для гостей.  — С чем пожаловали?  — Мы хотели просить у вас помощи, господин Бан, — по залу побежал смех и перешептывание. Вожак поднял голову, показывая всем своим видом, что он сейчас серьезен и весь гул в зале затих.  — Чем могу помочь?  — До нас дошли слухи, что лисы с запада готовят на нас нападение, — альфа поднял бровь и взялся за подбородок упираясь рукой в трон. — Но мы мирная страна, у нас маленькое войско и мы боимся, что проиграем сражение.  — А нам какая выгода? Ваша земля - почему я должен защищать ее? — вожак смотрел с высоко поднятой головой, ухмыляясь. — Или вы для этого привели эту омегу? В дар? — по залу пробежался опять смешок.  У Чонина глаза выросли вдвое, он уже хотел встать и возразить, но отец его держал за ногу, успокаивая.  — Что вы, нет. Чонин мой младший сын, просто сопровождает меня в этом походе, — не успел южный король договорить, как его перебил вожак.  — Очень интересно, — альфа встал с трона, прошелся рядом с креслами где сидели гости и втянул глубоко в себя запах, что веял вокруг. — Так ваш сын сам лис.  — Да, я лис. — не выдержал Чонин, вскочил с места, возражая и махая руками, не обращая внимание, как сильно пахло доминирующим запахом жженого леса от альфы. Вожак остановился и внимательно смотрел на омегу, не веря что его перебили. — Мой отец. Мой приемный отец, — омега сделал акцент на слове «приемный», затем выпрямил плечи, поднял гордо голову и отдернул руку отца, который просил сесть обратно, продолжил: — Нашел меня в лесу, когда мне было три. Охотники убили моих родителей и я остался один. Но отец не прошел мимо, он принял меня и воспитал как собственного ребенка. Я короля и страну никогда не предам, — Чонин поцеловал руку отца в знак преданности.  — Вам лисам верить нельзя, — в тронный зал вошла милая, русая девушка, сразу шагая к вожаку, становясь по левую руку от него. Это говорит о том, что она его половина, но обручального кольца на пальце Чонин не увидел, значит они еще не узаконили свой брак. Она смотрела с ненавистью в глазах, но при этом внимательно рассматривая рыжеволосого. — Устроили тут спектакль.  — Это не спектакль и не ложь. Я сам лично рассказал отцу о том, что на нас хотят напасть, — альфа вопросительно и грозно смотрел на омегу, чуть отходя в сторону от девушки и показывая рукой сесть обратно рыжему в кресло.  — Продолжай, — от этого властного голоса будто даже эхо боялось вторить, пуская только легкую вибрацию от стен, а запах усилился и давил, но омега не боялся.   — Я гулял по рынкам на одном фестивале, когда меня подозвала к себе женщина и сразу сказала, кто я и откуда я, — омега не сел, а продолжал свой рассказ, с ровной осанкой, смотря точно в глаза девушке. — И что нам лисам надо объединиться. А тут вообще такой случай, что один лис у власти. Начала меня уговаривать рассказать, где в замке есть подпольный вход и выход и что готовиться нападение. Я ее обманул, сказав, что я «за» и наврал о месте, где можно попасть в замок. Но придя домой, я тут же все рассказал родителям. С тех пор прошел месяц.  — Зачем нам помогать им, любимый? — девушка взяла за руку вожака, переводя все внимания на себя и мило улыбалась, оголяя белые зубы.  — А это очень интересно, — альфа вырвал руку, не слыша что сейчас говорила его спутница, переводя обратно взгляд на омегу и короля Ли, сел в кресло, от которого отказался Чонин, и задумался. — Это может быть эффектом неожиданности - напасть на лис, когда они сами готовятся напасть на вас, — он опять задумался, держась за подбородок и стуча пальцами по губам. — По рукам, — неожиданно вскочил альфа с место, протянул руку, пугая всех в зале своим действием. — Но вы будете нам должны. Я еще не придумал чем и как, — рыча засмеялся вожак, поднимая голову верх, затем перешел на вой. Его тут же подхватили остальные альфы и тоже завыли в унисон. Такой уникальный шанс победить врага выпадает не часто, поэтому надо действовать.  Следующие сутки вожак собрал всех генералов, чтобы решить новые вопросы и построить план действий, рисуя на картах все возможные способы нападения. Попутно собирая войско и боеприпасы, пока гостям показывали земли Севера.  За ужином Чонин ловил взгляд того альфы с милыми щечками, но виду не подавал, что сам иногда засматривался как альфа смешно ест, набивая щеки как белка и разговаривал с набитым ртом.  Но омега приехал сюда не влюбляться, поэтому вспоминая слова брата и мамы, отворачивался и молча ел.  Было принято решение, что король Ли с сыном выдвигаются на рассвете, а войско Северного королевства после обеда. Если за Южным королем следят, то лисы будут знать, что они вернулись домой одни, без подмоги и тут войско и нападет.  — Тебе обязательно влезать в чужой конфликт? — девушка лежала нагая на постели, наблюдая, как вожак надевает свою военную накидку толсто-шкурого медведя, которая весит почти десят килограмм.  — СоЮн, мы давно ведем войну с лисами, а это лучший способ напасть на них. Да, с нашей стороны это может плохо - исподтишка, но лисы делали и еще хуже вещи, — альфа говорил строго, не смотря на девушку, потому что знал, что она сейчас лежит с грустными глазами и манит своим запахом к себе в постель на второй раунд, но он уже и так задержался на полчаса с выездом на юг.  — Ну, любимый…. — Я, Чан Кристофер Бан, в моем теле кровь вожаков и воинов. Я дал слово помочь Южному королевству, а мое слово закон, — рычал вожак и стукнул кулаком по туалетному столику. От удара зеркало задрожало, а какие-то баночки попадали на пол, но альфа был непоколебим. За спиной послышались всхлипы, Чан сжал кулаки и процедил сквозь зубы:  — Не надо слезы распускать. Ты знаешь, я этого не люблю.  — Прости… — Не извиняйся, — Бан развернулся, подошел к кровати, нагнулся и поцеловал девушку в макушку. Посмотрел в слезные глаза, смахнул большим пальцем соленую слезинку, девушка уже подалась вперед, чтобы поцеловать будущего супругу в губы, но он только улыбнулся, отстранился и ушел, хлопая дверью.  — У кого-то был акт совокупления и поэтому мы опаздываем, — со смешком произнес парень с пухлыми щечками, сидя верхом на коне. Легкий смех прошелся по ряду военных.  — У кого-то длинный язык и поэтому он хочет остаться дома, да, Хан? — с сарказмом ответил вожак, тоже запрыгнув на коня и сразу же ударил пятками в бок, после чего конь сорвался с места, оставляя после себя столб грязи.  — Опять ведьма ему настроение испортила, — обиженно проговорил Хан, надувая и того большие щеки. К нему подскочил еще один альфа, смеясь и хлопая дружески по плечу.  — И она его будущая жена, Джисончик. Так что смирись, — с язвинкой в тоне проговорил парень, пытаясь сделать серьезное лицо, но из-за нежных, кошачьих черт лица, выходило плохо.  — Эх, потеряем друга, — Хан завис в своих раздумьях и не заметал как остался один. — Ребят, подождите меня, — он пнул коня под стременем и рванул с места.  В походе они уже четыре дня, до Южного королевства рукой подать. Они решили сделать большой привал, набраться сил перед предстоящим боем.  Собравшись вечером у костра, они травили байки о войне. Каждый рассказывал свой опыт со встречей с лисой. Рассказывая, какие они хитрые и коварные, что обмануть и ввести в заблуждение могут любого, поэтому нельзя вестись на провокацию и, желательно, не брать в плен.  Возле вожака всегда сидела его свита. Его генералы, в лице его самых близких друзей, которым он доверял самое ценное - свою жизнь.  Хан Джисон в бой бежит сломя голову. Делает, потом думает, потом смеется сам над собой и опять делает. Всегда в его запасе есть многочисленные шутки - от тупых до пошлых и очень «длинный язык без костей». От шуток животы болят у всех от их глупости, но за это и любят Джисона - он легок на подъем и за любой кипиш, кроме голодухи. Отвечает за разведку. Может заболтать любого и украсть все то, что плохо лежит.  Ли Минхо - правая рука вожака. Он рассудительный, продуманный. Всегда взвешивает возможности и оценивает последствия. Отвечает за стратегию боя, и всегда на передовой, рядом с вожаком. Хоть внутри альфа со стойким стержнем, то снаружи он вводит всех в заблуждение своим милым кошачьим видом. Некоторые даже путали его с омегой, после чего очень сильно жалели, ходя побитыми.  Ким Сынмин характером не отличался от Минхо, только более язвительный. Говорит прямо, бьет сильно. Его всегда держали на невидимом коротком поводке, но стояло сказать «фас», как из улыбчивого, миленького щеночка, превращался в занозу в заднице, который готов вывести любого, а потом перегрызть глотку, не моргнув.  Хван Хенджин, лекарь. Но ходили слухи средь военных, что еще и ведьмак. Статный альфа. Всегда осанка, походка вальяжная, смотрел с высока и не только из-за своего роста, а еще потому что много знал. Начитанный и сам писал книги о болезнях для своих потомков. Но стоило появился рядом Со Чанбину - из умного, мудрого, неприступного Хван превращался в вечно смеющегося, неугомонного, скромного «хорька». Так его прозвал Кристофер, когда увидел как Хенджин работает у себя в помещении: передвигаясь быстро, все вынюхивая, когда собирает лекарственное зелье, шипит когда что-то не получается и обвивается рядом с Чанбином, будто это его личное успокоительное.  Со Чанбин - гора мышц. Сильный, ловкий, один может завалить троих и не сбить дыхание. Силен не только физически, но и умственно. Математически вычеты делает в уме, даже во время боя. Считая противников и своих, распределяя силы. Всегда приходит на помощь, будь-то бревно поднять или сходить с Хенджином в лес, нарвать трав и помочь приготовить отвар.  Бан гордился своими генералами, а люди вокруг боялись их. Лучше войска Севера не найти.  Северное войско приближалось к Южным воротам, когда увидели дым где-то во дворце, который расстилался на многие сотни метров.  Они опоздали.