В западне

      Спустя два дня Соня наконец выкроила время посетить госпиталь SF, куда Рейден перенёс Кенши из Багрового леса. Зайдя в палату, она обнаружила его стоящим у окна. Было около восьми часов вечера, и солнце уже скрылось за горизонтом. Ему на смену пришёл мягкий свет фонарей. С востока бесшумно ползли темные груды облаков, окончательно пожирая собой краски заката.              Кенши только что снял надоевшую за день повязку и, казалось, внимательно рассматривал больничный двор. Даже вошедшая в палату Соня была немного удивлена этой картиной, но быстро одёрнула себя, поняв, что всему виной отсутствие привычного куска ткани, будто уже сросшегося с лицом мечника. Редко кто видел глаза Кенши.              — Рад вашему визиту, генерал-майор Блэйд, — обернувшись к двери, он приветливо, но немного устало улыбнулся.              — Как себя чувствуешь? — спросила Соня и вдруг осознала, что улыбнулась в ответ, хотя намеревалась сохранять серьёзное лицо на протяжении всего разговора. Она мысленно отругала себя, что так легко поддалась, но в глубине души была благодарна Кенши, который, сам того не ведая, помог облегчить накопившееся за эти дни напряжение.               — Мне уже лучше. Только чувство, что мозги вывернуты наизнанку, порой грозит вывернутым наизнанку желудком.              — Боюсь представить, что тебе пришлось там пережить… — начала Соня, но Кенши мягко её перебил.              — Я сам толком не помню… Какие-то обрывки разговора Дэйгона и Горо. И как я пытался призвать Сэнто… — устало вздохнул он.               Соня иронично вздёрнула бровь.              — Хм. А как ты тогда собираешься писать рапорт?              — Боюсь, что никак, — Кенши виновато кивнул на покоящуюся в гипсе правую руку. — К тому же вы знаете, чем заканчиваются мои потуги в писательстве. Я лица-то весьма нечётко вижу. Что уж говорить о буквах.              Он бесхитростно пожал плечами, что не могло не вызвать усмешки.              — Да уж… После того как целый отдел пытался разобрать твои каракули, письменные рапорты стали требовать от тебя лишь в особых случаях, — припомнила Соня, но с грустью добавила: — К сожалению, сейчас именно такой случай. Почти два десятка солдат погибли в Детройте.              Соня увидела, как поникла голова Кенши. Он молча закусил губу и вновь повернулся к окну.              — Я почти сутки, с тех пор как пришёл в себя, думаю об этом. Меньше всего я ожидал столкнуться там с ревенантами.              — Да, — кивнула Соня. — Они не давали о себе знать уже сколько лет.              «Или мы чего-то не знаем», — подумал Кенши, а вслух сказал: — В любом случае сейчас это был сговор.              — Дэйгон сговорился с ревенантами? — нахмурилась Соня, прекрасно понимая, насколько опасным мог быть этот союз.              — С Куан Чи, — поправил Кенши. — Хотя зуб даю, это некромант заключил сделку с Дэйгоном. Очевидно, решил заручиться помощью Красных драконов, а взамен предложил принца шокан и… меня.              — Зачем Дэйгону шокан?              Кенши ответил не сразу, продолжая стоять и как будто рассматривать заволакивающие небо тёмные облака. Но на самом деле его взгляд был устремлён в прошлое.              — Дэйгон проводит какие-то опыты. Он хочет создать гибрид человека и дракона.              — Дракона?! — воскликнула Соня и получила молчаливый кивок.              — Там, в подземелье его крепости, заточён самый настоящий дракон, — подтвердил Кенши. — Во время битвы я почувствовал его присутствие. А Горо как представитель расы, связанной с драконами, вполне мог оказаться полезен в экспериментах Дэйгона. Но он погиб. Так что, полагаю, сделка с Куан Чи расторгнута.              — Минуточку! Драконы что, тоже телепаты? — нервно усмехнулась Соня.              — Не знаю… Возможно, в какой-то степени…              — Ты уже определись, — сложенные на груди руки красноречиво говорили о весьма скептическом отношении Сони ко всему услышанному.              Кенши растерянно улыбнулся уголком губ.              — Я плохо помню, что происходило в разгар той битвы. Это была словно вспышка чужого сознания в моей голове. Какие-то обрывки воспоминаний. Как если бы кто-то пытался докричаться до тебя, но удалось разобрать лишь отдельные слова, — Кенши вздохнул и после хмурой паузы добавил: — Одним из воспоминаний был голос Дэйгона. Кажется, он не раз объяснял дракону якобы важные и даже благородные причины его страданий. Он повторял, что рано или поздно найдёт способ получить армию сверхсуществ.              Несколько мгновений Соня молчала, онемев от изумления, и растерянно смотрела на Кенши.              — И как долго продолжаются эти эксперименты? — наконец выговорила она.              — Не знаю. Но по моим ощущениям, эти разговоры случались неоднократно.              Кенши не стал рассказывать Соне о том, что мысли дракона, связанные с Дэйгоном, были не только о создании сверхсуществ. Они также полнились болью предательства и мучений на протяжении не одной сотни лет, которые его держат в плену. А ещё дракон скорбел и винил себя за безмерную жестокость того, чью охрану ему поручили.              Большей части этих мыслей Кенши не мог найти объяснение и предпочёл о них умолчать.              Однако было ещё одно видение, посланное драконом, о котором Кенши решил рассказать.              — Я видел человека, — перебив рассуждения Сони о необходимости скорее разворотить это осиное гнездо, продолжил он. — Точнее, этот кто-то выглядел как человек, но являлся существом куда более сильным и явно не из Земного царства. Он будто спал… — Кенши задумался, воскрешая в памяти обрывок чужого воспоминая. — Это был какой-то странный сон.              — Анабиоз? — предположила Соня.              — Точно! — Кенши резко повернулся к ней. — Это существо пребывает в анабиозе уже давно. В каком-то защищённом месте. И он совершенно точно связан с Дэйгоном. В конце концов, Дэйгон ведь тоже не простой смертный. Я в этом уверен!              — И как он с ним связан? — вопрос Сони был полон скепсиса.              — Не могу сказать. Но я уверен, что для дракона эта информация была очень важной. Иначе я бы не увидел этого в его послании.              Вновь сложив руки на груди, Соня принялась расхаживать по палате.              — Хорошо. Допустим, это некто важный. А где искать это… существо?              — Я не знаю, — устало выдохнул Кенши. Боль в висках нарастала с каждой минутой, как это было и раньше, стоило только начать размышлять обо всём произошедшем. — Пока не знаю… Но обязательно выясню. Я чувствую, что это очень важная подсказка.              Его слова вновь были встречены сомнением, но это уже не имело значения. Теперь Кенши думал о том, каким всё-таки чудом оказалось его спасение! И одновременно внутри всё кипело, ведь он был так близко к Дэйгону, но не смог уничтожить его — не было сил. И, конечно же, Кенши не мог не горевать о погибших.              Не первый раз он осознанно или по воле случая ходил по краю лезвия. Однако сейчас Кенши как никогда остро почувствовал, что пора найти способ хоть на время прекратить эту бешенную гонку и соединиться со своей семьёй — Ханзо и Такедой. Особенно теперь, когда Такеда заканчивает обучение и скоро станет чуджином. Кенши боялся, что другого шанса наладить отношения с сыном у него не будет, и твёрдо решил не упустить его!              — Мне нужно ещё кое о чём поговорить с вами, генерал-майор, — со странной смесью улыбки и серьёзного тона заговорил он, отчего Соня даже слегка растерялась.              — Да?              Улыбка Кенши стала чуть смелее, но в ней читалось неподдельное волнение.              — Такеде скоро предстоит экзамен, знаменующий окончание его обучения. Я хотел бы после этого взять бессрочный отпуск и поселиться в Ширай Рю, чтобы развивать его телепатические способности. И возможно… — Кенши глубоко вдохнул: для него было волнительно даже говорить об этом. — Возможно, я смогу хоть как-то подружиться с сыном.              Он ожидал сопротивления, попыток отговорить его под любыми предлогами или даже угроз, особенно после слова «бессрочный». Однако Соня смерила Кенши оценивающим взглядом и вполне спокойно спросила:              — А поконкретней? Сколько времени ты хочешь?              — Сколько потребуется, — не раздумывая, ответил мечник, но сразу уточнил: — Потребуется моему сыну, чтобы в достаточной степени освоить навыки телепатии и подготовиться к поступлению в Военную Академию Специальных Сил. Как мы с вами и договаривались.              Соня кивнула.              — Ты понимаешь, что это будет опасно? Все эти годы ты боялся задерживаться в Ширай Рю дольше, чем на несколько дней. А теперь хочешь пробыть там… Сколько? Несколько месяцев?              Кенши задумчиво покачал головой: он и сам задавался этим вопросом.              — Таков был изначальный план, и я хочу его придерживаться. Честно говоря, я много раз бывал на волосок от смерти, но именно сейчас я по-настоящему почувствовал её убийственную хватку на своём горле.              — Даже если ты погибнешь… — Соня осеклась и неловко посмотрела на Кенши. Никто из спецназовцев не любил говорить о смерти, несмотря на её куда большую близость к ним, чем к простым людям. — Такеда останется частью клана Ханзо. Под его защитой.              Ответом ей стало продолжительное молчание, но затем Кенши заговорил с внезапной горячностью:              — Такеда способен на большее! Уверен, его способности к телепатии ничуть не меньше моих. К тому же он зряч и его обучал один из лучших мастеров боевых искусств во всех мирах! Наверное, это прозвучит эгоистично, но я намерен закончить дело своей жизни — уничтожить Дэйгона. И помощь сына будет для меня неоценима.              Кенши остановился так же внезапно: цепочка мыслей о Такеде каждый раз приводила его к одному и тому же щемящему сердце воспоминанию.              — Мне бесконечно жаль, что Такеда ещё в детстве оказался втянут в этот кошмар, когда охотившиеся за мной убийцы из Красного дракона убили его мать. Это моя вина. Я не спас её, — Кенши склонил голову под тяжестью огромной тоски. — Не успел…              — Такеда пока об этом не знает. И, возможно, никогда не узнает, — возразила Соня.              — Да, возможно, — ответил Кенши. — Но я считаю, что это будет несправедливо по отношению к нему. Я бы на его месте чувствовал себя вероломно обманутым, если бы когда-нибудь всё-таки узнал правду.              Мысленно примерив на себя сказанное, Соня нехотя согласилась.              — Тогда стоит подумать, как сделать твоё пребывание в Ширай Рю максимально безопасным для всех.              Кенши в раздумье снова обратил лицо к окну:              — Для начала придётся уже в который раз покопаться в головах сослуживцев на предмет слива информации. Свои ли продают сведения или бесконечные шпионы прячутся в сложной и многолюдной системе SF — не знаю.              — Боюсь, они неистребимы, — горько констатировала Соня.              — Но можно хотя бы уменьшить их число.              — Да. В этом ты всегда был незаменим, — Соня коротко улыбнулась и тоже подошла к окну.              — А быть зайцем, который ловко запутывает следы, уходя от погони, мне не привыкать, — как бы невзначай добавил Кенши.              — Хорошо. Дай мне время подумать. А послезавтра жду тебя в своём кабинете: боюсь, от рапорта тебе не отвертеться. Заодно детальнее всё обсудим.              Кенши обречённо усмехнулся и поблагодарил Соню за визит.              Когда дверь за ней закрылась, он присел на подоконник и обессиленно уткнулся лбом в стекло. Как и до прихода Сони, Кенши вновь принялся укладывать в гудящей от боли голове прошедшие события. И хотя оставались несколько тревожных вопросов: на какой стадии находятся эксперименты Дэйгона по созданию гибрида человека и дракона и что это за существо, пребывающее в анабиозе где-то за пределами Земного царства, Кенши почувствовал воодушевление. Он понял, что стоит на правильном пути и должен слушать свою интуицию. А сейчас она настоятельно требовала отдохнуть и, что гораздо важнее, помириться с сыном. Как если бы это была обязательная веха, не пройдя которую, он не сможет двигаться дальше.