Как построить свой собственный Райский сад

Азирафаэль думал, что теперь, когда они наконец открылись друг другу, всё изменится, но на самом деле ничего не изменилось. Теперь их ночи чаще всего заканчивались тем, что они оба ложились спать до полуночи, но теперь это была одна и та же кровать, и это было очень хорошо, их жизнь казалась такой правильной и знакомой. Конечно, Азирафаэль никогда не был любителем поспать, но в основном это было связано с тем, что он считал, что часы, проведённые в постели, будут потрачены впустую, если вместо этого он мог бы заняться исследованиями того, что привлекло его внимание, или почитать. Или придумать новые рецепты для тестирования. После того, как они с Кроули открыли новую главу в своей жизни, он должен был признать, что время, проведённое в постели, определённо не было потрачено впустую. Да, теперь у них были более плотские отношения, но, будучи гедонистом, он находил удовольствие и в этом. Он обнаружил, что лежать в постели, пока Кроули крепко спит, с книгой в пределах досягаемости, с чашкой горячего какао или чая, ещё приятнее. Особенно когда Кроули во сне естественным образом искал его тепло, сворачиваясь калачиком рядом с ним, а в одном памятном случае - вокруг него. Всё это пробуждение в виде змеи было немного неловко для Кроули, но Азирафаэль действительно не чувствовал, что Кроули есть из-за чего смущаться. Азирафаэль считал, что это знак того, что он чувствует себя в безопасности рядом с ним, и это было самое приятное. Возможно, было довольно неудобно вздремнуть, проснуться, чтобы немного почитать, и обнаружить, что его руки прижаты к бокам крепко спящим змеем. Однако это было чертовски здорово, и Азирафаэль хотел посмотреть, сможет ли он когда-нибудь заставить Кроули сделать это специально. Хотя он знал, что Кроули никогда особо не любил менять облик, рискуя забыть, как вернуться в прежнее состояние, он чувствовал, что демон в конце концов может почувствовать себя в компании Азирафаэля в достаточной безопасности, чтобы сделать это. И это было бы величайшим комплиментом, который Кроули мог бы ему сделать. - Ангел, ты не видел... - голос Кроули затих, и Азирафаэль обернулся, чтобы посмотреть, что его отвлекло. Он увидел Кроули, стоящего в дверях кухни, в очках, сдвинутых на макушку, одна дужка которых запуталась в его значительно отросших волосах. - Что ты делаешь и что это, чёрт возьми, на тебе надето? - выпалил Кроули. Азирафаэль посмотрел на себя спереди и сморщил нос. - Думаю, было бы довольно очевидно, что на мне надето, учитывая, что я делаю. На Азирафаэле был фартук с надписью "Поцелуй повара", которая, очевидно, оскорбила чувство стиля Кроули. И то, что он делал, было, по его мнению, довольно очевидным, что делало вопрос Кроули риторическим. - Нет, серьёзно, ангел, объясни мне, почему ты так одет, а кухня выглядит так, будто ты уронил сюда десятитонный мешок муки. Азирафаэль фыркнул, и его оскорблённый вид, возможно, сработал бы лучше, если бы не облачко мучной пыли, поднявшееся вслед за ним. Возможно, он немного перестарался с мукой, но у Кроули не было причин так резко на это реагировать. - Обычно ты такой аккуратный повар, - сказал Кроули, окинув беспорядок взглядом, который он приберегал для стопок книг, иногда перекочевавших из библиотеки Азирафаэля в их гостиную. Он не возражал против одной-двух книг, но даже Азирафаэль согласился бы, что, возможно, его маленькие книжные башни рядом с диваном - это уже перебор. Азирафаэль позволил себе слегка улыбнуться, щёлкнул пальцами, и мука исчезла с кухонных поверхностей. Кроули подошёл к нему и наклонился, целуя его в кончик носа. Азирафаэль сморщил нос. - Зачем это было нужно... - Много чего, - со смехом ответил Кроули, - ты пропустил немного муки, ты смело просишь, чтобы тебя поцеловали, потому что ты готовишь, и, наконец, что не менее важно, ты выглядишь нелепо. - Это действительно всё? - спросил Азирафаэль, стараясь, чтобы его голос звучал раздражённо, хотя он понимал, что, скорее всего, у него это не очень хорошо получается. Он прекрасно знал, что, когда он пытается быть строгим с Кроули, то выглядит как любящий родитель. Кроули наклонился и положил руки на бёдра Азирафаэля, его лицо было так близко к лицу Азирафаэля, что тому казалось, будто у него косят глаза. - Что ж, я тоже безумно влюблён в тебя, если это поможет, - криво усмехнулся Кроули, прежде чем поцеловать Азирафаэля в губы. Слегка наклонив голову, Кроули углубил поцелуй, и Азирафаэль отказался от своих блинчиков как от бесперспективного дела (на данный момент) и ответил на поцелуй, словно цветок, ощущающий первые лучи утреннего солнца. Кроули прервал поцелуй и провёл носом вдоль челюсти Азирафаэля, пока его губы не оказались прямо у уха Азирафаэля. - Я приготовлю тебе блинчики позже, ангел. Азирафаэль склонил голову набок, давая Кроули больше пространства. Демон действительно был очень искусен в обращении с языком. - Я... - он вздохнул, когда Кроули нежно поцеловал его прямо в мочку уха, - я не знал, что ты когда-либо готовил. Боже, чтобы поддерживать разговор, требовался самоконтроль, и Азирафаэль подозревал, что именно поэтому Кроули это делал. - Я умею готовить по рецепту, - пожаловался Кроули, как будто Азирафаэль обвинил его в государственной измене. Азирафаэль закатил глаза. Он прикусил язык, прежде чем сказать: "Да, это прямой путь к катастрофе". Они ещё увидят, какой беспорядок будет на кухне, когда Кроули закончит. Это был не первый раз, когда Кроули брался за дело, которое оборачивалось беспорядком. - И не думай, что я не вижу, как ты закатываешь глаза, ублюдок. Азирафаэль спрятал смех за коротким кашлем, но почувствовал, как губы Кроули, прижатые к его шее, расплылись в улыбке. - Да, дорогой, - ответил Азирафаэль, крепко обнимая единственное существо в мире, которое понимало его, всегда было рядом и ради которого он был готов разорвать на части и Рай, и Ад.