The Woodcutter

Было время обеда, а Гарри еще ничего не ел. На самом деле ему не хотелось покидать свой кабинет и прекращать работу, но, судя по урчанию в животе, у него не было выбора. Он пытался и преуспел в том, чтобы отодвинуть свои разбитые чувства на задний план, чтобы сосредоточиться на работе, не желая срываться в офисе, когда это было личным делом, предназначенным для его дома. Ранее днем он вручил Кэссиди письмо со строгими инструкциями положить его на стол министра. Никто другой не должен был обращаться с этим письмом, а еще лучше, если она сама передаст его в руки Кингсли. Она вернулась и сказала ему, что это было на его столе, так как министра не было дома, чтобы принять ее. Гарри улыбнулся и кивнул головой в знак признательности. Теперь все, что ему оставалось делать, это сидеть сложа руки и ждать реакции. Или последствий, потому что он знал, что их будет много. Он встал, вымыл руки и ощупал все вокруг с помощью своей магии, не притаился ли кто-нибудь за закрытой дверью его кабинета. Убедившись, что там никого нет, он открыл дверь и направился в кафетерий. Он направился прямиком к дамам, которые раскладывали еду на подносы для обслуживающего персонала, и стоял в очереди, пока не подошла его очередь. Он быстро подошел к дамам и попросил их знаменитые спагетти болоньезе. Он положил сверху побольше тертого сыра и добавил к горячему блюду холодную колу. Он был голоден, но не был уверен, что сможет есть. Подойдя к свободному столу, он сел и открыл блюдо из фольги, чтобы приступить к еде. Едва почувствовав вкус различных трав и специй на своем языке, он громко застонал от удовольствия. Он любил пасту в любом виде, а эти дамы, несомненно, умели ее готовить. В перерывах между укусами он оглядывался по сторонам, обращая внимание на то, кто находится в комнате, а кто нет. Не то чтобы это его беспокоило. Он был здесь не для того, чтобы кому-то угодить, но Гарри был героем войны. Он всегда был начеку. Как раз в тот момент, когда он собирался откусить еще кусочек от своего вкусного обеда, двери в столовую распахнулись, и за ними показался очень злой и раздраженный министр Кингсли Шеклболт. "ГДЕ ПОТТЕР?!" - крикнул он на весь зал. Все взгляды устремились туда, где сидел герой, его магия начала распространяться вокруг стола и его самого из-за того, что он снова стал мишенью. Он прищурился из-за вторжения в его обед, но подождал, пока Кингсли сделает первый шаг. "Поттер! Что, черт возьми, это у меня в руке?" - закричал он, протягивая открытый конверт, как будто тот мог его укусить, и придвигаясь ближе к Гарри. Гарри проглотил свою порцию, заметив, что все остальные перестали есть. Что так сильно разозлило министра, что он лично пришел в столовую, чтобы пожаловаться на это? И как к этому причастен Поттер? "Я полагаю, что это моя отставка, сэр", - сказал он в тишине комнаты. Все вокруг ахнули, никто не верил, что Гарри когда-нибудь оставит свою карьеру. Он был прирожденным лидером, он был на очереди стать следующим главным аврором, ради Мерлина! Что побудило его к этому шагу? "Я знаю это!! И какого хрена тебе пришло в голову уволиться из министерства, когда я все равно предлагал тебе другую должность в другом департаменте? Это твой способ сказать мне "нет"? - протянул он. Гарри вздохнул и встал. Именно из-за предложения о работе в "Невыразимых" он потерял Драко. "Возможно, было бы благоразумно поговорить об этом наедине, учитывая, что именно таким образом я доставил письмо - только для ваших глаз", - выпалил он, чувствуя, как его гнев берет верх. Те, кто сидел за столом, почувствовали удушающий жар и потрескивание магии, исходящие от Гарри, и Кингсли понял, что ему придется отступить, если он не хочет, чтобы эмоции Поттера взорвали столовую. Он сделал шаг назад. "Ты прав, я приношу свои извинения", - сказал он. Гарри кивнул и сел, возвращаясь к еде, его магия начала успокаиваться. "Ты придешь навестить меня после обеда. Сегодня, Гарри", - сказал Кингсли и вышел из столовой так быстро, как только могли нести его ноги. Гарри уронил вилку. Аппетит покинул его, во рту остался горький привкус от того, с чем ему пришлось столкнуться. Все знали, что он делает, и теперь должно было возникнуть так много вопросов. Рон сидел за другим столом со своим напарником-аврором, раскрыв рот от шока. Он никогда не мог, ни за что не поверит, что Гарри уйдет, не сказав ничего ему и Гермионе. Для этого в его жизни должно было произойти что-то важное, но он бы послушал своего друга. Ведь именно для этого они были рядом, верно? Поддержка и все такое? Драко тоже был в кафетерии со своими друзьями, и когда Поттер рассказал Кингсли, что было в конверте, у него внутри все оборвалось. Нет. Нет. Нет. Этого не могло быть. Поттер не мог оставить их, не мог оставить его! Ему суждено было совершить великие дела, гораздо более великие, чем кто-либо мог себе представить. Это Драко так с ним поступил? Был ли он виноват в том, что Гарри решил уйти из Министерства? Гарри встал и ушел, прихватив свою колу. Он допил ее еще до того, как добрался до кабинета министра. Он пил, чтобы успокоить пересохшее горло, но, по правде говоря, это ему не помогло. Он хотел, чтобы этот разговор поскорее закончился. Он больше никогда не будет играть по правилам, которые кто-то придумал. Пришло время позаботиться о Гарри.