Оковы денег. Опасный лес.

Эбби развесил бельё на верёвке, натянутой между двумя деревьями. Влажная ткань тяжело провисала, но яркое солнце уже начало свою работу. Обернувшись, он увидел Вивиан. Она стояла неподалёку, наблюдая за его работой с той самой хитрой, довольной улыбкой, которая не сулила ничего хорошего. Эбби сморщился, но, отряхнув руки, решительно подошёл к ней. — Слушай, я хочу спросить про то озеро... — начал он, стараясь звучать максимально нейтрально. — Понравилось? — тут же перебила его Вивиан, и её глаза блеснули лукавством. — Что это за озеро такое? — настоял на своём Эбби, игнорируя её подколку. Вивиан слегка наклонила голову, и её улыбка на мгновение стала задумчивой. — Не знаю. Про него первой узнала Ксистер. А ей показала Фен. Эбби задумался, пытаясь сложить эти факты в голове, но Вивиан его перебила: — Прости, мне надо идти. Нужно подготовиться до вечера, — она уже сделала шаг, чтобы развернуться и уйти. Эбби, всё ещё раздумывая над её словами, внезапно окликнул её: — Эй, Вивиан. Она остановилась и обернулась, вопросительно подняв бровь. — У меня тут дела появились, — сказал он, стараясь говорить как можно более непринуждённо. — Я скорее всего не смогу выступать. Не будет ведь никаких проблем? Вивиан улыбнулась, и на этот раз в её улыбке промелькнула лёгкая, почти незаметная грусть. — Ничего. Не велика потеря. Эбби тоже улыбнулся, кивнув: — Рад слышать... Она развернулась и ушла, её фигура быстро скрылась среди деревьев. И как только Вивиан пропала из поля зрения, улыбка мгновенно сошла с лица Эбби. Его выражение стало серьёзным, сосредоточенным. Он повернулся и пристально посмотрел в ту сторону леса, где, как он теперь знал, находилось то странное, слишком чистое озеро. В его глазах читалась твёрдая решимость. Дела, из-за которых он пропустит концерт, были уже ясны.

***

Энджел и Эбби медленно шли по лесной тропе, густо поросшей папоротником. Воздух был наполнен влажным запахом хвои и прелых листьев. Эбби шёл впереди, его плечи были напряжены, а взгляд пристально всматривался в чащу, будто он пытался разглядеть сквозь стволы деревьев что-то важное. За его спиной, стараясь не отставать, плелся Энджел. Его обычно жизнерадостное лицо было озабоченным. — Эбби, я уточню, — нарушил тишину Энджел, переступая через поваленное бревно. — То есть ты думаешь, что нашёл озеро, которое самостоятельно очищает грязь? Эбби, не оборачиваясь, ответил твёрдо, его голос прозвучал глухо в тишине леса: — Я не думаю. Это факт. Энджел покачал головой, скептически хмыкнув: — Сам-то хоть себя слышишь? Озёра так не работают. Это звучит как... Эбби наконец обернулся, и в его глазах Энджел увидел не привычную насмешку, а серьёзную, почти одержимую уверенность. — Сам скоро увидишь, — произнёс Эбби, и в его голосе прозвучала лёгкая усталость от необходимости что-то доказывать. — Мы почти близко. Он указал рукой вперёд, где сквозь деревья уже начинал проглядывать отблеск воды. Воздух вокруг казался ещё тише и неподвижнее, будто сама природа затаила дыхание, охраняя свою странную тайну. Шаг Эбби стал увереннее, а Энджел, хоть и с недоверием, последовал за ним, чувствуя, как любопытство понемногу побеждает скепсис. Эбби и Энджел вышли на опушку, и перед ними открылось то самое озеро. Его гладь была неподвижной и идеально прозрачной, словно гигантский отполированный кристалл, затерявшийся среди деревьев. — Вот и пришли... — произнёс Эбби, его голос прозвучал напряжённо. Он стоял, настороженно вглядываясь в воду, будто ожидая, что она вот-вот преподнесёт сюрприз. Энджел же, осмотревшись, лишь хмыкнул в задумчивости. — Ну да, вода чистая, — пожал он плечами, — но ничего такого особенного не вижу. Обычное озеро. Эбби нахмурился, раздражённый его скептицизмом. Без лишних слов он подошёл к самой кромке воды, опустился на колени и зачерпнул ладонями воду. Затем он резко выплеснул её на землю у своих ног, где сухая почва моментально превратилась в жидкую грязь. — Эй, зачем?! — воскликнул Энджел, недовольно сморщившись. Ему не нравилось, что его друг так вандально относится к столь чистому месту. Но Эбби проигнорировал его. Он снова зачерпнул уже мутную, грязную жижу с земли и швырнул её прямо в центр озера. Энджел хотел было возмутиться снова, но его слова застряли в горле. Он замер, уставившись на воду. Комок грязи, попав в озеро, не растёкся мгновенно. Он начал медленно тонуть, и по мере его погружения происходило нечто необъяснимое. Мутный шлейф, который должен был окрасить воду, будто растворялся, рассеивался на глазах. Уже через несколько секунд вода вокруг снова стала кристально чистой, а комок грязи исчез, словно его и не было. На поверхности не осталось ни пузырьков, ни взвеси — лишь идеальная, непорочная гладь. Энджел широко раскрыл глаза, его скепсис мгновенно испарился, уступив место изумлению. — Что?.. — он попытался что-то сказать, но голос его сорвался. Эбби, наконец обернувшись к нему, смотрел на его реакцию с мрачным удовлетворением. — Я же говорил, — произнёс он тихо. Эбби молча подошёл к воде, его движения были точными и выверенными. Он достал из кармана небольшую пустую бутылку и, присев на корточки, аккуратно зачерпнул из озера. Вода, наполнявшая ёмкость, была настолько прозрачной, что почти не виделась в ней. Энджел всё ещё стоял в оцепенении, не в силах оторвать взгляд от того места, где мгновением раньше исчезла грязь. Его обычная весёлая уверенность сменилась глубоким, почти суеверным изумлением. — И... что теперь? — наконец выдохнул он, наблюдая, как Эбби закручивает крышку на бутылке. Эбби не ответил сразу. Он поднял голову и пристально посмотрел в ту сторону, откуда узкой, быстрой лентой в озеро вливалась вода — та самая река, что питала его. — У всего конца есть начало, — тихо, но чётко проговорил он. В его голосе звучала не просто констатация факта, а твёрдая решимость. Энджел проследил за его взглядом и всё понял без лишних слов. Если озеро обладало такими аномальными свойствами, то источник этих свойств скрывался где-то выше по течению. Там, где начиналась эта странная река.

***

Эбби и Энджел осторожно подошли к подножию водопада. Грохот падающей воды оглушал, а холодная водяная пыль оседала на их лицах. Они подняли головы, взглянули на вершину, откуда низвергался поток, и переглянулись. Намёк был понятен без слов — путь лежал наверх. Превозмогая скользкие камни и цепляясь за мшистые выступы, они вскарабкались на вершину. Перед ними, в скале, зиял вход в пещеру, из которого и вытекала та самая странная, чистейшая вода. Она вытекала беззвучно, не пенилась и казалась почти невесомой. Эбби уже сделал шаг вперёд, намереваясь войти во мрак, но рука Энджела легла ему на плечо. — Может, не надо... — голос Энджела прозвучал приглушённо, почти потонув в шуме воды. Эбби остановился и обернулся. Увидев беспокойство на лице друга, он не удержался от старой, проверенной тактики. На его губах появилась ухмылка. — А что... боишься? — он нарочито выделил последнее слово, задирая друга. — Что, трус что ли? Энджел замялся на секунду, и в его глазах мелькнула искорка вызова. Он выпрямился и, к удивлению Эбби, ответил с неожиданной прямотой: — Я... да, да я боюсь. Теперь я трус, не пойду туда. — Он произнёс это резко, но в конце фразы прозвучала явная нотка издевки, будто он сам смеялся над своим страхом. Эбби фыркнул, понимая, что его план не сработал. — Да ладно тебе... Вместо того чтобы уговаривать дальше, он развернулся к чёрному провалу пещеры, сложил руки рупором и крикнул во всю мощь лёгких: — Ау! Там кто-то есть внутри?! Если есть — подай признаки жизни! Эхо унесло его голос вглубь пещеры, где тот быстро затерялся в густом мраке. В ответ не последовало ничего, кроме всё того же мерного, зловещего шума воды. И тут раздался спокойный голос Энджела: — Есть-есть, вон, обернись. Эбби резко обернулся, сердце на мгновение ёкнуло от неожиданности, ожидая увидеть что-то пугающее. Но он увидел лишь пушистого лесного кролика, который, испуганно вздрогнув от его резкого движения, тут же юркнул в ближайшие кусты и исчез. Напряжение момента разрядилось. Эбби выдохнул, смотря на место, где только что был кролик, а затем перевёл взгляд на Энджела, который уже смотрел на него с немой ухмылкой. — Ну что, идём, «трус»? — на этот раз в голосе Эбби не было насмешки, лишь лёгкая усталость и решимость. Энджел тоже улыбнулся, но в следующее мгновение его улыбка сменилась маской чистого ужаса. Его глаза расширились, увидев что-то за спиной друга. — СЗАДИ! — закричал он, и в его голосе был ледяной страх. Эбби, действуя на чистом рефлексе, резко рванулся в сторону, оттолкнувшись от земли так сильно, что откатился на несколько метров по мокрому камню. Воздух с свистом рассекло что-то тяжёлое и острое, и тут же раздался оглушительный треск — камень, на котором он только что стоял, разлетелся на куски от мощнейшего удара. Сердце Эбби бешено колотилось. Он поднял взгляд. Высокое, почти до потолка пещеры, существо в развевающемся чёрном пальто с грязной пуховой подкладкой. Всё его тело было плотно забинтовано, как у древней мумии, сквозь некоторые повязки проступали тёмные пятна крови. Длинные, спутанные чёрные волосы скрывали часть лица, но из-под них виднелась та же грязная ткань, туго обматывающая голову и скрывающая рот. На макушке — пара массивных, изогнутых чёрных рогов. Из-под пальто свисал длинный, гибкий хвост. В её забинтованных руках, больше похожих на лапы с когтями, она сжимала своё оружие — массивный, грубо сработанный кол, конец которого был заточен и густо испачкан свежей и засохшей кровью. Именно им она и разнесла камень. Она не издала ни звука. Просто стояла, повернув голову в сторону Эбби. Из-под слоя бинтов на него смотрели два узких прорези, в которых горели два крошечных, злых огонька. Воздух вокруг нее был ледяным и густым, пахнущим медью, пылью и старой смертью. Она явно не была рада гостям. Эбби и Энджел застыли в парализующем ужасе перед возникшей из ниоткуда угрозой. Но шок быстро сменился холодной яростью у Эбби. Его лицо исказилось в гримасе гнева, и он, не раздумывая, рванул вперёд. Существо взмахнуло своим окровавленным колом, но Эбби был быстрее. Он не стал уворачиваться — он врезался в него всем своим весом, как таран. Мощный удар, усиленный его прокаченной до 30 уровня силой, отбросил соперницу на несколько метров назад. Она грузно шлёпнулась на камни, и воздух вырвался из её лёгких с хриплым, свистящим звуком сквозь бинты. Но она мгновенно поднялась, приняв низкую, звериную стойку на четвереньках. Из-под бинтов донёсся глухой, скрежещущий рык, полный чистой ненависти. Эбби приготовился к её прыжку, сжав кулаки. И в этот момент на спину оборотню с дерева бесшумно обрушилась тень. Это была Фен. Её длинные волосы развевались, как рыжая грива, а в глазах пылали ярость защитницы. Две могущественные сущности схлестнулись в яростной драке. Это не было благородным поединком — это была дикая, первобытная схватка двух лесных хищников. Они рвали друг друга когтями, кусались, издавая оглушительные рыки и шипение. Клочья шерсти и бинтов летели в разные стороны, а камни под ними трескались от ярости их движений. Эбби и Энджел могли только наблюдать, заворожённые и напуганные этим зрелищем. Наконец, с мощным толчком они отлетели друг от друга. Обе тяжело дышали, покрытые свежими ранами и ссадинами. Они замерли на мгновение, измеряя друг друга взглядами. И тогда враг, издав последнее низкое ворчание, резко развернулась и исчезла в тенях пещеры так же быстро, как и появилась, оставив после себя лишь запах крови и напряжённую тишину.