Such a good boy

День Чон Юнхо не задался с самого утра, мало того, что он поспал из-за своей работы всего часа три, так ещё и эта белобрысая крыса прикопалась с утра. Подумать только, заметил же блять, как он в туалете курит, никого не трогая, и что, что тогда шел урок геометрии? И что, что это был школьный туалет? Кому он мешал, сидя тихонько в кабиночке? Но вот видимо Кан Есану - старосте класса очень мешал. Кажется, что такие раздражающе правильные люди появлялись специально, чтобы заниматься такой вот душной хернёй, которая никому другому была не нужна. И вот Кан как раз таки и был одним из таких жополизов, сын богатеньких родителей, состоящих в родительском комитете, что спонсирует школу, казалось бы зачем добавлять ещё что-то, но нет же, ещё он был отличником, первым в школе по успеваемости, образцом для подражания всех остальных, кому не досталось столько же ума, и ещё впридачу умел играть на скрипке, выступал с ней на любом школьном мероприятии, занимая своим выступлением половину от него, и просто занозой в жопе считающей себя выше всех. - Почему ты сейчас не на уроке? - вместо приветствия спросил Кан, да ещё так, словно он обязан перед ним был отчитаться. - Проспал, господин директор, - с сарказмом ответил Юнхо. - Ты же в курсе, что в школу нельзя приносить сигареты и алкоголь, а тем более курить? - все с таким же надменным видом стоял Кан, осматривая Юнхо, сидящего на крышке унитаза, с ног до головы, хотя сам был даже ниже его. - А ты в курсе, что не обязательно быть каждый раз на подсосе у учителей? Тебя сильно ебет, че я тут делаю? - спросил Юнхо, намеренно выдохнув дым прямо в лицо Есану, что тот сразу же скривился отпрянув. - Сейчас окно открою и все выйдет, и никто ничего не узнает, кроме нас с тобой. Потушив окурок о внутреннюю сторону унитаза, Юнхо отправил его в последнее плавание лёгким нажатием пальца, под наблюдение Есана. - Вот и все, - улыбнулся Юнхо. - Нет улик, нет дела. Пройдя мимо чтобы вымыть с мылом руки, Юнхо намеренно с силой задел парня своим плечом, чуть не сбив его с ног. - Ой, прости, ты хотел посмотреть на мой член, когда я буду отливать или что? - поинтересовался Юнхо, на что получил полный отвращения взгляд. - Ты омерзительный, - сказал напоследок Есан перед тем как хлопнуть дверью и выйти из туалета.

***

- Итак, Чон Юнхо, до меня до шли сведения, что вы опять курили в школьном туалете на втором этаже, о чем я вас уже предупреждал неоднократно, тоже самое, что и о вашем внешнем виде не по форме и сильно отросших волосах. Вы признаете свою вину? Понимаете, что за это вас можно спокойно исключать? Юнхо же в свою очередь просто стоял и прожигал взглядом профиль этого стукача Кана, что стоял с самодовольной рожей, радуясь, что смог на кого-то снова донести. Ну надо же какая правильная сука. Нет, чтобы просто выйти из туалета и забыть то, что видел, он вместо этого сразу же побежал к завучу с доносом, как истинная подстилка. - Признаю. Но староста Кан тоже курил со мной. Этого он вам не донес? - сказал Юнхо с непроницаемым лицом, в отличие от Есана, на лице которого эмоции стали сменяться по одной за секунду, от испуга до замешательства, от замешательства до гнева. Чон просто решил это ляпнуть прикола ради, парень понимал, что Кану ничего за это не будет, скорее всего его словам бы не поверили вообще, но все же побесить того стоило. - Что?! Что ты такое говоришь, Чон? Я не в жизни бы не стал курить в туалете! - выплевывал слова Есан, не в силах контролировать от волнения свой тон. - Одна из моих обязанностей как раз пресекать такое! Казалось, что Юнхо видит на этом идеальном личике признаки таких сильных эмоций впервые и слышит, как тот повышает свой голос. - То, что ты говоришь это - клевета! Месть за то, что я всего лишь следую правилам. Завуч же просто переводил взгляд с одного на другого парня, пытаясь вычислить кто же всё-таки врёт. Работая не первый год в школе, мужчина понимал, что врать друг про друга могут оба, также как и оба курить в неположенных местах. - То, что я говорю это - правда. От своих слов я отказываться не буду. Староста Кан курил в туалете вместе со мной. Такой примерный мальчик, на самом деле тот ещё нарушитель. Если собираетесь исключить меня, то и про него не забудьте, - продолжал гнуть свое Чон, сохраняя непроницаемый вид и позу с руками в карманах. - Господин, Сокхун! Это все ложь! Я бы никогда не нарушил школьных правил будучи старостой! - проговорил Есан дрогнувшим голосом от такой несправедливости. - Я в жизни не курил! Не верьте этим пустым словам! От такой гнусной лжи Есан не мог сдерживать свои эмоции, как он это делал обычно, не выдавая своего презрения к таким недоумкам, как Чон Юнхо, у которых на лбу было написано, что они закончат жизнь где-нибудь в подворотне, выпрашивая деньги на очередную бутылочку соджу. От таких несправедливых обвинений, что ставили под угрозу его репутацию, сами собой в уголках глаз скапливались слезы, он по привычке, сжал кулаки, чтобы как можно сильнее погрузить ногти в кожу, ощутив боль, которая отвлекла бы от того, что сейчас творилось в его душе. - От него пахнет сигаретами, вам даже со своего места должно быть слышно, господин Сокхун, - продолжал свое Юнхо, чуть ли не улыбаясь от реакции на лице завуча и этой зубрилки, чьи щеки уже пошли красными пятнами, контрастируя с пепельно белыми волосами, что были как от неживой куклы. Ну надо же он умел проявлять эмоции, а не только искусственно улыбаться, подлизывая жопы всем учителям, ещё немного и казалось, что он вот-вот прыгнет на Юнхо с кулаками. Так было бы еще лучше, можно было даже не отбиваться, сделав вид, что эта белоснежная точёная ручка нанесла ему по-настоящему сильный удар, специально подставив нос. - Да этой дешевкой, что бывает у тебя во рту воняет все, что находится рядом с тобой! - проговорил Есан отчеканивая каждое слово, все также не поворачиваясь к Юнхо лицом. Когда приветливая маска постепенно спадала, можно было увидеть всю ту дерзость и уверенность в своем превосходстве, что скрывались под ней. Он чувствовал себя выше, чем Юнхо, наверняка его мамаша ещё с детства вбила эту хуйню ему в голову, когда кормила с золотой ложечки, гладя по блондинистой головке. - Осторожнее, Есанчик. То и у тебя во рту тоже что-нибудь да побывает, - пригрозил Юнхо, на что получил первый резкий взгляд от Есана, что снова был полон отвращения. - Так! Ну-ка закрыли рты! Оба! - рявкнул господин Сокхун. - У меня дел выше крыши, а я тут с вами стою. Оба остаетесь дежурить для урока на будущее, чтобы знать, что бывает за нарушение дисциплины. Теперь свободны! - Но у меня же скрипка, господин Сокхун! - возмутился Есан, на что Юнхо прыснул вслух. - Что ж, вам придется отложить свои внеклассные занятия староста Кан. Или вы желаете заменить это на исключение? - уже не глядя на школьников процедил завуч, уставший от этой беседы. - Нет, господин Сокхун, - тут же спохватился Есан. - Тогда свободны! Но с вами господин Чон, нам ещё предстоит обсудить кое-какие вещи наедине, - бросил напоследок завуч. - Конечно, я всегда рад поболтать с вами, господин Сокхун, буду с нетерпением ждать, - ответил Юнхо, имитируя заискивающую манеру речи Есана, получая от того реакцию в виде сильнее сжатых губ. Выйдя за дверь из кабинета, Есан сразу же направился в другую сторону, спеша уйти от такой компании подальше. - До встречи после уроков, белобрысая подстилка, - кинул в спину Есана Юнхо. Кан же от таких слов сжался, надеясь что этого не заметил этот оборванец. Он правда не хотел зайти так далеко и задеть Чона словами, но его поведение отключило у Есана все инстинкты самосохранения. Удивительно, как может выбесить человек одним только своим похуистическим видом. Стараясь пока не думать о том, что ему ещё предстоит остаться наедине с этим человеческим мусором, Есан отправился обратно в класс, радуясь тому, что хотя бы пропустит уроки игры на этой ненавистной скрипке, соврав родителям, что у него дополнительные занятия по подготовке к экзаменам.

***

Оставшиеся уроки прошли на удивление быстро, оставив отработку нависать тяжким грузом над обоими парнями. Юнхо вообще хотел послать всех и свалить домой, чтобы завалиться спать. А Есан надеялся, что с него все же снимут наказание, поняв ту истину, что он бы ни в жизни не стал курить вместе с Чоном в грязном туалете. Открыв класс ключом, в котором словно не убирались неделями, господин Сокхун пропустил двух парней вперед, входя за ними следом. - Вот ваше поле для деятельности на сегодня, классная комната начальной школы. Дети, были несказанно рады уйти сегодня домой пораньше, оставив после себя весь этот срач, зная что его уберете вы, - объяснил завуч, параллельно печатая что-то в телефоне. - Итак, если ещё не стало понятно, то вам нужно протереть пыль со всех поверхностей, и в шкафах, помыть доску и пол. Ведра и тряпки вы должны уже точно знать, где находятся, да, господин Чон? - Разумеется, - улыбнулся Юнхо. А Кан только закатил глаза на сказанное, не понимая как он может этим ещё и гордиться. Всё ещё надеясь на то, что ему не придется оставаться здесь наедине с Чоном, он решил разведать почву, спросив о волнующем господина Сокхуна. - А мне тоже убираться здесь, или я буду в другом классе? - спросил с надеждой Есан. - Думаю тут работы хватит вам обоим, господин Кан. Оставляю ключ вам, как будите уходить закроете дверь. Ещё вопросы? - спросил уже стоя в дверях завуч. - Тогда приступайте, если их нет. Так глядишь, вы у меня за неделю всю школу вымоете! - За неделю?! - в один голос спросили парни. - Ну с вами господин Юнхо у меня ещё состоится беседа, а вот что касается господина Кана... посмотрим на результаты вашего труда, а потом и решим. Уже собираясь выйти за дверь, господин Сокхун развернулся, будто что-то вспомнил. - И да, Чон Юнхо, вы убираетесь тоже, а не просто сидите и смотрите как всю работу выполняет Есан. Все ясно? - Яснее некуда, все будет сверкать, отвечаю, - заверил мужчину Юнхо.

***

Сидя прямо на парте Юнхо пил какой-то приторный энергетик из банки, чтобы немного взбодриться, потому что его уже дико тянуло спать, одновременно наблюдая за Есаном со скуки, который не теряя времени, закатав рукава, уже начал тщательно протирать парты, уделяя внимание грязным пятнам от чернил и красок, предварительно сняв пиджак и повесив его на спинку стула. - Не хочешь тоже поднять жопу и помочь, вместо того чтобы пялиться? Чем быстрее все сделаем, тем быстрее уйдем домой, - подал голос Есан, не отрывая своего взгляда от парты. - Неа. Может мне нравится вид, не каждый день увидишь, как сам Кан Есан - уважаемый староста драит парты, чуть ли не вылизывая их. - Ну ты может и вылизываешь, а я знаю что такое тряпка, - спокойно ответил Есан, пропуская какие-то намеки. - Вот уж не думал, что ты и о таком знаешь, ведь тебе даже жопу подтирает прислуга, - не мог не сказать колкость Юнхо. - Вижу ты хорошо осведомлен, чем именно занимается прислуга. Хорошо для тебя, ведь это именно то, чем ты будешь заниматься, когда тебя выгонят из школы за прогулы, - ответил Есан, оставаясь все таким же спокойным. - Ну извините, что не родился белокурым ангелочком богатеньких родителей, которые расписали заранее всю мою жизнь по секундам, что мне остаётся только вставать перед всеми раком, показывая какой я молодец, - проговорил Юнхо, намеренно громко сжав жестянку в руке, на что Есан дернулся, как он и рассчитывал. - Мне жаль, что ты не видишь никакого другого способа заслужить похвалу, кроме как встать перед кем-то на четвереньки, вместо того, чтобы прилагать силы и начать готовиться к выпускным экзаменам к примеру, а не обвинять во всех своих бедах меня, хоть я и не имею к твоей жизни никакого отношения, - продолжал невозмутимо отвечать Есан, не поднимая глаз. Начать прилагать силы, сука! Такая предвзятость неимоверно выбешивала Юнхо, что учителя, что это высокомерное отродье видело в нем только дебила прогульщика, которому было на все похер. Но это было не так, Юнхо то как раз и не было похер на свою жизнь, поэтому он ушел из дома ещё в 16 лет, подальше от своих конченных родителей, поэтому старался лишний раз взять ночную смену в круглосуточном магазине, где он работал, заменяя кого-нибудь из персонала, чтобы заработать себе на жизнь и колледж, в который он собирался поступать вопреки мнению учителей. Именно из-за этого он не успевал поспать и сделать домашку, по-быстрому списывая на переменах, ведь у него тупо не было на это время. - Ты ж блять обо мне вообще ниче не знаешь, чтобы говорить, что я нихера не делаю, смотря на меня с высоты своего трона, - начал злиться Юнхо. - Я говорю что я вижу, а вижу я неопрятного, безответственного, грубого идиота без мозгов, от которого постоянно пахнет дешёвыми сигаретами и пивом, который не может даже элементарно сделать домашку и постирать школьную форму, в те редкие дни, когда приходит в школу, чтобы завалиться спать на задней парте, - выдал Кан. - Даже если у тебя какие-то проблемы в жизни, то это не делает тебя менее отвратительным. О человеке судят по его внешнему виду. - Значит считаешь меня отвратительным... - проговорил сам себе Чон. Хоть доля правды и была в его словах, но от этого все равно хотелось врезать Кан Есану не меньше, чтобы он понял раз и навсегда, что стоит говорить, а что нет. Ну да, ходил он в зипке надетой сверху на рубашку стираную где-то месяц назад или больше, ну да у него были отросшие волосы, что уже закрывали глаза, но чтобы он от этого был прям для кого-то мерзок, это Чон услышал впервые. Ну пахнет от него сигаретами, но не помойкой же?! И запах пива был от него всего раз только потому что в магазине один особо ловкий хуй, уложил в его смену весь стеллаж, залив пол смесью разного алкоголя, от запаха которого Чона мутило ещё неделю. И услышать такое о себе от Кана, что был обычно со всеми дружелюбен и вежлив, внезапно очень задевало. Разумеется хорошо было говорить о внешнем виде других, когда ты ни в чем не нуждался и у тебя было время хотя бы, чтобы просто переодеться в чистую рубашку, что лично для тебя постирала прачка. Хотелось тоже подпортить безупречный внешний вид этого ангелочка, который ну буквально светился, что было непонятно это из-за его пепельных волос или он был таким сам по себе, но Юнхо был не дебилом и понимал, что столо ему обидеть сыночка богатеньких мамы и папы, как ему бы тут же оторвали голову. И все же парень нашел способ отомстить получше и поунизительнее для такого языкастого, что трясся над каждым пятнышком на своей идеально выбеленной и отутюженной рубашке. Улыбнувшись сам себе, предвкушая чужую реакцию, Юнхо, пользуясь моментом, когда Кан показательно отвернулся от него протирая подоконник дольше, чем нужно, Чон тихонечко закрыл дверь в класс и взял ведро, полное грязной воды после парт и полок в шкафах, что так тщательно протирал Есан. - Водички? - спросил он подходя ближе. - Не нужна мне твоя... - не успел договорить Есан, повернувшись вполоборота, как его окатили с головы до ног грязной водой прямо из ведра, выливая все до капли. От такого резкого холода парень даже вскрикнул от неожиданности. Не веря в то, что сейчас произошло Есан просто так и стоял с закрытыми глазами, силясь не закашляться от мерзкой воды, что попала и в нос, и рот, и уши, ощущая как по всему его телу под одеждой стекают холодные струйки воды, смешанной с пылью. Чуть откашливаясь, стараясь звучать не так громко, для потехи Чона, который стоял улыбаясь во весь свой поганый рот, Есан убрал с лица прилипшие мокрые волосы, с какими-то частичками бог знает чего, зачесав их назад. От ощущения мокрой школьной формы, что была только вчера постиранной, а теперь неприятно липла к телу, кровь закипела сама собой. - Ты... Ты... Как ты... - пытался собраться с мыслями Есан, что скакали в голове, от злости. - Это была моя любимая рубашка! Я убью тебя, сука! Не дожидаясь чужой ответной реакции Есан напрыгнул на Чона сверху, хватая его за грудки, заваливая на пол на котором повсюду теперь была вода, от чего Юнхо даже уронил с громким плеском ведро, от неожиданности разжав руку, что покатилось в неизвестном направлении по классу. - Я придушу тебя! - кричал Кан, уже не контролируя свой гнев. У Есана было мало опыта в драках, вернее его не было вообще, но руководившая им ярость знала точно, что нужно делать. Приземлившись на скользкий пол поверх Чона, парень без разбора стал колотить того по лицу, оставляя звонкие пощёчины, на что тот сразу же попытался его скинуть с себя, чуть придя в себя после удара о пол, что пришелся на поясницу, но не тут то было, руки парня тут же намертво схватились за его волосы, почувствовав сопротивление. - Слезь с меня бешеная чеканушка! - прокричал Юнхо, пытаясь отцепить руки Есана от себя. - Как же я ненавижу тебя, Чон! - только и мог кричать Есан в ярости. - Как же ты, сука, бесишь меня! Не на шутку разойдясь парень больно оттягивал чужие волосы, с силой дёргая вверх, он поднимал голову Юнхо, чтобы приземлить ее на пол, уже не отдавая себе отчёт, что мог серьезно того покалечить. Все же собравшись с силами Юнхо смог сбросить с себя Есана, в котором было на удивление много силы, чтобы упереться ногами в пол, недавая себя скинуть. Даже оказавшись теперь снизу, Есан все не отцеплялся, сцепив ещё и ноги на его талии, до боли сжимая кости Юнхо, на что тот схватил его за лицо с целью лишить воздуха, чтобы тот разжал хватку, одновременно щипая за кожу на ноге, в местах где придется. - Да отцепись же! - переместил руку уже на горло Юнхо. - Отъебись от меня! Есан же не собирался останавливаться больно врезаясь зубами в руку Юнхо там где пришлось. - Ты что бешеный! - заорал Юнхо пытаясь вырвать свою руку из чужих зубов, что только увеличивали нажим. - Ну точно псих. Уже не зная, что с ним делать Юнхо укусил его в отместку в плечо, на что Есан сразу же отпустил его вскрикнув. Перехватывая чужие руки своими, не оставляя шансов выцарапать ему глаза, Юнхо остался нависать в такой странной позе над ним сверху, фиксируя его ноги своими. - Успокоился? - спросил Юнхо у всё ещё дергающегося и тяжело дышащего Есана, что все продолжал прожигать его яростным взглядом, пытаясь пнуть в пах и ударить головой. Казалось ослабь сейчас хватку и Есан придушит его, не останавливаясь даже, когда дух покинет тело Юнхо. Такая внезапная злоба по странному привлекала, от факта того, что именно он стал ее причиной. Будучи абсолютной мокрыми после такого боя, одежда уже обоих парней плотно прилегала к телу, делая очевидным тот факт, что эта сцена подействовала на них обоих весьма неожиданно, возбудив их от такого прилива адреналина и близости чужого тела. - Так ты у нас ещё тот извращенец, уважаемый староста. Любишь когда тебя хватают за горло или кусают? - Юнхо обвел взглядом тело, что было под ним. - Заткнись! Отпусти меня! - попытался рвануться Есан, подавшись вперёд сталкиваясь с Юнхо, что теперь навалился сверху, пригвоздив его к полу. - Что ты делаешь? Юнхо ощущал кожей, как дрожал парень от гнева и холода, зрелище такого яростного Есана, что всегда был примерным мальчиком, с вечным покерфейсом по-странному невероятно завело его, выбивая из головы все адекватные мысли, теперь хотелось только ещё больше раздразнить его, наблюдая за реакцией, что заставляла его глаза буквально сверкать во время гнева. Обдав своим дыханием его шею, где поблизости виднелся четкий след его зубов, Юнхо не без удовольствия заметил тут же появившиеся мурашки, от теплого воздуха. Желая сохранить такой контраст, Чон отодвинул ворот рубашки, приблизившись к месту своего укуса, очертив его языком, касаясь кожи гвоздиком на пирсинге, что был на кончике его языка. От таких действий Есан задрожал ещё больше, что хотелось впиться уже в его шею ещё раз, выбив из него крик или стон. - Готов поспорить, что к тебе ещё никто не притрагивался. Я даже уверен, что ты не дрочил ни разу, - проговорил на ухо пошлости Юнхо, с удовольствием замечая как оно становилось все краснее. Прикоснувшись губами все к тому же истерзанному месту Юнхо втянул кожу, чтобы оставить на нем свою метку, на что Есан попытался сжаться, чтобы закрыть от него доступ к своей шее, которая как раз и манила Юнхо. - Кто ещё из нас извращенец, Чон? И что ты хочешь со мной сделать удерживая насильно? Я закричу если не остановишься, - проговорил Есан, срывавшимся голосом от действий Юнхо. Перемещая руки с запястий на ладони, Юнхо сплел их пальцы, оставаясь лежать сверху, отчётливо ощущая как ещё больше возбудился Есан, становясь твёрже, совсем не пытаясь вырваться. - Уверен, что хочешь чтобы я остановился, твой стояк говорит об обратном, - ответил Юнхо, потираясь своими бедрами о чужие. - Хочешь, чтобы такой мерзкий, как я трахнул тебя в твой первый раз? - все продолжал трения Чон. Есан казалось сам не понимал, что с ним происходит, он ощущал себя грязным от положения, в котором находился и от Чона, что был сверху, и в то же время он ещё никогда не был так возбужден, как от действий этого наглого парня, который наверняка знал, что с ним делает. Здравый смысл говорил бежать отсюда пока он не упал ниже некуда, и не сделал то, о чем сильно пожалеет, но чужое колено, что теперь стимулировало его между ног, не оставляло шанса на то, чтобы услышать голос разума. К нему никто никогда так не притрагивался и не говорил пошлости, да и не у кого не возникало мыслей сделать это с ним, зная кто его родители. Получая от своих действий негромкие стоны, что тщетно старался сдерживать Есан, Юнхо же старался сделать их ещё громче, получая удовольствие от одного только вида, как парень боролся сам с собой, хватаясь за его плечи, стоило нажиму усилиться. - Я хочу услышать твой ответ, хочу услышать как ты просишь меня взять тебя прямо на этом грязном полу. Убирая свое уставшее колено, Юнхо с садистским наслаждением наблюдал как парень уже сам подался в след за ним. - Пожалуйста... - вполголоса произнес парень. - Какой же ты теперь послушный, тебе это идёт больше, - проговорил Юнхо, смахивая с лица мокрые пряди. - Такой милый, как падший ангелочек. Проси меня продолжать, хочу слышать как ты скулишь и умоляешь меня. - Пожалуйста, Юнхо... не останавливайся. Кусая мочку чужого уха, получая тонкий писк от своих действий, Юнхо продолжал так мучить парня снова и снова, параллельно расстегивая его штаны. - Тише, мой хороший, ты же не хочешь, чтобы кто-то услышал, чем мы тут с тобой занимаемся. Всматриваясь в лицо, что изменялось от наслаждения, когда Юнхо водил рукой по его пенису под намокшим бельем, что был уже готов выпрыгнуть из штанов сам вслед за его рукой, парень приподнял чужой подбородок, наклоняясь к чужим губам, что мгновенно приоткрылись, стоило было прикоснуться к ним большим пальцем. Они ощущались такими пересохшими от того как часто их закусывал Есан, стараясь быть тише, что пришлось предварительно их смочить своей слюной проведя языком по контуру, растирая остатки, как бальзам подушечкой пальца, заставляя чувствительную кожу припухнуть, что так маняще раскраснелась по контуру. Жадно впившись в нижнюю губу, кусая ее до крови, параллельно освобождая член из белья, Юнхо получил ничем не сдерживаемый стон в свои губы. - Вот так, хороший мальчик, - похвалил парня Юнхо, обхватив ладонью чужой ствол, параллельно расстегивая уже свои штаны, в которых было нестерпимо узко. - Тебе нравится, когда я называю тебя так? Требуя ответ большой палец сильнее надавил на головку, забираясь под кожицу. - Я хочу услышать твой ответ, иначе не продолжу, - прекратил свои действия Чон, однако в это время расстегивая рубашку Есана, что облепила его грудь. - Да... мне нравится...очень... прошу продолжай, - попросил Есан, в то время как Юнхо уделял особое внимание его соскам, то обводя языком, то покусывая, как леденец, проводя по своей длине, соединив в кольцо указательный и большой пальцы. - Ну раз ты просишь... - сжалился Юнхо, проводя линию острым языком до самого лобка, на что Есана аж подкинуло и он снова вцепился в его волосы, что всё ещё болели у корней. Хоть Юнхо и обещал продолжить, но его руки всё ещё оставляли без внимания член, лежащий на животе, стимулируя зону вокруг и ниже, поглаживая и растирая нежную кожу, от чего Есан уже почти начинал скулить, стараясь притронуться к себе уже сам. - Неа, ручки прочь, это все мое, - перехватил чужие запястья в замок Юнхо. - Я все сделаю сам. - Юнхо... пожалуйста... притронься ко мне... прошу... сделай что-нибудь… но без основного. Парень звучал, так будто заплачет, поглаживая себя по животу. - Ну тише, тише, - погладил по щекам Есана парень. - Хорошие мальчики получают, то о чем просят. Оставив лёгкий поцелуй на губах Кана, довольный услышанным, Юнхо вновь спустился вниз, уделяя внимание члену Есана, прикасаясь губами к головке, пробуя ее на вкус, смачивая языком, попадая в чувствительную щёлочку, заставляя парня под ним безостановочно трепыхаться от каждого его действия, а затем чуть подув, заставляя мышцы на животе Есана судорожно сокращаться, от резких вдохов. - Я больше не могу... Пожалуйста, Юнхо, - проговорил Есан ерзая по полу. - Сейчас, мой хороший, я дам тебе то, о чем ты так просишь. Все же действуя наперекор своим словам Чон провел головкой своего пениса по чужому, прижимая их друг другу ладонью сверху, ещё больше раздразнивая Кана. - Тебе нравится, когда я так делаю? - задал вопрос Юнхо двигая бедрами навстречу. - Да… - только и мог ответить Есан, теряясь в ощущениях от трения. - Но ты хочешь большего, хочешь кончить? - Да…хочу, - ответил парень, накрыв руку Чона своей, чувствуя как тот двигался под ней. - Скажи мне это, - резко прекратил свои действия Чон. - Я хочу, чтобы ты помог мне кончить, Юнхо, - прошептал Есан, сильнее сжав чужую руку. Слышать свое имя да ещё и в таком случае было необычайно приятно для Юнхо. Сам уже больше не в силах терпеть, Юнхо щедро сплюнул, растерев слюну между своими ладонями, чтобы занять обе своих руки, смачивая по отдельности оба члена, прокручивая ладонью возле чувствительного раскрасневшегося от всех манипуляций кончика, сразу же беря быстрый темп для стимуляции их обоих, часто подергивая длину вверх, наслаждаясь реакцией Есана, что уже готов был рвать на себе волосы, хватаясь за его кисть одной рукой, с трудом прикрывая свой рот ладонью второй, чтобы их дежурство в классе никто не услышал, с каждым движением руки все больше приближаясь к оргазму. Ухватившись за колено Юнхо, что было к нему близко, вставляя в ткань свои ногти, Есан кончил на свой живот, закусывая ребро ладони, чтобы не издавать громких звуков. Юнхо излился следом за Есаном ему на живот, смешивая их сперму, падая рядом с ним. Пребывая всё ещё в экстазе от того, как ему было хорошо он даже не замечал какой он мокрый и потный, а также что рядом лежащий Есан в отличие от него так счастлив не был, закрывая лицо руками, по которому уже начали дорожками скатывались слезы. - Есан? Ты чего? - всполошился Юнхо, притронувшись к плечу парня, на что тот сразу же отпрянул. - Не трогай меня! Не прикасайся! - отодвинулся Есан, вытирая свой живот краем рубашки, не переставая при этом всхлипывать. - Хорошо, не трогаю, вот возьми, - не понимал такой резкой смены настроения Чон, сняв с себя свою кофту. С отвращением сняв свою рубашку, Есан бросил ее на пол, надевая кофту Юнхо и поправляя пояс на брюках. - Есан? Я что-то сделал не так? - пытался добиться внятного ответа Юнхо. - Скажи же мне, блять, что происходит? Почему ты реагируешь так? Есан же сохранял молчание, стоя отвернувшись от него, тщетно пытаясь застигнуть молнию на кофте, не попадая в замок из-за слез, что застилали глаза. - Перестань! - схватил чужие руки Юнхо, что тут же старались вырваться. - Посмотри на меня. Схватив чужое лицо, что ещё недавно искажалось в удовольствии, на смену которому пришел испуг, что отражался в красных от слез глазах. - Ты можешь мне сказать словами, что не так? Ты не хотел, того что произошло? Я сделал тебе больно? Я не приближусь больше к тебе, если это так. Скажи мне хоть что-нибудь! Получив удар по щеке, что ощущался сильнее, чем те, что были до этого. - Теперь ты доволен? Получилось поставить меня на место? Достаточно унизил меня? - прошипел Есан, собираясь уйти, но тут же был схвачен за руку. - Отпусти меня! - О чем ты блять ведёшь речь?! Я не хотел унижать тебя или что-то такое. Все произошло само собой. Я думал, что ты тоже хотел этого, ты меня несильно останавливал, наоборот ластился к моей руке, просил о большем. В чем сейчас-то проблема? - В том, что ты завтра расскажешь всем о том, что произошло! Какой я безотказный, послушный, хороший мальчик, что был рад раздвинуть ноги перед тобой. Разве ты не этого хотел, чтобы все узнали, что я… Юнхо не дал ему договорить, затягивая в яростный поцелуй, больше похожий на беспорядочные покусывания, прижимая к себе, залезая руками под свою же кофту, притягивая к себе тонкую талию, когда Есан пытался всеми силами оттолкнуться и укусить в ответ. Прижав того уже к стенке, не давая двинутся, Юнхо возобновил их поцелуй уже нежнее сминая губы, легко прикасаясь к распухшей кожице, получая такие же несмелые прикосновения в ответ, пока ещё не добавляя язык, боясь что Есан мог за него укусить, пока злился. - Я никому ничего не собирался говорить или доказывать, я сделал это потому что хотел тебя, - проговорил Юнхо, смотря в глаза Есана, которые все ещё смотрели с недоверием. Желая подтвердить искренность своих слов Чон продолжал оставлять поцелуи на мокрых от слез щеках чувствуя на языке привкус соли, чувствуя как сильнее обхватывал его шею Есан, прижимаясь ближе. - Ты говоришь мне правду? Если кто-то узнает, что произошло между нами, что я был с тобой... с парнем... Моя жизнь... она будет кончена, Юнхо, - парень прислонил свой лоб к груди Чона. - Не поступай так со мной, пожалуйста. - Эй, я не собираюсь ничего такого делать, не знаю почему ты меня считаешь конченным, но знаешь я совсем не такой, если пропускаю школу, - сказал Юнхо, прижимая к себе Есана, что всё ещё сопел носом. - Я пропускаю школу, потому что работаю, а не потому что допоздна таскаюсь хер знает где и пью пиво. - Я... я не думал о тебе так плохо… Ладно, может и думал... Мы ведь никогда нормально не разговаривали. Прости меня, - пробубнил куда-то в рубашку Есан. - И ты прости меня за то, что я тебе говорил… ну всегда, когда ты до меня докапывался, - сказал Юнхо, вытирая слезы на щеках Есана, целуя его нежно в лоб, что совершенно контрастировало с его обычным поведением. Случайно окинув взглядом состояние класса через плечо Чона, Кан вспомнил для чего они вообще здесь находились. - Нам нужно подумать, что сделать с этим беспорядком, что мы устроили, - проговорил Кан отстраняясь от Юнхо, имея в виду и ситуацию на полу в классе и между ними.