Невероятная и колоссальная я

      Прошло некоторое время. Во время этого временного промежутка, я путешествовала во сновиденьях. Честно говоря, я не знаю, что за сон был, ибо всё было словно в пустоте — сплошной чёрный экран. Грустно, что иногда у мозга нету никакого вдохновения, чтобы сгенерировать самые безумнейшие сны. Быть может через время что–нибудь приснится, я думаю…       Но да ладно. Вернувшись в сознание из состояния сна, на улице было не утро, а вечер. Посмотревши в телефон, я увидела, что на часах уже было 18:45. Вот это я поспала, называется. А мне так есть хотелось; мой живот урчал, что я не знаю как. Благо у меня в рюкзаке оказались на запас два солёных крекера — я их положила туда дома перед тем, как угонять автобус. И я перекусила, и хруст крекеров был громче моих мыслей, и это звучало забавно. Пока я их кусала, я представляла, что я кусаю не крекеры, а человеческие кости. Вот представьте есть человеческие кости — столько кальция в них находится, а это полезно для здоровья, м–м–м! Но… …ладно, не важно. Это уже совсем не важно…!       Доев крекеры, я осознала, что их моему желудку не хватило для того, чтобы я осталась сыта и довольна. А значит мне пора съесть что–то полноценное, в полноценном… нет, не кафешке, а в реальном ресторане. Почему именно ресторан? В кафешках еда дешевле, да и к тому же, может быть лучше, чем даже в дороговатых ресторанах. Но помним, ради чего я вообще «тихонечко» из города уехала? Именно, чтобы делать то, что захочу, ощущать себя свободно. Я же могу выбрать какой–то ресторан чтобы в нём покушать вкусненько? Могу! Я же могу НЕ выбирать кафешку? Конечно могу! Ну вот тогда мой план на вечер построен: пойду в ресторан, как классическая, многоуважаемая миледи, и буду есть элегантную еду и пить что–то элегантное, слушать элегантную музыку из колонок, повешенных в углу ресторана. Лишь бы не взять снова тарелку картошки фри и стаканчик сока. Нет, я не говорю, что я мне нельзя этого делать, я просто хочу попробовать что–то, помимо того, что я в основном беру в ресторане, когда бываю с семьёй или друзьями. Потому–что в жизни надо пробовать всё, в конце концов.       Собравшись с мыслями, я приготовилась к ещё одному походу в город, потому что по пути в землянку, я там увидела классную вывеску ресторана, и у меня она отложилась в памяти. Одевшись, накинувши рюкзак, я открыла промокшие и со влагой деревянные двери, и пошла в город, из точки Б в точки А иными словами. Не успела я адаптироваться в землянке, как я уже снова ухожу от неё! Но я же покушать и потом, поздно вечером, прийти сюда поспать, верно?       Выйдя на ту же тропинку, мои ноги двигали к городу. Или я двигалась к городу, или ноги мои двигали меня, трудно сказать. Не знаю, доберусь ли я быстрее к ресторану, потому что путь от города до моего нынешнего места назначения занял… довольно много. Полтора часа, возможно? Что–то подсказывало во мне, что да — я прошла полтора часа с погрешностями. Помимо машин на дороге (не знаю почему они стали ехать именно в это время), мимо меня начала проезжать какой–то дедуля на велосипеде, к которой была прицеплена повозка, откуда бабуля, скорее всего его верная и самая лучшая для него жена, кричала о продаже всякой разной еды и напитков: мешков с картошкой, морковкой, мясом, рыбой, даже сосиску в тесте, молочка, кефира, воды, и пирожков с картошкой, капустой и яблоками. Пока она выкрикивала это своим голосом, так как у них не было громкоговорителя, и когда я услышала, что она продаёт яблочные пирожки, я выкрикнула в ответ:       — Да нет, спасибо! Мне этих яблок… ох уж как чересчур достаточно!       Просто хотелось, чтобы меня окончательно все люди мира поняли меня: я ненавижу, просто ненавижу яблоки!       …хотя погодите–ка… А ЭТО ИДЕЯ.       — ОЙ, ПРОСТИТЕ, А НЕ МОГЛИ БЫ ВЫ ОСТАНОВИТЬСЯ, ПОЖАЛУЙСТА? — вновь выкрикнула я, да так, чтобы меня точно услышали.       Велосипед с повозкой остановились.       — Да?.. — дедушка неохотно спросил. — Что тебе надо? — уже спросила бабуля.       — Я конечно понимаю, что это странное такое просить, но… — да, было слегка неловко такое спрашивать, но это обязательно. — …не могли бы подвезти меня… к одному городу?..       — Подвезти… к одному городу? Тебя подвезти к городу, к тому, который на этой трассе находится?..       — Просто… просто я тут уже несколько часов брожу по этой трассе; меня сюда никто не привёз, и я просто оказалась в этой местности… вот как–то так… — я ни на что не надеялась с этой ложью, но попробовать соврать им тоже надо было.       — О–о–оу, девочка! — вздохнула бабуля. — Так а чего тебе тут одной уставшей шляться…? Ты это, залезай давай!       — О, ого… Реально?! Я удивлена… — с реальным удивлением реально удивилась я.       Не прошло и нескольких секунд, как я уже сидела на одной прицепленной к повозке лавочке, где слева от неё находились все продукты, которые эта бабуля продавала. Пахло тут едой конечно сильно, и мне захотелось всё сожрать вокруг, даже бабулю с дедом. Но я не могла просто так взять хотя бы одну сосиску в тесте, нет. Это было бы некультурно со стороны этих двух пенсионеров, плюс я хотела не сразу перекусывать, а сразу в ресторане поесть, а значит мне всю дорогу пришлось терпеть, вдобавок тренировать свою силу воли; я бы это описала как отличный тренажёр на выносливость на самом деле!       Пока я ехала, мне начали задавать много вопросов по типу «Откуда ты родом?», «Какую еду ты любишь есть?», «Что я тут по дороге забыла?», и даже «Где твои родители?», хотя я им постоянно отвечала: «Не знаю, как я тут оказалась! У меня амнезия по поводу этого, ничего не помню». Было такое ощущение, что меня не спрашивали, а допрашивали, словно на допросе детективы. Но спустя сорок пять минут или больше, я это перетерпела, и добралась до города с помощью этого чудо–транспорта, повозки.       Когда я подъезжала к городу, я не знала, где мне остановиться, ибо хоть я и видела вывеску ресторана где–то, но я не придала это особому значению — не запомнила, иными словами. Поэтому как иной вариант, я постаралась вспомнить ту локацию, на которой я купила серый шарик с красной надписью. А она находится там, где пацанчик застрелил себя в доме. А где это? Правильно — там, где людей должно быть всё ещё много, либо жёлто–чёрная лента, которой закрыли проход в тот дом, либо же мне просто местные жители скажут и покажут, где это было. И именно тогда я смогу сориентироваться.       Я вылезла с повозки. Я была крайне благодарна этой паре старого поколения за весь проделанный путь.       — Спасибо… реально. Я не думала, что вы поможете мне без всяких проблем. Ну, я реально не знаю, чем отблагодарить — может мне как–то оплатить эту поездку, или как?.. — искренне спросила я у бабули.       — Да что ты, девочка! — сказала бабушка. — Ты прошла путь на той трассе сама, без никого, и даже побоюсь представить, сколько ты часов там пробыла, так что мы бесплатно тебе помогли! Мы не думали, что вообще подобный добрый поступок такой сделаем с моим дедулей (– Правда…! — ответил он пока бабуля говорила.)! Так что удачи тебе, куда бы ты не шла в этом городе.       — Ох… окей… — с неким облегчением ответила я. — Реально, спасибо, да! Я вас хорошо запомнила!       Я обычно не люблю людей и человечество в целом — ну очень иногда попадаются плохиши, от которых становится так себе, и иногда у меня появляется навязчивое желание уничтожить это человечество. Но, глядя на этих пенсионеров, я не могу это сделать просто так. Пускай ещё поживут, а дальше посмотрим, хе–хе.       Кхм, о чём это я… Мне нужно бы найти где этот ресторан находится… Спросить у прохожих его местоположение? Ну уж нет, для крутости и неординарности лучше сама поищу! Для начала надо найти дом того чувака, и дальше потом собирать кусочки пазла вместе.       Где–то в сотни метров от меня находится некоторая деревянная, закрытая занавесами будка — возможно это та будка, с которой женщина арабской внешности продавала сувениры. Я подбежала посмотреть, оно ли это, но нет. Этой будкой оказалась лавка, где продают лимонады. Блин, а где та, которая мне нужна? Окей, а если перейти на ту параллельную улицу, что–то там будет? Пока переходила, я учуяла запах железа из дома. А в крови есть железо. А возможно, просто возможно… это дом того самого паренька. Я краем глаза заглянула в окно, и… там никого не было, кроме вникшей в ковролин лужи крови. Чувак… а там лежал однажды чувак, эх…       Но, из позитивного — спасибо, что подсказал, где я нахожусь! Сейчас быстро найду тот самый ларёк с арабскими вещами, который тоже закрыт, но хотя–бы я знаю, что это точно он! Около дома чувака, я как раз таки увидела этот деревянный стенд. Фух, первый шаг я сделала, теперь надо по этой местности найти ресторан.       Насколько я помню, я после того инцидента пошла направо, и пока слушала музыку, заметила вывеску. Угу, мне прямо сюда надо идти. Но я начала не идти туда, а бежать и подпрыгивать, потому что почему бы и нет?! Да, посмотрели на меня прохожие, но мне весело! Окей, что у нас тут на этой улице? Прочие дома, огромные мусорные баки, велосипедов несколько в ряд стоят… О!       Это же ресторан с названием, сделанный из неонового материала — «Джег Списер Барн». Чего–чего? Какой ещё к чёрту «Джег Списер Барн» — кто называет так рестораны? Я аж чуть не засмеялась на всю улицу от этого шедеврального названия. Но да ладно, всё ж таки один факт был известен — я нашла ресторан! Следовательно, я с гордостью вошла в это заведение! И, ох как описать его интересно будет: стены состоят из дерева, и они так приятно пахнут, что просто. Тут есть и барные стойки, и комфортные диваны, где в основном большая часть посетителей и сидят. Освещение тут — моё почтение: жёлтый, оранжевый, или даже жёлто–оранжевый цвет, освящающая всю комнату, радует глаз, очень сильно радует, так комфортно! К слову, музыка тут смесь и джаза, и фанка, и соула, и блюза, и иногда даже японского попа, и это делает ресторан ещё круче и атмосфернее. К какому же большому счастью это всё, что это никакой не реп с отстойными рифмами и битом, и не фонк, и не тот бразильский фанк, который просто ломает все барабанные перепонки. Но да ладно, хочу сказать, что тут довольно малое количество людей. Всё же, люди есть: кто–то с семьёй сидит и в мирной обстановке кушает, какая–то романтическая пара тоже сидит и в приятной атмосфере наслаждается пищей, а кто–то одинокий сидит за барной стойкой экзистенциально–кризисно, и философски думает, каков его смысл жизни. И все одеты так… по–разному: кто–то в классической одежде, кто–то в худи (как и я впрочем) пришёл, кто–то в платье, по–летнему наделся… разнообразие тотальное. В принципе, моё описание этого «Джег Списер Барн» говорит о том, что оно как и звание «пятизвёздочного ресторана», так и все пять звёзд в отзывах заслуживает.       Теперь я хочу выбрать сиденье; я бы предпочла сесть в далёком месте от всех и где соседние сиденья никто не занял. Я села на одно из свободных мест, и могу сказать — сидеться здесь ощущается по–райски. Так или иначе, ко мне сразу же пришёл официант и дал мне меню. Такс, что у вас тут есть, «Джег Списер Барн»… угу, говяжий, стейк на косточке за пятьсот гривен, соус болоньезе за сто пятьдесят гривен, милкшейк за двести гривен… ну впрочем, что стоило ожидать от комфортного ресторана? Не знаю, какую еду мне тут заказать, поэтому перейду к напиткам. Угу, виски, водка, алкогольные коктейли… один долбанный алкоголь, класс! А где тогда коктейль Молотова, хочется спросить? Тоже классный и вкусный напиток! Здесь есть что–нибудь адекватное? О, класс — я нашла секцию с соками. Да, я его сегодня пила, но блин, мне хочется ещё раз попробовать его, в этот раз адекватный и никакого яблока. Так, яблочный сок… со вздохом, я пропустила же сразу этот сок… Хорошо, ну хотя–бы тут лимонадный, апельсиновый, мультифруктовый есть. Блин, а цена за апельсиновый сок неплохая в этом ресторане — целые сорок гривен! Это я покупаю. Эта цена, кстати, за восстановленный апельсиновый, и я куплю именно этот потому что я обожаю этот вкус. Что ж, придётся ждать теперь официанта. Официант, приди. Официант, приди… Такс, что–то детство мне вспомнилось, где мои друзья и одноклассники в школе призывали Чарли–Чарли и персонажей из игр, фильмов, и сериалов. Но в этом случае официант то точно придёт, и я его охотно ожидаю.       Тут мимо моего стола прошлась девушка в жёлтом платье и жёлтой шляпой — она выглядела очень ярко и броско. Я аж сама заинтересовалась её образом. Она сама по себе стояла и смотрела в окно, наблюдала за прохожими снаружи. А ко мне подошёл официант, ура! Он, как официант, спросил классический вопрос: что я бы хотела заказать. Я, на полной готовности, ответила как классический клиент ресторана, что «сок, апельсиновый и восстановленный». Он записал в блокнот и спросил классическое: «Больше ничего не желаете?». Так как я пока не хотела тратить деньги на еду с завышенными ценами, я ответила пока, что «нет». С полным пониманием, официант сказал, чтобы я ожидала заказ. Это был классический заказ еды в ресторане, как я могла ещё его описать? Впрочем, через секунд так двадцать ко мне пришли и. Офигеть у них конечно обслуживание на высшем уровне, это почётно. Так ещё и с трубочкой заказали. Я в принципе не просила, но всё равно спасибо им! Окей, приступаю пить. Спустя нескольких глотков, я ощутила нечто прекрасное… потому что вкус сока… ПРОСТО НЕВЕРОЯТЕН, ПРОСТО ФАНТАСТИЧЕСКИЙ. И я также была рада тому факту, что я пила именно восстановленный апельсиновый сок.       Пока я увлеклась питьём столь отпадного сока, та самая девушка в жёлтом платье встала около меня, и спросила:       — Простите, девушка, а можно рядом с Вами сесть? Мне просто не с кем, и Вы довольно стильно выглядите.       — Воу, спасибо за слова, думаю конечно можно!.. — неохотно, но вскоре ответила я. Да, хоть я не была готова к тому, что люди подсядут, но с одной стороны, эта девушка выглядит уважаемо и неплохо, так что я дам ей шанс.       — Ой, спасибо. Я просто тут не спеша пила шампанское, и, не знаю, я бы хотела его допить с Вами. Как Вас зовут?       — Ира, меня зовут Ира.       — О–о, ничего себе, я впервые за долгое время встретила девушку Иру! — сказала она. — Довольно приятное, красивое имя!       Да, этот диалог только начинался, а меня уже завалили комплиментами. Эй, ну хотя–бы это не какой–то парень который начал бы очаровывать меня своими словечками, хоть мы даже и в жизни никогда не виделись и я мы знаем оба несколько секунд. Это была просто девушка, которая решила подсесть, попить шампанское, и я, честно говоря, не против. Возможно наш разговор пойдёт удачно, а возможно нет, но кто знает. Но мы слегка разговорились, поделились фактами разными…       …И мне есть что сказать, ибо я знала один факт точно. Имя ей…              

РОУЗ ВИЗЕРЕД

«Мне кажется, или мы чем-то с ней похожи…»

      — Роуз… Визеред? — с интересом спросила я. — Это… не буду обманывать — это крайне классные имя и фамилия!       Она была Роуз Визеред. Она была старше меня, выглядела традиционно, и имела яркий характер. Она — луч солнца (возможно из–за цвета её платья я так думаю, но это так), и то, как мы с ней разговорились… Ух, это надо увидеть.       — Ох–ох, спасибо, Мисс Ирина, это приятно слышать. — ответила Роуз. Каждый встречный в моей жизни говорил мне об этом. Вот же канадские родители умеют называть своих дочерей!       — Оу, Вы что, родом с Канады?       — Именно, Ирина! Я с Канады — очень классная страна на самом деле.       — Прикольно…       — Угу… — и тут слегка самое первое неловкое молчание возникло перед нами. — А вот мне интересно… что заставило тебя приехать в этот интересный городок? — спросила Роуз.       — Ну… — мне придётся соврать. — …Так вышло, что меня автобус… просто так выбросил, прикинь? Водитель автобуса на меня и… и некоторых людей тоже как–то глянул, и решил, что: «Да всё, пора как–то избавиться от них», и тупа выбросил нас из автобуса! Я его очень сильно запомнила.       — Ничего себе… ох, ну и растяпа этот водитель, на самом деле. Иногда люди делают подобные вещи… просто так, но кажется, что это не просто так.       — Да–да, и вот из–за подобных людей, иногда мне просто хочется провалиться сквозь землю, и… Вы поняли, Роуз.       — Можно и на «ты», Ирина! — она сказала с улыбкой. Капец, столько простоты и позитивности от Роуз веяло, что не передать словами. — Но так или иначе, я поняла, хех.       — Хм… а вот у тебя вообще были некоторые люди, из–за которых ты бы тоже хотела проваливаться сквозь землю? А хотя, да что уж там, уничтожить человечество?..       — О–о–о–о–о… ну это уже совсем уж ты пошла, Ирина. Но у меня была одна группа людей и, скажем так… они смеялись с моей имени и фамилии. Ты же шаришь за английский?       — Конечно, Роуз! У тебя имя и фамилия буквально переводятся как «роза» и «увядшая». И, блин, я могу понять почему…       — Ага… — со вздохом ответила Роуз. — Я этим взрослым людям лет за тридцать объясняла, что так случилось, что у меня такая комбинация из имени с фамилией. Но нет, они словно дети — нифига не понимают, либо просто не хотят слушать…       — А–а–а ты их случайно не запомнила? — спросила я       — А? Ты о чём, Ирин?       — Да так… каждый раз, когда сталкиваюсь с проблемными людьми, я их «запоминаю». Типа, что я их не забуду, поняла? Вот я уже многих таких «запомнила» и я сбилась со счёта.       — А, ха–ха, я поняла…! А ты забавная с этими шутками.       — Воу, спасибо!.. — меня назвали забавной за мои шутки? А мне приятно кстати!       — Так вот, я забила болт на этих людей, потому что поступив так было бы самым лучшим решением, и я бы сохранила свои нервы. Как же хорошо что я правильно поступила…       — Правда, Роуз, правда.       — Ага ж. — ответила она.       С обоих сторон была тишина. Мы просто смотрели на друг друга и улыбались друг другу, либо от «неловкой неловкости», либо от «чересчур забавной неловкости».       — …А ты тут держишь бокал шампанского, ты обожаешь его пить?       — В точку попала, Ирина! Мне как только выполнилось восемнадцать, так я сразу на свой же день рождения со своих денег купила одно классное шампанское; моя мама кстати тоже любила его пить! И как же хорошо, что оно находится тоже здесь, в этом ресторане!       — Классно на самом деле… а ты вообще так молодо выглядишь. Если не секрет, то сколько тебе сейчас лет? — спросила я.       — Девятнадцать.       — Ого… а ты классно для своих девятнадцати выглядишь…       — Ой, спасибо, Ирин… Я не знаю почему я так молодо выгляжу, но надеюсь это от шампанского за один год так подействовало, ха–ха!       — Ну–у–у, может быть, хех, кто знает! Правда, прости за это, ничего против не имею, но я не люблю пить подобные напитки в виде алкоголя.       — А–а, пф, а в чём проблема? Ты пьёшь апельсиновый сок, и это очень здоровый напиток, а я… ну мне просто нравится шампанское. Но против тебя я против ничего не имею; наоборот — поощряю! — радостно сказала Роуз. — Пей, что душе угодно, и не пей то, что не твоей душе не угодно, как шампанское!       — О–окей, спасибо что не осуждаешь, думаю… — ответила я.       Вообще я ценю то, что я не заинтересована в этих шампанских, виски, текилах, энергетиках, и прочих напитках, в отличии от большинства подростков моего возраста. Серьёзно, ну кто в свои шестнадцать лет будет пить тот долбанный классический «Монстр» или местное «Рево»? Да, они сладкие, вкусные, но то, что они сердце и здоровье гасят сильно… ну уж нет. Я лучше бабушкиного узвара или водички из родничка попью — те намного лучше будут.       — Да за что тебя осуждать? — сказала Роуз. — Есть люди, пьющие шампанское, как я. А есть люди, пьющие апельсиновый сок. Да, есть и ещё люди, пьющие другие напитки, но мне лень их перечислять, хе–хе! Но… это же классно, что ты тоже не пьёшь шампанское, правда? Вот, это значит, что мы разные! «Все люди разные» — классическая цитата, Ирин.       — Правда… — ответила и полностью согласилась с её словами я. — Роуз, я, если честно, не против того, чтобы ты меня называла Ирой. Ирина — это классно, но Ира мне всё же по душе!       — Окей, Ира, это я приняла! Да!       — Оке–е–е–ей. — ответила я. После этого пошло молчание; мне хотелось что–то сказать, но не знала, что именно. — Окей, тогда… я тут хочу спросить у тебя… а вот… что ты тут в этом городе делаешь? Что заставило тебя сюда приехать, так сказать?       — О–о–о… — приготовилась Роуз рассказывать. — Ну тут находится дом, участочек моей тёти, а она сейчас в Канаду уехала. Когда она в Канаду уезжает, вместо неё я приезжаю сюда на две недели, и ухаживаю и за домом, и за садом. А в том саду знаешь что у меня там? Розы. Да, я Роуз, которая поливает розы — какое сходство! И там таких роз… ну уж ОЧЕНЬ много. Я их поливаю каждый день, и вот последний раз, когда я полила розы, было два часа назад. А потом спустя полтора часа я решила пойти в «Джег Списер Барн», отдохнуть и попить шампанского… И затем прийти домой и досмотреть серии одного сериала.       — Ничего себе… — сказала я. Человек с именем Роуз поливает розы. Тоже самое, что и Сеня сено любит собирать; тоже самое, что Ираклий любит свою родину Ирак; тоже самое, что и Костя любит есть кости (правда не человеческие, но всё же). Именные каламбуры — это недооценённый юмор, на моё мнение.       — Ага… А мне вообще через четыре дня уже ехать придётся обратно в Канаду. Я тебе, кстати, тоже советую съездить туда. Вот крайне советую, Ира, потому что ну природа там… м–м–м… Просто советую!       — Хех, я–то точно попаду в эту Канаду одним разом! — «Я не знаю, через месяц, год, пять лет, или десятилетие, но попаду», — так думала про себя я.       — Если ещё раз где–то встретимся, то обязательно встретимся, хех!       — Да… кстати. А это хорошая идея. Почему бы нам ещё раз не встретится? Ты очень… классная собеседница, Роуз. С тобой приятно разговаривать…! — искренне сказала я.       — О–о… э–э–э… спасибо, Ирин… Честно говоря… с тобой тоже, с тобой тоже классно я пообщалась!       — Правда… давай тогда обменяемся номерами?       — Да–а, давай! Сейчас только свой телефон достану, чтобы записать в заметки… — сказала Роуз.       — Ох, а я как раз тоже хотела это сделать! — в этот момент я вспомнила одну фразу: «Гении мыслят одинаково».       Я подумала: неужели мы скрытые гении друг для друга? Но не знаю, судить человека и отношения между нами которые построились только тридцать минут назад когда Роуз подсела ко мне… странновато как–то. Но, опять же, первое впечатление от неё — потрясающее. Она очень вежлива, спокойна, весёлая, с позитивом таким. Она также уважает выбор людей касательно того, что тот пьёт, а что нет; или ей как–то всё равно на это всё, ей без разницы. А такое мышление мне по душе. Но в общем, девушка она прикольная. Не думала, что с кем–то так долго заговорю в таком городе, тем более. Я решила оставить ей мой номер телефона, чтобы такую связь не потеряли. Это же не простой встречный человек в ресторане, ведь не так?       — Вот, держи! — сказала я, показывая мой номер телефона, чтобы Роуз записала в контакты.       — …Всё! Теперь ты у меня есть в телефоне, Ира! — с радостью сообщила она. — Но, к большому сожалению, мне пора; надеюсь розы не заскучали там без меня…       — Я понимаю. Но я более чем уверена — розы твои точно ждут тебя, Роуз!       — Я тоже хочу в это верить… Эх… — вздохнув, она сделала последний глоток шампанского, смотря в окно на улицу. — Но да, Ира. Приятно было пообщаться!       — Соглашусь! — одним словом я описала все эмоции и чувства, которые были у меня внутри. — Честно говоря…       — Что, Ира?       — …Всегда сложно с кем–то прощаться. Даже если это человек, с которым ты буквально познакомился полчаса назад. Это трудный процесс.       — Ага… Но ладно, мне уже пора, и… о, кстати! Не хочешь ещё завтра встретится, и приблизительно во сколько?       — Да–а–а давай также, как и сегодня, только… только в 20:00 тебя устроит?       — Вообще идеальное время. — сказала Роуз. — Я снова приготовлюсь к походу в этот ресторан. Так что да.       — Невероятно! — невероятно сказала невероятная я. — Тогда пока, и удачи, Роуз!       — И тебе тоже удачи, Ира!       Роуз, оставив бокал на моём столе, начала идти к выходу. Классная девушка, теперь мне хочется очень сильно дождаться завтра, чтобы поболтать с ней.       А нет, она вернулась обратно.       — Подожди, Ира. А ты как сюда, к ресторану, вообще добралась? — спросила она.       — А?.. Ну–у, честно говоря, никак. Меня довезли какие–то пенсионеры на повозке за час. — сказала я.       — Я забыла ещё спросить: твой дом… насколько он далеко?       — Честно? Кошмар как далеко. — честно ответила я. — Мой дом за полтора часа находится от сюда, и мне всего лишь повезло, что меня вообще согласились те бабушка с дедушкой довести меня.       — Ох ты ж, етижи–пассатижи… — с шоком вздохнула Роуз.       — Ага… Я не знаю теперь, ждать ли мне ещё одну повозку, или насильно украсть автомобиль какой–то…       — О, Ира! Знаешь что? Я могу тебе кое–что предложить, и я думаю ты максимально не будешь против этого.       — И что же это может быть?.. Я внимательно тебя слушаю, Роуз!       — Ты умеешь ездить на велосипеде?       — Ещё как, да! С детства ещё умею!       — Так вот, я приехала сюда на своём велосипеде… Так вот, не хочешь ли ты поехать домой на нём?       — ЧТО? — я вот сейчас слишком удивилась. — Э–э–э… ну, думаю да… конечно–конечно!.. Спасибо, Роуз?..       — Ну а что? Я не хочу, чтобы ты долго добиралась домой, да и плюс, мне ещё полчаса и я дома — могу пешком пройтись!       — Нет, нет, РЕАЛЬНО спасибо! Я конечно проедусь на нём!       — Окей, только верни его потом когда ещё раз встретимся, хе–хе.       — Да что ты, Роуз! Верну конечно же!       — Не волнуйся, я верю тебе. — сказала она. — Ну а я тогда пошла точно, хех!       — Оке–е–ей, ещё раз удачи, Роуз!       — И тебе!       Роуз, в этот раз, точно ушла, но пешком. На её велосипеде приеду я домой. И тут я заметила, как к нам ни один официант не подошёл за весь этот разговор, и я ни одну еду заказала. Но зато я выпила апельсиновый сок — вкуснейший, который я когда–либо пробывала. Ладно, но чувство голода вновь вернулось, и я решила посидеть в ресторане ещё подольше, только в этот раз я в едине поем что–нибудь. А что у нас в меню есть, кстати? Окей, ну тут есть бургер, а как же без него в ресторане обойтись. Так, а что это ещё за название: бургер «Ангус»?! Почему он, блин, так называется? Что такое «Ангус»? Почему из какого–то «ангуса» сделан бургер? Ладно, пожалуй не буду это заказывать. Окей, в этот раз картошку фри не буду брать, надо попробовать что–то иное. Ну окей, греческий салат тут есть, как вариант. Хоть я обычно мясо ем, но… эх… нет, я всё–таки возьму что–то мясное. Опа… А как насчёт крольчих ножек с пюре? Я вообще пробовала когда–либо кроличье мясо? Человеческое, да, но кроличье? Раз уж я тут… надо попробовать!       Благо на моём столе была кнопка для вызова официанта, на которую в последствии я и нажала. Через ровно двенадцать секунд, он уже явился около моего стола, и стал спрашивать, чего я желала. С уверенностью, я назвала свой заказ — кроличьи ножки с пюрешкой. Пюре — класс, и это не обсуждается. Так ещё с пожаренными ножками кроликов попробую…       А пока я сидела за столом и размышляла, что же я буду делать завтра. Потому что в ресторан сходить за время моего «отдыха» — это уже класс. Я не знала, что ещё мне дальше было поделать, поэтому решила отвлечься в телефон, посмотреть всё и вся. Я вообще хочу рассказать своим друзьям, где я вообще была, потому что не хочу, чтобы они переживали за меня из–за моего отсутствия в сети. Я просто им всем подряд напишу: «Не волнуйся, я жива и меня ещё не погрызли собаки. Дап.» Так они точно будут спокойны на несколько дней вперёд. Написав им всем сообщение, мне почему–то стало скучно; после всего, что случилось за этот день, телефон уже перестаёт интересовать. Думаю это только в плюс мне, ибо я хочу быть чаще на природе и гулять часто!       А вот и мой заказ, кстати! Пожаренные кроличьи ножки с пюре. Окей, я приступаю к поеданию сия блюда. Нет, стоп, я должна помыть руки ещё раз, чтобы не ела грязными руками. Ну тогда щас я мигом в туалет и вернусь, надеясь на то, что никто не украдёт ножки с пюрешкой.       Минута пошла.       …       Минута прошла; я пришла на своё место. Интересно, а как мне описать то, как я ем блюдо? Ну да, я беру в руки пожаренные кроличьи ножки и пожираю их, а пюре плавиться в моём рту, когда я ложкой ем его. Ну… в принципе это всё, потому что зачем ещё детально описывать это? Мне что, ещё сказать о том, как куски ножек и пюре смешиваются в желудке и вместе плавятся в желудочном соке?! Это странно, но забавно — странно–забавно.       Окей, я просто скажу, что я съела всю тарелку, и то что было вкусно! Жаль, что в ассортименте ресторана не было детей, а то блин, еда такая вкусная. Но, э–э–э, не важно, не важно…       Посидев ещё за столом и послушав очаровательные, спокойные песни на фоне, я принялась уже выходить, потому что мне кажется, или девять часов вечера — это как–то слегка поздно? Да, это не одиннадцать часов вечера или даже не час ночи, но всё равно, мне кажется, или пора возвращаться домой. Окей, пора идти. Перед выходом, я взглянула на интерьер ресторана — какой же он чертовски классный и комфортный!       Я вышла из него, и я сразу ощутила и вдохнула свежий холодный вечерний воздух. Сверчки тихо издавали свои спокойные звуки, на улице людей было мало — была кромешная тишина. Вот интересно — этот город всегда вечером такой тихий, или мне кажется? Но с другой стороны — это гармонично.       У ресторана находился велосипед. Один единственный, чёрно–серо–оранжевого цвета. Он сиял, он был особенным. Роуз, спасибо тебе большое, я не могу передать словами, насколько это спасает мою ситуацию. Не прошло и пяти секунд, как я прибегла к нему, села, и начала уезжать, и ехать к моей землянке. Перед выездом из зоны ресторана, я сделала двойной «брынь–брынь», потому что почему бы и нет и это просто сказать ресторану: «Ещё увидимся!»       В общем, я почапала, поехала. Ехать на велосипеде куда быстрее, нежели на повозке ездить. Я не знаю, о чём можно было ещё думать, кроме внутреннего умиротворения: от того, что я классно поела, от того, что я еду на велосипеде и меня ничего не мучает, от того, что во время езды, кроме сверчков, и каких–то птичек, я никого не слышу, и от того, что у меня в жизни появился новый знакомый человек — Роуз Визеред. Я не могу поверить в то, что всё это: приезд в город, угон автобуса бомжами, покупка серой штучки–сувенира, чел один убил себя, находка землянки, поход в ресторан, Роуз Визеред… всё случилось за один день. Если бы меня попросили оценить день по десятибалльной шкале, насколько он был «нормальным», я бы поставила 0 из 10. Он не был нормальным днём. Он был чертовски охеренным, крутецким, невероятным, эпичным, потрясающим, торжественным, и я–не–знаю–как–ещё–этот–день–описать каким. Лет через пять, десять, или даже через несколько месяцев буду вспоминать о нём и рассказывать всем друзьям, всем людям мира. Я поняла, насколько также этот день был свободным. Ну типа, я делала всё, что захотела, там: купила тот же сувенир, решила ночевать в землянке, пошла по своей воле в ресторан… это ж круто! Не думаю, люди что в том городе, из которого я выехала, задумался бы о своей жизни — а насколько их жизнь такая вот необычна и свободна? Теперь я считаю, что каждый человек заслуживает на хотя–бы один необычный день в своей жизни. Прочувствовать его, запомнить множество моментов, и понять — вот что значит быть свободным! Вот что значит делать всё, что захочешь! Вот что значит не быть ограниченным обстоятельствами и желаниями! Ох, это просто прекрасно.       Прошло некоторое время. По некоторым деревьям я поняла, что нахожусь где–то рядом с землянкой. Скорее всего, мне ещё три минуты доехать до неё. Окей, ну зато я проехалась классно по этой дороге, которой я шла пешком сегодня днём! И тут я начала чувствовать, как хотела спать — я столько везде находилась и побывала в таким местах за день, что мозг сказал, мол мой организм наконец–то заслуживает сертифицированного отдыха.       А я вот уже у землянки. Я остановилась на дороге, и своими руками донесла велосипед Роуз, и оставила в землянке его. Также хочу сказать, что я по запаху, ещё этим днём, учуяла присутствие водоёма рядом. То ли речка, то ли озеро, то ли обычный прудик — сейчас узнаю. Как узнаю? Пф, да просто пойду туда! Там двести метров где–то расстояние.       Я пришла на это место. Это оказалась речка, простая речка, на которой сверчки сверчат громче, нежели в городе, и нежели на трассе. И тут явно всё спокойно ощущалось. Я слышала, как течёт речка, как сова где–то вдалеке поёт, по той стороне берега. Чёрт, даже какой–то поезд проехал на мосту! А ведь правда… эта местность напоминает чистое село с полями, природой, и звуками поезда. Я посидела здесь в спокойствии и внутреннем умиротворении ещё пару минут. А хотя нет, не пару минут. Пятнадцать минут около, или где–то в этом диапазоне. Меня всегда успокаивает природа — вот чтобы мы, люди, делали без природы?       Но… иногда надо выходить из «зоны комфорта». Да, тут комфортно. Да, я бы тут спала до самого рассвета, но есть один минус: тут слегка прохладно, так что я обратно в землянку. Я вернулась в свою так называемую хату, и готова была уже отрубится. Вот только пришла и села на те самые доски, образующие кровать, и начала погружаться в сон. В то время как я сегодня днём решила вздремнуть, но поспала ещё несколько часов, в этот раз я точно сейчас буду спать. По истине спать. Но перед этим, мой мозг пытался прогрузить все моменты этого дня. Бомжи. Бомж, у которого однажды было всё ОК, но что–то пошло не так. Ещё бомжи. Его кент, который тоже бомж. Куча бомжей. Блин, одни бомжи. Ещё была та надпись «захарафа» на орнаменте. Ну и угон автобуса, из–за которого я оказалась здесь, в землянке. И конечно же, Роуз. Роуз Визеред. Как я могла вообще забыть о Роуз Визеред, классной девушке. Я её то точно запомнила, в хорошем смысле, хе–хе. Что–то мой мозг уже поплыл, мне точно сейчас надо ни о чём не думать, и заснуть крепко–крепко. Я должна сказать — это был хороший день.