Закон Мёрфи

Ответная реакция была быстрой. Эффект неожиданности сработал, но Лайт хорошо умел драться, поэтому заминка была меньше секунды. Он ударил коленом в живот Теки, от чего тот сложился пополам. Боль была тупой и сильной. Кто-то схватил его за наручники, что всё ещё были на нём, и прижал к полу, блокируя возможность передвижения. Теки был готов к тому, что придётся сотрудничать с полицейскими, как бы отвратительно это сейчас ни было, но работать вместе с этим уродом?.. Вдох — выдох, вдох — выдох. Гнев не ушёл, но притух, давая осознать реальность. Ладно, сейчас они на одной стороне, и придётся его терпеть. Боль всё ещё ощущалась, да и лежать на холодном, твёрдом полу было не очень удобно. — Л, неужели этот маргинал будет участвовать в расследовании? Что это сейчас было? Он опасен, и его поведение неадекватно. За одно нападение на моего сына… — сверху начал яростно и одновременно взволнованно кричать чей-то низкий голос. «Видимо, Ягами-старший. Неужели пробил сынишку не только в университет, но и в расследование?» — пронеслась в голове у Теки очередная едкая мысль. Но спокойный голос Л быстро перебил: — Мистер Ягами, пожалуйста, успокойтесь. Да, я действительно считаю, что Дайзо будет крайне полезен для расследования. Если же что-то подобное повторится, я действительно буду вынужден исключить его из команды. Но я на 78% уверен в том, что такого не произойдёт. Верно же? — Да, — выдохнул Теки. Он не может себе позволить быть исключённым из расследования ни при каких обстоятельствах. Это будет глупейший проигрыш в его жизни. — Хорошо. Тогда, раз все успокоились… Ватари, отпусти Дайзо. И сними с него наручники, пожалуйста. Теки поднялся. Модель Миса-Миса отвлеклась от щебетания вокруг Лайта и стирания с него крови и злобно уставилась на Теки. — Как ты мог ударить моего парня? Л, неужели нам придётся терпеть его? Это просто ужасно! — произнесла с капризными интонациями модель. — Миса! Сколько раз повторять, я не твой парень! — возмущённо ответил Лайт. — Но, Лаайт… Аидзава опёрся на стену и устало посмотрел на Мису и Лайта, которые в который раз переключились на обсуждение наличия у них отношений. — Опять… — со вздохом констатировал он. Что за цирк? И эти люди расследуют дело Киры? Теки начинало казаться, что лучше бы он пытался найти Киру в одиночку. Пока что Л казался самым адекватным из этой команды. Он действовал спокойно и уверенно, но при этом казалось, что он не переставая что-то анализирует и подсчитывает. Это можно было ожидать от лучшего детектива, но всё равно впечатляло. — Я не успел представиться! Я Мацуда, — неловко и нервно сказал парень, до этого стоявший в углу и явно пытавшийся особо не отсвечивать. — Очень приятно, — вежливо поклонился Теки, сделав вид, что до этого не было ничего такого. — Хорошо, — кивнул Эл. — Но давайте перейдём к делу. Теки, что является оружием Киры? Где оно находится? Теперь придётся их убеждать, что он не сумасшедший. Теки мысленно взмолил богов о том, чтобы его не выпнули из расследования, как только он скажет, что страшное орудие убийства — это небольшая чёрная тетрадь. Однако из богов тут был только маячивший на фоне Рюк, который то и дело вставлял свои насмешливые комментарии. Молитвы он явно не слышит. — Я знаю, что это прозвучит нереалистично, но оружием Киры является тетрадь бога смерти. Она находится у меня дома на моем рабочем столе, завернутая в красную суперобложку. Сама тетрадь черная, с надписью «Тетрадь смерти». Первые страницы занимают правила пользования. Из минусов — к ней прилагается бог смерти по имени Рюк. Как только вы дотронетесь до тетради, вы начнете его видеть и слышать. — Я понял. Моги и Аидзава, сможете вернуться в дом Дайзо и найти эту тетрадь? Я не хочу поручать эту задачу и информацию о тетради людям, не участвующим в расследовании, — Эл спросил, но было очевидно, что это приказ. Названные полицейские устало кивнули и отправились обратно на поиск тетради. — Я не могу посвятить вас в ход дела, пока вы не докажете, что это действительно оружие Киры. Чаю? — неожиданно предложил Эл. — Чаю было бы хорошо. И, может, у вас найдется яблок? — все еще пытаясь выглядеть уверенно в этом цирке, спросил Теки. — Яблок? Это как-то связано с богом смерти, о котором вы говорили? Но да, я попрошу Ватари принести яблок. — Эл, какого черта? Может, ты спросишь меня, прежде чем отправляться пить чай с человеком, который при первой же встрече ударил меня по лицу? — возмущенно спросил Лайт, указывая на цепь между ними. Теки проглотил всю ту злобу, которую хотелось вывалить на этого человека, сломавшего ему жизнь. Не надо конфликтовать, не надо, не надо. Сначала надо поймать этого ублюдка, а только потом высказать другому ублюдку все, что Сензай о нем думает. — Это не повторится. У меня были некоторые основания на это, но я не могу их раскрыть, чтобы не разрушить свою анонимность, — сухо ответил Теки. Ни слова извинения. Настолько унижаться он не будет. — Я пойду с вами! Оставлять моего любимого с двумя психами я не готова! — встряла Миса, опять цепляясь за руку Ягами. Эл закатил глаза, но сделал это так быстро, что Теки не был уверен, не показалось ли ему. — Хорошо, Миса, тогда мы пойдем на твой этаж, — согласился Эл. Её этаж? Что тут, черт возьми, происходит? Теки заметил, что стал задаваться этим вопросом слишком часто. Снова лифт. На этот раз его глаза не были завязаны, и он увидел, что находился под землей, а сейчас они едут наверх. Ягами-старший и молодой неловкий полицейский вышли на первом этаже. Им обоим явно было очень неудобно наблюдать, как Миса липнет к Лайту. Как долго они работают все вместе? Теки подумал, что не выдержал бы долго наблюдать все эти любовные перипетии. Судя по Аидзаве, он тоже еле выдерживал. Этаж, на котором они вышли, выглядел как неплохая, уютная квартира. Теки очень уж редко приходилось бывать в таких — только когда он подрабатывал репетитором. Ещё одно воспоминание из прошлой жизни. Тут не было того ощущения холода и подозрительности, которое наполняло подвал настолько, что дышать становилось тяжело. Именно так и могла бы выглядеть квартира молодой, но быстро набирающей популярность модели. Пахло чем-то приятно цветочным и выпечкой. Эл, ничего не говоря, пошёл в комнату, которая выглядела как гостиная. Лайт, слегка нелепо, автоматически потащился за ним. Теки не решался спросить, почему они скованы цепью друг с другом. Наверняка это имело какое-то отношение к расследованию, и ему откажутся сообщать эту информацию. Видимо, надо было непрерывно следить за ним? Может, он, как и Теки, был не только участником расследования, но и подозреваемым? Что уж там, может, тогда всю группу из подозреваемых набирать? Теки мысленно улыбнулся этой безумной идее. М-да, удобно будет тогда работать над делом. Ватари принёс чай, несколько пирожных и тарелку яблок. Сейчас он выглядел просто милым, безобидным старичком. Трудно было поверить, что ещё недавно тот с лёгкостью уложил Сензая на землю. Конечно, сам Теки драться абсолютно не умел, но такой силы и прыти от старика никак не ждёшь. Рюк тотчас же бросился к яблокам. У самого Теки тоже заурчало в животе. Кажется, он не ел уже второй день. Бывало и хуже, конечно, но и это было неприятно. Тут он обратил внимание на ошарашенные лица остальных. Точно, они-то Рюка не видят. Миса вскрикнула и прижалась к Лайту, а тот отступил от удивления. Эл тоже, явно, был шокирован. Но удивление на его лице быстро изменилось на любопытство. Он усмехнулся и повернулся к Теки, явно ожидая объяснения. — Да, как я уже сказал, к тетради смерти прилагается бог смерти Рюк. У него что-то вроде зависимости от яблок из мира людей. Вы сейчас не можете его слышать и видеть, и поверьте, можете наслаждаться этими моментами. — Как будто люди получают больше удовольствия от общения с тобой? — пытаясь изобразить обиженный тон, произнёс Рюк. — Яблоки уж всяко лучше этих ваших человеческих порошочков. — Я хотя бы могу без них обойтись, — хмыкнул Теки, на что Рюк загоготал в своей обычной манере. И тут же пояснил, что хоть это, наверное, и выглядело очень шизофренично, но он просто отвечал Рюку. Эл понимающе кивнул, а Миса заметно успокоилась и села на стул напротив дивана. Эл, усевшись, сразу насыпал себе в чай просто бешеное количество сахара. Мысль о том, что ему страшен скорее сахарный диабет, чем Кира, сразу промелькнула в голове. Теки чувствовал себя немного неловко. Всё это больше походило на какое-то крайне нелепое двойное свидание, чем на расследование дела о самом массовом серийном убийце в истории человечества. Ещё и Рюк, пожирающий яблоко за яблоком. — Так можно спросить, почему в группе расследования модель Миса и студент, который ещё и прикован к вам наручниками? — Теки понадеялся, что раз нечто явно необычное уже доказано, то его хоть немного да посвятят в дело. Эл взял ещё одно пирожное и задумчиво начал его жевать. Знакомый приём, усмехнулся Теки, он и сам его часто использовал, когда в школе произносил какие-то речи на всяких мероприятиях. Надо же было быть в каждой бочке затычкой. Если забыл текст или не знаешь, что сказать — попей воды и в этот момент быстро думай. Эл явно размышлял, стоит ли рассказывать ему всё это. Миса же такими размышлениями не занималась. — Этот извращенец считает, что я и Лайт — Киры! Но это совершенно не так. Из-за этого он даже не хочет оставлять нас с Лайтом наедине, — крайне возмущённо объяснила модель. Теки был практически уверен, что ему не показалось, и Лайт на последней фразе выдохнул тихое «и слава богу». Отношения у них действительно были странные. Однако это объясняет, почему они тут. Если бы Ягами Лайт действительно оказался Кирой, то было бы удобно убить двух зайцев одним махом. Приятно, что этот урод действительно подозреваемый. Менее приятно, что он — Теки — тоже подозреваемый, из-за чего они будто бы находятся наравне. Это бесило почти до дрожи. Было только три человека, к которым Сензай испытывал столь сильную ненависть. Оказывается, что, возможно, их на самом деле лишь два. Другое дело, что практически так же он ненавидел всю гнилую государственную систему, которая переживала и выплюнула его жизнь, превратив его в жалкое подобие того, кем он был раньше. Неважно. В каком-то плане именно квинтэссенция всей этой системы в лице Киры дала ему новый смысл жизни. Новое дыхание. С каждым шагом жизнь приобретала хоть какие-то краски. — А ещё он приковал моего парня к себе, — прервала очередной поток мыслей Миса и ещё раз буркнула себе под нос: «Извращенец». Эл взглянул на Теки. В его взгляде явно читалось раздражение. Что ж, радовало, что не только Теки осознаёт, что теперь находится в цирке. — Миса, сколько раз мне надо повторить, что я это делаю ради расследования, а не ради собственного удовольствия. Но в общих чертах так и есть. Я подозреваю, что, возможно, ты тоже был или стал вторым Кирой вместо Мисы, но у тебя произошёл конфликт с Лайтом, — обратился он к Теки. — И пока что твоё поведение это скорее подтверждает, — добавил Эл. Сензай только пожал плечами: если они поймают Киру, а его казнят по обвинению, что он Кира 2.2, то ему, в целом, будет всё равно. Цель будет выполнена. Если бы он верил в жизнь после смерти, то понадеялся бы встретиться там с Дайзо. Хотя после встречи с богом смерти надежда на загробную жизнь появлялась. — Для меня сейчас самое важное — поймать Киру. На всё остальное мне глубоко плевать, — объяснил он. Эл опять заинтересованно прикусил большой палец. Неожиданно такая привычка выглядела почти мило. — Достойный подход, мне нравится, — дружелюбно сказал Эл и сцапал ещё одну пироженку. Неожиданно зазвонил домашний телефон. Теки вздрогнул. Опять эта чёртова нервозность! Но как он мог его не заметить с самого начала? Это плохо, ему надо быть внимательнее и аккуратнее в каждом своём действии. Эл поднял трубку, откуда послышался звонкий голос Мацуды: — Аидзава и Моги вернулись с тетрадью. Скорее! Вам надо это увидеть, — произнёс тот.