Паутина и сталь

Питер знал, что приходит к нему не за кофе или разговорами. Хоть в чём-то он научился быть честным — хотя бы с собой. Он стоял в лифте, вжимаясь в стену, и чувствовал, как сердце стучит где-то в горле. Взрослый. Независимый. Герой. Но когда двери распахнулись и он вошёл в пентхаус Тони Старка — весь этот хрупкий фасад обрушился. — Закрой за собой, — прозвучал голос из тени. Питер послушно захлопнул дверь. Его ладони уже вспотели. Тони сидел в кресле у окна, с бокалом виски. В костюме-тройке, с расстёгнутым верхом рубашки. Лениво, хищно — как человек, который привык командовать. — На колени, — сказал он просто. Питер опустился. Легко. Как будто его ноги ждали команды. Тони подошёл ближе, обошёл его, проведя пальцами по его плечам, шее, затылку. Питер задыхался от прикосновений — таких мимолётных, но властных. — Хороший мальчик, — прошептал Тони, и Питер сжал кулаки, пытаясь не застонать. — Ты пришёл потому, что хочешь отдать мне контроль. Это так? Питер кивнул. Потом — шёпотом: — Да, сэр. Тони улыбнулся. Медленно стянул с него куртку, потом футболку. Питер дрожал — от напряжения, от ожидания, от желания. — Стоп-слово? — «Арк». — Запомни его. А теперь — встань. Руки за голову. И не двигайся без приказа. Тони обошёл его снова. Теперь он ближе. Его пальцы расстёгивают ремень Питера, потом тянут за него, дразня. — Сегодня ты — мой. Весь. Понял? — Да, сэр. И когда Тони толкнул его к кровати, Питер не сопротивлялся. Он отдался с доверием, полным, искренним. Потому что с Тони он мог быть кем угодно — даже собой. Даже без маски.