Сказка о небожителе

      Юй Цзыюань узнала о пропаже сына, когда ночная мгла опустилась на Юньмэн. Прислужник, принёсший весть, тщетно пытался унять дрожь. Не уследить за наследником — это серьёзная провинность, за которую могут легко изгнать из ордена. Кому нужны слуги, не справляющиеся со своими обязанностями? Но на лице хозяйки Пристани Лотоса не дрогнул ни единый мускул, лишь взгляд стал темнее, заострился. — Когда? — её голос звенел сталью.       От ответа внутри Юй Цзыюань будто что-то оборвалось. — Созвать адептов, лодки на воду! Пусть первым делом проверяют пруды и берег! — она запахнула наспех накинутый чаошен и двинулась вдоль коридоров. — Узнать, кто последний из слуг видел Цзян Чэна, и привести ко мне. Выполнять!       Когда Юй Цзыюань проходила мимо открытой площадки, она слегка замедлилась. Взгляд скользнул по небольшому запертому строению почти в самом углу двора. Неприметное. Оно ничем не отличалось от других построек, но внутри хранилось то, что могло помочь в поисках. Но вход в это место был разрешён только главе ордена. Юй Цзыюань раздражённо выдохнула, сильнее сжав плеть. Она сможет найти Цзян Чэна и без этого.       Вскоре, несмотря на поздний час, в Пристани Лотоса стало светло как днём. Слуги, вооружённые масляными лампами и факелами, осматривали каждый куст и тёмный уголок резиденции. С небольшой задержкой к ним присоединились адепты: их зоной ответственности стали реки, озёра и близлежащие леса. Чадный дым от факелов танцевал на стенах размытыми тенями.       Горожане, разбуженные криками и суетой, начали выглядывать из своих домов. Адепты с надеждой расспрашивали сонных людей, не видел ли кто в городе юного наследника.       Ещё до утренней зари пересуды и шепотки, подобно вышедшей из берегов реке, разнесли новость о пропавшем Цзян Чэне по всей округе. Заклинатели Юньмэн Цзян всегда покровительствовали жителям территорий ордена, участвовали в жизни простых людей, поддерживали их в трудное время. Поэтому большинство юньмэнцев восприняли беду правящей семьи как свою и присоединились к поискам.       Но даже к моменту, когда небо начало светлеть, не удалось найти и следа молодого господина. ***       Цзян Фэнмянь узнал о пропаже сына только утром перед самым советом кланов, находясь в Облачных Глубинах. В тот момент он беседовал с главой правящей семьи ордена Гусу Лань — Лань Цижэнем. Совет ещё не начался, поэтому почти все представители заклинательских орденов тоже проводили время за разговорами на отвлечённые светские темы. — Глава, беда!       В зал ворвался посланник в пурпурных одеждах, наверняка наруша парочку-другую правил, но никто и не подумал упрекнуть его за это. Явившийся адепт отдал своему главе конверт, запечатанный личной печатью хозяйки Юньмэн Цзян.       Письма, написанные на специальной промасленной бумаге, обычно несли сообщения чрезвычайной важности. Поэтому, не утруждая себя поиском ножика, Фэнмянь поспешно вскрыл письмо и прочёл несколько коротких строчек, написанных порывистым почерком Юй Цзыюань: «Цзян Чэн пропал. Мы искали всю ночь. Возвращайся».       Пальцы сжались, комкая бумагу, но глава ордена Юньмэн Цзян быстро взял себя в руки. Лань Цижэнь вопросительно посмотрел на него. — Прошу меня простить, — и говорить, и кланяться Фэнмянь старался спокойно. — Мне нужно сейчас же возвращаться в Пристань Лотоса. — Произошло что-то серьёзное? — Мой сын пропал.       Лань Цижэнь не стал требовать более подробных объяснений. Он помнил этого мальчика, который приходился ровесником его племяннику. — Дело не терпит отлагательств, идите. Можете рассчитывать на помощь ордена Гусу Лань... — Благодарю. ***       Подлетая на мече к Пристани Лотоса, Фэнмянь увидел рыбацкие лодки, которые словно жуки-водомерки рассекали водную гладь, а также целые отряды людей, прочёсывающие берег и тропы.       Особо некому сейчас было приветствовать главу ордена. Один старейшина встретил и отвёл Цзян Фэнмяня в глубь резиденции, к супруге. Юй Цзыюань как раз закончила отдавать новые распоряжения очередной поисковой группе. Во внутреннем дворе на столике перед ней раскинулась карта юньмэнских земель, вдоль и поперёк расчерченная мазками туши и речной галькой. Госпожа Юй показывала железную стойкость и уверенность, казалась несгибаемой, но Фэнмянь сразу заметил скованность в её движениях — последствия бессонной ночи. — Ты пришёл, — слова были сухими, без каких-либо эмоций. — Как только получил письмо.       Он хотел спросить, есть ли зацепки, но не успел. Ещё один отряд вернулся с поисков. Глава надеялся услышать хорошие новости, но надежда исчезла, стоило ему увидеть лица адептов: мрачные, осунувшиеся, с пустыми взглядами. — Глава ордена, — вперёд выступил мужчина. — Нашли что-то? — Мы исследовали лес до самой старой тропы. Там следов наследника не обнаружили, — докладчик не решался поднять глаза на хозяев Пристани Лотоса. — Но прежде, чем возвращаться, мы решили проверить овраг, что в нескольких ли к югу от ордена. И... — голос дрогнул. — И обнаружили это.       Мужчина достал из складок одежд маленький свёрток, развернул его и протянул вперёд, не решив, кому первому стоит показать находку. На клочке ткани лежали лента для волос и колокольчик, отгоняющий злых духов. Тёмно-фиолетовая шёлковая полоса местами была испачкана в грязи, а вышитый на её конце рисунок лотоса — в чём-то красном... Ранее яркая — теперь посеревшая от земляной пыли — кисточка колокольчика растрепалась; шнурок, которым традиционный артефакт ордена крепился к поясу, порвался.       Во дворе стало тихо. Даже шум от кипящей повсюду суеты будто не просачивался больше за стены. Найденные вещи точно принадлежали Цзян Чэну. — Где именно вы это нашли? — спросил Цзян Фэнмянь наконец. — Ленту — на краю оврага, она зацепилась за ветку куста. А на самом дне, меж корнями деревьев был колокольчик. — Что-то ещё? — Да. Возле оврага мы обнаружили труп яогуая. — Что?! — Юй Цзыюань резко вскинула голову. — Такая сильная нечисть не могла завестись в этих местах! — Мы сами не поверили, когда увидели, но это точно яогуай. Ребёнок не мог справиться с таким чудовищем. Скорей всего, его убил могущественный заклинатель. — С Цзян Чэном кто-то был? — госпожа Юй шагнула вперёд, по Цзыдяню пробежали лиловые искры. — Когда мы спускались в овраг, наверняка, многое затоптали. Но там определенно есть следы взрослого человека. И, судя по остаткам духовной энергии, он — совершенствующийся. — В эту ночь никто из наших адептов не ходил на охоту. А соседние кланы обычно охотятся на других территориях, где больше нечисти. Что же «могущественному заклинателю» было делать в том лесу? — последнюю фразу она произнесла с раздражением. — Госпожа Юй, — осторожно продолжил адепт. — Что ещё странно, убитый яогуай не сожжён.       После умерщвления тёмного существа его труп сжигают с помощью огненных талисманов, иначе дух может не упокоиться. Это непреложное правило знают все заклинатели с юных лет.       Не сговариваясь, хозяева Пристани Лотоса посмотрели друг на друга. Картина действительно складывалась странной: чужой заклинатель, не завершивший дело с озлобленным духом, невесть откуда взявшийся яогуай и их ребёнок, оказавшийся в самом эпицентре. — Слишком много всего для случайности... — пробормотал Фэнмянь. — Мы знаем, как это можно проверить. — Цзыюань указала взглядом на фиолетовую ленту. — У нас есть кровь. — Хорошо. Я понял тебя. ***       Распахнутая дверь поддалась с тяжёлым протяжным скрипом. Это здание давно не использовали по назначению, но воздух здесь был чистым, без запаха сырости и плесени, а каменной кладки на полу совсем не коснулось время.       Юй Цзыюань осталась снаружи. Это было заветом одного из прошлых глав, Цзян Лонгвея. После создания поисковой формации Лонгвей наказал, что использовать её может только прямой наследник, который перенял бразды правления орденом. Почему для других существует запрет, уже доподлинно неизвестно, но потомки уважают волю своего предшественника.       Цзян Фэнмянь закрыл за собой дверь, и все внешние звуки исчезли, будто у входа висел талисман тишины. Глава положил ленту в углубление в самом центре напольной каменной мозаики и присел напротив. Чтобы активировать заклинание, понадобится большое количество духовных сил. Крови на ленте совсем немного, поэтому попытка будет только одна.       Фэнмянь слегка покачнулся, когда его резерв ци опустел почти на половину. Над мозаичной кладкой возник узор, сплетённый из потоков энергии главы Юньмэн Цзян. Комнату заполнил мягкий бирюзовый свет.       Конец ленты медленно темнел, словно его окунали в воду. Затем над кусочком шёлка взвилось красноватое облачко и слилось с ци. Глава ордена закрыл глаза, давая заклинанию время, чтобы отыскать духовный след Цзян Чэна.       Вдруг Фэнмянь ощутил резкий толчок в грудь. Темнота рассыпалась перед глазами на сотни маленьких огоньков, которые утягивали за собой. Мужчина словно нёсся на мече, с пугающей скоростью покидая пределы Пристани Лотоса. Но полёт закончился столь же быстро как и начался: главу резко дёрнуло вниз. Он увидел крутой изломанный край. «Овраг...»       У обрыва Фэнмянь заметил тёмный силуэт яогуая. Взгляд заметался в поисках детских лиловых одежд и нашёл: Цзян Чэн лежал неподвижно на самом дне. Глава ордена было метнулся к сыну, но понял, что забылся — заклинание не позволяло двигаться по своему усмотрению. Фэнмянь снова оглянулся по сторонам, с его положения плохо просматривалось всё поле действа. Громадная тень исчезла, а над оврагом появилось золотое свечение.       Какое-то время больше ничего не происходило. Заклинатель ждал, в полутьме пытаясь рассмотреть, в насколько тяжёлом состоянии находится Цзян Чэн. Ощутив дрожь, что исходила от формации, глава ордена выпустил ещё своей ци, дабы увидеть следующий обрывок (поисковое заклинание показывает произошедшее лишь фрагментами). Взору предстала человеческая фигура, которая спускалась в овраг. Чем ближе подходил незнакомец, тем больше энергии требовалось для поддержания картинки. Фэнмяню казалось, что он изливает ци в пустоту. — Долго я не продержусь.       Чужая мощь накатывала, давила подобно огромной толще воды, едва не лишая способности дышать. Меридианы отзывались болезненным холодом от чрезмерной потери духовных сил. Когда таинственный совершенствующийся ступил на дно и зажёг пламя, сознание Фэнмяня вернулось в своё тело.       Первое, что услышал глава, был звон, словно от разбитого стекла. Это разрушилось заклинание. Хозяин Пристани Лотоса вытер с неплотно сжатых губ каплю крови. ***       Шло время. Ощутимая в воздухе ци рассеивалась, но Фэнмянь всё не выходил из здания. Жгучая тревога подпитывала злость, и Пурпурная Паучиха уже была готова ударить Цзыдянем по плотно закрытым дверям, раскрошив их на щепки. Но в этот момент, точно услышав её мысли, на пороге показался глава.       Мужчина держал шаг, как обычно, однако бледное лицо и тёмная полоска на губах выдавали его измождённость. Юй Цзыюань мимолётно скользнула взглядом по супругу. — Что?       Цзян Фэнмянь покачал головой. — Формация прервалась. Я не знаю, где он. — Цзян Чэн? — Жив. — твёрдо ответил глава. — Тот заклинатель, кем бы он ни был, спас нашего сына от яогуая. — Это он забрал А-Чэна? — Думаю, да. — Мы должны сейчас же отправить людей поиски! Нужно быстрее их найти, чего бы нам это ни стоило! — Будто мы преследуем преступника. — Он унёс нашего сына! — если б госпожа Юй умела испепелять взглядом, её муж в сей же миг развеялся бы пеплом. — Не бросил А-Чэна в лесу, — однако, невозмутимо продолжил рассуждения Цзян Фэнмянь. — Если тот человек, предположим, бродячий заклинатель, то мог попросту не узнать в ребёнке адепта ордена Юньмэн Цзян. — И что ты предлагаешь? Ждать, когда он сам вернёт нам А-Чэна? Напоминаю тебе, что дело касается нашего сына, и я не собираюсь сидеть сложа руки. Пока Цзян Чэн не окажется дома, я не остановлюсь. И ты не смей меня останавливать, Фэнмянь! — Мы будем искать. С пострадавшим ребёнком нелегко уйти далеко. Проверим ближайшие селения.       Юй Цзыюань слегка прищурилась. — Фэнмянь, ты что-то умалчиваешь?       Глава ордена вспомнил, что на мгновение загадочные языки пламени осветили лицо незнакомца. Его обсидиановые глаза вызывали необъяснимое напряжение. Но Фэнмянь чувствовал, что эта информация должна пока остаться в тайне от супруги. — Нам нужно созвать всех адептов. Цзян Чэн жив, но ему требуется лекарь. Я отправлюсь на поиски тоже. — Нет! Думаешь, я позволю тебе лететь в таком состоянии? Сперва покажись лекарю сам. — Всё хорошо. — Цзян Фэнмянь! Ты выглядишь так, будто разом лишился всех духовных сил. Будешь только мешать.       Не желая больше ничего слушать, Юй Цзыюань отдала распоряжение привести целителя. А затем полностью взяла организацию поисков Цзян Чэна в окрестных деревнях на себя. И пусть только кто-то попробует встать у неё на пути к сыну.