Дроны убийцы-последний человек

Яркая вспышка терминала оставила за собой мертвую тишину и едкий запах горелой электроники. Всё, что осталось от устройства — это обугленный остов, из которого поднимался тонкий шлейф дыма. Оно не просто отключилось; оно сгорело от перегрузки, не выдержав напряжения, или, быть может, невидимой атаки изнутри. Комната, в которой они находились, была непримечательной. Кроме мёртвого терминала, здесь стоял обшарпанный металлический стол и два таких же потрёпанных стула. На столе валялась перегоревшая настольная лампа и стакан, полный почти уничтоженных карандашей и ручек. Внизу, под винтовой лестницей виднелась покосившаяся одноместная кровать, явно не подлежащая ремонту. Тишина была тяжёлой, наполненной осознанием. Они получили правду, но какой ценой? "Они... пытались перебросить это на другие планеты," – голос Всеволода был хриплым. – "Абсолютный Вычислитель... он не просто источник энергии. Он... распространяется. Уничтожает миры. А JCJenson хотела сбросить его куда-нибудь ещё." Узи опустила голову. Ее "лицо" было искажено яростью и невероятной горечью. N выглядел поникшим, словно на него свалился весь груз корпоративного цинизма. V стояла неподвижно, её оптика казалась чуть более тусклой. "Мы... мы знали, что это не просто так," – тихо сказала Узи, обращаясь скорее к себе, чем к ним. – "Корпорация никогда не заботилась о нас. Но чтобы вот так... использовать целые миры как буфер..." "Так значит, Абсолютный Вычислитель... это не просто программа?" – спросил N, его голос был полон замешательства. – "Он живой? Аномалия?" "Или что-то, что они так назвали, потому что не могли понять и контролировать," – ответил Всеволод. Он провел рукой по шлему. – "Они назвали его 'угрозой экзистенциального риска'. То есть, он может уничтожить всё. И они пытались его перенаправить. От нас подальше." Это было не просто предательство; это было космическое, невообразимое зло. Осознание масштабов проблемы давило, заставляя воздух казаться тяжелым. Они получили ответы, но эти ответы породили лишь новые, более страшные вопросы. Всеволод опустил взгляд на свои руки, затем на пустые баллоны со скафандра. "Мои запасы... они не вечны. Мне нужно проверить, сколько осталось." Он пошел в своё "захолустье", чтобы проверить свои запасы – пару сублимированных пайков, полупустой баллон с водой, несколько запасных фильтров для скафандра. Холод пронизывал его до костей, даже сквозь термоодеяло. "Этого... не хватит надолго," – пробормотал он себе под нос. Несколько дней, может быть, неделя, если сильно экономить. Он был в тупике. В этот момент, словно услышав его мысли, N, V и Узи медленно приблизились. N опустился рядом, его оптика смотрела с непривычной серьёзностью. "У нас... есть место," – начал N, его голос был мягким. – "Бункер. Он... защищён. Там есть другие выжившие Дроны-Рабочие. Он старый, но... безопасный. И там тепло. И... есть припасы. Долгосрочные." Узи кивнула, её взгляд был менее враждебным, чем обычно. "Тебе понадобится защита. И не только от наших видов. А бункер... он держится." V просто молча смотрела на Всеволода, словно изучая его реакцию, но в ее глазах-сенсорах не было привычной агрессии, только выжидательное любопытство. Предложение было ошеломляющим. Жить среди дронов. Среди Рабочих Дронов. Тех, кого его корпорация уничтожила, а Дроны-Демонтажники пожирали. Это было безумие. Но... холод. Голод. Одиночество. У него не было выбора. Всеволод посмотрел на N, затем на Узи, потом на мрачноватую V. Ему не нравилась эта идея. Совершенно. Но что он мог сделать? Он был последним человеком на мертвой планете. "Хорошо," – выдохнул он, чувствуя, как часть его сопротивления рушится. – "Я... приму ваше предложение. Но я должен понимать... Как... Как к человеку отнесутся?" Он поднял взгляд на Узи, которая была одним из них, но также... другая. N, казалось, даже улыбнулся. "Они... поймут. Мы объясним. Ты... важный." Всеволод согласился пойти в бункер выживших Рабочих Дронов.