Пылающая ненависть

1996 год. Шестой курс. Хогвартс. С осени Драко изменился. Он стал тише, злее, измождённым. Исчезал по ночам, пропускал занятия, не отвечал на её записки. А когда они сталкивались — глаза его были чужими. Кейт не сразу поняла, в чём дело. Но чувствовала — его жрут изнутри страх и ответственность. И однажды он пришёл к ней сам. В Выручай-комнату, где воздух помнил их дыхание. — Мне нужно, чтобы ты помогла, — сказал он. — И если ты скажешь кому-то хоть слово, я исчезну. Она не задавала лишних вопросов. Не потому, что не хотела. А потому, что любила. Без страха. Без здравого смысла. Исчезательный шкаф. Заклинания. Сломанная магия. — Это путь в замок, — сказал он однажды ночью, задыхаясь. — Через него войдут Пожиратели. Она вздрогнула: — Это безумие. Ты… Ты не должен делать этого. Он опустил глаза: — У меня нет выбора. Угрожают семье. Маме. Она молчала, потом медленно положила руку на его грудь. — Я не уйду. Что бы ты ни задумал — я с тобой. Он целовал её в истерике. Жадно, отчаянно. Срывая с неё одежду, будто хотел запомнить её на всю жизнь, будто знал — за этим будет конец. Они занимались любовью прямо на полу Выручай-комнаты, на старом ковре, среди полок с запылёнными книгами и разобранным шкафом. Он шептал ей имя, как молитву. Она шептала в ответ: — Мы пройдём через это. Вместе. Он показал ей метку. Ту самую. Чёрная, живая, шевелящаяся на его запястье. Она не вскрикнула. Просто дотронулась губами до метки и замерла: — Даже если все отвернутся… Я нет. Он не плакал. Но она чувствовала, как внутри него рвётся что-то живое. С каждым днём он становился злее, ожесточённее. Угрожал, колдовал, крушил. Но каждую ночь приходил к ней. Цеплялся, как за последнюю опору. Искал утешение в теле, которое было мягким, горячим и любящим. Они пили друг друга до капли. Он знал — Кейт рискует всем. Её имя, её друзья, её брат… Но она выбрала его. И не отступила. А однажды он прошептал: — Если я не вернусь… Убей меня раньше, чем он доберётся до меня. — Ты вернёшься. Или я приду за тобой. И он поверил.