МАРГО

Поздний вечер. Дом Вики. На доске над письменным столом теперь четыре имени: Лена — Пономарёв — Зельман — Раковы Подписано: «Кто для кого обман, кто для кого страховка» Вика берёт телефон, пишет Марго: «Пора копнуть по-настоящему. Завтра Пономарёв встречается с замминистра культуры. Лена будет там — под видом “сопровождающей лицо галереи”. Если она нужна ему как ширма — мы можем это использовать.» Марго отвечает быстро: «Если он её боится — она знает что-то. Я вытащу. Но только если поверит, что я хочу в их круг.» Вика смотрит на схему. Подписывает красной пастой внизу: «Все дороги — к Лене. Все ключи — у неё.» *** Москва. Ночь. Квартира Вики. Лампа в углу отбрасывает мягкий тёплый свет. Вика сидит с ноутбуком на коленях, на экране — цепочка финансовых связей. В графах мелькают знакомые фамилии: Раковы, Турова, Пономарёв… И новая — Артём Зубов. Она замирает, щёлкает по документу. Имя всплывает в переписке между Леной и неким анонимным адресатом. Лена: «С Зубовым всё согласовано. Вертушка и юрист — на его стороне. Главное, чтобы Инга не вынырнула раньше времени». Вика: — Ну здравствуй, хозяйка бала… Её пальцы бегут по клавиатуре — архивы, старые бизнес-связи, пробитые контакты. Следующее утро. Кафе в центре. Вика встречается с женщиной лет сорока, строгой, в пальто Max Mara. Это — Ирина, бывшая коллега Лены по пиар-агентству. Ирина (на пониженных тонах): — Она всегда была злопамятной. Очень красивой, очень умной. Но с тем, кто ее обидел — она не забывала. Вика: — Кто был последний? Ирина: — Антон. Молодой бизнесмен. Вертелся в галерейных кругах. Всё у них было — и секс, и партнёрство, и выставки. Но потом… он ушёл. Вика: — К Инге? Ирина: (кивает) — Его последняя выставка финансировалась её фондом. Через пару месяцев — фотки с яхты, кольцо, ужин с дочкой Инги. А Лена — вышла из игры. Тихо. Но я знала, что просто так она не уйдёт. Вика: — Почему Зубов? Ирина: — Он когда-то занимался нелегальными сделками с произведениями искусства. Был на грани банкротства. Лена его вытянула. Связала по рукам. Теперь он ей должен. Квартира Лены. Глубокая ночь. На полу — разбросанная одежда, постель сбита, в комнате пахнет телом и духами. Всё насыщено движением и звуками. На кровати — Марго и Лена. Тела сливаются и расходятся, дыхание неровное. Всё быстро, хищно, как борьба — без нежности, но с огнём. Лена — на коленях, опирается на локти, волосы сбились, спина дрожит. Она издаёт глухой стон, не сдерживается. Марго, крепко удерживая её за бёдра, шепчет в спину: — Ты контролируешь всё, Лена? Сейчас — тоже? Лена хочет что-то сказать, но не успевает — дыхание сбивается, она близко, почти на грани… И вдруг — звонок в дверь. Один, чёткий, как выстрел. Они обе замирают. Тишина после этого звона звучит как насмешка. Лена (не оборачиваясь, голос хриплый): — Не сейчас… Звонок повторяется. Она вскакивает, натягивает халат, идёт в прихожую босиком, злая, возбуждённая и раздражённая. Марго, не спеша, тихо соскальзывает с кровати. Подходит к двери спальни, не открывая её. Стоит за углом, держит дыхание. Слышит шаги. Голоса. Голос мужской, низкий, знакомый: Пономарёв. — Это не может ждать. Всё с Ингой — решено. Надо ехать. Утро — максимум. Потом всё покатится к чёрту. Лена (шёпотом): — Где она? Пономарёв: — Не здесь. И не важно. Главное — бумаги у меня. Завтра подписывает доверенность. А ты — едешь со мной. Нам надо быть на месте, когда всё рухнет. Лена: — Я не могу сейчас. Пономарёв (жёстко): — Ты можешь. У тебя нет выбора. Марго, стоя за дверью, не двигается. Сердце бьётся медленно, но сильно. Пазлы начинают складываться. *** Квартира Лены. После ухода Пономарёва. Лена быстро возвращается в спальню. Взгляд — острый, отрезвевший, уже не горящий, а собранный. Она бросает на Марго халат: Лена (глухо): — Одевайся. Всё закончилось. Уходи. Марго (ровно, но сдержанно): — У тебя всегда так? Сначала жарко, потом холодно? Лена: — У меня — всегда по делу. А ты — просто эпизод. Я думала, ты умнее. Марго: — Я умнее. И я всё поняла. (пауза) — Спасибо за шоу. Она выходит, не оглядываясь. Снаружи — ночь. Такси, мокрый асфальт. Она пишет Вике. «Всё ясно. Её раскрутили. Инга жива. Но у нас мало времени.»