Выживи в роли семейного злодея [TCF x ROXANNA]

«Когда ты заберёшь эту суку отсюда?»   Белая Звезда уже кричала в коммуникатор. Раон передал устройство, связывающее их с Редисом.   Сильвия не собиралась сотрудничать с Редисом. Конечно, она же главная героиня. Не станет она сдаваться так легко, как Чхве Хан и остальные подчинились Кэйлу. Это похищение дало им время и посеяло подозрения в сторону Ланте и Фонтейн.   «Она психопатка! Все женщины такие? От неё воняет! Трещит без умолку! Ноет без остановки! И, самое ужасное, она толстая!» «Указывать на это — всё равно что подставлять шею под нож, глупый Редиска.»  Что ж, после таких слов он вполне заслуживает страданий.   — Желаю удачи.   — Ты конченый ублюдок! — голос Редиса оборвался с визгом.   Если Редис влюбится в главную героиню, это будет сюрприз. Ахилл усмехнулся, надеясь на такой исход. «Представь, как он помешается на девушке, а потом его бросят.»  Но счастливые мысли прервала Роксана. Сестра вошла в комнату с чаем и печеньем. Ахилл взял угощение и вопросительно посмотрел на неё.   — Тебе интересно, зачем я это сделал?   «Деон тоже привёл Кассиса. Ты хочешь развязать войну с Пендаллийцами? Лазук Кастор в коме — тоже твоих рук дело. Даже Ноэль Вертиум ведёт себя подозрительно, но никто не догадывается, что он действует по твоей указке.» Ахилл улыбнулся. Перед тем как вернуть Ноэля клану Вертиумов, он дал ему лишь один приказ: устранять тех, кто представляет угрозу. И что же? Ноэль опутал Лузака золотыми нитями, контролируя каждый его шаг, и уничтожил Касторов. Теперь он — идеальный, но безжалостный кукловод.   «Я не понимаю твоих мотивов.» Мало того, что «Белый редис» холодной войны с королевской семьёй устроил настоящий переполох. Ланте в ярости. «Редис» собрал на них компромат и вынудил Ланте отказаться от влияния в преступном мире.   «Тебе нужно лишь одно, сестра — завоевать доверие Кассиса.»   Кассиса вызвали, чтобы он передал военные сигналы Пендаллийцам. Люди с гипертрофированным чувством справедливости часто сами себе враги. Поэтому Ахилл следил, чтобы его праведность не запятналась жестокостью. Чем больше он спасал, тем беспощаднее становился к врагам.   Чем больше ему доверяли, тем меньше он доверял в ответ.   В этом мире эквивалентный обмен — закон. Закон, оправдывающий любые поступки и связывающий его со злом.   — Убери свою мать с моего пути, Роксана . — холодно сказал Ахилл. — Если она встанет у меня на дороге, я не знаю, что с ней сделаю.  ...   ***Грохот!***   Ланте швырнул бутылку вина в стену. Он не только потерял часть преступной империи — все его планы по контролю над семьями рухнули.   Фонтейн сеял хаос в войсках, а в их рядах царила неразбериха.   — Этот неблагодарный щенок метит на мой трон.   Он рассмеялся. В этот момент в комнату вошёл Ахилл с новой бутылкой вина.   — Отец? Ланте уставился на сына. Этот мальчишка убил его жену, восстановил баланс в доме… Хотя Ланте плевать на баланс. Но факт оставался фактом: Ахилл контролировал уже половину семьи, используя братьев и сестёр как пешки.   — Ахилл.   Ланте засмеялся, подошёл и грубо схватил сына за волосы. Наклонил его голову, вдохнул сладкий аромат яблока.   — Что случилось, отец? Ланте вынул трубку изо рта, провёл носом по шее Ахилла. Затем разинул рот и впился зубами в затылок. Пепел с трубки осыпался на плечо сына. Должно было быть больно, но Ахилл даже не дрогнул.   Словно он не чувствовал боли вообще.   Ланте слизал кровь с раны и посадил Ахилла на письменный стол. Сам опустился в кресло и произнёс:   — Нет героя без злодея, Ахилл. ...   «Гребаный ублюдок.»  Ахилл улыбнулся и закатал рукава, обнажив белую кожу. Ланте равнодушно окинул его взглядом, затем усадил к себе на колени и провёл пальцами по телу.   — Думаешь, я ничего не замечаю? — шёпот Ланте прозвучал опасно близко.   Ахилл не шелохнулся. Со лба скатилась капля холодного пота.   — Ты разрушил мои планы и укрепил свои. Чего ты хочешь, Ахилл? Ты ненавидишь Агриче, но работаешь на их благо. Не дурак ли ты сам?   — Я по-прежнему презираю Агриче, своего отца. — Ахилл приподнялся, оседлав отцовские колени. Рука Ланте впилась в его плоть, но он лишь улыбнулся, будто не совершал ничего дурного.   — Ты сам сказал, папочка, — он обхватил шею Ланте ладонями, — что я могу контролировать всё своими маленькими ручками.   Ланте замер, затем рассмеялся. Ахилл притянул его лицо ближе:   — Неважно, кому это выгодно — Агриче или другой семье. Для меня это не имеет значения…   В конце концов…   — Когда я возьму всё под контроль… ты будешь ползать у моих ног, папочка.   Лицо Ланте на мгновение исказилось, но тут же расплылось в широкой ухмылке. В его взгляде читались жажда власти и желание сломать сына, пока тот не сломал его.   — Ахилл.   Ланте дёрнул его за волосы, прижал к себе, лизнул мочку уха. Ахилл сдавленно ахнул.   — Я предпочитаю настоящего злодея фальшивому герою, — прошептал Ланте. — Злодея запоминают.  Его смех заставил Ахилла вздрогнуть.   — Ты такой же, как я, Ахилл. Голос Ланте эхом отдавался в голове, напоминая о той реальности, которую Ахилл — бывший Ким Рок су — пытался забыть: — Ты обманываешь себя, думая, что прав, хотя на самом деле ошибаешься.  — Ты противоречив, Ахилл. И поэтому интересен.  — А-аргх… Ахилл задрожал, когда Ланте снова впился зубами в его шею. Затем отец отстранился и впился в его губы отвратительным поцелуем. В отличие от целомудренно-жадных ласк Деона, поцелуй Ланте был властным, утверждающим господство.   Вскоре в зал вошли Деон и Фонтейн. Роксана шла позади, сопровождаемая Джереми и остальными двадцатью пятью детьми Ланте.   Все уставились на них, но Ланте было плевать. Он засунул руку в штаны Ахилла, игриво коснувшись того самого места. Поцелуй прервался, Ахилл покраснел.   — Налей мне вина. Ахилл подал бокал и осторожно поднёс его к губам отца. Отвратительное зрелище, но Ланте было всё равно.   Он отпил, затем окинул присутствующих тяжёлым взглядом. Ахилл старался не усугублять его ярость. Он ахнул, когда Ланте резко поднял палец, как раз когда Фонтейн собрался заговорить.   Деон заставил его замолчать первым. Ланте ухмыльнулся.   Ахилл поднёс огонь к трубке отца. Тот уверенно затянулся и произнёс:   — Баланс между семьями скоро рухнет.   Ахилл вздрогнул. Ланте протянул ему табак, затем достал фотографию: человек в маске и двое в плащах. Снимок упал к ногам детей.   — Этот ублюдок слишком долго водил нас за нос. Роксана и Деон, знавшие, кто это, сохранили каменные лица.   — Тот, кто доставит его мне, получит награду.   — Награду?   Ланте усмехнулся, введя в Ахилла ещё два пальца. Ему нравилась эта пытка.   — Ахилл, что-то не так?   — А я могу получить награду? — Ахилл притворился непонимающим, облокотившись на Ланте. В руке он по-прежнему держал бокал и табак, когда отец положил ладонь ему на грудь.   — В последнее время ты хорошо поработал. Пусть теперь братья и сёстры проявят себя. — Но если я чего-то хочу? — фальшиво-робко спросил Ахилл.   Ланте чмокнул его в лоб, как любящий родитель. Ведя себя так, будто его пальцы не заняты делом.   — Тогда постарайся привести этого человека ко мне. Он ухмыльнулся, переведя взгляд на Деона. Тот встретил его глаза и кивнул.   ...   Ахиллу пришлось терпеть удовольствия Ланте несколько часов. Вернувшись в комнату, он чувствовал, как спина липнет от смеси вина и других жидкостей, а всё тело дрожит от переизбытка ощущений.   Он поднял глаза, улыбнулся и протянул руку к Деону, который с тревогой смотрел на него.   Деон рухнул на колени и обнял его.   «Какая ирония.» Безумец, готовый на всё ради контроля, скулил, как пёс, от одного прикосновения.   — Тебе нужно стать сильнее, Деон.   Ахилл улыбнулся, глядя на своё отражение в зеркале.   Красно-карие глаза с узкими зрачками сузились ещё больше. Впервые за долгое время он не смог скрыть отвращение и гнев.   — Стань достаточно сильным, чтобы спасти меня, Деон.  За очаровательной маской скрывалась леденящая душу правда — сердце психопата.   Ахилл сжал губы, подавляя злорадную улыбку.   «Деон…»  «Мой милый, глупый пёс…»  За смехом психопата стояла мёртвая тишина — там, где должна была быть совесть.   Ахилл крепче сжал его шею.   «Обещания психопата пусты, как и его душа.»  «Твоя сломленная личность станет моим оружием.» — Обними меня, Деон.  — Обними так крепко, чтобы разрушить это место ради меня. — Это будет твоей наградой.  «Наградой, предназначенной только для тебя.»