Лучший жанр кинематографа по Вашему мнению

И Бастер ждал. Минуты превращались в часы, часы в дни, а дни в недели. На всех неловко написанных сообщениях с переживаниями насчет беглеца стояла одна-единственная галочка, угнетая парня еще больше с каждым разом, как тот решит заглянуть в мессенджер с неугасающей надеждой даже не на ответ – просто на то, что сообщение будет хотя-бы прочитано. Но нет. Тишина. Единственными сообщениями Бастеру были лишь уже давно привычные бомберы. Очень смешно, Эмз, а может, Биби с Вороном, или еще кто-нибудь. Если бы не школа, так бы он и пролежал на своем диване, глядя в потолок, представляя, как лежит здесь с Фэнгом хотя-бы чисто по-дружески, например, рассказывая друг-другу о странных силуэтах, которые им виднелись после длительных гляделок с каким-либо источником яркого света. Но, к сожалению или счастью, храм знаний требовал ежедневного присутствия. Только вот Фэнга там тоже не оказалось ни разу за прошедшие две недели. Даже здесь рыжему не было ни капли покоя, все напоминало об азиате, будто специально – вон там у парня какие-то модные желтые кроссовки, а на таблице Менделеева в глаза каждый раз бросался кобальт. Парень не вслушивался в чужие разговоры, но его уши каждый раз ловили лишь одно слово, которое уже начало вызывать в его сердце не влюбленный трепет, а практически микроинсульт. И ладно, черт со всем этим. Остается один-единственный вопрос, над которым кипятились мозги уже который день – куда, едрить его за ногу, подевался Фэнг? Если бы тот решил начать избегать своего любимого ботаника, то это точно не перешло бы до двухнедельных прогулов школы. Пусть он и очень богатый, точнее, его мать, что позволяет запросто подкупать учителей, в школе он тусовался ежедневно, даже в выходные, когда на школьной баскетбольной площадке собиралась играть его команда (Бастер прекрасно знает распорядок дня азиата и ему можно спокойно верить на слово, когда о нем заходит речь...), поэтому дело уж точно в чем-то другом, причем в таком, что ладно Бастер – другие тоже понятия не имели, куда тот вдруг решил испариться. – Эй, заучка-хуючка, дай-ка мобилку, позвонить надо. Что-ж, видимо, спокойно пожить не удастся и сегодня. С исчезновением азиата жизнь стала в разы сложнее не только из-за сердечных влюбленных терзаний британца, так еще и из-за того, что школьные крутышки будто с цепи сорвались. Их пакости за эти две недели нельзя пересчитать даже всеми двадцатью пальцами – за эти дни парень повидал и орду хуев в своей тетрадке по биологии, и испытал все прелести попыток смыть сырое яйцо с волос, приправленное блестками и перечными специями, так еще и вдобавок ко всему этому ужасу буквально вчера у него на спине, прямо в коридоре во время шествия на обеденный перерыв, перманентным маркером был подозрительно быстро и ровно нарисован нифиговых таких размеров свастон, из-за чего пришлось попрощаться со своей жилеткой и надеть новую. Слава Богу, на такие случаи у него надежно припрятана еще одна. В каком же месте? А вот фигушки, он Вам не скажет. – И кому же? Попытка бегства не удалась, и Бастер был оперативно зажат в угол чуть ли не всей Эмзовской шайкой, из-за чего пути к отступлению попросту не было. Оставалось только разговаривать, только вот сегодня у рыжего совершенно не было для этого настроения. – Мамке твоей! Спросить, во сколько мне приезжать на этот раз. Ха, я чертовски хороша! Пускай шутка была и не очень уместна, потому что Джеки была немножечко девушкой, это не помешало толпе захохотать и задорно присвистнуть, одобряя "крутую" смехуятину. Ха, ха, ха. Смешно. Зеленоглазый слышал эту и подобную шутку столько раз, что она уже перестала задевать хоть как-то и просто раздражала. – Если и шутить, то не заезженными фразами, Джеки Чан. Ответ базой на базу мадам точно не понравилась, что было прекрасно видно по ее лицу, в миг ставшим настолько раздраженным, что аж холодок по телу прошелся, хотя в школе было довольно тепло. Обстановка вмиг стала такой угнетающе-давящей, что ботаник аж поежился и вжался в стенку еще больше. Не надо было этого говорить, не надо было! Ай, дебил!... – Ты че, попутал? – Смелый слишком стал, щенок? – Ох, зря ты это сказал. – #КомуТоПизда. Тени всей компании заслонили собой свет от лампочек, что освещали коридор, и из-за этого стало еще более жутко. Нервно взглотнув, юноша мечется взглядом по каждому, ища хоть какую-то щелочку, в которую он сможет протиснуться. Но, к сожалению, не находит. – Пойдемте надерем этому-! Джеки не успевает, точнее теряет способность договорить, когда чужая рука вылезла из толпы и со шлепком зажала ей рот на достаточное количество времени, чтобы та замолкла и отошла, пожелав посмотреть на этого бессмертного безмозглыша, который осмелился так поступить. И вдруг замолкла по собственному желанию. – Что-ж, впечатляюще! Веселитесь, и без меня? О. Ебаный. БОГ. Если бы на парне прямо сейчас не было очков, то он не смог бы поверить в то, что видит перед собой. Сердце замерло и чувствовалось это так, словно кто-то безжалостно сжал и скомкал его, словно какую-то бумажку. Ох. Охохох. Блять. Руки мгновенно вспотели, а ноги задрожали, как у какой-то влюбленной девчонки, и если бы не, сука, Фэнг, ФЭНГ!!! Фэнг, который наконец соизволил напомнить о своем существовании, то насчет этого бы точно кто-то да пошутил, причем очень не смешно, как обычно. – Я только пришел, а ты уже дрожишь со страха? Сладкий и такой желанный голос ласкал уши, и рыжий был готов расплавиться прямо сейчас, чувствуя, как становится как-то слишком жарко – парень, ловко пролизнувший мимо толпы, оказался прямо перед ним. Он, кстати, был выше, благодаря чему мог наслаждаться тем, как ботаник смотрит на него снизу вверх. – Соскучился по мне? Интонация была наглой, с издевкой, но на лице читалась неописуемая радость от встречи. Бастер сейчас взорвется. Прямо сейчас. И его мокрые останки облеплят Фэнга, а потом... А потом они срастутся в единое цел– Это че еще за хуйня, рыжая морда? Британец неловко улыбнулся и отвел взгляд, стараясь придумать хоть какой-то нормальный ответ, что давалось с огромнейшим трудом, ведь в голове крутилось только обожемойфэнготтрахайменявовсещелипрямщас. – Не особо. ДА!!!!!!!!! ДА, ЧЕРТ ВОЗЬМИ!!! Бастер так соскучился, что каждый день видел сны с баскетболистом, каждую минуту ловил себя на том, что думает про него, и сейчас был готов завилять хвостиком и наброситься на парня, далее начав облизывать его невероятно красивое лицо. Кажется, это уже переходит во что-то не очень здоровое...? – Оой, какая жалость. Ну ничего, сегодня, в честь моего возвращения, я оставлю тебя в покое. Но только при условии, что ты придешь ко мне на тусу и выпьешь бутылку водки залпом. Толпа тихо захихикала, ожидая неловкие отговорки, но только вот британец заткнул их одной фразой, которая вырвалась изо рта сама по себе. Как же он себя ненавидит. – Да легко. На лице баскетболиста на мгновение появилось удивление, пускай тот и с самого начала надеялся на такой ответ, но оно быстро сменилось озорным огоньком в голубых глазах. – Ну вот и договорились. И вы все тоже приглашены! Встретимся у меня через часика три-четыре, с каждого по бутылочке, а лучше по две. Буду ждать тебя, Бастер. Последний кусок фразы был сказан достаточно тихо, чтобы его услышал только тот, кому она была сказана. И лучше бы он сейчас оглох, потому что от услышанного его уши и лицо вспыхнули красным, а в голове появился еще больший поток не очень адекватных мыслей. Ему конец. А может, и нет... Только вот адрес Фэнга он не знает, и из-за этого ему придется написать тому, кому боялся больше всего, ведь того и след простыл, как и всей стайки шакалов. Пока британец собрался с силами, чтобы наконец сойти с места и перестать вжиматься в бедную стену, в сердце появилось некое подозрительное и не поддающееся большему описанию чувство, которое не давало покоя вместе с переживаниями о том, что причина исчезновения азиата так и не была оглашена. Ну, зато теперь у него появится шанс расспросить обо всем лично, и потеряшка теперь никуда не сбежит...