Игра – Точка Исчезновения.

Сообщение пришло быстро, Ису не успел "отмыться" от крови. «Устал? Пока не время расслабляться. Следующее задание. Задуши-ка какое-то животное и отправь фото ;)» Ису уставился в экран. Он перечитал. Потом ещё раз. Смайлик на конце — насмешливый, липкий. Он ощущался как плевок. Как подзатыльник, оставленный на затылке детства. Задуши животное. Он не мог сразу осознать это. Даже не испугался. Просто... не поверил. В груди росла злость — не громкая, а холодная, вязкая, как осадок на дне чашки. Он бросил телефон на подушку и сел, прижав ладони к лицу. Воздух казался слишком густым, как в сыром подвале. Зачем? Почему ты это делаешь? Кто ты вообще? Он почти набрал: "Отвали от меня." Но экран мигнул снова. «Будь хорошим мальчиком. Выполняй, а в конце игры тебя ждёт свобода.» Сердце пропустило удар. Свобода. Как будто они знали, чего он хотел больше всего. Чтобы всё прекратилось. Чтобы исчезла эта удушающая рутина, пустота, в которой он жил. Чтобы не нужно было делать вид, что всё хорошо. Свобода за боль. Выход за жестокость. Он не ответил. Просто лёг на спину и уставился в потолок. В ту ночь он не спал. Он прокручивал в голове одно и то же: «Это всего лишь крыса. Или мышь. Или птица. Не человек. Это просто... акт. Техническое выполнение.» Он чувствовал отвращение к себе за эти мысли. На следующее утро он пошёл в зоомагазин. Он брал мелкого, серого мышонка — глаза как бусины, мягкое тело дрожит в ладони. Продавец ничего не заподозрил. Кто бы мог? Дома он открыл коробку. Мышь стояла на задних лапках, обнюхивая воздух, не зная, что находится в последнем отсеке своей жизни. Ису закрыл коробку. Уселся рядом. Смотрел на неё сквозь щель. Час. Два. Каждый раз, когда он поднимал руку, чтобы сделать это — тело отказывалось. Руки дрожали. Он шептал: «Прости. Прости. Прости.» В какой-то момент это случилось. Неосознанно. Механически. Быстро. Он задушил мышь, как будто был не собой. Как будто кто-то другой держал руки. Кто-то, кто уже выжил из человека всё. После он плакал. Молча. Рот был зажат, как будто он боялся, что из него вырвется что-то грязное, постыдное. Громкий, живой крик. Он сделал фото. Не мог смотреть на него. Просто отправил. Ответ пришёл мгновенно: «Хороший мальчик ;)» Он зажал рот рукой, сдерживая тошноту. Вечером он лежал на кровати. Тело было пустым. Камера — на столе. Экран ноутбука — с редактором. Фото мыши, изменённое в чёрно-белое. Как будто это был не убийственный акт, а художественная композиция. Это не спасало. Только добавляло мерзости. Сообщение пришло поздно. Слишком мягкое по тону — и оттого особенно ужасающее. «Знаю, что ты устал. Пора расслабиться ;) Нарисуй метку на руке и иди в клуб в 12 часов ночи. Найди людей с такой же меткой и сфотографируйся с ними. Фото отправь мне — затем получишь следующее задание.» К сообщению было прикреплено фото метки — тот же чёрный полумесяц с точкой. И адрес клуба. Он знал это место — один из андеграундных клубов, где тусовались странные, но не опасные люди. До этого момента. Он сел за стол. Взял чёрный маркер. Тонкий. Как для эскизов. Нарисовал метку на левом запястье. Аккуратно. Чисто. Почти как татуировка. Смотрел на неё долго. Это был знак. Граница. С этого момента он не наблюдатель. Он часть этого. Он выключил свет. Взял камеру. И вышел в ночь.