Часть 1
29 мая 2025 г., 19:29
Есть у воронов такая особенность — они всегда находятся возле своего хозяина, словно тень, неотступно следующая за светом. Их чёрные, как сама ночь, крылья, блестят под лучами солнца, словно осколки обсидиана, хранящие в себе тайны. В их взгляде — мудрость, накопленная поколениями, и преданность, не знающая границ.
Да какая, нахрен, мудрость??? Принц хочет прибить эту крылатую тварь! Этот гадёныш появился у него, когда ему было двадцать лет. Как сказал тогда его отец — если твой фамильяр ворон, то в силе тебе не будет равных. Только вот силу Тэхён так и не получил, а ворон, сука, как на зло ему гадит.
Сегодня утром, например, эта пернатая зараза умудрилась спрятать корону. И это перед самым важным советом! Нет, он конечно может пойти и без короны, но как-то не красиво получится. Кое-как омега собирает свои волосы, потому что Чонгук не впускает в его покои слуг, чтобы те заплели его белые длинные локоны. Ладно, одеться он и сам может, но волосы — это сущее зло. А этот мерзавец сидит на люстре и каркающе хохочет, смотря своими чёрными глазами на потуги принца заплести косы.
А вчера он подменил вино на уксус в кувшине, предназначенном для приёма послов из соседнего королевства. Едва не разразилась война, и отцу Тэхёна пришлось извиняться и срочно доставать лучшие запасы из погреба. Ворон же, как ни в чём не бывало, чистил пёрышки, делая вид, что не имеет к этому никакого отношения.
И так каждый день. То перо в суп подкинет, то королевскую печать унесёт и спрячет в самом неожиданном месте. Ким уже всерьёз задумывается о том, чтобы сдать Чонгука в живой уголок, но отец говорит, что фамильяр — это судьба. И даже самый вредный ворон — это всё равно часть тебя. Но иногда, глядя на наглую морду этой птицы, Тэхён готов поспорить с отцом. Очень громко.
Вот, например, у короля — отца омеги, фамильяр огромный бенгальский тигр и его власть распостраняется на всё королевство. Когда огромные мощные лапы проходят по коридорам дворца, все начинают прятаться, лишь бы только этот кошак не трогал их. Но даже самый большой кот может стать котёнком. Когда Амур появился у его отца в двадцатилетнем возрасте, король, тогда ещё принц, сказал, что его фамильяр будет защищать его сына. А когда появился Тэхён, Амур не отходил от маленького омеги ни на шаг. Даже в образе человека он всегда был на его стороне. Мин Юнги, он же Амур.
— А ну-ка, иди сюда, пернатая тварь!
Тэхён пытается поймать ворона у себя в покоях, но этот гад летает под потолком и ехидно хихикает.
— Я из тебя, сука, суп сварю!
Его не волнует, что он королевских кровей. Этот комок перьев сегодня точно получит пиздюлей. Потому что этот крылатый порвал его наряд, над которым трудились самые лучшие портные, ведь отец сегодня устраивает бал. Приглашены самые почётные люди с ближайших королевств, а принцу теперь не в чем идти.
— Как только ты обретёшь тело, я задушу тебя!
— Кар!
— Докаркаешься ты! — Тэхён, сжимая зубы, втискивается в свой прошлогодний наряд для бала, который, кажется, за последний год стал на два размера меньше. — Сегодня ты не идёшь со мной, оставайся тут! — бросает он, глядя на ворона, который, как на зло, устроился на спинке кресла и смотрит на него с таким видом, будто вот-вот рассмеётся. — Наказан!
— Кар! — звучит обиженно, но ворон не улетает. Вместо этого он перелетает на стол и начинает чистить перья на своём крыле, явно демонстрируя, что ему всё равно.
Тэхён, уже почти застегнувший последнюю пуговицу, останавливается и смотрит на птицу.
— Ты что, издеваешься? — спрашивает он, приподнимая бровь. — Я тебе сказал: остаёшься! Или ты хочешь, чтобы я тебя в клетку посадил?
Ворон, не обращая внимания на угрозы, поднимает голову и смотрит на Тэхёна с таким выражением, будто говорит: «Попробуй только, я тебе всю одежду поклюю».
— Ладно, — вздыхает Принц, сдаваясь. — Но если ты хоть что-то учинишь на балу, я тебя лично зажарю и подам на ужин.
Ворон, довольный своей победой, взмахивает крыльями и устраивается на плече Тэхёна, на своем законном месте.
— Кар! — звучит уже более жизнерадостно.
— Ну, держись, — бормочет Тэхён себе под нос, направляясь к двери. — Сегодня будет долгий вечер.
И, как будто в подтверждение его слов, ворон начинает тихо накаркивать какую-то мелодию, которая звучит подозрительно похожа на марш, который обычно играют на королевских приёмах. Тэхён только качает головой, понимая, что этот вечер точно не будет скучным.
🐦⬛🐦⬛🐦⬛
Тэхён заходит в бальный зал, и все взгляды тут же обращаются к нему. Принц, как всегда, выглядит безупречно: расшитый золотом камзол подчёркивает его стройную фигуру, и хоть немного давит, Принц старается не обращать внимания на это. Его белые волосы (с горем пополам) аккуратно заплетены в косы. Чимин улыбается, смотря на сына, потом переводит взгляд на ворона на его плече и сразу напрягается. Чонгук всегда делает то, что ему вздумается, даже Тэхён не может предугадать, что сотворит это исчадие ада. Не смотря на то, что они связаны, Чон просто не видит границ. Все в королевстве опасаются ворона больше, чем тигра Короля. Кстати, о тигре. Где этот кошак мохнатый? Чимин его потерял перед балом. Тэхён, не обращая внимания на перешёптывания, направляется к отцу, чтобы выразить своё почтение. Чонгук, сидящий на плече, расправляет свои крылья и грозно оглядывает всех присутствующих, не нравится ему, что альфы смотрят на его Принца. Ох, как не нравится! — Чонгук! — шикает Тэхён, почувствовав изменения в настроении фамильяра. — Кар! — Блядь! Ворон слетает с плеча и приземляется прямо в волосы посла соседнего государства, портя всю его причёску. Не то, чтобы он собирался сильно что-то портить, он же обещал хозяину, но небольшие шалости он может себе позволить, ибо нечего пучить свои поросячьи глазёнки на его Принца! Немного потоптавшись по голове посла, Ворон взлетает, «случайно» зацепив когтем букли, оказавшиеся париком, и гостям предстаёт сияющая лысина. Тут и там слышатся едва сдерживаемые смешки, а ворон, преисполнившись важности, усаживается на плечо короля. Надо же ещё и одного хвостатого позлить. И как только он об этом думает, громкий рык эхом разносится по залу, заставив хрустальные люстры дрожать, как листья на ветру. Гости замирают, когда огромный белый тигр, шерсть которого переливается под светом факелов, шагает вперёд. Его лапы, мощные и неумолимые, оставляют на полированном полу глубокие царапины. Придворные отступают, давая дорогу грозному хищнику. Чимин, сидящий на троне, улыбается, его губы растягиваются в глуповатой ухмылке, но фамильяр не обращает на него никакого внимания. Голубые, как холодный лёд, глаза прикованы к ворону, который сидит на плече Короля, блестя чёрными, как ночное небо, перьями. — Чон Чонгук! — рык Мина подобен грому, сотрясающему землю. — Отошёл! — он движется вперёд, его тело, огромное и неумолимое, напоминает скалу. Его взгляд, острый как клинок, прожигает Ворона, словно пытается выжечь его душу. — Кар! — ехидное карканье Ворона раздаётся в ответ. Чёрные глаза сверкают вызовом, Чонгук слетает с плеча и забирается к Чимину на колени. — Кар! — повторяет он, его карканье полно насмешки. Ещё одна радость для Чонгука — выводить Юнги на эмоции. Чимин наслаждается этой игрой, его пальцы ложатся на мягкие перья ворона, нежно поглаживая. И его улыбка становится шире. Тэхён со вздохом прикрывает глаза рукой. Сейчас что-то будет! Тигр подходит к трону, разворачивается и усаживается рядом со своим королём, царственно оглядывая всех присутствующих. Чонгук каркает ещё раз. «И что, это всё?» — наклонив голову, словно бы ехидничает Ворон, но тут же оказывается смахнут хвостом с любимых колен. Тигр же при этом пару раз чихает и вообще, делает вид, что занят рассматриванием окружающих. А дальше начинается сущий пиздец. Чонгук, которого так нагло столкнули с колен Короля, не согласен с Юнги. Крылатое темное пятно пролетает мимо принца, попадая крылом тому по носику, гости, чувствуя приближающееся веселье, по-быстрому удаляются из зала, потому что то, что сейчас будет — не для лишних ушей и глаз. Слуги по приказу короля размещают гостей во дворце, пока в тронном зале идёт битва между двумя фамильярами. Юнги изгибается дугой, шипя и пытаясь освободиться от когтей Чонгука. Но тот крепко вцепился в белую шерсть, катаясь на тигре как на лошади, смешно каркая. Принц наблюдет за этой вакханалией с усмешкой. «Детский сад», — бормочет он, поправляя корону. — Отец! — встревоженно начинает было Тэхён. — Что? — хохочет Чимин. — Смотри, как им весело. Чонгук клюёт тигра в холку и отцепляет от него свои когти, почти подлетая к принцу, но не успевает. Юнги резко хватает его за крыло и откидывает в сторону. И снова начинается куча-мала из перьев, шерсти и ругательств, больше похожих на язык, который понимают только эти двое. — Кар… Кар… Кур… Курица полосатая, — вдруг говорит ворон, отмахиваясь от тигра. — Кошак облезлый! — уже более внятно. Все застывают, даже Юнги, который уже занёс лапу для удара. Заговорил! Чонгук заговорил! Ехидный оскал появляется на морде тигра, и шершавый мокрый язык проходится по ворону снизу вверх, превращая его в мокрый комок из слюней и перьев. — Слез с меня, кошара! Тьфу, блядь, какого хрена ты меня облизал? — Теперь ты похож на мокрую черную курицу, — хохочет Мин, отходя от Чонгука и скрываясь за троном, где находится потайная дверь в их с Чимином покои. — Чонгук! — визжит Тэхён, — ты заговорил! Счастью Принца нет предела, его любимый ворон, пусть и пакостник, теперь говорит. — То есть, его надо было только отмудохать? — Юнги выходит из-за трона человеком, одетый в королевский халат, прикрывая своё тело. — Так и сказали бы, может, раньше бы голос прорезался. — Слышь, кошара, я не посмотрю, что ты больше, отпизжу. — Ой боюсь-боюсь… Мокрую курицу! — зубоскалит Юнги. — Так, хватит! — обрывает препирательства Чимин. — Тэхён, забирай своего фамильяра и иди в свои покои. А ты — оденься нормально, — глядит на Юнги. — Нам ещё гостей провожать, а то подумают невесть что… Хотя, они сегодня итак увидели больше, чем нужно. Тэхён, всё ещё ошарашенный и счастливый, подхватывает Чонгука на руки, и спешит в свои покои, напевая что-то себе под нос. Чонгук, в свою очередь, осыпает принца ворчливыми, но всё же радостными комментариями, наслаждаясь вниманием и заботой. Юнги бросает взгляд на Чимина и превращаетсяся обратно в тигра. Он знает, что Чимин прав, и предстоящая церемония требует соблюдения приличий, несмотря на хаос, устроенный им и Чонгуком. Чимин, оставшись один, вздыхает. Этот день выдаётся на редкость насыщенным. Это хорошо, что фамильяр Принца заговорил, но ещё и Юнги решил продемонстрировать своё тело тем, кто не он. Остаётся надеяться, что гости не придадут слишком большого значения увиденному, и репутация королевства не пострадает. В конце концов, всё это можно списать на эксцентричность королевской семьи.🐦⬛🐦⬛🐦⬛
— Хрень блохастая! Мудак общипанный! Чонгук летает по покоям Принца и громко причитает. Бедные его крылышки, надо же было этой мохнатой заднице его лизнуть. Теперь он долго не отмоется от слюны Юнги. — Не кричи… — Нет, ты видел? Он меня лизнул! Да я ему устрою кузькину мать, гадина полосатая. Чон с раздражением пытается стряхнуть с себя слюну. Его голос дрожит от возмущения, а крылья, аккуратные и блестящие, теперь выглядят так, будто их облили клеем. — Всё так же возмущаешься! — Мин заходит в покои принца без стука. — Уйди, нечисть, нам надо поговорить с Высочеством. Тёмный взгляд направляется в сторону Юнги, глаза Гука горят яростью, словно два уголька в печи, и немного обидой. Но Мин не собирается просто так отпускать Чонгука, он ещё из него человека не сделал. Развалившись на диване, тигр усмехается: — Крендель пернатый! — Да… Я… — Заткнулись! Оба! — рявкает Тэхён, потирая виски, пытаясь унять головную боль. — Чонгук, выйди! — Но… — Я сказал — выйди! Ты чем, блядь, слушаешь? Или улети. Чон фыркает и вылетает в окно, обиженно каркнув в темноте ночи. — Тэхён? — М? Принц поднимает глаза на фамильяра отца. В тех он видит беспокойство. — У тебя что, предтечка? Я чувствую слабый запах. Тэхён переводит взгляд на ночное небо, смотря на звёзды. Мерцающие точки света так далеко, но так красиво сияют на небосводе. — Я… Не знаю, — шепчет он, слова едва слышно срываются с губ. Голос дрожит, выдавая его смятение. — Если это так, то эта будет моей первой. Мне страшно. — Тэхён… — Юнги присаживается перед принцем на корточки. — Я могу помочь. — Тэхён ошарашенно на него смотрит, его глаза смешно расширяются. — Нет, ты чем вообще думаешь, королевская кровь? — шуточно стукает его по лбу Юнги. — Я могу дать тебе отвар, он поможет. Но тебе всё равно будет нужен альфа. Альфа, который сейчас прожигает взглядом своего омегу, сидя неподалеку от окна покоев Принца. Чонгук, как только появился у Тэхёна, сразу признал его своей парой. Альфья сущность требует его себе: любить, ласкать, брать. Но есть одна проблема — Чонгук не может обратиться в человека, для этого нужен скачок. Он боится, что Тэхён найдет себе кого-нибудь, выйдет замуж, родит детей. Нет! Детей Тэхён родит только от Чонгука.🐦⬛🐦⬛🐦⬛
Утро для Тэхёна начинается не очень, он чувствует жар, который разливается по телу. Принц сжимает зубы, когда горячая волна накрывает его с головой. Его пальцы цепляются за шёлковые простыни, он извивается на постели в такт нестерпимому желанию внизу живота. «Чёрт…» — проносится в голове. Он не может думать, не может дышать — только чувствовать. Каждый нерв горит, будто по нему проводят раскалённым клинком. Тэхён выгибает спину, слыша, как его собственное дыхание превращается в хриплый стон. Тело не слушается, пальцы скользят по влажной коже бедер, Тэхён жмурится от сильной накатывающей волны возбуждения, громкий стон срывается с губ, отдаваясь эхом по стенам покоев. Он постепенно теряет контроль. Течка входит в полную силу. Из окна дует ветер, обжигая разгорячённую кожу. Ему плевать, что его кто-то услышит, как он задыхается от собственной похоти. Его рука скользит ниже, и он уже не может остановиться. Пальчики проходятся по сфинктеру, нежно его поглаживая, но не входя. Его бесит, что он вынужден справляться с первой течкой один. Юнги хоть и оставил отвар, но пить его совершенно не хочется, ему бы член, а не пойло. За дверью громко горланит и шипит Чонгук, не подпуская никого к омеге. Вороний нюх чувствует сладкий запах любимого. Как же он хочет насладиться этим прекрасным телом, но что он может сделать вороном? Ничего. Вот и приходится держать караул, сверля всех альф королевства тёмным взглядом. Тэхён, свернувшись калачиком на огромной кровати, тихонько постанывает, чувствуя отголоски возмущения ворона. Он отчаянно нуждается в альфе, в его прикосновениях, в его запахе, в облегчении. В голове появляются картинки непристойного характера: черноволосый сильный мужчина, что ласкает его, с такими же чёрными глазами, как у его ворона. Так, стоп, какой ворон? Странные мысли в горячке? Определённо — да. Вдруг дверь отворяется и в комнату проскальзывает фигура Юнги. Тот шипи себе под нос на нерадивого ворона, который, с горем пополам, его впустил. Одет Юнги в синий наряд, который так идёт к его белым волосам. Мин подходит к кровати и тихонько присаживается рядом, внимательно глядя на принца, пока тот прикрывает свое голое тело. — Тэ, как ты? — шепчет он, стараясь не потревожить омегу. — Ужасно, меня как будто в котёл засунули. — Такое бывает в первую течку, а потом, когда у тебя появится альфа, боли больше не будет, — Мин гладит Тэхёна по голове. — Ну, я пойду, выпей отвар и попробуй поспать. — Спасибо, Юнги. — Отдыхай, золото. Юнги выходит из покоев и натыкается на Чонгука, что сидит на подоконнике и смотрит в окно. — Что сидим, пернатый? — А что мне ещё делать, я не смогу ему помочь, Юн. В облике ворона я вообще боюсь к нему подойти, — грустно говорит Чонгук. — Да и не правильно это, начинать отношения с постели. — Ты когда таким правильным стал? Где тот Чонгук, который не видит границ? Хочешь помочь, так обратись в человека. Найди то самое зерно и вырасти его, Чон. Чонгук перелетает на плечо Юнги и нежно трётся клювом о белоснежные волосы, как бы сильно он не любил выводить из себя Мина, сейчас вообще не хочется его дразнить. — Как ты стал человеком? — Ну, это было не легко. Сначала была боль адская, моё тело выворачивало, как в мясорубке, мы тогда с Чимином только начали что- то чувствовать друг к другу. Помню, как он упал в обморок прямо на совете, он не ел и не пил, всё думал о королевстве, но бессонница и жар его доконали. Знаешь, я чувствовал все его эмоции, и у меня будто что-то щёлкнуло внутри. Через боль и слезы я отнёс его в покои и никому не давал к нему приближаться, ревновал даже к лекарю, хоть он и был альфой. Юнги усмехается, вспоминая те времена. Мин тогда сильно испугался за своего альфу, внутри проснулось желание защитить его, оно было настолько сильным, что трансформация произошла сама собой. — А потом? — нетерпеливо спрашивает Чонгук, забыв на мгновение о своей печали. — А потом я лёг с ним рядом, я был голый, но счастливый. Боли уже не было, только ощущение невероятной силы и крепкой связи с ним. Я тогда чуть Чимина до смерти не напугал, когда он очнулся и увидел меня таким. Он чувствует, как Чонгук на его плече напрягается, и аккуратно проводит рукой по мягким перьям. — Ты сможешь, Чонгук. У тебя тоже есть это зерно. Ты любишь Тэхёна, я вижу это. Не бойся боли, она пройдёт. А любовь останется. И если ты станешь человеком, ты сможешь быть рядом с ним, защищать его, заботиться о нём. Разве не этого ты хочешь? — Хочу… — Иди к нему, я верю в тебя. — Спасибо! Ворон слетает с плеча и залетает в открытые двери покоев принца. Мин закрывает створки, прислушивается, чему-то улыбается и отправляется на поиски своего альфы.🐦⬛🐦⬛🐦⬛
Ночь прошла..... Тэхён, если честно, плохо помнит, была ли ночь, не было, всё что осталось в памяти — невыносимое желание, жажда, жар и много, очень много смазки. Временами он с боем выпроваживал ворона из покоев и доставлял себе удовольствие сам, но, боже, как этого было мало! Ещё и этот, словно бы укоризненный, взгляд пернатого, что сидел потом нахохлившись и надувшись на спинке кресла. Недолго правда, периодически таскал с ванной мокрое полотенце своему принцу и заставлял почаще прикладываться к принесённой Юнги настойке. В покои тихой поступью проскальзывает Амур. Выразительно глядит на нервничающего ворона и кивает головой в сторону двери. Тот недолго сопротивляется, но всё же вылетает с громким и возмущённым карканьем. Амур толкает лапой дверь, плотно прикрывая её, и перевоплощается в человека, накидывая халат Тэхёна. — Вижу, наш фамильяр не смог справиться с поставленной задачей… — бурчит он себе под нос. — Ю… Юнги… Ты зачем здесь? — еле открывая глаза шепчет Тэхён. — Тише, королевская кровь, тише. Я пришёл немного помочь… — Если ты опять принес настойку, то она ни черта не помогает, — хнычет Тэ. — Давай-ка для начала немного тебя реанимируем, я приказал наполнить ванну с травами, пойдём, я помогу, — тянет Юнги руку, помогая подняться. Закончив с банными процедурами и сменив постель, Юнги снова поит принца отваром и заставляет улечься на живот. — Юнги, зачем? — пытается было возмущаться Тэхен, — ай, больно же, — обиженно, так как получает ладошкой по макушке. — Массаж тебе сделаю, с аромамаслами, мышцы расслабятся, не будет так больно. — Тогда ладно, — наконец-то укладывается Тэхен, пытаясь расслабиться, потому что руки Юнги очень нежные… В какой-то момент тот так сильно начинает проминать напряженные мышцы, что Тэхён, не сдержавшись, громко и протяжно стонет… В дверь тут же врывается разъярённый ураган в виде злого ворона, шипящего что-то на своём, вороньем, нападающего на Юнги, в попытках отогнать того от любимого принца, тут же коротко взвизгивая и падая обнаженной альфьей тушкой к его ногам. Боли, о которой говорил Мин, ее нет. — Ну во-от, — удовлетворённо тянет Юнги, с любопытством осматривая Чонгука, что ошарашенно оглядывает свои руки и ноги. — Вставай, герой-любовник, омега не ждёт, — ухмыляется Мин, глядя на не менее ошарашенного Тэхёна. — Душа моя, — слышится из-за двери голос короля, — может ты уже выйдешь и оставишь эту парочку самих разбираться, что к чему, и перестанешь наконец-то пялиться на постороннего альфу! — почти рычит Чимин, не рискуя зайти в омежью спальню в такой деликатный период. — Да ла-адно, — довольно улыбаясь, тянет Юнги, — сам Король, похоже, ревнует, — оборачиваясь тигром, мурлычет тот, направляясь к двери.
