Патент

      С этим патентом было нечто определенно странное. Хотя в бумагах все соответствовало правилам регистрации: двигатель на восемь цилиндров, опытные модели — качеством выше, чем на испытаниях у Ройса. Альфред Шепард, старый друг, увлеченный механикой и техническими новинками, никак не мог удержаться и не похвастаться перед друзьями выгодной сделкой. У Альфреда были вечно растрепанные волосы, сильно поседевшие к сорока, и выражение увлеченного мальчика на лице. Этот разговор произошел во время скоростных гонок, когда Шепард в толпе увидел знакомую женскую фигуру среди журналистов. Помахал шляпой, пытаясь привлечь внимание, и протиснулся ближе:       — Джо, — сказал Шепард, обращаясь к невысокой женщине, — это потрясающе! Восторг! Взлет!       Плакат гласил: «Первые весенние автомобильные гонки Нью-Йорка». Мужчины, одетые по современной моде 1910-х, и намного меньше дам. С дороги летела пыль и звучал рев разгоряченных двигателей. Перед глазами толпы пролетела последняя гоночная машина и остановилась около финиша. Пара машин за линией финиша остужали моторы. Чумазые гонщики самодовольно вышагивали рядом. Среди них был главный издатель пары газет и ежемесячного журнала «Техника сегодня и завтра» Дон Карлоу с треугольной рыжей бородкой и Фрэнк Гэрри, принимающий поздравления от симпатичных поклонниц — улыбчивый англо-француз, в прошлом инженер, в настоящем делец с фабриками в Нью-Йорке и Бостоне.       Джо повернула голову в сторону Альфреда Шепарда.       — Я уже рассказал Дону и Фрэнки! Осталась ты! Этот парень гениален, потрясающий двигатель на восемь цилиндров! Мы на нем можем двинуться даже в небо и того дальше… — затараторил Шепард.       — Завтра? — иронично произнесла журналистка, смотря снизу вверх на своего друга. Шепард не изменился совсем с того момента, как много лет назад делал ей предложение со словами: «Ты не самая красивая, Джо, но самая увлеченная механикой девушка. Нас ждет идеальный брак!» Предложение было отклонено со смехом. Шепард был не тот парень, который сосредоточивается на отказах и на расстройствах от неожиданных поворотов жизни.       Толпа издавала радостные возгласы и двигалась в направлении зоны награждения.       Женщина повела плечом, кивнула шляпкой:       — Альф, пара кадров, и я полностью в твоем распоряжении, — невысокая брюнетка двинулась вместе с толпой других журналистов ближе. Для журналистов не было ограничительных линий, и полицейские посматривали с долей зависти и с долей презрения на слишком эмоциональных зрителей — в любой момент могли прорваться куда не следует.       — Ты хочешь сделать пару кадров с Фрэнки на втором месте? Дон продул, хорошо, что дотянул и вскипел только на финише. Какое долгое награждение… Я спешу. Спроси подробности у наших приятелей! Я передал два экземпляра Карлоу. Напишешь обо мне статью! Джо, я выкупил партнерство у потрясающего парня! — Альфред Шепард закрыл модной шляпой свою седую голову, улыбнулся Джо и скрылся в толпе.       Награждение закончилось, и поклонницы вместе с толпой схлынули. Репортеры и того быстрее — спешили в свои издания. Весенняя скоростная гонка в пригороде Нью-Йорке. Победитель — модный художник и сын сенатора Бобби Торнтон — блондин и любимец женщин, газеты с его лицом всегда нарасхват. Уличные мальчики не успевали их продавать. Джо Руже села за столик вместе с редактором Карлоу, теперь полностью в благопристойном виде — выглаженной белоснежной рубашке, галстуке и пиджаке. Мадам Карлоу и две дочери Дона молчаливо мирились с таким увлечением. Джо Руже передала фотоаппарат редактору и поприветствовала его по-дружески, прошептав на ухо: «Не расстраивайся, в следующий раз». Дон Карлоу был недоволен собой, в отличие от Гэрри — у того глаза сверкали нескрываемым самодовольством.       — В следующий раз скину молодого плейбоя с первого места! — сказал Гэрри и занял место за столиком по правую сторону от Джо Руже.       Сын Гэрри бегал в чумазых шортах, в гоночном шлеме отца и огромных перчатках. Джо Руже посмотрела за тем, как парень был ловко пойман мадам Нуво. Общее детство Джо Руже с Альфом, Донни и Фрэнки выглядело примерно так же — перемазанный в масле Гэрри, как его сын, сосредоточенный Донни, и страстный до идей Альфред.       — Напечатаю снимки, — проговорил Дон, прикуривая сигарету, — парни напишут за тебя репортаж.       Джо Руже кивнула. Сняла шляпу и положила ее на колени.       — Меня поприветствовал Альфи, заинтриговал, и я вся внимание… — Джо Руже потерла руки друг о друга, — жду от вас подробности по его новому патенту для автомобилей «Шепард».       — Я тоже. Дон, что тебе передал Альфи? — сосредоточился Гэрри, закинув ногу на ногу и бросая последний взгляд в сторону сына и мадам Нуво.       — Только два экземпляра, — Дон Карлоу сделал знак жене, и она принесла его портфель. Расстегнул. — Выбирайте, ребята, кто первый заглянет внутрь патента.       — Замечательно, — Джо Руже выпустила дым, вскинула бровь в сторону Гэрри. — Вот и нашлось мне занятие в моем долгом трансатлантическом путешествии!       — Но… Джо… — протянул Гэрри.       — Фрэнки, ты не уступишь мне? К примеру, по праву единственной дамы среди джентльменов?       Мужчины переглянулись. Дон Карлоу открыл портфель, протянул один экземпляр Джо Руже и развернул чертеж из своего экземпляра.       — Джо, — произнес сосредоточенный Дон Карлоу, — тебе известно, что Альфи по дружбе и еще не начал рекламу…       Сэм Гэрри вырвался из рук мадам Нуво, понесся в сторону отца. Добежав, обнял того за плечи и взглянул с любопытством на чертеж проекта.       — Я это видел! — произнес мальчик утвердительно.

***

      Путешествие по океану и раньше Джо Руже не доставляло радости — размеренность и чинность публики, запертой в огромную гостиницу. А теперь, после большого происшествия, потрясшего мир… «Олимпик» был точно таким же гигантом, которому по плечу любые шторма. Но машина, придуманная человеческим разумом, даже самым гениальным, не сможет противостоять характеру и силе океана. На многие тысячелетия океан разделил континенты, а человек так молод перед ним.       По палубе бежало солнце. Надоедливый мальчик играл с солнечным зайчиком, задавая одинаковые вопросы своей воспитательнице, получал ответы и вновь задавал те же вопросы. «Некоторые дети ужасно утомительны», — подумала Джо и пересела подальше, разворачивая бумаги Альфреда Шепарда.       Впереди ее ждал Лондон, множество запланированных встреч — прогресс никогда не дремлет, а работа журналиста Джо Руже в самой гуще прогресса. В прошлом в Лондоне у нее случился самый яркий роман, и Джо Руже на время забыла, каково это — быть журналистом, отдавшись пучине эмоций. Темные глаза Джо Руже уловили солнце, улыбка появилась на лице такая, что мистер из первого класса приподнял шляпу и вознамерился не только поприветствовать ее, но и начать диалог. Диалог был пресечен холодным приветствием, и Джо Руже вновь сосредоточилась на изобретении — восемь цилиндров, низкое топливное потребление в сравнении с аналогами. Создатель — Мэтью Муди — должно быть, провел множество часов, чтобы найти это решение. На последний странице были указаны контакты изобретателя, Джо Руже вскинула бровь и приняла решение встретиться лично. Телеграмма была отправлена немедленно: «Мистер Муди, я представляю техническое издание Нью-Йорка. Мне хотелось бы с вами встретиться. Дж. Л. Руже».