JJ loves everyone

Они сидели друг напротив друга за узеньким столом в каком-то базельском баре. Их колени едва соприкасались, но никому не было дела. Всё равно этот жест был скорее сопернический – по крайней мере, так думал Парг. Его тёмные глаза практически жадно следили за тем, как парень напротив листает меню. Нет, не обычное. Алкогольное меню забавной продолговатой формы. – Погоди, то есть я могу заказать абсолютно любой коньяк отсюда? – Йоханнес удивлённо приподнял брови, мельком поглядывая на цены, – главное, именно коньяк? Парг опустил подбородок на сложенные ладони, с уверенной улыбкой кивая. – Был бы в меню "Арарат", я бы сделал выбор за тебя. Ну а так... непринципиально. Я предложил – я плачу. – Даже знать не хочу, что это такое. Но гулять так гулять, – прыснул Йоханнес. Узнал бы кто-то из их общих знакомых о том, чем они здесь занимаются – покрутил бы пальцем у виска. Всё началось с обычного дружеского спора, мол, кто лучше споёт песню другого, с которой он выступает на Евровидении. Даже попытки себе это представить нагоняли смех: Йоханнес, который всю свою осознанную жизнь учился в оперной школе с нетипично высоким для парня голосом исполняет "SURVIVOR" или Парг, который жил и рос на металле тянет высокие ноты в "Wasted Love". Поэтому решено было играть в "кто кого перепьёт". Проигравший, соответственно, должен был исполнить песню победителя на видео и выложить его себе в инстаграмм. – Я возьму вот этот, – Йоханнес повернул меню лицевой стороной к Паргу и указал на коньяк с подписью "Camille Bloch". Тот закивал и усмехнулся. На цену он даже не взглянул – было в общем-то плевать, хотелось лишь показать этому "птенцу", на что он подписался. Парг заказал себе точно такой же, чтобы всё было абсолютно честно. Официант немного удивился, что молодые люди решили обойтись даже без закуски, но возражать не стал. – Ты вообще выпивал когда-то? – Парг скептично сощурился. Ну не был Йоханнес похож на человека, который хотя бы раз в жизни набухивался в хлам. А что если он даже и стакана не осилит? Скука, – я имею в виду, прям... хорошенько. Йоханнес загадочно улыбнулся и отвёл взгляд. – Было дело. Всего один раз, – он пожал плечами, встречаясь взглядом с удивленным Паргом. Тот прошёлся пальцами по бороде, укладывая мускулистые руки на стол. – Ну, ладно. Если совсем худо станет – тормози. Не хочу подписывать тебя на промывание желудка, знаешь. – А я не хочу читать рэп, – замотал головой Йоханнес. Во взглядах, которые он изредка кидал Паргу, мелькало изучающее спокойствие. Джей видел, насколько тот был уверен в своей победе, и ему это в любом случае играло на руку. С такими как он было весело. – Тогда придётся попотеть, – Парг широко расставил ноги и закинул локти на спинку стула. Йоханнес коротко кивнул, признавая опыт соперника в этом деле. Жаль, что это было невзаимно. И действительно, коньяк им принесли без всего. Без закусок, соли и даже лимона, нарезанного тонкими дольками. Только две пафосные бутылки и небольшие гравированные стаканы. Парг размялся, хрустнув плечевым суставом и подвинул бутылку ближе к себе. – Хороший. Смотри, как бы тебе сразу плохо не стало, – хмыкнул он, без раздумий наливая себе полный стакан. Йоханнес пробежался глазами по составу на бутылке и закивал. – Да уж постараюсь. Он тоже открутил крышку, только сделал это куда более неспешно и вдумчиво. Налил себе Йоханнес совсем немного, чуть меньше половины. Парг бесстыдно рассмеялся. – Ты так побеждать собрался? – он зарылся пальцами в тёмные пряди своих волос, – ладно, ладно. Молчу. Йоханнес не отреагировал. Он помешал коньяк в стакне круговыми движениями, примеряясь к порции. Его выигрыш – лишь вопрос времени. А если соперник не перестанет вести себя так легомысленно, то очень короткого промежутка времени. Когда оба парня были в готовности начать, а правила ещё раз обговорены, Йоханнес выпрямился и с доброжелательной улыбкой протянул: – Удачи. Парг слегка удивлённо вскинул брови. Он был уверен, что удача скорее нужна была Йоханнесу, но ответил более-менее спокойно: – Взаимно, милаш. И время пошло. Первые три стакана Парг опрокинул очень быстро – они прошли легко и не оказали никакого эффекта. Йоханнес в это время наливал и выпивал совсем немного, но делал это на удивление... шустро. Раз, два – и уже нет четверти бутылки. Он просто жил и рос по принципу – раз начал дело, не останавливайся и не оглядывайся назад, пока не доведёшь его до конца. Так было и с изучением языком, и с оттачиванием вокального мастерства. Даже в этой, казалось бы, совершенно глупой игре, Йоханнес действовал по привычке. Назло всем, кто не верил. Это удивляло, даже оставляло в некой растерянности, но не смотря ни на что – Парг всё ещё лидировал. Он решил не отвлекаться и налил себе четвертый стакан, как вдруг голова резко закружилась. Алкоголь крепко ударил в самый неподходящий момент. Дальше дела у него шли откровенно плохо. Коньяк оказался крепкий настолько, что даже ему (любителю Арарата!) трудно было его переварить. Парг выдохся и тряхнул головой, пытаясь привести себя в подарок. Его взгляд упал на сидящего напротив Йоханнеса, и глаза тот час же расширились. Этот "птенчик" уговорил уже больше половины бутылки этими своими маленькими порциями. А главное – пил он не переставая. Да, покраснели глаза, сбилось дыхание и координация, но он всё ещё управлялся! В отличии от Парга, который возомнил себя профессионалом. Он со злостью схватился за бутылку, в которой оставалась ещё ровно половина и налил себе полный стакан. Запах уже казался противным и терпким, вызывая лишь рвотные позывы. Но он не мог проиграть! Как в тумане Парг осилил ещё два стакана. Горло жгло, веки становились тяжёлыми. Раньше его соперники уже валялись в беспамятстве ещё до того, как Парг вообще допивался до такого состояния. А этот – живчиком. Сидит, лакает себе спокойно. В его бутылке коньяк уже на донышке, а Парг еле протянул руку, чтобы налить себе больше. Ближе к концу, Йоханнес тоже немного притормозил. Было видно, что и ему эта "игра" давалась нелегко: темные волосы прилипли ко лбу, пальцы легонько подрагивали, взгляд помутнел. Впрочем, не Паргу судить. Когда он еле дохлёбывал пятый стакан, после которого в бутылке всё ещё оставалась приличная одна четверть напитка, Йоханнес закончил. Парг практически заворожённо следил, как янтарная жидкость в его стакане медленно перетекала к розовым губам и исчезала при встрече с ними. А потом в последний раз дёрнулся кадык – и он безоговорочно продул. Йоханнес отставил стакан в сторону к пустой бутылке, а следом утёр уголки губ рукавом длинной толстовки. В этот момент Паргу было как-то всё равно, что он проиграл. Даже сквозь пелену алкоголя и абсолютно помутнённого состояния невозможно было не отметить резко пробудившийся к Йоханнесу интерес. Такой ли он ангельский мальчик, коим пытается казаться на публике? Как он так запросто уничтожил Парга в игре, которую тот сам и предложил? Хотелось узнать больше. Спросить, поговорить. Пригласить куда-то ещё, может... Йоханнес заметил этот настрой и резкую смену настроения. Но он лишь пьяно хихикнул, внезапно поднимаясь с места. Голова закружилась, но ему удалось схватиться за стол и удержаться. Распластавшийся по столу Парг поднял взгляд. – Что-то ты совсем расклеился, – с заплетающимся языком заговорил Йоханнес, – поднимайся, надо тренеровать голосовые связки! Тебе ещё оперу исполнять. Паргу очень хотелось сказать что-то язвительное в ответ, но буквально ничего не приходило в голову. То ли из-за алкоголя, то ли из-за восхищения. Странно. – Ну, спасибо за вечер. Я, пожалуй, пойду. Пока ещё могу... Йоханнес, кое-как удерживая равновесие, направился в сторону выхода. Парг проследил за ним, меланхолично вздыхая. Пришёл, унизил его и ушёл. Ещё и думать о себе заставил. Хитёр оказался малец. Ну ничего-ничего. Он будет требовать реванша. – Извините? – размышления прервал официант, будто из неоткуда материализовавшийся рядом, – мы скоро закрываемся. Может, счёт? Парг закатил глаза, не поднимая головы со стола. – Давай, давай... сколько там получается? Официант принялся высчитывать что-то на своём приборе. – Две бутылки "Camille Bloch", получается... четыреста двадцать евро, пожалуйста. – Сколько?!