Слишком хорош в сотворении ада [Too Good At Raising Hell]

      Подтвердилось, что в лучах средиземноморского солнца Гарри был ещё прекраснее.       Драко спустил с носа солнцезащитные очки, вдыхая сквозь зубы, когда Гарри вышел из моря, отгоняя солёные кудри с линз своих очков Louis Vuitton. Слава богам, что Драко хватило предусмотрительности, и он забраковал то злодеяние, которое Гарри выдавал за плавки, до того, как они покинули Лондон. Французские дизайнеры знали толк в том, как правильно демонстрировать задницу. А также пресс. Широкие плечи, губы...       —Вот, дорогой, у тебя слюнки текут, —сказала Пэнси, передавая ему салфетку.       Он нахмурился, нацепив очки обратно на лицо.       —Как будто ты не наслаждаешься видом, —он выхватил салфетку и бросил её в неё, когда она захихикала.       Гарри трусцой побежал по пляжу, чтобы встать рядом с Драко, капая на него водой.       —Ты вообще собираешься в воду? Это великолепно! Даже не холодно.       —Может быть, позже, любимый, —Драко притянул его ближе к себе за шнурки на плавках. Его очень крошечных плавках.       —Ты серьёзно пропускаешь всё веселье.       —Уверяю тебя, нет, —сказал он, проводя рукой по мокрому бедру Гарри и потягивая Апероль-шприц, который Пэнси принесла ему на серебряном подносе. Она действительно была лучшей хозяйкой, а Драко был гением, раз настоял на том, чтобы они приехали сюда.       —Обычно я не люблю пляж, —сказал Блейз, растянувшись на шезлонге слева от Драко, в тени массивного зонтика, —Слишком много песка и тому подобного, но здесь действительно неплохо, —он пожевал конец сигары и зажёг кончик, шлейф чернильного дыма заслонил горизонт.       Пэнси поморщилась от дыма.       —Блейз, я выброшу все эти сигары в воду, если ты прикуришь ещё одну с подветренной стороны от меня.       —Да ладно! Все остальные получают то, что хотят. Ты можешь похвастаться своим шикарным домом, Драко может пощупать Поттера, не получая за это хексов, а Грег может... делать то, что делает Грег.       —Он рыбачит, —сказала Пэнси, поправляя лямки своего красного бикини, чтобы избежать неприглядных линий загара, —Это маггловское занятие.       —Точно. Я просто хочу сказать, что у меня есть только одно удовольствие. Почему ты должна мне его портить?       —Потому что это воняет, Блейз!       —Боже, Пэнс! Ладно! Я пойду покурю там и, возможно, прекрасно проведу время. Не то чтобы я хотел сидеть здесь и смотреть, как ебутся Драко и Поттер.       —Ты сказал это так, как будто действительно хочешь посмотреть, —сказал Гарри, наморщив нос. Теперь у него были веснушки — солнечные брызги на носу и вершинах скул, а также одна прямо над губой.       —Не все хотят весь день пялиться на твою задницу, Поттер, —ворчал Блейз, удаляясь по пляжу и пиная песок.       —Не слушай его, —сказала Пэнси Гарри, —Блейзу всё прекрасное ни к чему.       Гарри фыркнул и взял полотенце со спинки шезлонга Драко, чтобы вытереть волосы.       После нескольких месяцев ада последние три с половиной недели были просто раем. Дом Пэнси на Лазурном берегу был совершенством, а её новый муж — удивительно обаятельным. Возможно, он уже стал любимчиком Драко, и не только потому, что возил их на морские прогулки на закате и позволял Пэнси набивать погреба самой роскошной едой и вином.       Блейз приехал первым, за несколько дней до Гарри и Драко. Грега пришлось уговаривать ещё дольше, но в конце концов он поддался на уговоры Пэнси и появился через неделю. Он был счастлив, как моллюск, в широкой шляпе Пэнси, сменив чёрный костюм на льняную рубашку.       Гарри освоился на отдыхе быстрее, чем ожидал Драко. Как только они с Пэнси перестали кружить вокруг друг друга, как волки, они прекрасно поладили — если под «прекрасно» подразумевалось, что они в основном говорили колкостями и сарказмом. Так что, да. Прекрасно.       Пэнси выделила Драко и Гарри лучшую комнату в доме, потому что Драко был её любимчиком, и все это знали. Их спальня была просторной и светлой, с видом на море и отдельным балконом, на котором они потрахались в первую же ночь и, наверное, успели испортить настроение соседям, пока Гарри не понял, что они забыли о заглушающих чарах.       Бассейн Пэнси был ещё голубее, чем Средиземное море, и они проводили много дней рядом с ним в шезлонгах, нежась на солнце, как ящерицы. Вечером они ужинали во внутреннем дворике, ели свежую рыбу и овощи, запивая их четырьмя, а иногда и пятью бутылками вина, потому что Пэнси была роскошной, а у её мужа был бесконечный погреб.       Гарри очень шёл райский уголок. Он был таким расслабленным, легко смеялся, но при этом не терял грубости и хаоса, которые неизбежно возникали вокруг него. Но пока что даже Гарри был спокоен, и дни проходили как в тумане: еда, напитки, солнце и секс. Всё это походило на сон, на жизнь в фантазиях, пропитанную солнцем и солью, и Драко был так чертовски влюблён, что едва мог пошевелиться под его тяжестью.       Их лето на Средиземном море стало продолжением тех драгоценных мгновений между ними, которых Драко жаждал с тех пор, как в его жизнь ворвался Гарри. Секс с ним был запредельным, любовь — всепоглощающей, но эта версия Гарри, полусонного, дрейфующего на облаках, заставляла сердце Драко сжиматься. Драко не мог оторваться от тёплых сумерек на террасе, от вина и одеколона Гарри, от потной кожи на прохладных простынях, от удовольствия, когда Гарри до упора погружался в его задницу.       Он подумал, что надо жить полной жизнью, пока есть такая возможность, потому что через несколько дней приедет Уизлетта — сделка, которую Гарри заключил с очень нечестными шансами, — и она действительно может преследовать Драко, если он будет слишком настойчив.       Он почти с нетерпением ждал этого испытания.       Он томился здесь, магия использовалась для таких полезных вещей, как открывание бутылок и солнцезащитные чары, а не для взрывных заклинаний и щитов. Он гадал, сколько времени пройдёт, прежде чем Гарри тоже почувствует это — неизбежный рывок, покалывание, говорящее: двигайся, сражайся, беги. Возможно, он уже чувствовал это и просто лучше скрывал, но Драко ждал, пока он будет готов, позволяя ему взять инициативу на себя, потому что он был рад задержаться здесь столько, сколько потребуется Гарри.       Гарри устроился в шезлонге рядом с ним, прижавшись бедром к бедру Драко. Он выхватил у него из рук напиток и осушил половину, прежде чем вернуть. Он потянулся, закинув руки за голову, и вздохнул.       —Счастлив? —спросил Драко, язвительным тоном, но искренне желая услышать ответ.       Лицо Гарри скривилось.       Он любил эти грёбаные веснушки.       —Здесь довольно мило.       —Довольно мило? —Драко опустил очки и усмехнулся.       —Я имею в виду, это не Тусон...       Драко рассмеялся, так же громко и легко, как и Гарри, и обнял его за плечи, запустив руку в его волосы, как ему больше всего нравилось.       —Да, —вздохнул Гарри, —Я мог бы привыкнуть к этому.       —Ты не думаешь, что тебе будет скучно?       Он пожал плечами.       —Почему? Тебе скучно?       —Боже, нет. Посмотри на себя.       Гарри закатил глаза, его лицо покраснело. Может, он когда-нибудь перестанет так делать, когда Драко делает ему комплименты? Он надеялся, что нет.       —То есть ты хочешь сказать, что будешь вечно валяться здесь, есть, пить и смотреть на море?       —Пока мне не приходится делать это в одиночестве, да.       Дразнящая улыбка Драко исчезла. Иногда Гарри говорил такие вещи, разрушительные, душераздирающие вещи, что Драко боролся с желанием задушить его своим телом и потребовать узнать, кто причинил ему боль. Но потом Гарри отмахивался от них, как будто не он вырвал сердце Драко из его грудной клетки.       —Пойдём со мной в воду, —сказал он, отстраняясь от Драко и вставая.       —О, нет. Я не могу.       —Давай. Это не так уж и страшно.       —Здесь мокро, и есть... рыбы, —он сморщился.       Гарри фыркнул.       —Серьёзно? Ты боишься, Малфой?       —Боюсь утонуть или быть съеденным акулой? Безусловно.       Он скептически прищурил один глаз.       —А в Ривьере есть акулы?       —Не знаю, Гарри! Но я бы не хотел рисковать.       Гарри протянул руку.       —Пойдём со мной. Я защищу тебя от страшных рыб.       Драко зыркнул на него.       —Ты такая задница. Тебе повезло, что ты такой крепкий.       —Ну, теперь мне это не поможет, верно?       —Может, тебе стоит постараться. Развернись и иди медленно. Может, я за тобой погонюсь, —он вздёрнул брови.       —Ты меня объективизируешь, —сказал Гарри, скрестив руки.       —Это моё право.       Гарри ухмыльнулся.       —Тогда моё право сделать это.       Напиток Драко взорвался у него перед лицом, и шезлонг опрокинулся назад, повалив его на мягкий песок. Он поднялся, шипя на Гарри, и тот, смеясь, побежал прочь.       —Поттер, ты маленький засранец! О, теперь ты хочешь бежать.       —Боже, вы двое как дети, —сказала Пэнси, потягивая свой напиток и перелистывая страницу журнала.       Гарри рассмеялся ещё сильнее, когда Драко вскочил на ноги и бросился за ним прямо в воду, где швырнул его в волны.       Гарри вынырнул на поверхность, не снимая солнечных очков, убирая волосы с глаз и безумно ухмыляясь. Драко обхватил его за шею, прижался к спине Гарри и слизывал солёную воду с его уха.       —Вода — это здорово, правда? —сказал Гарри.       Драко хмыкнул, не особо прислушиваясь.       —И это лучше, чем если бы ты просто сидел и смотрел на меня.       —Мне нравится наблюдать за тобой. Кто-то должен присматривать за тобой, быть уверенным, что ты не создашь проблем.       Улыбка Гарри приобрела лукавый оттенок.       —Не так смотрят на того, кто собирается создавать тебе проблемы.       Драко рассмеялся и подмигнул ему.       —Дорогой, именно так я смотрю на того, кто собирается создавать мне проблемы.