Глава 13
24 июля 2025 г., 18:00
—Ты действительно собираешься это пить? —спросила Астория, бросив настороженный взгляд на комбинацию чая улун и виски Драко, —Сейчас половина девятого.
—На час позже, чем обычно, —сказал он, глядя на пар, поднимающийся от чашки.
—Я начинаю понимать, чем это привлекательно, —сказал Блейз, подмешивая огневиски в эспрессо и с благодарным гулом потягивая его.
Астория покачала головой.
—Полагаю, это были долгие пару недель.
Драко и Блейз хмыкнули в знак согласия.
Последние двенадцать ночей Драко провёл в квартире Блейза, спал на его красивом, но неудобном диване, хотя ни один из них так и не смог толком отдохнуть. Дни, последовавшие за поединком и побегом, прошли как в тумане: бессонница, страх и усталость. Астории потребовались блестящие уговоры, чтобы вывести их из-под тени Гриммов, но после нескольких изнурительных допросов Блейз и Драко были освобождены условно в обмен на доступ к финансовым документам Элая и письменные показания Драко по поводу убийства напарника Рэтлиффа. Аврор Галлахер подтвердил их рассказы, и они были отпущены на свободу.
Авроры оцепили клуб, а вместе с ним и квартиру Драко, объявив её местом преступления. Они позволили Драко забрать несколько личных вещей, не давая никаких гарантий, что ему разрешат вернуться. Пока двое авроров ждали его в гостиной, посвистывая над бассейном, он собрал несколько рубашек, брюк, нижнего белья, а также запасную обувь, потому что нельзя было ожидать, что ботинки Челси будут сочетаться со всем.
Когда он уже собирался уходить, а его сопровождающие постукивали пальцами по двери, Драко заметил кожаную куртку Гарри, перекинутую через спинку кухонного стула. Он взял её, накинул на плечи, хотя было слишком тепло для кожи, и позволил аврорам вывести себя из дома.
—Есть новости? —спросил Блейз, открывая пакет с сахаром, чтобы добавить его в виски и эспрессо.
—Департамент и Отдел по связям с магглами работают на полную катушку, —сказала Астория, —Маленькая гонка Поттера на мотоцикле по городу нанесла огромный ущерб. Отряды Обливиэйта работают сверхурочно, выслеживая всех водителей и свидетелей. Робардс и его команда были предсказуемо немногословны, но я дружу с секретаршей из отдела записей, которая встречается с одним из сотрудников департамента, и она сказала, что команда находится глубоко в городе, сражается на какой-то войне и возвращается окровавленной и избитой, но это, конечно, неподтверждённая информация. Они не видели и не слышали об аврорах под прикрытием с воскресенья, но в этом, по её словам, нет ничего необычного. Кажется, Поттера давно выгнали со службы за подобные выходки.
Драко улыбнулся, и в его груди расцвело тепло при мысли о Гарри и его склонности к драматизму.
Он не видел и не слышал о Гарри с тех пор, как покинул его квартиру, но постоянно думал о нём. Честно говоря, он вообще мало о чём думал кроме него. Гарри шутил, что все дороги в голове Драко ведут к его члену, и он почти угадал. На самом деле все дороги в голове Драко вели прямо к Гарри. В безопасности ли он? Что, если он ранен? Был ли там Лонгботтом, латающий его и ругающий за каждый синяк и царапину? Может быть, он тоже думает о Драко?
У него было много других забот, кроме Гарри, например, неопределённость с его карьерой и то, не отменят ли авроры свою сделку и не отправят ли его обратно в Азкабан, раз уж у них достаточно улик, чтобы запереть его навсегда. Даже знание о том, что Рэтлиффа отправили в принудительный отпуск, не смогло избавить его от беспокойства.
Запертый в квартире Блейза, опасающийся выйти наружу из-за страха, что там будет Элай, который ждёт, чтобы схватить его и перерезать горло за крысятничество, Драко мало чем мог отвлечься от своих мыслей. Он пытался читать всё, что попадалось ему под руку в шикарной квартире Блейза, но это были лишь финансовые сборники и сухие истории, ни одна из которых не привлекала его внимания. Его мысли неизбежно возвращались к Гарри: образы его лица, когда он смеялся, неукротимый завиток за ухом, голубой оттенок его магии — всё это проносилось в его голове, как заветные снимки.
Драко не говорил об этом с Блейзом, а Блейз не спрашивал. Но, если верить Блейзу, Драко часто вздыхал, меланхолично смотрел в окно и на кожаную куртку на вешалке, в ожидании, что Гарри появится и заберёт её. Или, возможно, оставит её там и останется на какое-то время.
Драко был не единственным, кто чувствовал себя не в своей тарелке. К концу первой недели они с Блейзом начали сводить друг друга с ума. Это напоминало школьные годы: Блейз доставал Драко из-за разбросанной по общежитию одежды, а Драко изводил его за громкий храп и использование одеколона в таком количестве, что Драко начинал чихать.
Всё оставалось в прежнем состоянии, каждый день превращался в игру ожидания. Пока Эйден и Элай были свободны, Драко и Блейз оставались в плену в квартире. Исключение составляли встречи с Асторией. В конце концов она согласилась, чтобы они встречались в кафе, а не в её кабинете, потому что Драко настаивал, что кофе там вкуснее, а в кафе есть виски. Но Драко решил, что это потому, что ей уже порядком надоело их нытьё.
Драко подал официантке знак налить ему чаю, но она проигнорировала его и продолжила читать роман в мягкой обложке с полуобнажённым мужчиной на ней. Возможно, если бы у Блейза в квартире было больше таких книг, Драко не вздыхал бы и не порхал по квартире, как викторианская дева.
—Они хотят, чтобы вы вернулись на очередной допрос, —деловито сказала Астория.
Блейз и Драко дружно застонали.
—Неужели семи часов допросов в первый день и трёх дополнительных допросов за последнюю неделю было недостаточно? —спросил Драко, —Что ещё они хотят знать? Какую туалетную бумагу предпочитает Элай? Что он больше любит: газированную воду или обычную?
—Кушель, и обычную, всегда. От пузырьков у него газы, —сказал Блейз.
—Видишь? Мы справимся с этим с помощью совы. Нет необходимости вызывать нас снова.
—На этот раз Робардс хочет поговорить с вами сам. Возможно, он думает, что вы знаете что-то, что поможет аврорам под прикрытием найти Гриммов, —сказала Астория.
Драко сдержал желание зарычать. Если бы у него была какая-то информация, которая могла бы помочь Гарри, закрыть дело, посадить Элая и Эйдена за решетку (а Драко остался бы на свободе), он бы рассказал им.
—Когда? —спросил Блейз.
—Сегодня утром. После завтрака.
Драко вздохнул.
—Так вот почему ты согласилась встретиться здесь? Это была ловушка?
—Скорее, взятка? По крайней мере, вы двое выбрались из квартиры на некоторое время. Хотя, наверное, вам стоило отказаться от выпивки.
—Может, мы бы так и сделали, если бы знали.
—Наверное, нет, —хмыкнул Блейз и отхлебнул кофе, —Давайте покончим с этим, а? У Драко есть окна с прекрасным видом и повод для тоскливых вздохов.
Драко нахмурился и пнул его под столом. Блейз пнул его в ответ, и Драко зашипел, потому что этот ублюдок носил острые ботинки с серебром на носках, и это было чертовски больно.
—Мальчики, —выругалась Астория, —Я знаю, что вы лезете на стены, но, пожалуйста, потерпите ещё немного.
Блейз фыркнул. Драко подтолкнул ногой свой стул, но после этого они стали вести себя лучше. Ни один из них не хотел, чтобы в их счёт Астория добавила ещё одну сумму за «детское поведение».
***
Драко предположил, что все стулья в департаменте были специально сконструированы так, чтобы быть неудобными. Как будто если заставлять человека часами сидеть, подвергаясь пыткам дешёвой обивки и жёсткой деревянной спинки, он с большей вероятностью скажет правду. Он сдвинулся с места, брюки заскользили по виниловому сиденью, заставив его непроизвольно приподняться. Астория подтолкнула его локтём, чтобы он сел прямо. —Сколько ещё раз мы должны повторять это? —спросил он, прижимая пальцы к глазам, пока не увидел пятна, —Я уже говорил вам, что Элай нечасто появлялся в клубе. Кроме его охранников, я понятия не имею, с кем он был связан. Я не знаю ни его деловых контактов, ни того, есть ли у него друзья — хотя, смею предположить, с таким характером, как у него, вряд ли у него есть компания, которой он не платит. Если кто-то и был готов помочь ему, я о нём не знаю. —А что насчёт Эйдена? Когда-то вы были дружны. Где он брал наркотики и зелья? Может быть, у него есть кто-то на стороне в больнице Мунго или Министерстве, кто его покрывает? —Откуда мне знать? Он же не собирался делиться своими связями с парнем, которому продавал зелья. —А что насчёт того, когда ты получил клуб? Если бы он использовал его для распространения запрещённых веществ, эти связи перешли бы к тебе? —Нет! Я не ёбаный, простите, торговец зельями. Все сделки, которые Эйден заключал через клуб, либо прекратились с моим приходом, либо перешли к его брату. Я был чист. Я не хотел иметь ничего общего с этим дерьмом. Всё, что я делал, — это отмывал деньги, как я говорил всем, кто до сих пор меня допрашивал, и я продолжал отмывать деньги, потому что Элай был ёбаным — Мерлин, прости! — Элай шантажировал меня. Драко потёр бок, где локоть Астории впился ему в рёбра. Чёрт, а она была костлявой. —Почему бы не прийти к аврорам? —И признаться в лжесвидетельстве? Возможно, вернуться в тюрьму? Нет, спасибо. Честно говоря, меня бы здесь даже не было, если бы я не был обязан своей ёбаной — ой, перестань, Астория! — жизнью вашим аврорам под прикрытием. Робардс откинулся в кресле — широком, кожаном, со спинкой и подлокотниками, вероятно, очень удобном — и провёл пальцами по груди. Пуговицы мундира напряглись, значок главного аврора блестел, а глаза были усталыми, серость подкрашивала цвет лица. —Если бы у меня было что-то, что, по моему мнению, поможет навсегда упрятать Эйдена и Элая, я бы рассказал вам, —настаивал Драко. —С твоим послужным списком, Малфой, мне трудно в это поверить. —Мне жаль говорить, но мои слова — это всё, что у вас есть. Подумайте об этом логически. Пока они не исчезнут, я буду торчать здесь, запертый в квартире, вечно отвечая на один и тот же круг вопросов. Я хочу покончить с этим так же, как и вы. Слева от него Блейз поймал его взгляд и кивнул. —Хорошо, —со вздохом сказал Робардс, —А что насчёт тебя, Забини? Ты вёл подробные записи, настолько подробные, что моя команда до сих пор их просматривает. Кто был у Элая на содержании? Кто-нибудь, кому он мог бы доверить их сокрытие? —Моя работа заключалась в подсчёте цифр для его бизнеса. Не то чтобы мы с Элаем сидели за чаем с пирожными и обсуждали его окружение. —Но должен был быть кто-то, кто... Дверь в кабинет Робардса открылась, и секретарь департамента, прочистив горло, заглянул внутрь. Драко повернулся и поманил его пальцем, отчего тот покраснел. Драко задался вопросом, разговаривают ли они с Алехандро до сих пор. —Сэр, простите, что прерываю вас, но... Позади него раздался треск, затем приглушённые крики и вспышка магии. Секретарь вздрогнул. —Что за Мерлинова борода, —пробормотал Робардс, поднимаясь на ноги. Драко, Блейз и Астория закрутились в своих креслах, и рука Драко инстинктивно потянулась к палочке. Но как только Робардс обогнул свой стол, секретарь вскрикнул и бросился прочь. —Пошевеливайтесь, —прорычал голос, прежде чем дверь распахнулась, ударившись о стену, и в комнату, спотыкаясь и падая на колени, ввалились двое мужчин, с ног до головы связанные красной верёвкой. Нет, не просто мужчины. Элай и Эйден Гримм. Драко вскочил на ноги и, спотыкаясь, отступил к стене. Астория и Блейз были рядом с ним, а близнецы Гримм извивались в своих верёвках и грызли кляпы. За ними шагнул Галлахер, с палочкой в руке, всё ещё одетый в свой шикарный костюм от Гуччи, хотя на нём и было несколько потёртостей. За ним шёл Гарри. Пульс Драко участился, глаза расширились. Драко вглядывался в каждый его дюйм. Он выглядел измученным, волосы растрепались, палочка болталась в кармане джинсов. Его футболка почернела и была разорвана у горла, а левую бровь рассекала всё ещё кровоточащая рана. Не замечая Драко, он направился прямо к Робардсу, вскидывая руки вверх. —Ну вот, мы сделали это. Ну что? Мы закончили? Я могу идти? Робардс вздохнул. —Поттер, ты вообще способен войти в комнату, не поднимая шума? —Никоим образом, —ответил Драко. Затем, —Привет, Гарри. Гарри резко повернулся, брови взлетели вверх, и он ухмыльнулся — широко и блестяще, как чистый солнечный свет. —Привет, —сказал он. Он теребил свои волосы, пытаясь расправить их, одновременно поправляя грязную футболку, его щёки раскраснелись, и о, боги. Драко был так влюблён в него, что едва мог это выдержать. Эйден, лежащий на полу, что-то рычал сквозь кляп во рту, а Элай пытался убить их взглядом. —Заткнись ты, —сказал Галлахер, ударив Эйдена палочкой по затылку. Лицо Элая стало убийственным. Астория с расширенными глазами придвинулась к Драко. —Джентльмены, —Робардс обратился к Гарри и Галлахеру, —Как видите, у меня встреча. —Встреча по поводу поимки этих двоих, готов поспорить. Полагаю, это означает, что вам больше нечего обсуждать, —сказал Гарри. Робардс скрестил руки, барабаня кончиками пальцев по бицепсу, но потом покачал головой и шумно выдохнул. —Малфой, Забини, думаю, на сегодня хватит. Мисс Гринграсс, я свяжусь с вами, если у нас возникнут дополнительные вопросы. Она кивнула и забрала свой портфель, обходя близнецов Гриммов, а также Гарри и Галлахера, как гадюк в яме, и не поворачиваясь к ним спиной, выскользнула за дверь. Блейз последовал за ней, оглянувшись, а вот Драко замешкался. Робардс не обратил на него внимания, будучи занят тем, что кричал на секретаря. —Дуглас, позови аврора Донахью. Скажи ему, чтобы он убрал Гриммов из моего проклятого кабинета и отправил их в камеру. Драко присел между Эйденом и Элаем, и их связанные тела напряглись, глядя на него в ответ. —Наслаждайтесь Азкабаном. Я слышал, что в это время года там ужасно, —затем он встал и направился к двери. Драко провёл рукой по руке Гарри, когда проходил мимо, и задержал на нём взгляд, насколько это было возможно. Гарри ободряюще улыбнулся, и Драко выскользнул за дверь, где его ждали Астория и Блейз. Когда они пересекали департамент, Астория прильнула к нему и сказала на ухо. —Ты трахаешься с Поттером. Я должна была догадаться. —Удивительно, что тебе потребовалось столько времени, чтобы понять это, —сказал Блейз, догоняя их. Астория надулась, а затем лукаво оглянулась на Драко. —Так же хорошо, как ты себе представлял? Драко усмехнулся и вздохнул. —Намного лучше. Она со смехом взяла его под руку и прошла через атриум и парадную дверь на полуденное солнце.***
Драко вернулся к Блейзу, забрал свои вещи и аппарировал прямо домой. Он проигнорировал авроров, стоявших снаружи, а они не сделали ни единого движения, чтобы остановить его, когда он проскочил мимо и вызвал лифт. Воздух в квартире был немного затхлым, поэтому он открыл несколько окон, а затем заколебался над заколдованным потолком, прежде чем решил оставить его чистым. После долгой мрачной зимы, сменившейся ещё более долгой и мрачной весной, было приятно снова увидеть настоящий солнечный свет. Он выбросил одежду из дорожной сумки в корзину для белья, за исключением кожаной куртки Гарри, которую он вернул на спинку кухонного стула, туда, где Гарри её оставил. Он собирался прийти, Драко знал это. Он чувствовал это — зуд под кожей, боль в костях. Драко чувствовал его так же, как старые люди ощущают приближение бури по ноющим коленям. Но он не знал, когда. Мог пройти ещё день, прежде чем Гарри закончит дела в департаменте. В конце концов, это всё ещё было Министерство. Они попытаются утопить его в бумагах и бюрократической чепухе, несомненно, подталкивая его к краю. А раздражённый Гарри обычно появлялся у дверей Драко быстрее. Поэтому Драко ждал. Он понежился у бассейна, не спеша принял ванну и занялся уборкой в своём шкафу. Он порылся в холодильнике, но поскольку единственные доступные варианты требовали приготовления, а это было больше по части Гарри, он остановился на горстке чипсов, которые запил чаем, а затем бокалом вина. Он дремал на диване, а на заднем плане по радиостанции доносились фрагменты матчей по квиддичу за неделю, когда его разбудил стук в дверь. Драко протёр глаза от сна и поднялся на ноги, шаркая босыми ногами по квартире. Открыв дверь, он упёрся в стену. —Привет, —сказал Гарри. Он почесал затылок, отводя взгляд, —Я знаю, что уже поздно, но я... Драко не стал ждать, пока он закончит. Честно говоря, ему было абсолютно наплевать, какое оправдание последует за «но». Он схватил Гарри за футболку и затащил его внутрь, в свои объятия. Он прижался к нему, возможно, даже слишком крепко, обхватил его, прижался носом к его шее, пульс бился под его губами. Гарри выдохнул, и напряжение покинуло его, когда он растворился в объятиях. —Привет, —повторил он и захлопнул за собой дверь. Драко отступил назад, держа Гарри на расстоянии вытянутой руки, чтобы осмотреть его. Кто-то залечил порез на его лице, волосы были чистыми, одежда тоже. Драко схватил его за подол футболки и задрал её, обнажив гладкую кожу, а затем подтолкнул в плечо, заставив повернуться, чтобы осмотреть его спину. —Что ты делаешь? —спросил Гарри, хотя и позволил Драко маневрировать. —Оцениваю ущерб, —удовлетворённый, Драко отпустил его, —Похоже, ты цел и невредим. —Да, насколько я помню, —он тепло улыбнулся, успокоив ту часть Драко, которая была на волоске от смерти уже несколько недель. Гарри был здесь, в квартире Драко, где ему и место. —Приготовишь мне выпить? —спросил Гарри. Драко кивнул. Взяв Гарри за руку, он потащил его на кухню и отпустил, чтобы достать из шкафа пару стаканов. Он наколдовал медленно тающий кубик льда для «Олд Фэшн» и покопался в холодильнике, пока не нашёл апельсин и банку вишни, которую держал под рукой специально для него. Он странно нервничал. После всего этого времени, всего, что было между ними, того, как он ждал и мечтал об этом моменте, он оказался в растерянности, не зная, что сказать. Поэтому он решил поступить проще. —Значит, дело закрыто? Гарри выдохнул и облокотился на стойку. —Да, наконец-то. Осталось закончить бумажную работу, но меня к ней больше не подпускают. Стоит один раз в гневе испортить отчёт о деле, и они уже не дают тебе второй попытки. Драко рассмеялся, наливая в бокалы восемнадцатилетний огневиски: Гарри — с фруктами, сахаром и горькой водой, а себе — чистый. —Что случилось? —Технически я не имею права говорить, —сказал Гарри, а затем ухмыльнулся, —Организация Гриммов бросила все силы на авроров, пытаясь отвлечь команды, а нам с Галлахером было поручено найти близнецов. Мы нашли их в скрытом подвале заброшенного здания в Ноктюрн-аллее. Мы бы даже не увидели входа, если бы Галлахер не пролил своё проявляющее зелье на пол, пытаясь поправить кобуру с палочкой. Видимо, эти шикарные костюмы не были рассчитаны на доступ к палочке. Но это сработало в нашу пользу. —Рад узнать, что вы двое не справились с задачей, —сказал Драко, закатив глаза, —Слышал, что наш маленький тур на мотоцикле обернулся катастрофой для Министерства. Они отпустили тебя с крючка за причинённый ущерб? —Мерлин, нет, —фыркнул Гарри, —Они уволили меня. Снова. Технически, они делали это уже несколько раз. Драко поднял на него взгляд, слегка встревоженный, но Гарри пожал плечами. —Эйден и Элай? —На пути в Азкабан. Надеюсь, на очень долгий срок, но это не в моей власти. Драко протянул ему бокал, и Гарри с улыбкой принял его, их пальцы соприкоснулись на бокале. Знакомо. Легко. У Драко защемило в груди. —Значит, всё кончено, —сказал он. Гарри кивнул. —Что ты будешь делать теперь? —Полагаю, мне придётся подождать и посмотреть, что Министерство захочет сделать со зданием. Оно принадлежало Элаю, но я надеюсь, что, когда он окажется в Азкабане, Министерство примет право собственности и будет готово принять моё предложение по низкой цене. И тогда, полагаю, я продолжу работать как прежде. —И это то, чего ты хочешь? —Это хоть что-то, и это лучше, чем ничего. Гарри потягивал свой напиток, вглядываясь в его содержимое, как будто в нём были все ответы. Драко искал только один ответ: что будет с ними? Теперь, когда дело было закрыто, а будущее неясно, что с ними будет дальше? Захочет ли Гарри продолжать всё как прежде — трахаться и сидеть у бассейна? Захочет ли он большего? Меньшего? После нескольких недель разлуки Драко опасался, что изжил свою полезность, что ему больше нечего предложить, если Гарри больше не хочет секса или идеального «Олд Фэшн». —Гарри, —произнёс он низким и серьёзным голосом, не в силах прожить ещё один миг в неведении, —Почему ты здесь? Почему ты снова у моей двери посреди ночи? Это не может быть только потому, что я делаю хорошие коктейли. Что ты хочешь? Молчание тянулось долго, пока, наконец, Гарри не выпустил дыхание, которое он держал в плену. —Честно говоря, я не очень-то пью, —он отставил бокал в сторону, —Я также не танцую в клубах, не разваливаюсь на шезлонгах и не готовлю еду для людей после секса. Я не ночую у них. Я никого не пускаю в свою квартиру, —он покачал головой, —Но ты заставил меня делать всё то, о чём я никогда бы не подумал. Драко смотрел на него умоляюще, не понимая. Гарри вздохнул и отвёл взгляд. —Когда ты... как я, и занимаешься тем, чем я занимаюсь, у тебя не так много возможностей для общения, —он пережёвывал каждое слово, как косточку, и выплевывал, словно это вызывало у него отвращение, —У меня есть всё, что мне нужно, и я знаю, что не должен жаловаться. У меня есть интересная работа, которая не пытается прижать меня к стенке. У меня есть друзья, которые знают меня чёртову вечность. Если они продержались рядом так долго, значит, им лучше не пытаться меня переубедить. Хотя они никогда не скрывали своего мнения. Он покачал головой и засунул пальцы под очки, протирая глаза. —Есть люди, которым я небезразличен, и эгоистично злиться на них за то, что они ждут от меня самого лучшего. Но я не умею делать то, что мне говорят. Когда я не оправдываю ожиданий, когда я злюсь, или грублю, или просто хочу что-нибудь взорвать, они опустошены. Я чувствую себя как дерьмо, но во мне что-то есть, и это... это гниль. Я не знаю, как давно это произошло, может быть, целую вечность назад, но это отравляет всё то хорошее, что я должен делать. Я должен быть счастлив с тем, что у меня есть. По сравнению с тем, с чего я начинал, я добился успеха. Но я не счастлив. Или не был счастлив. Он поднял взгляд, чтобы встретиться с Драко. —Я ожидал, что всё будет по-другому, —сказал Гарри, —Я ожидал, что это будет горячо и быстро, возможно, закончится взрывом, и, думаю, в каком-то смысле именно это и произошло, —он усмехнулся, —Но я также думаю, что это, возможно, самое счастливое, что я испытывал за долгое, мать его, время. И не только из-за секса, хотя я не жалуюсь, но... —он закрыл глаза, —Ты не сбежал, когда увидел все эти гнилые части. Честно говоря, это всё, чего я когда-либо хотел. И это последнее, чего я ожидал. Гарри молчал несколько долгих мгновений, но, когда он снова открыл глаза, они были ясными и очень зелёными. Драко готов был поспорить на каждый кнут в своём хранилище, что Гарри даже не представляет, насколько он прекрасен, и Драко был полон решимости показать ему это. Он обогнул кухонную стойку и встал перед Гарри, заглядывая ему в лицо. —Конечно, я не сбежал. Я увидел эти гнилые части в первый день, когда встретил тебя, и я узнал их, потому что они есть и во мне. Гарри, неужели тебе так трудно смириться с тем, что мы чертовски подходим друг другу? Что я вижу тебя — каждый твой идиотский, героический, самодовольный, высокомерный дюйм — и люблю тебя за это ещё больше? Я был там же, где и ты; мне надоело притворяться тем, кем не являюсь. Я никогда не был хорошим человеком, но к тому времени, когда я понял, что не являюсь по-настоящему плохим — что я не хочу разрушать жизни, видеть людей ранеными или убитыми — я уже был в ловушке, окружённый людьми, которые ожидали от меня самого худшего. Гарри, ты... —он прижал руку к груди, —Очень хороший, но это не значит, что ты должен быть сияющим маяком. Тебе позволено быть немного плохим. Может быть, мы не герои и не злодеи в этой истории. Может быть, такие мужчины, как ты и я, не получают хэппи-эндов, которые нам уготованы. Эта история не заканчивается вечностью, она заканчивается здесь и сейчас. Ты сказал, что счастлив со мной, Гарри. Так оставайся. Я хочу, чтобы ты остался. Это не должно быть сложнее. Гарри моргнул. —Ты только что сказал мне, что любишь меня? Драко ошеломлённо втянул воздух. Он не хотел говорить этого, не хотел, чтобы это вырвалось из тёмных уголков его сознания, где он это прятал. Но теперь, когда это вырвалось наружу, он не мог этого отрицать. Да и не хотел. —Всего около дюжины разных способов, —сказал он, —Итак, я спрошу тебя снова. Чего ты хочешь? Что будет дальше? На лице Гарри промелькнула целая череда эмоций. Некоторые Драко никогда не видел и не мог распознать, и на мгновение он испугался, что Гарри откажется от него. Он повернулся бы и вышел за дверь, потому что ни в одной из версий этой истории Драко не получил всего, чего хотел. Но в конце концов Гарри покраснел в любимый Драко алый оттенок и взял свой бокал. —Кажется, ты обещал мне ещё раз устроить «Приморские каникулы», —он мотнул головой в сторону бассейна. Драко с облегчением погрузился в прохладную волну и позволил ей омыть себя. —Да, это так. И я человек слова, —Драко приложил руку к лицу Гарри, широко расставив пальцы, держа в ладони всё это великолепие, красоту и хаос. Он действительно был счастливым ублюдком. Он поцеловал его, прикоснувшись к нижней губе. —Сними футболку, —сказал он, —А я включу солнце. Гарри ухмыльнулся и выпрямился. Он отступил на шаг, зацепившись пальцами за подол футболки, и сделал ещё один шаг, прежде чем стянуть её через голову. Он бросил её на стул в кухне, рядом со своей кожаной курткой, при виде которой не выказал ни малейшего удивления — почти как если бы оставил её там в ожидании своего возвращения. Затем он расстегнул пуговицу на джинсах и рассмеялся, когда Драко бросился за ним.***
Драко растянулся на шезлонге, скрестив ноги в лодыжках и обнажив ступни, хотя он оставил брюки. И украшения, разумеется. —Робардс настоял, чтобы я затаился на некоторое время. Может, уеду из Лондона, —сказал Гарри, садясь в кресло рядом с ним. Он был в одних трусах с тех пор, как Драко бросил его в бассейн. Честно говоря, он даже не сопротивлялся, хотя и поклялся, что месть будет холодной. Драко хмыкнул. —Хорошо. Ты заслужил отдых. —Подумал, что ты захочешь со мной. Драко повернулся к нему и улыбнулся, медленно и сладко, как патока. —Ты правильно подумал. Хоть раз. Гарри усмехнулся и закрыл глаза, подставив лицо чарующему солнцу. У Драко было так мало возможностей посмотреть на Гарри при свете. Ему было интересно, как он выглядит при свете настоящего солнца. —На самом деле, мне кажется, я знаю одно место, —сказал Драко. Гарри приоткрыл один глаз. —Да? Драко ухмыльнулся, у него созрел план. —Надеюсь, у тебя есть плавки, Поттер. И я надеюсь, что они такие же маленькие, как эти трусы. Гарри открыл второй глаз и улыбнулся. Чёрт, эти ямочки. Драко готов на всё ради этих ямочек. Опустошить свои хранилища, вести войны, попасть в ад в летний день. —Хорошо, —согласился Гарри. —Доверься мне, —сказал Драко, —Это будет великолепно. Тебе понравится. Гарри хмыкнул и опустился в кресло, потрясающе расслабившись. Второй раз за целую вечность Драко почувствовал надежду. Он боялся, что это может быть хроническим.
