Часть 1
24 мая 2025 г., 18:24
Этот комментарий являет собой анализ Черной Книги Арды "Крылья Черного Ветра". Важен тот факт, что комментирую я самое первое издание! Второе не читала из тех соображений, что первое издание – оригинал. Сначала я кратко изложу свои впечатления, а после начнется разбор, пожалуй, самых популярных вопросов от критиков ЧКА. Это лично мое мнение, взгляд, понимание книги и ее трактовка. Ни один человек не может быть полностью объективен, но я очень хотела этого добиться и быть честной сама с собой, вследствие чего мной было принято решение разложить мои впечатления от ЧКА по полочкам, заодно проанализировав критику. В общем, это мой субъективный взгляд на ЧКА, никого к нему не склоняю.
О стиле
Рваность и отрывочность усложняет чтение, но создает потрясающую атмосферу, придает особенный шарм.Об эмоциях
На всю книгу я насчитала три смешных момента (и то недолговечных). Сюжет ужасно печален. На протяжении всей книги (кроме тех самых трех моментов) я или рыдала, или была готова зарыдать, или была в ярости от несправедливости жизни. Саму ЧКА я называю Книгой Великой Скорби. Вся книга пронизана болью. Ставить мюзиклы и оперы по мотивам ЧКА я считаю кощунством, ибо ни один человек не в силах передать всю боль мира, а преуменьшить ее – преступление, ибо в ней смысл. На фоне глобальной боли и страданий редкие смешные, веселые, или хотя бы не грустные (нейтральные) моменты приобретают большую ценность. И с большим облегчением осознаешь, что конец, несмотря ни на что, получился хорошим.О сюжете
Сюжет… неоднозначен. Начнем с деления на хороших и плохих. В ЧКА, возможно, чуть больше полутонов, чем в Сильмариллионе, но только чуть-чуть (и то не факт). Это, безусловно, печально. Но лично я уже смирилась с резким делением на черное и белое у Толкина, поэтому такое же деление в ЧКА уже воспринимаю как данность. Если говорить про обеление антагониста… Знаете, тут вопрос в том, «что для вас есть ЧКА?». Если для вас это переделка Толкина и фанфик, то да, тот факт, что Иллет и Ниенна перевернули всё с ног на голову и поменяли местами хороших и плохих, очень возмущает. Однако, я воспринимаю это так: был мир (Арда/Арта), там жили существа (Валар, Майар, эльфы, люди), а вот как они там жили, на то есть две версии – Сильмариллион и ЧКА. Об учении Темных. Знаю, что многие не поняли, чем вообще народ в Лаан Гэлломэ и Аст Ахэ занимался, и в чем учение Темных заключается. Если я правильно понимаю понятие «учение Темных», то скажу вот что. В той же главе, где Курумо приходит к Мелькору и преподносит Чашу, Мастер рассказывает Саруману о металлах. А узнал о свойствах металлов Мастер от Мелькора. Эллери Ахэ были учениками Темного, и он раскрывал им тайны мироздания. Истинную суть мира. Мелькор чувствовал Арту и, разумеется, знал, как с теми же металлами обращаться. Мелькор учил видеть и слышать мир, истинную его суть. И ученики видели и слышали. И сами делали некоторые открытия. Тот же Мастер в одной из глав раскрыл секрет обращения с, кажется, золотом… Учение Темных на мой взгляд состоит в обучении умению видеть настоящую Арту, а не фальшивую. Про Мелькора и его неспособность защитить себя и учеников. Если честно, это, определенно, вызывает вопросы, однако, учитывая то, насколько глубокий смысл кроет в себе ЧКА, хочется верить, что данному феномену есть некое логическое объяснение, до которого просто ещё не додумались читатели. Хотя, пожалуй, дело в том, что Мелькор не хотел использовать Арту, ее плоть и силу для каких бы то ни было целей, а иначе никого защитить не мог, ибо большую часть своей силы в Арту и вложил. Про расизм и пренебрежительное отношение к эльфам. Не понимаю возмущение народа, потому как в книге есть предельно ясное объяснение. Люди не являются Вышей Расой. Просто у них есть Свобода. В чем эта свобода заключается? В способности забвения и в способности умереть. Умереть – в ЧКА значит освободиться (при этом смерть не является благом, просто ее не следует бояться). И умереть могут только люди, в то время как для эльфов смерть – игра. Эльфы не умирают по-настоящему, они всего лишь попадают к Намо, который при большом желании может их воскресить (как Финрода, например). Эльфы, как и все бессмертные, лишены возможности забвения, и, в отличие от людей, они не способны освободиться от памяти о каких-либо трагичных событиях. Мелькор неоднократно подчеркивал, что Люди сильнее даже его. Про человеческий взгляд на мир. Раз уж речь зашла о людях, то стоит осветить ещё один момент, волнующий многих. Заключается этот момент в том, что действия всех персонажей ЧКА слишком "очеловечены". Все действуют и чувствуют как люди. У всех есть обычные человеческие пороки, даже у Валар. И лично я не вижу в такой подаче информации ничего плохого. Я не говорю о том, что круче: Сильмариллион с его отстраненностью или ЧКА с ее очеловечиванием. Сравнивать, на мой взгляд, невозможно. Проблема в том, что Сильмариллион является «эльфоцентричным», если это можно так назвать. Люди там идут побочной ветвью и только потому, что совсем не упоминать их попросту бы не вышло. И Толкин сам писал, что Сильмариллион не антропоцентричен. В центре внимания эльфы. Но кроме того, эльфы не только в центре внимания, но и все события описываются с эльфийской точки зрения. И это не плохо. Спасибо Профессору за такую чудесную атмосферу. Но, согласитесь, влезть в шкуру эльфов/Майар/Валар, мыслить как они и заиметь такое же мировоззрение нам, людям, очень сложно, если не сказать «невозможно». И вот тут на помощь приходит ЧКА со своей, как раз таки, антропоцентричностью. Лично мне, как человеку, гораздо проще понять и принять поступки тех же Валар, когда они изображены с «человеческими пороками». И тут дело не в том, что мне лень примерить на себя сознание Валар, а в том, что лично мое сознание на такие подвиги не способно. В ЧКА даны объяснения всем поступкам Валар, и эти объяснения действительно понятны лучше, чем в Сильмариллионе. Так что, есть две версии: Сильмариллион с эльфоцентричностью и ЧКА с антропоцентричностью. И каждая версия, на мой взгляд, хороша по-своему. О победивших и побежденных. Конец ЧКА может показаться излишне пессимистичным, ведь Мелькор проиграл, умер и всё кончено. Однако, на самом деле конец самый счастливый из всех возможных, учитывая предыдущие события. В предисловии (о котором ещё пойдет речь далее) есть такие хорошие слова «…И, может быть, вы задумаетесь об этом. О том, почему побежденные могут оказаться выше победивших…». Это и есть ведущий мотив книги. Умерев, Мелькор оказался выше Валар, ибо смог стать человеком. Почему человеком? Потому что только человек может умереть по-настоящему, что, собственно, и произошло с Мелькором. Это во-первых. Во-вторых, разве было бы лучше, если бы Мелькор остался «жить» под вечной ужасающей (страшнее коей нет и быть не может) пыткой? В данном случае смерть очевидно является освобождением во всех смыслах: от пытки (за Вратами Ночи); от вечной боли Арты (кою Мелькор испытывал постоянно); от физической боли (обожженные ладони, оковы, кровоточащие раны); от памяти (коя причиняет не меньшую боль, чем все остальное); и, наконец, просто от вечной жизни (от которой Мелькор к тому времени устал). Мелькор хотел стать человеком – и его мечта исполнилась. Разве это не прекрасно? В-третьих, ничего не кончено. О Мелькоре осталась Память – и это самое главное. Еще во время первой в Арте войны были выбраны Девять хранителей памяти. Уж не знаю, насколько много памяти они успели передать и успели ли, но, учитывая главы из раздела «Звездопад», память сохранилась. Пока жива память – жив Мелькор, пусть только и в верных сердцах. И если говорить о Валар... Они проиграли Мелькору еще и тогда, когда не смогли его сломить. Когда он молча, с достоинством вынес все издевательства и пытки и шагнул за Врата. О жалости. Пожалуй, главной причиной критики ЧКА является недовольство попытками авторов вызвать жалость к Мелькору. Мол писали две сентиментальные русские девушки… Вы реально думаете, что сентиментальным девушкам было охота по приколу выдумывать уйму пыток и страданий ради… ради чего? Только для того, чтобы Мелькора пожалели? Смешно. О целях будет написано далее, а пока поговорим о жалости. «Жалость — оружие, способное сокрушить и крепчайшую броню» Это ведь очень недооцененная истина! Большинство людей болезненно горды и не терпят жалости. Считается, что жалость – проявление слабости, а проявляя жалость к человеку ты, тем самым, унижаешь его. Например, в главе «Песнь» Ортхэннэр испугался того, что почувствовал жалость к Учителю, ибо это была «жалость к тому, кого даже в мыслях было кощунством жалеть. Разве можно представить, что его можно унизить так?». В случае с Намо же жалость вообще была высшим проявлением «человечности» и того, что он нормальный, а не такой же гад, как остальные Валинорские Валар. Там под конец ещё и Ирмо, Ниэнна и Эстэ подключились, но это уже другая история. Но и они, кстати, из-за жалости, кажется, сменили сторону. И именно жалость порой может остановить от какого-то преступления (например, не даст убить противника. Вспоминаем Войну Света из ЧКА). Жалость — это зачастую путь к раскаянию. Пусть не все дойдут до конца этого пути, но жалость способна посеять семена человечности и сомнений в правоте жестокости. Между жалостью и сочувствием очень тонкая грань, и я, если честно, даже не уверена в ее наличии. Как бы не хотелось сказать, что это два разных понятия, но, на мой взгляд, сочувствие перетекает в жалость слишком быстро и без промежуточного состояния. В принципе, ни в жалости, ни, тем более, в сочувствии ничего плохого нет, ведь это путь к милосердию. А та же справедливость, не ведающая милосердия, превращается в бессмысленную жестокость. Ещё один глобальный вопрос, волнующий многих, о том, откуда у Мелькора власть над эльфами, чтобы делать из них Эллери Ахэ. На это можно задать встречный вопрос: откуда у Намо из Сильмариллиона власть над воскрешением людей (это я про Берена. А ведь люди после смерти, после Залов Ожидания, уходят за Круги Мира, и их судьба никому не ведома, и никто над ней не властен) и превращением эльфов в настоящих людей (это я про Лютиэнь). Так что, с тем, кто из Валар над чьими судьбами властен и по какому такому праву – совершенно непонятно. Давайте будем считать это чудом, и всё тут. Пожалуй, на основные вопросы сюжета я ответила. Перейдем к не менее интересной части книги, а именно – к Предисловию.***
Анализ Предисловия
Предисловие, на мой взгляд, самая мощная и интригующая часть ЧКА и требует детального разбора. • «…Следует ли верить себе? Если следует, то насколько? Следует ли говорить — это так, потому что я хочу, чтобы так было? Потому мне так нравится? Следует ли принимать сказку за реальность?..» Навряд ли кто-то из простых смертных, никак не связанных с магией, поймет смысл этих строк. А смысл есть, и очень глубокий. Пожалуй, эти строки самые главные во всей книге. От ответов на эти вопросы зависел один главный: «писать книгу или не писать?». Объясню. Видения и сны (о них речь пойдет далее) штуки очень странные и необычные. И отличить их от реальности и просто бреда очень сложно. ОЧЕНЬ СЛОЖНО. Давайте будем честны, как бы вы не верили (или как бы вы не хотели верить) в магию, если вам вдруг придут видения, то вы засомневаетесь в своей адекватности. Вы определенно засомневаетесь. Ибо где гарантия, что это было видение, а не обычный сон/галлюцинация/бред/плод вашего воображения? Следует ли серьезно относиться, стоит ли верить тому, что вы увидели? «…И если следует, то насколько? Следует ли принимать сказку за реальность?..» Ещё один глобальный вопрос – это вопрос самоубеждения. Вы хотите верить в магию; вы хотите верить в то, что это был не бред, а видение; вы хотите верить этому видению! И в конечном итоге вы себя убедите, что всё действительно было, и что ваше видение – правда. «…Следует ли говорить — это так, потому что я хочу, чтобы так было? Потому мне так нравится?..» И вот в эти вопросы всё и упирается. И это действительно глобальные, фундаментальные вопросы. И в самом начале книги авторы делятся с нами своими сомнениями; обращают внимание, что пусть каждый читатель сам решает, верить ли им (авторам) и тому, что они написали, или не верить, ибо сами авторы до сих пор испытывают сомнения в том, стоит ли им верить самим себе. • «…Вначале было Слово…» Да, отсылку на Евангелие не заметить невозможно. Однако я не понимаю, почему все сразу начинают сравнивать всю ЧКА с Библией (и другими святыми писаниями) и искать какие-то сатанистские мотивы. Давайте посмотрим объективно. Вы много книг (в том числе и фэнтези) встречали, где написано о сотворении Мира с нуля? Немного. Мотив сотворения мира – это космогонический масштаб. Можно вспомнить про всю ту же Библию (и другие святые книги), Сильмариллион, и, кажется, Хроники Нарнии. И, как бы то ни было, судя по всему, вариантов «как сотворить мир» не сильно много. Я сама не являюсь сильно верующей в традиционном плане и не отношу себя ни к одной из религий, однако, на мой взгляд, кто бы там Библию не писал, но должны были быть какие-то основания писать, что мир создавался именно так. И если Иллет и Ниэнне приходили видения, то не удивительно, что мотив сотворения Арты перекликается с Библией... НО! Тут важно понять (и, кажется, поняли это немногие), что в данном случае фраза «Вначале было Слово» никак не связана с началом сотворения мира, но связанна с началом книги! Прочитаем следующие строки: • «...И Слово было — имя, то, что «не числится больше среди имен Валар, и не произносится более оно в Арде». И были — две дотошные дамы, гуманитарий и «технарь», не поверившие в то, что имя это означает — «Тот, кто восстал в мощи своей» …» И вот теперь становится очевидно. «Вначале» — это про то, как возникла задумка писать книгу, а не про Библию и не про сотворение мира. К слову, о значении имени «Мелькор». Mel – любовь, и это факт. Есть гипотеза (вроде как даже подтвержденная самим Толкином, но это не точно), что имеется в виду то, что Мелькор был любимым сыном, и здесь прямая аналогия с Люцифером. Звучит, конечно, хорошо, но… Я, честно, не знаю, что за терки были у Бога с Люцифером и кто там кого и как любил, но точно знаю, что у нас нет ни малейших оснований утверждать, что Мелькор был любимым сыном Эру. Как минимум потому, что мы практически ничего не знаем о взаимоотношениях Эру и Мелькора до Айнулиндалэ. Почему «практически»? Просто нам известно, что Мелькор был старшим (но старший – не значит любимый) и бродил по Пустоте в поисках Неугасимого Пламени и ему казалось, что Илуватору нет дела до Пустоты. Вообще-то, Эру действительно не было дела до Пустоты (по крайней мере нам не показано обратного), но опустим этот момент. Сразу отмечу, что мне, как человеку, сложно постигнуть нормы поведения у таких существ, как Айнур, но всё же, мне кажется, что для Илуватора не стало бы большой сложностью позвать сына и поговорить с ним. Таким образом я считаю вопрос о значении имени Мелькора открытым, и допускается придумывать свои версии трактовки (правильного ответа мы все равно не узнаем, так почему бы не строить гипотез?). • «…Вначале был вопрос. Разве вспомнишь его теперь — тот первый вопрос, на который не найти ответа во вроде бы логичном повествовании. А когда ответ был найден, рухнула стройная схема, и шитая золотом ткань прекрасной сказки стала расползаться под пальцами… и — что за ней?..» Ну, на самом деле, в Сильмариллионе уйма нестыковок и нелогичностей, которые действительно вызывают много вопросов, на которые, увы, нет ответов. • «…Вначале был взгляд. Взгляд человека, не привыкшего делить людей на друзей и врагов, подлецов и героев, Черных и Белых. Не привыкшего слепо верить никому и ничему…» Не будем судить всех по себе. В нашем скучном мире и врагов-то толком не найдешь, так что и делить особо некого и не на кого. Так что вполне возможно, что авторы не делят людей на друзей и врагов. На счет деления на подлецов и героев, Черных и Белых – полностью согласна. У всех подлецов есть мотивы; и не далеко не все герои таковыми являются. Черное и Белое вообще вопрос философский, но ответ на него заключается, на мой взгляд, в том, что существуют ещё и полутона. Правда, в отображении этих самых полутонов в ЧКА Ниэнна и Иллет не преуспели, но это уже совсем другая история… • «…Мы сами стесняемся признаться себе, что играем всю жизнь. Играем тайком от самих себя. Уверяем себя, что это только наша выдумка, сказка, это только наше… и — восхищаемся теми, кто свою сказку, свою игру смеет открыть другим, мучительно завидуем им: ведь это же так трудно — раскрыться, ведь будут бить, а что страшнее — смеяться будут — те, кто не посмел. Те, кто побоялся сделать это сам. Не каждый поступит так; но ведь и один удар — боль… И все равно — игра, мечта, сказка с нами. До конца…» Тут, пожалуй, и комментарий не нужен. Каждый сам знает, что играет. И, разумеется, раскрыть свою игру – очень страшно и трудно, потому и раскрывают немногие. • «…Только — насколько сказка? Насколько — игра?..» Хороший вопрос, который перекликается с предыдущими «Следует ли верить себе? Если следует, то насколько? Следует ли принимать сказку за реальность?» • «…Когда-то, говорят, Джон Рональд Руэл Толкиен получил интересный отзыв от одного из своих собеседников — «не Вы написали "Властелина Колец"». И он был рад, что кто-то еще понял это. Когда-то Бальзак говорил, что «Человеческую комедию» ему продиктовал его призрачный двойник. И «черный человек» подтолкнул Моцарта к созданию «Реквиема» …» На этом моменте уже можно понять, к чему дело идет. Честно, про Моцарта и Бальзака сказать не могу, но если говорить про Толкина… Он писал: «…мною всегда владело чувство, будто я записываю нечто, уже где-то, там, «существующее», а вовсе не «выдумываю» …». • «Что же это? Может — воображение творца. Может — иное бытие, которое не все способны видеть… А если — все? И каждый видит по-своему: свою грань единого целого, или, как принято сейчас говорить, свое отражение. Но большинство все же идет за Ведущим. Им может быть писатель, создавший сказку о своем видении (а кто и как развернул это видение перед ним?) — и в результате восторг, восхищение красотой изложения и талантом автора ослепляет и велит видеть только так…» Вот тут стоит отметить несколько моментов. Во-первых, про «способность видеть свою грань единого целого». Тут определённо есть над чем подумать. Возможно, здесь идет речь о том, что у каждого человека свое мировоззрение, и у всех разные мнения – разное видение одного целого. Касательного Ведущего и личности тех, кто развертывает видения и говорить-то нечего – всё и так понятно и правильно. Но самое главное, что стоит заметить, так это то, что тут не указывают на то, что ослепляет народ именно творчество Толкина. Это утверждение про ослепление можно спроецировать на любую понравившуюся вам книгу, в том числе и на саму ЧКА. В конце концов, я признаю, что меня и Сильмариллион и ЧКА (она в особенности) действительно восхитили, ослепили и я хотела полностью и безоговорочно верить исключительно сначала Сильму, а после ЧКА. Но мое желание быть хоть сколько-нибудь объективной заставило сбросить розовые очки и попытаться взглянуть на мир критично. • «…Говорят, лишь те произведения истинно совершенны, в которых ничего не хочешь изменить, которые не хочешь дописать или продолжить. Таких мало, и книги Дж. Р. Р. Толкиена не входят в их число — утверждение, которое попытаются оспорить тысячи читателей, относящихся к «Сильмариллион» и «Властелину Колец», как к Библии. Однако тому, кто привык не только смотреть, но и видеть, очевидно, что в произведениях профессора Толкиена сказано не все…» Я тоже считаю, что книги Толкина не входят в число. Как минимум очень хочется если не переделать, то хотя бы получить ответы на многочисленные логические нестыковки. Опять-таки следует отметить, что про саму ЧКА ни слова. И тут каждый сам для себя решает, хочется и захочется ли ему что-то переделать. Впрочем, на вкус и цвет товарищей нет, поэтому я в принципе сомневаюсь в существовании истинно совершенных произведений. Что до того, что у Толкина сказано не всё… Ну, например, о той же Темной стороне там сказано критически мало. А вообще, «не всё» — понятие растяжимое. • «…Давайте скажем откровенно: то, что мы зовем Ардой, — есть. Мы в это верим, — каждый по-своему, — даже если разум говорит, что это бред, что этого не может быть. Это — есть. И — будет…» Вот на этом моменте вы должны решить: вы действительно серьезно, полностью и безоговорочно верите в существование Арды – и тогда продолжайте читать. Или же вы не воспринимаете всё это всерьез – и тогда сразу закрывайте книгу. • «…И наше восприятие, наша вера в мир, зовущийся Ардой, меняет и творит его даже сейчас…» Если Арда и/или Арта уже существуют (ведь приходили же видения), то как же мы творим и меняем? Мне кажется, что своей верой мы, скорее, укрепляем «канонные» миры. Или же мы создаем ветки реальности из своих неканонных фантазий. Но наши фантазии непостоянны и много с ними не насотворяешь. Поэтому (если допускать, что наши мысли материальны) мы скорее укрепляем уже созданное, чем творим и меняем нечто свое собственное и новое. • «…И на то, что вы увидите, открыв эту книгу, — почти глас вопиющего в пустыне — смотрите сами. Попробуйте, по крайней мере. Не идите лишь по нашим следам. Ищите свое. Эта книга — лишь попытка докричаться…» Здесь нас просят не слепо верить всему написанному в ЧКА, а самим анализировать, искать свои смыслы, искать свою правду. • «…Как это началось и почему? Долгий рассказ. Скажем одно — настало время поверить своим мыслям, видениям, бреду, снам — и логике. Зрение выискивало недомолвки и несоответствия в повествовании Толкиена. Логика заполняла лакуны. Эмоции проверяли правильность догадки. Видения и сны — ставили перед фактом: это было так…» А вот и те видения, которые я неоднократно поминала ранее. С надеждой на то, что все «неверующие» уже закрыли книгу, теперь можно говорить о видениях. Давайте будем честны, если вам никогда не приходили видения, это не значит, что они не могут прийти к кому-нибудь другому. К Ниэнне и Иллет, например. • «…А может, все начиналось совсем по-другому? «Ну-с, молодой человек, — сказал пожилой Назгул с цифрой 24 и эмблемой Моргульского гарнизона на нашивках, вертя в руках послужной список вытянувшегося перед ним в струнку молоденького благоговеющего призрака, — посмотрим, что там у Вас…» Таким было начало. Безобидные шуточки, анекдоты «из жизни Моргульского Университета» — ничего больше…» Так, сеанс ностальгии пропустим. • «…И — Война Гнева, закрытые страницы в «Сильмариллион»: только через год поймешь, что ни разу не перечитала их…» Полностью согласна. Скажу по правде, Войну Гнева из ЧКА я тоже перечитывать не рискну, но по другой (эмоциональной) причине. В Сильмариллионе же Война Гнева описана настолько смешно, нелогично и неестественно… Так что это действительно «закрытые страницы». • «…И — одно имя, почти никогда не произносившееся вслух. Вначале было — Имя. Уже не вспомнишь, кем в первый раз было сказано: «Я видела. Так было». Когда в первый раз был закрыт и отложен в сторону «Сильмариллион» («Слушай, ну это уже ни в какие ворота не лезет! Лучше уж самим посмотреть…»). Кто впервые протянул насмешливо: «Конечно-конечно, это ведь мудрые в Эрессеа говорят…» Когда за легендами о славных победах и прекрасных бесстрашных героях впервые — кровь не вся ушла в землю — стала проступать иная правда. Это потом — смущенные оправдания: «Ведь Гарднер в своем „Гренделе“, по сути, сделал то же самое…» Это потом: «Ведь не один же человек писал цикл о Конане…» Это потом — странный взгляд в пространство и неестественно-ровное: «Я помню…» …» И вновь отсылки к видениям. • «…Все это еще будет. Сейчас есть только — Имя, да вопросы, которые, кажется, никто не задавал себе за все время, прошедшее с публикации «Властелина Колец» и «Сильмариллион». И есть двое — с уклоном в филологию и историю соответственно, — у которых возникло желание достроить неполную картину мира. Книга, которую вы держите в руках — не критика Толкиена. Это попытка рассказать об Арде языком Людей, а не эльфийских легенд и преданий…» Про антропоцентричность я уже писала. А здесь, в Предисловии, авторы открытым текстом говорят о том, что написано все языком Людей. • «…Если для Вас «Сильмариллион» — только сказка или «сумма мифологий» — закройте книгу: вы ошиблись в выборе. Если вы ищите «что-нибудь еще про Хоббитов» — закройте книгу: здесь нет ни занятных похождений, ни веселых чудес; здесь никто не кидает шишками в волков и не ведет хитроумных бесед с глуповатым драконом…» Нас сразу предупредили, в каком случае ЧКА читать не следует. • «…Мы не претендуем на истину в последней инстанции: смотрите своими глазами, ведь ни один человек не может быть до конца объективным…» Правильно. У каждого, как уже говорилось ранее, свое мнение, и из-за этого никто не может быть полностью объективным, ибо невозможно быть совсем непредвзятым и невозможно охватить, проанализировать и учесть мнения всех людей на планете касательного того или иного вопроса. И тут даже дело не в мнениях всех людей (ибо, опять-таки, у каждого своя точка зрения и своя правда), а в одной глобальной истине. Нужно различать правду и истину. Правда – только часть истины. Правда относительна – для каждого своя. Истина же глобальна и неизменна. • «…Мы не стремимся развенчивать одних и превозносить других, не подменяем черное белым: просто — у побежденных (а побеждены ли они?) никто, никогда и ничего не спрашивал. Летописи пишут победители, и летопись победителей — «Сильмариллион» …» Факт. Сильмариллион – взгляд со стороны Света, который, по итогу, победил. И да, историю пишут победители – это общеизвестный факт. • «...Мы не придумывали лихих сюжетных наворотов, не нагромождали ужасов: война жестока и без того, мы все просто привыкли к мысли об этой жестокости…» Еще один факт. Сейчас любой человек, которого лично война не коснулась, не сильно осознаёт всю жестокость. И если осознаёт, то с этой мыслью свыкся, она не удивляет, не шокирует и в принципе никаких эмоций не вызывает. • «…Смотрите же, как это — первая в мире война. Смотрите, те, кто делал из Арды — игру, кто с восхищением читал о победах над Врагом, кто предвкушал счастливую развязку — цена победы такова. И, может быть, вы задумаетесь об этом. О том, почему побежденные могут оказаться выше победивших…» Ну, с этим мы уже разобрались. После окончания ЧКА для думающих людей становится очевидно каким образом побежденные могут оказаться выше победивших. • «…А кто-то, словно обиженный ребенок, бросится защищать красивую сказку гневными письмами. А кто-то хлопнет себя ладонью по лбу — ведь все так очевидно, Господи, где были мои глаза!.. А кто-то просто пожмет плечами и отвернется. Все это мы уже видели. Но, может быть, хоть один — задумается…» Смотрите: в мире нет ни абсолютного Зла, ни абсолютного Добра. Смотрите: справедливость, не ведающая милосердия, обращается в бессмысленную жестокость. Смотрите. Мы раскрыты. Мы не прячемся. Выбор сделан. Если кто-то услышал — хорошо. Если кто-то пойдет своим путем — хорошо. Если кто-то возненавидит — пусть. У сказителей нет мечей…» Про милосердие уже было написано выше. Про Зло и Добро – общеизвестная истина, которую, к сожалению, далеко не все принимают и осознают... Во всем остальном, конечно, можно сказать, что Ниэнна и Иллет давят на чувства и берут на «слабо»… И, возможно, скорее всего, так и есть. Но это ведь лишняя мотивация читать ЧКА, не так ли? Нужна же хоть какая-то интрига и агитация к чтению. Вот такой получился анализ, комментарий... Ещё раз отмечу, что это лично мое субъективное мнение касательно ЧКА, никого к нему не склоняю и не представляю как единственно верное. Просто я не выдержала сплошной критики и сравнения Сильмариллиона с ЧКА и решила написать то, как вижу и понимаю это я, в надежде, что, возможно, люди, которые являются ярыми критиками ЧКА, задумаются и хоть немного поймут точку зрения фанатов Черной Книги.
