Бенджи Джус

Призрак ворочался в своём гробу и всё никак не мог уснуть. Сначала Монстр на другой стороне улицы выл под гитару после очередной ссоры с Монстрихой, потом мысли заполонили голову, как разбухшая крупа, что было ему совершенно не свойственно.   Битлджус даже вырыл себе во дворе яму и лёг в неё, созерцая звезды, но очень быстро пришёл Пупсик и начал работать задними лапами, закидывая его комьями земли. Битлджус покричал на пса и прогнал его, но легче не стало.   Призрак вспомнил, как лягушка в груди бултыхнулась в свой пруд, когда Лидия легла на его плечо. Ему стало теплее, и, сам не понимая зачем, он приобнял её одной рукой.   Может, моё живое тело заболело или умирает, поэтому так реагирует?  – думал он. – Я веду себя как-то странно. Быть человеком ужасно: потеешь, стареешь, жуков есть нельзя, скука похуже, чем в Междумирье. Мало того, что устаёшь дышать, так ещё надо мыться каждый день. Как они находят силы ходить на работу после таких процедур? И почему Лидия всё ещё там?   Он пошёл бродить по улице, и, встретив пару знакомых, обратил внимание на их недовольные лица.   Я мог бы начать сначала среди людей. Это продлится недолго, но попробовать стоит, потому что здесь я никому не нужен. А там смогу больше времени проводить с Лидс. К тому же, хочется попробовать человеческих развлечений, жуть, как интересно.   Ноги несли его вперёд, по миллиарды раз хоженному маршруту, который был неизменен, как и его полосатый костюм.   Пролетая мимо эзотерического магазина, Битлджус посмотрел в зеркало. Уродских веснушек не было, только его обычная бледная кожа. Ну что ж, он переживёт такие мелочи ради развлечения. И ради Лидии.   Достигнув кладбища, он пролетел сквозь ограду и уселся на старое надгробие, покрытое мхом.   –  Што ты тут жабыл? –  рядом с ним материализовался призрак кладбищенского сторожа. Старик смотрел на него своими запавшими глазами из-под кепки и явно был не доволен. –  Да не шуми ты, это я. Посижу немного. Не смог уснуть, вот и решил прогуляться. –  А, это ты, Билджуш, ижвини, жрение подводит. Думал, опять молодёжь бежображничать пришла. В прошлый раж выворотили крешт на могиле Лихтенштейна. –  Да ну? На такое даже я бы не решился. –  А я о чем, не дети, ужаш один. Никаких приншыпов. Ну, бывай. Обход у меня.   Сторож медленно удалился по направлению к северной части кладбища.   Битлджус вздохнул и вдруг почувствовал, что его клонит в сон. Он  спустился с надгробия, прислонился к нему спиной и задремал