Хороший переезд.

      «Как же я хочу его», — с этими мыслями я оттолкнул от себя парня, который так и хотел получить долю моего внимания. Еле дышащие, с румянцем на щеках, оба жаждущие чего-то большего, стояли, утонув в глазах друг друга. Именно в этот момент Эш осознал, до чего довела их «игра».

      12 декабря, 11 класс

      Чёрт, что может быть лучше, чем переехать в другой город? Да, сейчас я именно про себя. Последний год в школе, точнее, в новой школе. И именно под конец учебного года — переезд. Пока шёл в это адское место, я тысячи раз проклял эту жизнь. Я достаточно социальный человек, так что не думаю, что возникнут проблемы с знакомствами. Я ускорил шаг и дошёл до кабинета. Удача была на моей стороне, и я не опоздал на первый урок.       Класс был настолько «гостеприимным», что они бросили на меня жалкий взгляд. Ну а я сел за последнюю парту, потому что мне абсолютно всё равно на своих «любимых» одноклассников. Я просто врубился в телефон и растворился на просторах интернета. Спустя какое-то время прозвенел звонок; я, не сдвинувшись с места, продолжил общаться в мессенджере. Но меня отвлекли: кто-то сзади брызнул на меня водой. Я встал и посмотрел назад. Там стоял парень, чуть ниже меня. Он был бледный и с чёрными, как смоль, волосами. Внешность у него была азиатская — это его подчёркивало.       — Что такое? — мои брови выстроились домиком на переносице.       — Это моё место, — он сделал недовольный взгляд.       — Но это не значит, что можно брызгаться водой. Можно попросить нормально.       Он продолжал тупо смотреть на меня. «Ребёнок» — по-другому это существо никак не назвать. Я демонстративно встал и пересел на другую часть этой парты. Улыбнувшись фальшивой улыбкой, я посмотрел на него. Он был недоволен, что рядом с ним кто-то сидит.       — Сука, — произнёс он и с такой же фейковой улыбкой посмотрел на меня.       Весь оставшийся урок он сверлил меня взглядом. Ну а я умнее него и уж точно не буду продолжать эту вражду. «Тупо заговорю и укажу всё», — думал я. Каким же лохом я был, раз решил это сделать.

Перемена

      Я подошёл к этому полуфабрикату и начал разговор:       — Слушай, мы ведь взрослые люди, к чему эти ссоры?       Я протянул ему руку в знак перемирия. Он лишь взглянул — и закатил глаза. Посмотрев на руку, он плюнул на неё. Сказать, что я был в бешенстве, — ничего не сказать. Я был в шоке от такого хамства. Стряхнув руку, я внимательно наблюдал за его реакцией. Этому молокососу весело. Весело, чёрт возьми! Желание ударить его по роже росло с каждой секундой. И с той минуты я понял, что между нами будет проложена враждебная линия.       С того момента прошло два месяца. Я узнал, что его зовут Ян. Мы периодически издевались друг над другом: подсыпали червей в рюкзак, запирали в туалете, поджигали одежду и так далее. Это, конечно, всё было весело, но не сегодня. У меня не было настроения, я был особенно агрессивным. И именно в этот день мой «любимый» Ян вылил на меня ведро с грязью. За этой сценой наблюдали все. Нервная клетка давно ушла в отпуск. Я схватил его за шею и прижал к стене. Сжимая руку всё крепче и крепче, я произнёс:       — Если ты не успокоишься, я убью тебя своими руками.       Яну было не до этого, он пытался оттолкнуть Эша от себя.       — Эш, — хрипло произнёс он. — Чёрт, извини.       Я разжал руку и ушёл в раздевалку. Весь остаток дня я сидел в своей комнате и не выходил. Меня раздражало всё. Особенно лицо этого Яна. Так и хотелось придушить его. Ну а что — он вывел меня из себя. С этими мыслями я ушёл спать.              Следующий день прошёл тихо — Яна не было в школе. На пару секунд я даже соскучился, но убрал эти мысли прочь из головы.       Уже возвращаясь домой, я решил зайти в магазин. Я пошёл в сторону напитков и достал себе газировку. Когда я встал рядом с кассой, наши взгляды пересеклись. Там стоял Ян. У него в руках были презервативы. Он отвёл взгляд и достал карту, чтобы оплатить. Но средств на его счёте было недостаточно. Он стоял и краснел. Я подошёл и оплатил его покупку. Он собирался уйти, но я взял его за руку и не дал ему. Взяв ещё одну газировку, я вышел вместе с ним.       Он не смотрел на меня. И я не смотрел.       — Слушай… может, попробуем сделать это? — предложил он.       — Ты ведь покупал это явно не для меня. Это совпадение.       — Вдруг пригодилось бы. Ты-то откуда знаешь? — Опять его характер.       — Как хочешь.       — Серьёзно?       — Серьезно.       По нему было видно, что он нервничает. Интересно, с чего он предложил и откуда такое желание. «Да ладно, приглашу домой, попьём чай — и уйдёт», — думал я.       Мы дошли до квартиры. Я открыл дверь.       Спустя время мы сидели и пили чай. На улице было до ужаса холодно. Ян вёл себя культурно — это радовало. После чая мы пошли в гостиную. Я лёг на диван, а он замер на месте. После он подошёл и лёг на меня. Его рука легла на моё лицо, и он поцеловал меня. Странно… я не остановил. Всё происходило медленно, будто во сне. Я начал раздевать его, наслаждаясь каждой реакцией. Он был таким... стеснительным. Таким живым. Уже когда он был передо мной весь раскрасневшийся, я осознал, что за дичь мы сейчас творили. И всё же — я оттолкнул его. Но он только пришёл в недоумение. Он ждал от меня действий, глядя в глаза.       — Эштан... ты мне нравишься. Чёрт. Ну и будь что будет. Я стянул с себя свитер, поднял его на руки — он обвил меня ногами. Наши губы снова встретились в поцелуе — жадном, тёплом, безумном. Его дыхание стало прерывистым, кожа — горячей. Я уложил его на кровать и навис сверху. Он смотрел на меня так, будто в первый раз видел кого-то по-настоящему. В его взгляде не было страха — только уязвимая, нежная искренность, от которой внутри что-то дрожало. Я медленно опустился ниже, обхватив его за талию. Его тело было тёплым, податливым, будто само стремилось ко мне. Осторожно, сдерживая дыхание, я провёл пальцами по его бедру — и услышал, как он втянул воздух сквозь зубы. Едва заметно, но заметно. Сначала — один палец. Медленно, внимательно. Его губы приоткрылись, и лёгкий, почти неслышный стон сорвался с языка. Он был напряжён, но не от страха — от ожидания. — Всё хорошо? — шепнул я, глядя в его глаза. Он кивнул, прерывисто вздохнув. Я потянулся к тумбочке, нащупал крем — другого у нас не было, но и этого должно было хватить. Тёплый, гладкий. Я продолжил — уже с заботой, мягко. Второй палец — и его тело доверчиво отозвалось. Он посмотрел на меня снизу вверх, чуть прикусив губу. Его взгляд был совсем другим теперь — будто он впустил меня не только в себя, но и в нечто большее, вглубь себя. — Хочу… — прошептал он. — Пожалуйста. Я чуть наклонился, провёл губами по его щеке, затем, осторожно подставив себя к его входу, тихо спросил: — Ты уверен?       Ян кивнул, не открывая глаз, и прошептал, еле слышно: — Да… только, пожалуйста… нежно. Его голос дрогнул, и в этой дрожи — доверие, страх и желание. Я аккуратно вошёл, затаив дыхание. Всё внутри было узко, сопротивлялось. Ян резко вскрикнул, судорожно вцепившись ладонями в мой живот. — Эш… чёрт… больно… Вытащи… пожалуйста, вытащи! — его голос сорвался на всхлип. Я сразу замер, прижимаясь к нему и шепча всё, что мог — нежные слова, бессвязные утешения, всё, чтобы он не испугался, не ушёл от этого ощущения близости. Я целовал его губы, лоб, щеки — пока напряжение не начало понемногу уходить. Через несколько минут он расслабился, и я снова начал двигаться — осторожно, будто мы учились чувствовать друг друга заново. Стоны постепенно вытесняли боль, и с каждой минутой в его взгляде становилось всё больше огня. Ян был потрясающим — с растрёпанными волосами, полураскрытым ртом, выгнутой спиной. Он не прятал ничего — ни желания, ни уязвимости. В этот момент он был самым красивым человеком на свете. Я целовал его, любил — снова и снова, пока ночь окончательно не поглотила нас, а тела не обессилели в объятии, где не было ни боли, ни страха — только мы вдвоём.       Под утро всё затихло. За окнами ещё царила ночь, и город будто затаил дыхание. Ни звука, ни света — только тёплая тень, укрывающая нас с головой. Я осторожно встал, стараясь не потревожить его. В полумраке нашёл взглядом Яна — он спал, свернувшись калачиком, обнажённый наполовину. Я накрыл его одеялом, задержавшись на мгновение, чтобы просто посмотреть — на его волосы, разбросанные по подушке, на лицо, в котором не было ни следа вчерашней боли. Потом ушёл в ванную, умыться, прийти в себя. Но когда вернулся — Ян уже не спал. Он лениво приоткрыл глаза, потянулся и, не говоря ни слова, протянул ко мне руки, прося объятий. Я подошёл, лёг рядом, прижался к нему, уткнувшись лбом в его живот. Он провёл ладонью по моим волосам. Я поднял голову и коснулся губами его кожи — просто, мягко, как напоминание. — Ты теперь мой, знал? — прошептал я. — Эш, отстань… — пробурчал он, но в голосе не было ни злости, ни раздражения — только смущение. Он действительно полюбил меня. — Ты мне тоже нравишься, — сказал я тихо. — Ага-ага, — пробормотал он, отводя взгляд. Но уши у него пылали. Я не удержался от улыбки. Ян был тем ещё чёртёнком — упрямый, язвительный, но именно в этом была его суть, его свет. Такая порода — будто дикое животное, которое всё же подошло к тебе, легло рядом и прижалось. И в этот момент я понял: переезд, одиночество, тревоги — всё это было не зря. Всё вело к нему. И знаете… думаю, мне повезло.