Sanctum Sanctorum

Оказавшись в кабинете, в первую очередь Гарри достал из сейфа зелья и прочее барахло старухи. Скоро придется на сейф Заклятие Невидимого Расширения накладывать — настолько много там в последнее время улик. Снейп кратко попросил разрешения использовать приемную мисс Кейсон и ее горелку, и Гарри только рукой махнул. Пусть лучше сразу даст свое заключение, чем еще ждать, пока он это потащит к себе, а потом обратно. К тому моменту Поттера десять раз могут отвлечь, и вообще еще неизвестно, что случится. А самому Гарри пришлось взять на себя неприятную обязанность — сообщить мадам Трюк, что ее опасения были не напрасны. Он отправился в Отдел магического спорта и, отстранив секретаря, решительно заглянул. Мадам Трюк сидела одна. Перед ней был целый ворох каких-то договоров, но она сидела так, как будто ничего перед собой не видела. — Мадам Трюк? — Гарри плотно закрыл за собой дверь. — У меня есть новости, но, к сожалению, плохие. — Да? — она еще больше побледнела. — Что-то случилось? — Случилось, и как раз по моей части, — вздохнул Поттер. — С сожалением вынужден сообщить вам, что мистер Кернс был убит. — Как же это — убит? — охнула Роланда. — Не могу раскрывать тайны следствия, — качнул головой Гарри. — Любая информация о ходе расследования может быть на руку убийце. Как только убийство будет раскрыто, я буду готов сообщить вам даже то, что не попадет в прессу. Но не сейчас. — О Боже... — протянула мадам Трюк. — Такой честный и хороший мальчик! Совсем не дружил с метлой, но Вирджиния так светится, когда говорит о нем... Бедная моя девочка, как же ей об этом сказать... Несмотря на то, что Снейп назвал циничность профессиональной деформацией, Гарри не мог совсем уж отстраненно относиться к горю. Тем более, не каких-то незнакомцев, а человека, которого знал много лет. Но все-таки ему ничего не оставалось, как добавить: — Это предстоит сделать мне. Я вынужден пригласить мисс Вирджинию на допрос. Обещаю проявить всю возможную деликатность. — Да мы ничего такого не знаем... — протянула мадам Трюк. — Но если это необходимо, то давайте я ее позову? В моем кабинете ей будет спокойнее, она сюда заглядывает иногда. — Увы, — Гарри покачал головой. — Я постараюсь, чтобы допрос больше походил на беседу, но пригласить мисс Вирджинию должен к себе. В Аврорате наложены соответствующие заклинания, показания фиксируются зачарованным пером. — О Боже... — еще раз воскликнула мадам Трюк. — Я сейчас же передам ей, чтобы она зашла к вам. Как же так?.. В наше время — и убийство... Поттер не стал дальше слушать, поблагодарил и вышел, но на душе скребли кошки. Реакция мадам Трюк заставила его посмотреть на дело с другой стороны. Благодаря жесткой системе управления Авроратом, ни одно слово за полтора месяца не попало на страницы газет. Неизвестно, кто станет следующей жертвой, но волшебники и ведьмы даже не предполагают, что могут стать ею. Никому не приходит в голову проявить недоверчивость. Война прошла слишком давно — для тех, кто больше не видит и не слышит каждый день о новых смертях. Вернувшись, Гарри застал недовольного Снейпа. — Я закончил, — объявил Северус. — Так быстро? — удивился Поттер. — Конечно. Вам достаточно на словах или требуется официальное заключение? — Официальное, конечно, — хмыкнул Гарри. — Но его можно позже, а сейчас — просто на словах. Снейп демонстративно отодвинул банки, склянки и ванночку с травами. — Ничего интересного здесь нет, — произнес он раздельно. — Это даже не уровень СОВ. Если бы я принимал экзамены в Аврорате, то любой аврор смог бы разобраться с этим самостоятельно. Все зелья — из тех, которые можно найти в любой аптечке. Они действительно целительные: от головной боли, от икоты, от насморка, от ревматизма. Вот в этом пузырьке — не зелье, а мазь от бородавок. Травы... Их недостаточно для приготовления полноценных зелий, но если добавить некоторые вещи, можно приготовить примерно такой же набор. Для этого подойдет любая аптека, даже самая захудалая. Если вам интересно мое мнение, то мисс Донован, скорее всего, торговала или просто помогала своими настойками маглам, как делали волшебники во времена до Статута о секретности. — Понятно, — упавшим голосом произнес Гарри. — Ладно, работаем дальше. Он прикоснулся к кристаллу на столе и позвал: — Мисс Кейсон, доставьте, пожалуйста, улики на склад. Они больше не пригодятся. Секретарша заглянула и заметила: — Вас ждет очень красивая девушка. Она сказала, что вы вызвали ее на беседу, но я ждала, пока вы закончите. — Спасибо, пусть зайдет через две минуты, — Поттер даже не посмотрел в ее сторону, а когда мисс Кейсон ушла, спросил: — Мистер Снейп, вы хотите остаться на допрос? Возможно, у вас есть какие-то профессиональные вопросы? Северус склонил голову и, похоже, решился: — Если вы не против, то я останусь. Мне хочется побыстрее покончить с этим расследованием, оно занимает слишком много моего времени. И еще... Мне постоянно кажется, что я что-то упускаю. — Добро пожаловать в клуб, — кисло хмыкнул Гарри. — Мне так с самого начала кажется. Послышались легкие шаги, и в кабинет заглянула молодая ведьма. Она была настолько миловидной, что с нее можно было писать портреты для детских сказок. А еще Гарри с удивлением понял, что цвет волос мадам Трюк — это не седина. То есть, у нее-то, может, уже и седина, но у ее внучки были такие же почти белые волосы, только гораздо длиннее — до лопаток. — Здравствуйте, — немного испуганно произнесла девушка. — Меня зовут Вирджиния Трюк. Бабушка сказала, что меня вызывают в Аврорат на разговор. Это из-за Джонни? Он что-то нарушил? Он не хотел, я уверена. Он просто... увлекающийся. — Прошу вас, присаживайтесь, мисс, — попросил Гарри. — Располагайтесь, наша беседа может быть долгой. Дверь сама захлопнулась, повинуясь движению волшебной палочки, а девушка села. Потом приподнялась, поправила длинную юбку и снова села. Гарри тем временем разглядывал свидетельницу. Она была всего лишь на три года младше него самого, но вела себя так, как будто между ними было лет тридцать разницы. Легкая, воздушная и какая-то... светлая, она выглядела именно как нормальная молодая девушка, не заставшая войну. Даже у тех, кто застал правление Волдеморта в детском возрасте, Аврорат вызывал беспокойство. А эта девушка, хоть и беспокоилась за своего парня, явно не испытывала того страшного, тягучего, мрачного, покоящегося на самом дне души, страха. А еще она была красивой. Из-за светлых волос и чарующей внешности, она чем-то напоминала вейлу, но определенно ею не была — Гарри не чувствовал в себе позывов немедленно объявить себя правой рукой Кингсли или еще какой-нибудь глупости. Он не чувствовал вообще ничего, кроме усталости и сочувствия, и это было странно. Рон бы наверняка расправил плечи, а Дин не упустил бы возможности немного пофлиртовать, пусть даже повод такой печальный. Что за чертовщина?.. — Вам удобно? — осведомился Поттер. — Чувствуете себя хорошо? Он не знал, из какого теста сделана эта мисс Вирджиния, а потому привычно обезопасил себя. Не раз в его жизни случалось такое, что свидетели или подозреваемые, наговорив много лишнего, потом отказывались от показаний, ссылаясь на скверное самочувствие, воздействие извне или даже давление. От последнего помогает зачарованное перо, но оно не фиксирует ничего, кроме сказанных слов. — Да, все хорошо, — на нежных скулах появился румянец. — А почему вы спрашиваете? — Так положено, — ответил Поттер. — Будем знакомы. Я — Главный Аврор, меня зовут Гарри Поттер, а это — мой коллега, эксперт Северус Снейп. — Главный? — испугалась свидетельница. — О, неужели Джонни сделал что-то такое... Не может быть! Что случилось?! — Мисс Трюк, — Гарри посмотрел ей прямо в голубые глаза, — мистер Кернс погиб. — Мистер Кернс... что?! — она замерла. — Да что... Почему... Она схватилась за горло, и тут голос подал Снейп. Он поспешно трансфигурировал чистый пергамент в стакан и бросил: — Агуаменти! Выпейте, мисс, станет легче. Мисс Вирджиния послушалась — скорее, как человек, который полностью потерял почву под ногами, а потому подчинился уверенному приказу. Ее тонкая кожа казалась фарфоровой — настолько была бледной. Наконец, она справилась с собой — и на ее глазах появились слезы. — Поверить не могу... — прошептала она. — Джонни, он же... А... А почему Аврорат? Он что, делал что-то запрещенное? А, нет, наверное, дело в проклятии. Какой-то артефакт, да? Проклятый? Гарри благодарно посмотрел на Снейпа и перехватил инициативу обратно: — Мы полагаем, что он был убит. Отравлен. — Боже мой, — мисс Вирджиния уронила стакан с остатками воды — и тот, разбившись, превратился обратно в кучу обрывков пергамента. — Почему? За что?! Гарри уничтожил обрывки и веско произнес: — Мы надеемся, что вы поможете нам узнать, кто и за что убил вашего друга. Сосредоточьтесь, пожалуйста, ваша помощь может быть очень важной. — Да, я, конечно... — она обхватила себя руками. — Я расскажу все, что нужно. Вы же найдете того, кто это сделал? — Обязательно, — твердо ответил Гарри. — Давайте уточнять. Вы договорились встретиться с мистером Кернсом в пятницу, верно? Как это было? Ваша бабушка сказала, что он не пришел на свидание. — Все не совсем так... — мисс Вирджиния густо покраснела. — Он не мог не прийти, потому что он приглашал меня к себе. Это я бабушке сказала, что мы собираемся встретиться в «Магнолии». Это такое кафе рядом с Косым переулком. Но на самом деле он обещал, что позовет меня к себе. Мы... ну... иногда встречались у него дома. Обычно он присылал мне сову — и я сразу шла. Но ведь я не могла сказать бабушке, что жду приглашения! Так что мне пришлось уйти из дома и ждать. Я ждала до полуночи, а совы все не было. Я растерялась, но подумала, что ночью Джонни не станет посылать сову с приглашением. И вернулась домой. Мне пришлось сказать, что я ждала, а он не пришел. Гарри кивнул. Это не слишком меняло картину. — А почему вы не отправились к нему? — уточнил Гарри. — Ведь вы наверняка могли бы войти? — Конечно, я всегда знала, как он закрывает двери. У меня и ключ тоже есть... Но ведь раз он не написал, я подумала, что у него изменились планы. То есть... Я думала аппарировать туда, но боялась, что я ему помешаю, ведь он же не зря не написал, — сбивчиво пояснила свидетельница. — А во сколько вы условились о свидании? — подумав, уточнил Гарри. — Вы же не могли ждать его весь вечер? — Мы договаривались около девяти, — ляпнула мисс Вирджиния. — Мне кажется, что он хотел устроить мне какой-то сюрприз. — Почему вы так подумали? — напрягся Гарри. — Ну... — мисс Вирджиния задумалась. — Мы очень любили болтать обо всем на свете. Но Джонни всегда становился сдержанным, когда у него было что-то, что он хотел от меня спрятать. Ничего не рассказывал заранее. Мы виделись в среду, и у него был такой таинственный вид!.. Я заходила к нему в «Либрариум». Честно говоря, у меня нет таких денег, чтобы там что-то покупать, но мне там очень нравится. — Но мадам Трюк руководит целым департаментом, — нахмурился Поттер. — Простите, но я по долгу службы знаю, что это довольно приличные деньги. — Это бабушкины деньги, — гордо вскинула острый подбородок мисс Вирджиния. — Достаточно того, что бабушка дает мне крышу над головой и еду. Не знаю, как принято в Британии, но у нас в Америке двадцать три года — это не тот возраст, когда просят деньги у родителей. Мне хочется устроиться в Министерство, я все внимательно изучила про Отдел тайн, но... Но мне не хватает времени. — Времени? — до этого Поттеру казалось, что он понимает, о чем речь. — Времени на что? — Ой... — мисс Вирджиния вздохнула. — Придется объяснять. Я окончила Ильверморни, факультет Рогатого змея. У нас на последнем году обучения можно выбрать будущую специальность и проходить факультативные занятия. Я выбрала артефакторику, и меня должны были взять на стажировку в Институт магических артефактов и прочих вещей, наделенных волшебными свойствами. Но... Я уехала сюда, а здесь такого института нет. Есть Служба Артефакторики, но она принадлежит Отделу тайн, а чтобы работать в Отделе тайн, надо прожить в магическом мире Британии не менее семи лет. Поэтому я пока работаю в Косом переулке, в лавке мистера Армитеджа, и я там... Ну, честно говоря, по большей части просто мету полы и убираюсь. Но это позволяет мне видеть некоторые артефакты. Мистер Армитедж не против, что я помогаю ему разбирать новые поступления. А через два года я планирую подавать заявку в Министерство. Вот. Стало яснее. Поттер уже начал понимать, что за человек эта девушка. Настоящая американка — гордая, самостоятельная. Помощь (от бабушки, например) принимает без ложной скромности, но не рассчитывает ни на кого, кроме себя. Не стесняется непривлекательной работы, а еще она явно очень неглупа, раз выбрала себе непростую профессию. И в том, что касается карьеры, прет вперед не хуже фестрала-тяжеловоза. Надо полагать, обладая такими качествами, парня она себе тоже выбрала умного, а еще честного. Хотя последнее еще под вопросом. — Не отметили ли вы чего-то необычного, когда встречались с мистером Кернсом в среду? — подумав, уточнил Гарри. — О чем шел разговор? Как это вообще было? Мисс Трюк подумала — и отрицательно помотала головой: — Нет, ничего необычного я не заметила. Я пришла к нему, когда у него обеденный перерыв. В лавке мистера Армитеджа не так много работы, и обычно я занята только первую половину дня. Остаюсь только тогда, когда нужно разобрать поступления или еще что-то такое сделать. Но в среду ничего такого не было. Я пришла в «Либрариум» около часа дня. Джонни был занят, мне пришлось его ждать, но я не расстроилась, потому что там очень интересно. Обычно я немного стесняюсь там подолгу ходить и разглядывать, ведь знаю, что ничего не куплю, а тогда у меня появилось время. Там столько интересных книг! Потом вышел Джонни. Он повел меня перекусить, и мы купили тыквенных пирожков. У него был очень таинственный вид, но он мало говорил. Я подумала, что он хочет сделать мне сюрприз, а когда он пригласил меня на пятницу, подумала, что это будет великолепно... — тут она отвернулась и громко некрасиво сглотнула. — И поэтому, когда встреча не получилась, я забеспокоилась, но не слишком. Я подумала, что он что-то не успел, но ведь впереди были целые выходные. Так что я вернулась домой и легла спать, а в субботу снова ждала. И в воскресенье. И вчера тоже... — А в выходные лавка вашего работодателя не работает? — рассеянно уточнил Поттер. — Работает, но без меня, — фыркнула мисс Вирджиния. — Мистер Армитедж не один ведет дела. С ним работают и его жена, и сын. Но ведь я же не могу работать совсем без выходных? Когда я переехала, я сразу изучила ваши британские законы о работе, доме и всяком таком. У нас говорят, что незнание законов не освобождает от ответственности, а я не хотела что-то нарушить. И я знаю, что два выходных в неделю мне положены, если только я не целитель и не аврор. И не Невыразимец. С Невыразимцами вообще ничего не понятно, но очень интересно. Может быть, когда-нибудь я им стану и наконец пойму, о чем в этом кодексе написано. А нанимать двоих уборщиц мистер Армитедж бы не стал — там и для меня одной не слишком много работы. Гарри подумал о том, что, скорее всего, ничего нечестного от своего парня мисс Вирджиния бы не потерпела. Она привыкла жить открыто и ничего не бояться. Должно быть, они с убитым были очень хорошей молодой парой — оба честные, увлеченные, с планами на жизнь... Но пришел убийца, и ему на это было плевать. У него был интерес поважнее. — Вы могли бы рассказать, чем вы с мистером Кернсом занимались последнее время? — задал вопрос Поттер. — Мы с... — мисс Вирджиния запнулась и подняла взгляд своих огромных голубых глаз. — Что вы имеете в виду, мистер Главный Аврор?! Снейп, судя по звуку, тяжело вздохнул и вмешался: — Мой коллега имеет в виду профессиональные интересы. Ваш возлюбленный вел обычную нормальную жизнь и вряд ли имел заклятых врагов. Преступление на финансовой почве тоже сомнительно. Соответственно, пересечься с недоброжелателем он мог только на рабочем поприще. — А, конечно... — сразу затихла девушка. — Мы оба увлекаемся артефактами, только Джонни — больше теоретик, а мне хочется практики. Он не очень много зарабатывает... зарабатывал, а я — так и вообще... За половину ставки уборщицей много не платят. Но мне хотя бы не приходится думать о пропитании и счетах, а у Джонни никого не было. Он говорил, что его отец и мать были маглорожденными, а бабушка рассказывала, что в Британии делали с маглорожденными те Темные волшебники, что захватили власть. Я не расспрашивала Джонни... Не хотела делать ему больно. Так что у нас было не очень-то много денег, чтобы покупать интересные вещи. Джонни мог бы зарабатывать больше, но в «Либрариуме» он работал много лет, еще подростком нанимался на летних каникулах. Его хорошо знает хозяин, и давал ему почитать те книги, которые нам пока были не по карману. Он знает, что Джонни никогда ничего не потеряет и не испортит. — У мистера Кернса дома мы нашли множество артефактов... — вопросительно начал Гарри. Мисс Вирджиния покачала головой: — Можете не тратить на них время. Большинство — подделки. Как это называют в Америке — реплики. Часть из них покупали мы с Джонни... Знали, конечно, что никто ничего по-настоящему ценного за пару сиклей не продаст, но надежда умирает последней. Часть — подарки от родителей Джонни. Когда он учился в Хогвартсе, родители дарили ему копии известных вещей. Это интересно и полезно, ведь, например, на хороших подделках нанесены надписи древними рунами, все такое... Одну такую Джонни подарил мне. Вернее, использовал как упаковку. У него была шкатулка, которую можно было открыть, только если разбираешься в нумерологии. Он положил в нее колечко... Вроде помолвки. — Вы планировали пожениться? — Гарри нахмурился. Бред, конечно, но кто-то мог не хотеть этого брака. — Ну. Планировали... Когда-нибудь, — фыркнула мисс Вирджиния. — Я, конечно, не гонюсь за богатством, но хоть что-то надо иметь? Я не хочу, как мои бабушка и мама. Я хочу, чтобы мой муж и отец моего ребенка принимал участие в нашей жизни, а не только существовал. У Джонни была только одна настоящая штука — Исчезающий Неисчезающий Кнат. — Это как так? — брякнул Гарри. — Обычно либо одно, либо другое. — Это монетка... — с готовностью объяснила мисс Вирджиния. — Говорят, что он принадлежал Рагнуку I, гоблинскому королю, который первый стал торговать с волшебниками. Еще говорят, что таких монет было много. Или, может, не много, но не одна. Это было в десятом веке, и на кнат можно было купить не так уж мало. Но сейчас... Его особенность в том, что им можно расплатиться, а потом он исчезнет у продавца и появится в кошельке или кармане у покупателя. Его нельзя передать, его можно только потерять и найти. Джонни еще ребенком нашел на мостовой монетку, а понял, что именно нашел, уже много позже... Когда его поколотили в Хогвартсе за обман. Сам Джонни никогда и никого бы не обманул. — А как он поведет себя, если его владелец... погиб? — не удержался Гарри. — Мы вообще его найдем? — Н-не знаю... — замялась мисс Вирджиния. — Артефакторика — ужасно интересная наука, но вроде бы в настоящее время таких монеток никто не находил. Или находили, но не изучали, а пользовались. Или вообще даже не понимали, что происходит, а списывали все на свою забывчивость и радовались, отыскав лишнюю монетку. Если вы его найдете, то сообщите мне, пожалуйста... Конечно, я понимаю, Джонни уже не вернуть, но... Но ему бы точно было интересно узнать, как поведет себя этот кнат. Вот только заплатить за это жизнью... Мистер Поттер, — вдруг вскинулась девушка, — у вас еще много вопросов? Я очень устала, а еще мне... мне нужно это пережить. Не представляю, как я буду... без него. Мне ничего не известно о последних открытиях Джонни. Если и было что-то такое, то мне рассказать об этом он не успел. Поттер вопросительно посмотрел на Снейпа. Тот отрицательно покачал головой. — Вы можете идти, мисс, только подпишите здесь и здесь, — Гарри выхватил из-под зачарованного письма длинный свиток с показаниями. — Прочтите, если сомневаетесь. Это — запись допроса; это — уведомление на запрет разглашения сведений об убийстве до окончания официального расследования. Свиток мисс Вирджиния подписала не глядя — такое бывает только у людей, которые безоглядно доверяют власть предержащим. А вот уведомление она внимательно прочла и, прежде чем поставить подпись, уточнила: — А бабушка? Я могу рассказать бабушке? Она захочет узнать. — Мы только расспрашивали вас, никаких сведений не сообщали, — вздохнул Гарри. — Да, можете, мисс Трюк, но предупредите Роланду, чтобы тоже не распространялась об этом. И я прошу вас, если что-то вспомните, немедленно отправьте сову на мое имя в Аврорат. Мы встретимся лично, и я охотно выслушаю любые сведения, которые могут помочь следствию. Никогда не знаешь, что может оказаться полезным. — Хорошо, — по-деловому кивнула мисс Вирджиния. — Я все поняла. Она ушла, а Гарри сгорбился в своем не слишком удобном кресле. — И что мы выяснили? — с тоской спросил он. — Очередная пустышка, ноль, ни-че-го! Наверняка этот Кернс раздобыл какую-то штуку, которую хотел подарить своей девушке или даже просто показать. Но убийца опять опередил всех. Держу пари, ничего мы среди вещей убитого не найдем. Разве что этот чертов кнат, который интересен только любителям старого барахла. Северус тоже был мрачен, но от проявления чувств воздержался. — Если все предыдущие убийства такие же, то я готов аплодировать убийце, — процедил он. — Он не оставляет никаких следов. Заметьте, он совершает убийства одним и тем же способом уже пятый раз, а мы по-прежнему ничего не знаем о нем. Вы собираетесь просматривать вещи мистера Кернса? — Да к черту, — буркнул Поттер. — Эта девица сказала, что мы там ничего не найдем, и она права. Передам все это в Отдел Тайн, пусть там проверят. Просмотрю только бумаги. Мистер Кернс потерял родителей никак не позже 1998-го, долго жил один... У таких людей бывает привычка писать дневник или оставлять заметки. Если же, несмотря на потерю родителей, у него хватало социального общения, то я опять ничего не найду. Эх, надо было спросить, были ли у него друзья. — Я могу назвать вам сокурсников мистера Кернса, — неожиданно предложил Северус. — Только сначала посмотрю в своих бумагах. У меня как раз есть привычка записывать. Гарри проглотил глупые вопросы. Конечно, есть привычка. Снейп почти двадцать лет ни с кем не мог быть откровенен. Как бы самому до такого не дойти. — Буду благодарен, — произнес он вслух. — Мерлиновы панталоны, уже четыре часа! А мне еще надо успеть к Кингсли. Он все-таки продавил меня на этот матч в субботу, еще и это утрясать... — А что вам не нравится? — Северус уже поднялся, но приостановился. — Помнится, раньше вы охотно летали. И делали это лучше всего остального. — Это вы меня на прошлой неделе не видели, — хмыкнул Гарри. — Я впервые за последние годы поднялся в воздух на метле. И не сказать, что был доволен собой. — Вероятно, не захотели уступать миссис Поттер? — ровно спросил Снейп. — Нет, просто... — Гарри запнулся. Ну нельзя же рассказать Снейпу, что первый раз за все время после войны вспомнил, что такое — быть собой, быть свободным... Просто быть, а не существовать по накатанной. — Ладно, — он махнул рукой. — Спасибо вам за помощь, мистер Снейп. Если найдете что-то про Кернса, загляните через камин. Или, если будет поздно, отправьте сову. Северус молча кивнул — и исчез в камине. Гарри сжал зубы — и решительно отправился к Министру. Надо было уже разрулить всю эту заваруху с квиддичем. Как же невовремя... Кингсли встретил его вопросительно. На взгляд Гарри, тот был просто неприлично довольным и спокойным. Наверное, в Кабинете Министра служба поспокойнее... — Гарри? — чаю тот не предлагал. — Мне доложили, что... Еще одно убийство? — Еще одно, — коротко подтвердил Поттер. — На этот раз я обнаружил его сам. Ко мне обратилась невеста убитого, и я первым побывал на месте преступления. И, что самое плохое, я ничего не нашел. — Скверно, — свел брови Кингсли. — Неплохо бы ускориться. Скоро начнутся всевозможные встречи, дипломатические переговоры на следующий год, благотворительные мероприятия... Я не отчитываюсь по неоконченным делам, но было бы хорошо иметь блестяще раскрытую серию преступлений. Конечно, было бы еще лучше не иметь серии вовсе, но тут нас никто не спросил. — Да мне тоже уже... припекает, — тревожно откликнулся Гарри. — Во-первых, это само по себе неприятно. Во-вторых, чем больше жертв, тем выше риски того, что что-то просочится в прессу. И вот тогда это будет полный провал. А еще мне бы все-таки хотелось сходить в этом году в отпуск, но чем ближе Рождество, тем ниже мои шансы. В декабре шансов не останется. — Все понимаешь, — довольно отозвался министр. — А что с матчем? Рассчитывать на тебя? — После всего вышесказанного, мне кажется, что я многовато на себя взваливаю, — хмыкнул Гарри. — Но вроде как обещал. У Джин игра в полдень. Надеюсь, наш матч окончится быстрее, и я успею на игру. Или хотя бы на ее конец, чтобы забрать Джинни. — Вот таких, как ты, мне и не хватает в моей команде, — сердечно проговорил Кингсли. — Пришел и все решил. Если я что-то могу для тебя сделать — сделаю. — Если бы у вас был Маховик времени... — вздохнул Поттер и слегка улыбнулся, показывая, что шутит. — Время — это единственное, чего мне не хватает. С остальным я способен разобраться сам. — Мне бы тоже пригодился, — поддержал его Кингсли. — Сейчас еще ничего, а вот в декабре можно будет с ума сойти. В этом году даже японцев пригласили для укрепления отношений. В прошлый раз у меня с ними общение не очень задалось. — А что было в прошлый раз? — рассеянно спросил Гарри. — Это как раз после войны было, — ударился в воспоминания министр. — Наносили визиты вежливости. Я всем и каждому рассказывал про тебя, Гарри. Не думай, что я прятался за твою спину, но вся эта вежливость — только напоказ, а всем хотелось узнать, что там у нас происходит. Во всех странах мира ты прогремел как Герой. И только японцы ничего не поняли. Когда я сказал, что ты принял на себя Убивающее заклятие, выжил и притворился мертвым, они были возмущены. По их мнению, это недостойно. Наверное, ты должен был встать и сделать харакири. Возможно, я тоже чего-то не понял. — Мерлин с ними, с японцами, — фыркнул Гарри. — Мне пора, а то скоро действительно будет впору харакири сделать. — Можешь в пятницу не отчитываться, — подумав, предложил Кингсли. — Тебе в субботу придется рано вставать, так что, может, хоть сбежишь в пятницу пораньше. — Угу, конечно, — буркнул Гарри. — Я каждый раз так думаю, а потом вваливаюсь домой, когда дети уже спят. Но спасибо, хоть время подгонять под отчет не придется. Гарри до вечера просидел над бумагами мистера Кернса, но — ожидаемо — ничего интересного не нашел. Переписку с друзьями он, очевидно, не хранил. Из писем нашлась только стопка, перевязанная розовой лентой. Поттер прочел несколько по диагонали и убедился только в том, что отношения с мисс Вирджинией были ровными и искренними. Еще по письмам можно было сделать вывод, что влюбленные состояли в физической связи, но это Аврората не касалось и ничем необычным тоже не являлось. Рабочие заметки ни о чем не говорили. Там было много конспектов, огромное количество каких-то расчетов, древних рун и даже записи на гоббледуке. Гоббледука Поттер не знал, но написание было узнаваемым. Еще Гарри выяснил, что банковская ячейка мистера Кернса была не совсем пустой — кое-что осталось от родителей, что не было изъято во времена правления Волдеморта, но, похоже, мистер Кернс не собирался пускать эти деньги в дело, а использовал в качестве финансовой страховки. Гарри закончил с бумагами и уже собирался отправляться домой, когда камин озарился зеленым светом. — Вы еще здесь? — Снейп заглянул. — Я не буду заходить. Просмотрел свои записи и вспомнил. Из всех сокурсников я видел мистера Кернса только с мистером Брэдли. Может быть, вы даже помните? Мистер Брэдли играл в сборной Когтеврана. А мистер Кернс вечно подсказывал ему на моих уроках, потому что у мистера Брэдли были более серьезные дела — например, квиддич. Поттер встряхнул головой. Что-то было такое, но настолько давно и настолько неважно... — Где сейчас мистер Брэдли и чем он занимается, я не в курсе, — добавил Северус. — Но если вы хотите не только фактов, но и мое мнение, это вряд ли была серьезная дружба на годы. Слишком разными были эти юноши. — Понятно, спасибо... — Гарри вздохнул. Убийца как будто выбирает себе одиночек. Может, все-таки маньяк? Хотя мистера Кернса совсем одиночкой, конечно, не назвать. У него была девушка... и все. Но в магической Британии еще остались люди, у которых и этого нет, так что вряд ли. Выходя из камина гостиной дома на Гриммо, Гарри машинально посмотрел на часы. Восемь, не так уж поздно. Дети бросились навстречу из столовой, как только заслышали шаги. Гарри обнял обоих и поинтересовался: — А где мама? — Мы как раз ужинаем! — радостно ответил Джеймс. — А мама сердитая. — Почему? — Поттер даже вздрогнул. Ну почему вдруг опять? Вроде же в последнее время Джинни не устраивала сцен на пустом месте... — Это из-за Тесси, — подала голос Лили. — Она охотилась и стянула со стола скатерть с тарелками, и ложками, и вилками, и чашками. Мама все восстановила, но на полу остались пятна от копченой рыбы. Тесси нравится, она лижет пол. А маме не нравится. — А, пустяки, — от сердца отлегло, и Гарри фыркнул. — Кикимер отмоет. — Кикимеру тоже не нравится, — добавил Джеймс. — Тесси рыбу украла и убежала, а он ругался и назвал ее «шерстяным мешком». Держа детей за руки, Гарри пришел в столовую — и сразу почувствовал запах рыбы. Это было тем более странно, что на столе стояло блюдо с курицей. — Джин, — Гарри отпустил детей и улыбнулся. — Не сердись, зато кошка сытая. — Она-то сытая, а вот мы сидели голодные, — хмыкнула Джинни. — Кикимеру пришлось срочно готовить курицу, и у него не было времени отмыть пол. За это время тут провоняло все, и даже заклинания не берут это пятно. А еще где-то в доме, вероятно, лежат останки нашего ужина и тоже воняют. Надеюсь, мы не найдем их потом в нашей кровати. — Надеюсь, мы обнаружим их раньше, чем они протухнут, — фыркнул Гарри. Он поспешно отлучился вымыть руки и, вернувшись, уселся за стол. — Как развлекались сегодня? — Мы ходили гулять, — поспешил первым влезть Джеймс. — Мама делала покупки. Ты представляешь, пап, у маглов есть какие-то парки аттракционов. Я тебе потом газету покажу. Я думал, магловские газеты скучные, там даже колдографии не двигаются, но там были картинки! Они как-то летают совсем без метлы, а еще можно крутиться в огромной штуке! А еще там можно водить магловские машины, только маленькие! Я очень хочу! Давай сходим туда, ну пожа-а-алуйста... — Где ты вообще эту газету взял? — заинтересовался Гарри. — Я покупала всякое разное в спортивном магазине, — объяснила Джинни. — Полироль для метлы мне завернули в газету. Оказалось, магловскую. Я чуть было не выкинула, а оказывается, там об открытии какого-то нового парка. Я уже объясняла Джеймсу, что маглы туда не ходят каждый день. На день рождения, возможно... — Так он еще весной, — сразу надулся Джеймс. — Так и хорошо! — возразил Гарри. — Что сейчас хорошего в парке развлечений? Холодно, мокро и противно. А день рождения у тебя в апреле, можно будет есть мороженое прямо на улице. А еще у маглов есть сладкая вата. Это такая штука, которая залепляет тебе все лицо, и потом ходишь липкий. По крайней мере, Дадли всегда перемазывался, как поросенок... — Фу, не люблю липкое, — поморщилась Лили. — Я тоже хочу! Только в зоопарк. Тетя Гермиона рассказывала, что у маглов есть такой парк, где гуляют разные животные. Почему у нас такого нет? — Не знаю, — пожал плечами Гарри. — Пока не придумали, наверное. Вот вырастешь — и заведешь! — Я хочу! — Лили так подпрыгнула, что едва не свалила себе на колени тарелку. — У меня там будут все-все! И драконы. — Не надо драконов, — спокойно возразила Джинни. — Иначе никто не захочет ходить в твой парк. Гарри, я думаю, что Джеймс и Лили уже вполне подросли для того, чтобы водить их в магловский Лондон. — Я тоже так считаю, — согласился Гарри. — Только помните, что в магловских местах нельзя громко кричать про всякие магические штуки. Я вам об этом еще напомню. — Мы умеем хранить тайны, — жарко заверил его Джеймс. — Лили, ты ведь умеешь хранить секреты? — Конечно, — даже немного обиделась сестра. — Когда ты велел не рассказывать маме, что брал ее волшебную палочку, я никому ничего не сказала! Ой... — Так... — Джинни нахмурилась. — Палочку не таскать. Между прочим, я была послушной девочкой и не пользовалась магией вне Хогвартса до того, как мне исполнилось семнадцать. А папа вообще жил с маглами, за ним немедленно бы прислали сову из Министерства. Гарри подумал, что Джинни, конечно, лукавит. В военное время-то послушной девочкой выживать трудно. — Кстати, насчет Министерства, — Джинни подняла голову. — То есть не совсем насчет Министерства, но я вспомнила про «Ежедневный пророк», и сразу... В общем, журнал «Еженедельник ловца» прислал мне сову. Они собираются в пятничном номере освещать игру против «Нетопырей» и хотят взять интервью на отдельную полосу. Тебя тоже приглашали. Я дала свое согласие, но про тебя написала... неопределенно. Пойдешь? Или мне лучше одной? Гарри замялся. Хорошее настроение как рукой смело. Конечно, не хочется никаких интервью. И времени нет. Да и о чем говорить? Жизнерадостно врать? Но для Джинни это важно. Сам же хотел попробовать восстановить с ней нормальные семейные отношения. Еще буквально неделю назад казалось, что ничего восстановить уже невозможно, но все последнее время Джинни приветливо общается... Но как же снова не хочется лгать! Ни себе, ни остальным. Тут Гарри вдруг понял, что если поддаться, то все вернется на круги своя. Он будет корчить из себя того, кем не является, а на этом ничего не построишь. — Лучше тебе одной, — твердо произнес он. — Если очень нужно, я могу позировать с тобой на колдографии. — Это вряд ли, — отмахнулась Джинни. — Меня просили одеться в форму и взять с собой метлу, так что позировать я буду в воздухе. Ну, или... Хочешь вместе? Мы будем красиво смотреться. Гарри сразу вспомнил, как чувствовал себя на метле — и помотал головой. — Нет, это совсем глупо. К тому же, у меня в субботу тоже матч. Будет еще глупее, если я в пятницу появлюсь в спортивном журнале, весь такой красивый, а в субботу с позором продую. — Матч? — Джинни немедленно оживилась. — Ты сказал — матч? Неужели Кингсли все-таки уговорил тебя? Ой, Гарри, а во сколько? Я тоже хочу посмотреть. — Не получится, — вздохнул Гарри. — В десять утра. Я надеюсь только успеть к тебе на игру. Или хотя бы забрать тебя домой. — Ерунда, — решительно произнесла жена. — Я не хрустальная, вполне справлюсь сама. Уверена, теперь Отдел магического правопорядка перестанет сливать все матчи. — Джин! — Гарри вскинул руку. — Это только на один матч, потому что вратарь заболела. У меня нет времени этим заниматься. И вообще... Откуда ты знаешь, кто как играет? Ты вроде бы никогда не ходила на министерские соревнования... — Майкл рассказывал на балу, — Джинни немного смутилась. — Я ведь там никого не знала, а он болтал про квиддич... Как будто он в нем разбирается! Но кое-что я сразу поняла. Непонятно только, почему у вас такая слабая команда. Ведь у вас многие занимаются спортом. — Да потому что те, кто занимаются спортом, не занимаются такими глупостями, — ляпнул Гарри. В столовой повисло молчание. Дети притихли, и было слышно, как тикают на стенке часы. — Ну спасибо, — звенящим голосом произнесла Джинни. — Я только успела подумать, что ты... А ты... Она выдохнула, справляясь с собой. — Джин, — окликнул ее Гарри, — я не хотел сказать... — Знаешь что, меня уже тошнит от того, что ты не хотел, но сделал, — Джинни резко поднялась. — Мне нужно проветриться. Я вернусь через час. Надеюсь, хотя бы час ты можешь последить за своими детьми? Она вышла, хлопнув дверью, и только Джеймс спросил: — А почему мама рассердилась? — Потому что... — начал было Гарри и расстроенно уперся локтями в стол. — Будем надеяться, обойдется. Когда она вернется, я с ней поговорю, и все будет хорошо. — Пап, — грустно сказала Лили, — а почему ты не хочешь играть в квиддич? Вы бы с мамой могли вместе играть, и все бы было хорошо. — Солнышко, — Гарри вздохнул, — я не хочу профессионально играть в квиддич. У меня опасная, но очень нужная работа. Ее тоже кто-то должен делать, а у меня — большой опыт. Мама это понимает. К тому же, в «Холихэдские гарпии» меня точно не возьмут. — А почему? — бесхитростно спросила дочь. — Потому что папа — не женщина, — объяснил ей брат. — В «Холихэдских гарпиях» играют только женщины. Я же тебе говорил! Эх, девчонки совсем не разбираются в квиддиче! — Джеймс, — фыркнул Гарри, постепенно приходя в себя, — тебе не кажется, что в твоих словах есть некоторое противоречие? — Нет, ну мама — это мама, — не согласился сын. — Ты бы слышал, как она читает про квиддич! Как орешки, щелкает, когда там пишут неправильно. Она нам часто читает про квиддич. Я успел выучить про все команды. — Лучше бы ты математику выучил, — фыркнул Гарри. — Кто в собственных сиклях запутался? — Это давно было, — надулся Джеймс. — Теперь я уже не путаюсь и могу купить... могу купить... Все, что могу, то и могу. — Он копит на метлу, — выдала брата Лили. — На настоящую, гоночную. — А... — протянул Гарри. — Давно? — Уже две недели... — Тогда придется еще немного подождать, — серьезно ответил Поттер. — Гоночные метлы обычно за галлеоны покупают, а не за сикли. — Ничего, я накоплю, — еще больше надулся Джеймс. — А потом стану, как ты, ловцом! Или, как мама, охотником! Выиграю кубок Хогвартса, а потом пойду в «Нетопыри». И выиграю Чемпионат Британии и Ирландии. Или даже мира. — Или в «Пушки Педдл», — подсказал Гарри. — И они, наконец, поднимутся со дна таблицы, а дядя Рон будет счастлив. Появился Кикимер и начал убирать со стола. Он по-прежнему постоянно ворчал, а потом спросил: — Подать чай? Уважаемой леди — тоже? — Поставь приборы на всех, Кикимер, — попросил его Гарри. — Вдруг Джинни вернется. — Леди забрала свою метлу и ушла, — просветил его домовик. — Кикимер считает, что хозяин дурно обошелся с хозяйкой. А еще Кикимер считает, что хозяину следует навестить уважаемого младшего наследника. Младший наследник не желает есть кашу. Старый Кикимер беспокоится. Гарри тоже обеспокоился. Младшего сына за все последние дни он не видел ни разу. — Джеймс, Лили, пойдемте-ка сходим к брату, — Поттер поднялся. — Кикимер, чай подождет. Подай через полчаса. Домовик сурово дернул ушами и пропал. Не стал бубнить, значит, был доволен. В комнате на втором этаже было тихо. Альбус в полном одиночестве играл смешным маленьким драконом. Увидев отца и сестру с братом, он бросил дракона и неловко поднялся на ноги. Он стоял неуверенно, покачиваясь, но не падал. А потом сделал неловкий шаг вперед. — Ух ты! — непосредственный Джеймс захлопал в ладоши. — Глядите-ка, научился! Может, скоро и бегать начнет? Гарри почувствовал горечь. Его второй сын сделал первые шаги — без него. А ведь когда так же случилось с Джеймсом, Гарри давал себе зарок, что больше такого не будет. Поттер плюхнулся прямо на пол — и Альбус, смешно покачиваясь, пришел прямо к нему в объятия. — Да ты уже ходишь! — весело воскликнул Гарри, хотя на душе скребли кошки. — Мама учила? Однако Альбус насупился: — Ки-ки... Гарри стало не по себе. Неужели Джинни даже не... — Кикимер учил тебя? — Ага, — выдохнул Альбус в плечо. — Кики — бом! Было непонятно, но Гарри не стал допытываться. — Альбус, Альбус, — Лили подскочила ближе, — а почему ты не хочешь есть кашу? — Потому что эта каша — гадость, — объяснил ей Джеймс. — Если бы я мог, я бы тоже ее не ел, но Кикимер врет, что больше ничего нет, а есть хочется. — Давай поедим, — предложил Гарри и потянулся к маленькой расписной тарелке, которая стояла на табуретке — еще теплая. Он сделал вид, что облизал ложку и протянул. — Вкусная... — Не верь, Альбус, он даже не попробовал! — стоял на своем Джеймс. — Невкусная! Однако Альбус без особых проблем позволил себя накормить и даже не слишком испачкался. Гарри с облегчением запихнул в него последнюю ложку, когда дверь открылась и на пороге появилась Джинни. Она уже успела сбросить плащ, но от нее все еще вкусно пахло осенней сыростью. — Гарри... — она с каким-то странным удивлением проследила за ним. — Кикимер сказал, что вы здесь. Мы можем поговорить наедине? — Конечно, — с готовностью отозвался Поттер. — Альбус поужинал, мы все собирались пить чай, но поговорить — важнее. Согласны? — Конечно, — легко кивнула Лили. — Мы с Джеймсом и сами можем попить чаю. Да, Джеймс? Кикимер сделает нам чай с молоком, а еще даст печенья. Пап, скажи ему, чтобы печенье давал не поштучно! — Хорошо, — пообещал Гарри. — Джинни, идем? Он проводил жену в темную и теплую спальню, и она вдруг прижалась к его плечу, совсем как младший сын. — Гарри... — голос Джинни был глухим. — Прости, я опять вспылила. Просто привыкла, что ты совсем не интересуешься — ни мной, ни детьми... Отмахала несколько миль — и поняла, что ты имел в виду. Конечно, не профессиональный квиддич. Ты говорил про министерские соревнования, которые устраивают для развлечения. — Ну да, — растерянно пожал плечами Гарри. — Кингсли нужно показать дружную работу Министерства, но некоторым и правда нравится. Не понимаю только, чем... — Майкл и про это говорил, — робко улыбнулась Джинни. — Он хотел меня рассмешить и рассказал про то, что Маклаген играет за свой Отдел регулирования магических популяций, а Лаванда, которая Браун, а теперь тоже Маклаген, каждый раз приносит на игру огромное бархатное сердечко. Хорошо, что я этого не видела, а то меня бы стошнило. — Хорошо, что мы в субботу не с Отделом магических популяций играем, а то меня стошнило бы прямо в воздухе, — серьезно поддержал ее Гарри. — Если вдруг соберешься прийти на интервью, журналисты будут счастливы, — Джинни отстранилась. — Не то чтобы меня это волновало, — покачал головой Гарри и вздохнул. — А ты знаешь, что Альбус уже пошел? Кикимер научил его делать первые шаги. Казалось, Джинни немного смутилась: — Нет, не знала. Еще неделю назад он точно этого не умел, а потом... Потом у меня времени не было. Гарри и хотел бы упрекнуть жену — как-никак у нее точно было целых три выходных подряд, но не решился. В конце концов, это она, а не он, учила и Джеймса, и Лили. И нет ничего удивительного, что первые профессиональные переживания и первые успехи немного вскружили ей голову. — Нельзя допустить, чтобы говорить Альбуса тоже учил Кикимер, — шутливо произнес Гарри, но не мог заставить себя улыбнуться. — Иначе Альбус будет разговаривать о себе в третьем лице, а профессоров в Хогвартсе называть «хозяевами». — Да, я... постараюсь уделять ему больше времени, — пообещала Джинни. — И ты тоже... Постарайся, а? Я помню, что ты говорил про важное расследование, но нельзя же все время проводить на работе. — Я стараюсь, Джин, — устало ответил Гарри. — Может быть, я что-то неправильно делаю, но не получается. Пойдем чаю попьем? А то детям опять придет пора спать. Мы с тобой можем поговорить и позже. Он первым отправился к выходу и не увидел того, что Джинни смотрит ему вслед и отрицательно качает головой.