Sanctum Sanctorum

— Северус! — громко позвал Гарри, выйдя из камина в гостиной. — Северус! — Хозяин Северус в лаборатории, — проскрипел под ногами Кикимер. — Хозяин Северус велел не беспокоить. — Кикимер, я тебе тоже хозяин, — весело напомнил Поттер. — Так что иди и сообщи Северусу, что я его жду. По возможности, деликатно, чтобы он ничего не взорвал. — Жестокий хозяин у Кикимера, — привычно пробубнил домовик и сразу поправился. — Жестокие хозяева у Кикимера. В прошлый раз хозяин Северус выставил Кикимера из лаборатории. — В прошлый раз ты аппарировал ему прямо на стол! — возмутился Гарри. — Естественно, он вышел из себя. И вообще, приказы хозяев не обсуждаются. — А хозяин Северус еще не вошел в дом как хозяин, — ехидно сообщил домовик. — И вообще, хозяева — полукровки. — Были бы чистокровными — уже за уши бы тебя подвесили, — буркнул Гарри. Стало понятно, что упрямого домовика не переубедить. За порогом гостиной раздались широкие размашистые шаги, а потом и раздраженный голос Снейпа: — Обязательно так шуметь? — Северус, — Гарри не стал тратить время на дальнейшие препирательства и развернулся к любовнику. — Ты закончил? — А у меня был выбор? — парировал Снейп, но несколько смягчился. — На данный момент — да. Ты с новостями? — Конечно, — Гарри поспешно потянулся ко внутреннему карману и вытащил оттуда ворох бумаг. — Разберешься? — А у меня есть выбор? — сощурился Северус, почти точно повторив предыдущие слова. — Что это? — Все, что мне удалось накопать по этой отраве, — ответил Поттер и честно добавил: — И, может, не только по ней, я не понял. — Это не яд, — напомнил Снейп. — Просто хитрое зелье... — ...после которого приличная женщина убила своего мужа и своих четырех детей, — скептически приподнял бровь Гарри. — Лучше бы это был яд. Предпочитаю один труп, а не пять. Да еще и от Азкабана ее теперь отмазывать придется. — Это если получится, — мрачно буркнул Снейп. — Ведь вскрытие исключается по веской причине, а на анализ осталось не больше пары капель. А что с мотивами? Гарри не успел ответить — в разговор влез Кикимер. — Может быть, уважаемые хозяева поужинают? — сварливо буркнул он. — Кикимер старался. Кикимер даже не наказал своенравную девчонку, потому что она спряталась в... микроволновой печи, а у Кикимера не было времени ее искать. Гарри рассеянно подумал, что в доме у Майкла Кикимеру, наверное, многое непонятно. Дом был совсем современным, и там наверняка множество мест, о которых старый домовик даже не подозревает. Тем не менее, он упрямо таскался приглядеть за «бестолковой дочерью» и по-прежнему брал на себя множество забот о «наследниках». Ему, конечно, уже не по возрасту... Остается только ждать, пока Дульси подрастет — и будет справляться со всем сама. — Давай, — сказал Гарри вслух. — Спасибо, Кикимер. Пока тот накрывал на стол, Гарри потащился в ванную вымыть руки. Северус, естественно, потащился следом — ему слишком интересно. — С мотивами пока не очень понятно, — продолжил Гарри начатый разговор, стараясь не глядеть в зеркало, которое всеми силами демонстрировало, что ему не нравится помятый Главный Аврор — пузырилось и искажало пропорции. — Но я думаю, что это что-то глубоко личное. И целью были, конечно, не дети. Самому старшему было одиннадцать, даже в Хогвартс не успел пойти. Вряд ли у таких были смертельные враги, способные сварить... да хоть что-то. — Я тоже склоняюсь к мысли, что кто-то хотел, чтобы миссис Черри страдала, — кивнул Северус. — Продуманная, изощренная месть. Я бы сказал, женская. — Или мужская, — возразил Гарри. — Если, например, выяснится, что она отказала кому-то... То это очень неплохой способ — лишить ее любимой семьи и заставить с этим жить. В Азкабане или на воле... Уже не так важно. — Страшная судьба, — кивнул Снейп и отвернулся. Гарри понял без слов. Северус стал причиной гибели мамы — и это на много лет определило его судьбу. Стать причиной гибели собственной семьи... Хуже — убить эту семью своими руками... Тут свихнуться впору. Чтобы съехать с темы, на которую вышел разговор, Гарри отправился в столовую. Вкусные запахи щекотали нос, и как-то сразу вспомнилось, что ел последний раз — около полудня. Наступила тишина, прерываемая только звяканьем приборов и шуршанием бумаг. Кикимер принес кофе и горько покачал головой. Гарри привычно просчитал — недоволен хозяевами. Хозяин Гарри внаглую жрет бифштекс с вилки, игнорируя нож. Хозяин Северус безупречно пользуется приборами, но при этом кладет локти на стол и сидит, согнувшись над бумагами, от которых не может отвлечься даже во время семейного ужина. Жестокие хозяева достались Кикимеру. Когда дело дошло до кофе, Гарри, наконец, решился отвлечь любовника: — Ну, что узнал? — Что ты бестолочь, — вздохнул Снейп и локтем отодвинул бумаги. — Почти ничто из этого не пригодится. Где ты вообще эту чушь нашел? — Как где? — Гарри даже обиделся. — В библиотеке Отдела Тайн, конечно. Где я еще мог отыскать что-то про зелье, которого в природе не существует? Специально пропуск получал! — Значит, получишь еще раз, — безапелляционно заявил Снейп. — Два пропуска, потому что одного тебя туда пускать бессмысленно. Мне нужно поискать самому. Гарри даже на стуле отодвинулся. — Северус, ты... Как ты себе это представляешь? Пусть ты и штатный эксперт, по особым спискам ты все равно проходишь как бывший Пожиратель Смерти. Пропуск тебе никто не выдаст. А если я начну об этом хлопотать, то после последней статьи... Догадываешься, что будет? Северус тоже откинулся на спинку стула с чашкой кофе. Отпил... но не поморщился. Кофе старый Кикимер варил «неплохо», как оценивал Снейп. — Мне абсолютно наплевать, что будет, — холодно отрезал Северус. — На кону — свобода невиновной женщины. Мы не можем ждать. А если окажется, что какой-то из анализов имеет смысл проводить только в первые три дня, а потом что-нибудь безвозвратно распадется? Ты готов за это платить? — Ладно, — Поттер капитулировал — как почти всегда. — Завтра же попробую выбить тебе пропуск. И себе, конечно, потому что без присмотра... Ну, сам понимаешь. — Тогда лучше не тебе присматривать, — усмехнулся Снейп. — Пусть присмотрит мистер Томас. Он лицо незаинтересованное... в моей благосклонности, так скажем. Мысль была здравой, и Гарри кивнул: — Идет, — а потом вдруг улыбнулся. — А что я могу сделать, чтобы заслужить твою благосклонность? — Не выдергивать меня из лаборатории, — фыркнул Снейп. — Я уже понял, что для дела будет безопаснее заканчивать с работой до твоего прихода, но ты каждый раз появляешься в разное время, и за этот год я так и не смог обнаружить в этом никакой закономерности. Ты — хаос во плоти, Гарри. От этих слов почему-то захотелось смеяться. Еще, кажется... всего год назад или, может, чуть больше, Главный Аврор был куда более предсказуем. Работал много, наизнос, но, как ни странно, результаты при этом показывал хуже, чем теперь — не скованный лишними рамками. Наверное, именно это чувство внутренней свободы делало его непобедимым. Или почти непобедимым. На этой мысли Гарри мысленно вздохнул. Того шарлатана с его «чудодейственными» средствами он все-таки упустил. И Северус не помог, эта продувная бестия растворилась в Британии, как кусочек сахара в чае... — Кстати, насчет хаоса, — ляпнул Гарри вслух, чтобы отвлечься. — Я написал заявление на отпуск. Так что у тебя — не больше двух недель. — Что?! — Снейп изумленно распахнул глаза. — Ты... Поттер, я же просил предупреждать! Или все твои слова вообще ничего не значат? Помнится, буквально несколько дней назад ты плел что-то о том, что хочешь со мной то, что ты называешь семьей. Так вот, на мой взгляд, в семье все как-то решается сообща, а не один — самодур, а второй — идиот. — А кто есть кто у нас? — не выдержал Гарри и все-таки рассмеялся. — Брось, Северус, на этот раз это у меня не было выбора. Кингсли сказал, что если я не возьму отпуск сейчас, то потом только деньгами смогу получить. Денег у меня и так больше, чем нужно, а ты сам мне говорил, что нужно больше отдыхать. — Но расследование?.. — нахмурился Снейп. — Мы же не можем все бросить! Миссис Черри задержана, ее не должны держать в ваших подземельях только потому, что тебе — или Министру — взбрело в голову... Гарри наклонился вперед, поставив локти на стол, и проникновенно произнес: — Если ты найдешь доказательства воздействия извне, то я сумею собрать Визенгамот на предварительное слушание и изменить меру пресечения. Отправим миссис Черри к ее сестре, а расследованием займемся, когда вернемся. Ну серьезно, Северус, знаешь же, не бывает такого, чтобы в Аврорате было нечего делать и можно спокойно отправиться отдохнуть. Всегда приходится чем-то жертвовать. — Или кем-то, — буркнул Снейп, а потом вдруг как будто растерялся. — Мне тоже нужно писать заявление на отпуск? — Конечно, — Поттер кивнул. — Так всегда делается, когда работаешь в штате. Ты что, никогда таких заявлений не писал? Северус запнулся: — Вообще-то... нет. В прошлый твой отпуск я был еще вне штата, так что мне было довольно, чтобы меня никто не дергал, а мистер Томас у тебя дрессированный. А до этого я работал только в Хогвартсе. А в Хогвартсе, как ты догадываешься, никакие заявления на отпуск не нужны, если это планово. Учителей отпускают через пару недель после окончания года, и все возвращаются примерно за неделю. Деканы чуть раньше. А у Волдеморта было немного туго с отпусками и окладом. Гарри только руку ко лбу приложил и объяснил внятно и четко, как бестолковому стажеру: — Завтра принесешь подписанное заявление в свободной форме на стол мисс Кейсон. Она знает, что с этим делать, все зарегистрирует, я подпишу. — Завтра утром мне будет не до того, — веско произнес Снейп. — Так что могу написать сегодня, а ты завтра прихватишь с собой на работу. — Хорошо устроился, — фыркнул Гарри. Но сделал это не зло и не завистливо. Северусу действительно удобнее работать дома, в привычной лаборатории. Гарри, как руководитель, мог бы потребовать, чтобы тот все исследования проводил в лаборатории Аврората, но не видел в этом ни малейшего смысла. Отсутствие возможности наладить все на свой вкус явно скажется на качестве работы эксперта. Да еще и придется регламенты соблюдать — безопасность, комплектность, прочая ерунда... Или переписывать все это под себя, как будто другой головной боли мало. Северус помолчал, допил кофе и со звучным звяканьем поставил чашку на блюдечко. — И... какие же у тебя планы на отпуск, Главный Аврор? Гарри ждал этого вопроса. Северус не мог не спросить. — Медовый месяц? — фыркнул он. — Какие планы могут быть под Рождество? Холодно, зябко, бр-р-р. — Медовый месяц обычно устраивают после свадьбы, — сообщил ему Снейп. — Ты мне предложил только помолвку, так что перебьешься. Взгляд Гарри машинально скользнул по руке любовника, все еще лежащей на чашке — и вдруг стало как-то... неприятно и горько. Кольца на руке не было. Не спрашивать же? В конце концов, это только символ, да и то — больше для аудитории, чем для себя. Или спросить? Иначе зачем все это было? Северус проследил за взглядом и поглядел насмешливо. Или, может, снисходительно. Но когда заговорил, в его голосе прозвучало нечто схожее с извинением: — Снял, когда собирался взяться за медовую фиалку. Она дохнет и рассыпается от соприкосновения с металлом. — А как ее тогда резать? — ляпнул Гарри. — И варить? Северус поглядел на него сумрачно: — Керамическим ножом. А когда она попадает в котел, уже не требуется сохранять ее живой. Она отдает свой сок и магические свойства при соприкосновении с кипящей жидкостью. Поэтому ни в коем случае нельзя допускать, чтобы она попала в котел до закипания, иначе обязательно прибьется к краю — и все, можно начинать сначала. Гарри подавил смешок. Учительский тон из Северуса, наверное, уже никогда и ничем не выбить. Но он все-таки подумал о том, что беспокоило — и это, наверное, что-то да значит. — Я заберу перед сном, — закончил Северус. Гарри перевел взгляд на собственное кольцо. Тонкий, почти невесомый ободок не мешал. И это приятно. Обручальное кольцо, которое Джинни когда-то надела на его палец, было неудобным — наверное, потому, что она выбирала его, руководствуясь советами матери. И, наверное, поэтому сам Гарри его почти никогда не носил. Глупо было упрекать любовника даже взглядом. — Кстати, — Северус продемонстрировал отличную память и способность к логическому мышлению. — Что насчет Кингсли? Раз вы говорили об отпуске, значит, тебя удостоили аудиенции. Как он среагировал на новость в «Пророке»? — Ну... ровно, — подумав, откликнулся Гарри. — В конце концов, это должно было когда-то произойти. И хорошо, что мы объявили о помолвке сейчас. До Рождества не так уж много времени, у людей полно своих забот. Правда, писем все еще многовато. Мисс Кейсон сказала, что уже устала снимать самые разнообразные чары — от любовных до проклятий. — И каков общий тон? — приподнял бровь Северус. — Судя по всему, далек от любезного. — Не знаю, я их не читаю, — фыркнул Поттер. — Мой адрес знают не то чтобы многие, так что пока весь этот поток поступает в Аврорат, это проблема мисс Кейсон, а мне, в целом, наплевать. А кроме того, если кто-то зайдет слишком далеко в своем желании меня проклясть, то сразу и дело заведем. — Удобно, — хмыкнул Снейп. — Ближе к Рождеству, думаю, стоит прогуляться вместе, — продолжил развивать свою мысль Гарри. — Я имею в виду, по нашему, магическому миру. Меня уже тошнит от Коукворта. Не знаю, где хуже: там — или в Литтл Уингинге. Правда, по разным причинам. Под конец отпуска будет в самый раз. Северус заинтересованно склонил голову набок: — А почему именно так? Я, в целом, не против. Перед чередой праздников будет разумно сделать покупки на обозримое будущее. — Потому что нас обязательно кто-нибудь увидит, — вздохнул Гарри. — И есть высокий риск того, что это тоже будут освещать в прессе. Но всем будет не до этого, а потом и интерес спадет. — Тоже разумно, — согласился Снейп. — Что ж, хорошо, договорились. Гарри с улыбкой посмотрел на него. Удивительно! Второй раз за минуту согласился, успех. И Поттер поспешил добавить: — И если все пройдет спокойно, то где-нибудь через полгода я... сделаю тебе предложение. Очень жду этого момента. Северус ожидаемо поморщился: — Ты придаешь этому слишком много значения. Признаюсь, я удивлен, что ты продержался этот год, но даже гербовая бумага от Министерства не слишком много значит. — Я не этому значение придаю, — пояснил Гарри. — Я просто жду, когда этот путь уже будет окончен. Не то чтобы мне сильно по душе предлагать помолвку и брак в строго отведенные Министром сроки... Так что я надеюсь, что шум уляжется, наконец — и мы с тобой сможем просто... жить. Он украдкой заглянул в лицо любовника, пока тот размышлял над словами. Для него до сих пор было немного странно, как он сам относится к тому, кого меньше недели назад официально назвал женихом. У Гарри было не слишком много знаний о том, как люди любят друг друга. Родители его погибли, а про тетю Петунью и дядю Вернона он мог сказать только то, что они друг другу подходили. Вся их любовь низвергалась на сына, а друг к другу они прилюдно нежности не проявляли. Про мистера Артура и миссис Молли Уизли он тоже не мог сказать ничего конкретного. Их любовь была крепкой, но какой-то уж слишком «семейной». Возможно, в молодости они были другими, но Гарри этого не застал. Рон и Гермиона перед Гарри обычно старательно скрывали все, что относилось к их личной жизни, словно разграничивая дружеское и семейное. Еще был Дадли, который искренне любил свою спортивную супругу, но в качестве примера это тоже не подходило. Эта милая девушка полностью прибрала мужа под свой каблук, и Дадли все устраивало, он глядел с обожанием. Поттер с трудом мог себе представить, что он сам мог бы быть счастлив, когда все решения принимаются без него — просто потому, что «так лучше». А Северус... Странное чувство, но Гарри казалось, что изо дня в день он все больше влюбляется в этого строгого и саркастичного мерзавца. Странное потому, что Гарри всегда казалось, что совместная жизнь может только разрушать любовь, но не выращивать ее. И все-таки Гарри каждый день просыпался рядом с ним — и каждый день был готов на что-то большее: больше доверять, больше прислушиваться. Да даже слушать про чертово зельеварение стал всерьез! — В общем, это я могу понять, — наконец, сделал вывод Северус. И, немного посомневавшись, добавил: — Мне бы тоже хотелось, так скажем, завершить этот путь. Жить под прицелом колдокамер я никогда не мечтал. — Так или иначе, ты все равно под ним живешь, — вздохнул Гарри. — С момента, когда были раскрыты документы времен войны. Просто раньше ты мог себе позволить неделями не выбираться из дома. — Не совсем так, но... близко, — кивнул Снейп. — Выбирался, конечно, но чаще только до магловских магазинов. И, разумеется, никогда не планировал семьи. — Поздно, ты уже, — фыркнул Гарри. — Кстати... Скоро Джинни придет. Надо бы убрать со стола. Кикимер! — Кикимер здесь, хозяин, — пробубнил домовик откуда-то из-под ног. — Кикимер сейчас уберет. Кикимер приготовил пудинг для наследников хозяина. Шоколадный. — Ты крут, — искренне сказал ему Гарри. — Это то, что они все обожают. Глаза старого домовика влажно блеснули, но он не ответил. Очевидно, почитал ниже своего достоинства отвечать на такую похвалу. — Хозяину Северусу еще кофе? — обратился он к Снейпу. — Да, пожалуйста, — кивнул тот. — Сейчас старый Кикимер все принесет. Не успел Гарри пересесть в кресло, чтобы ждать с комфортом, как камин оживился, выплюнув зеленое пламя и пепел. В гостиной сразу стало шумно. Джинни прибыла первой. На руках она несла подросшего Альбуса, а сразу за ней явился и Майкл — и крепко держал старших за руки. — Привет, Гарри, здравствуйте, мистер Снейп, — выпалила Джинни. — Ужас, я вся в пепле! Маглы не поймут, — она усадила сына на диван и выхватила палочку. — Тэргео! Гарри только сейчас обратил внимание, что одета бывшая жена весьма элегантно. На ней было длинное бархатное темно-синее платье, облегающее фигуру весьма скромно, и оттого еще более изумительное. На шее на скромной серебряной цепочке висел крупный сапфир — подарок мистера Корнера на свадьбу. — Вы прекрасно выглядите, миссис Корнер, — отметил Северус. — Собираетесь куда-то?.. — А я что, не сказала? — она повернулась к нему. — Совсем закрутилась с этой подготовкой к Чемпионату Мира. Мы с Майклом идем в театр. Магловский. Пожалуй, встреч и рекламы было слишком много за последние дни, хочется отдохнуть без вспышек. — Мне ты что-то говорила, но настолько невнятно, что я не рискнул передавать, — фыркнул Гарри. — Джеймс, Лили, вы как? — Дядя Майкл запретил нам кататься на его метле! — сразу наябедничала Лили. — Говорит, пока слишком большая! — У мамы тоже большая, и она ее никому не дает, — добавил Джеймс. Потом подумал и добавил. — Наверное, потому что она заколдованная. У всех чемпионов такие. — И вовсе не заколдованная, — нарочито обиделась Джинни. — Я на любой метле тебя обставлю, когда ты подрастешь. — Пока и я тебя обставлю, — смешливо добавил Майкл. — Бегите к папе, а то мы уже рискуем опоздать. — Конечно, если не давать человеку метлу, его любой обставит, — насупился Джеймс. — Пап, а купи нам с Лили маленькую, а? — Не очень маленькую, — поспешно присовокупила Лили. — А то маленькая есть у Тедди, но она совсем для малышей. Тетя Андромеда собирается отдать ее Альбусу. Альбус никакого интереса к предполагаемому подарку не проявил. Он стек с дивана и уверенно проковылял к Снейпу: — Дядя Севе’ус! — Вот так мучаешься, носишь, рожаешь, кормишь, а он — «дядя Северус», — прокомментировала Джинни. — И даже не «папа», — хмыкнул Гарри. Снейп поглядел презрительно, но ребенка на руки усадил. И негромко сказал: — Не слушай родителей, они шутят. И все равно ничего умного не скажут. — Так, нам пора, — Майкл вмешался вовремя. Джинни до сих пор не могла себя толком простить за нелюбовь к младшему, и портить ей настроение перед театром было бы жестоко. Гарри знал это и не удивлялся. Куда больше он удивлялся тому, что Северус определенно питал к мелкому Альбусу некое чувство, которое категорически отрицал. Но, по крайней мере, ни Джеймса, ни Лили он на руки не брал и общался куда строже. — Да, пора, — Джинни встряхнулась и оправила платье. — Мы забрать их сегодня не сможем, так что если у вас на завтра планы, то сдавайте Андромеде. Я ее предупредила. Не забудьте, она ложится не поздно. — Конечно, у нас планы, — саркастически отозвался Поттер. — Это у вас с Майклом график ненормированный, а у всех завтра рабочий четверг. И Северус мне понадобится, потому что у нас опять дело с зельями связано. — А, то жуткое убийство? — проявил осведомленность Майкл. — Дин рассказывал. Мерзкая история. Кому бы ни хотели отомстить — ему или ей, дети все равно ни при чем. — Я уже говорила Майклу, — вдруг вмешалась Джинни. — Может быть, это вовсе не месть? Может быть, кто-то хотел устранить наследников? Ведь если бы кто-то нацелился на твое наследство, Гарри, то я бы, как бывшая жена, не могла бы претендовать, а вот имея твоих детей на руках... — Гм, — Гарри задумался. — Тоже может быть. Так, вы в театр шли? Ну так и идите, нечего мне версии множить! — Мы помогаем, — похлопал его по плечу Майкл. — Джинни, идем, у них теперь есть работа и для ума, и для рук. Счастливая семейная пара удалилась через камин, а Гарри невольно задумался настолько глубоко, что даже проигнорировал настойчивые просьбы Джеймса о метле. Интересно, как это Майклу удалось заинтересовать Джинни работой? Да ведь она всегда плевать хотела на Аврорат, не то что версии строить! Или все дело в личном счастье? Да нет, ерунда. Когда Гарри только начал свой путь аврора, Джинни интересовалась всем этим не больше, чем в последний год их супружеской жизни. Что-то тут не так. И при этом проявила весьма трезвое мышление. Пусть спроецировалась, но ведь все проецируются, это нормально. Вопрос: как так? — Гарри, — окликнул его Снейп, и Поттер сразу размышления прервал. Казалось, этот голос может вывести даже из магической летаргии, не только из задумчивости. — Мне кажется, твоим отпрыскам скучно, — прозрачно намекнул Северус. — А еще здесь все больше пахнет шоколадом, что порождает в них охотничий инстинкт. — Дядя Северус, мы же не коты, чтобы охотиться, — обиделся Джеймс. — Вот Тэсси — та охотится! У дяди Майкла дом совсем другой, там вокруг сад. А в саду нет никаких садовых гномов, только кроты. А Тэсси — сразу совсем другая становится, когда их учует. — Еще красивее, — добавила Лили. — Сразу хвост такой пушистый! И усы во все стороны. Она маме с дядей Майклом на подушку принесла добычу, и мама кричала. А потом взяла и уничтожила палочкой. А это жестоко. Нельзя подавлять в зверюшках их доброту. — Она просто признала главу прайда, — серьезно произнес Северус, но Гарри видел, что в темных глазах поблескивают насмешливые искорки. — И принесла добычу лидеру. — Тогда тем более, — безапелляционно заявила Лили. — То есть ты думаешь, что чтобы не обижать чувства Тэсси, мама и дядя Майкл должны были этого крота съесть? — не удержался Гарри. Лили немного стушевалась, но продолжила воинственно: — Хотя бы сделать вид! Или хотя бы не уничтожать результат охоты на глазах у Тэсси! Представляешь, как ей было обидно? В этот момент в гостиной материализовался Кикимер с большим блюдом шоколадного пудинга — и все споры разом были забыты. — Как много! — с восторгом воскликнул Джеймс. — Мама столько не дает. Кикимер, дай мне ложку побольше. — И мне! — тотчас потребовала Лили. — Кикимер, не больше одной порции на одного, — скрипуче потребовал Снейп. — Иначе слипнутся, а мне придется варить зелье против аллергии. Ну-ка, Альбус, хочешь шоколадного пудинга? — Хочу, — искренне откликнулся мелкий. — Не надо много. Лучше завтра. — Молодец, — одобрительно кивнул ему Снейп. — Видимо, не зря твои родители назвали тебя в мою честь. Отложим на завтра, утром будет вкусный завтрак. — Утром? — Гарри покосился на него. — А мы не будем сдавать их Андромеде? Завтра нам надо в библиотеку. А сегодня я еще Шеймуса жду. — Признаться, мне не слишком нравится, что твои друзья несколько зачастили в наш дом, — ясно выразился Северус. Гарри перевел взгляд на детей, но те уже вовсю делили пудинг и не обращали внимания на звуки извне. Снейп усадил Альбуса на специальный трансфигурированный стул, на котором малыш мог дотянуться до стола, и подвинул ему блюдечко с пудингом и охлажденный чай. — Тебе не нравится, что он приходит не один, — так же ясно ответил Гарри. — Но в этом нет ничего такого, просто... Пойми, у Ника мало знакомств в нашем мире. Конечно, ему хочется поболтать с кем-то, кого он знает. — Прекрасно знает, — хмыкнул Снейп. — Не нужно говорить, что это чисто рабочие визиты, не поверю. Мистер Энсворт — не ребенок, чтобы его не с кем было оставить. — Ты прав, Северус, не рабочие, — Гарри вздохнул. — То есть поводы — почти всегда рабочие, а вот сами встречи — конечно, нет. Я просто... как будто вспомнил, что кроме работы, есть еще друзья. И мне кажется, что даже к Нику ты более благосклонен, чем к Рону и Гермионе. — К леди Гермионе я отношусь вполне спокойно, — хмыкнул Снейп. — Умная женщина, поговорить приятно. Гарри покосился на детей и совсем тихо произнес: — Нашел время. Рон — им дядя вообще-то. И он ничего против тебя не имеет. — Это просто глупость в чистом виде, — так же тихо отозвался Снейп. — И может быть, я смогу относиться к нему ровнее, когда он перестанет прожигать во мне взглядом дыру. — Он просто пытается наладить с тобой контакт, — фыркнул Поттер. — Ну кто же виноват, что тебе не нравится, когда тебя хлопают по плечу. — Мистер Уизли был здесь с визитом четырнадцать раз, — скрупулезно отозвался Северус. — И пока ни одной умной мысли я от него не услышал. Особенно прекрасен был тот раз, когда он заявил, что мы с ним — теперь родственники. Если ты еще можешь каким-то боком считать себя частью семьи Уизли, то я — нет. И половым путем это не передается. — Ты просто слишком многого от него ждешь, — Гарри вздохнул. — Попробуй посмотреть с другой стороны. Если речь зайдет о жизни, то он будет тебя защищать, как и любого из семьи. Вот и все. — Если речь зайдет о жизни, то это мне придется спасать его задницу, чтобы ты потом не грустил, — отрезал Северус, но немного смягчился. — И никакого «семейного» Рождества. Я слышал, что мистер Рон выдвигал это предложение, но тебе придется выбирать: либо это семейство, либо я. — Раньше я редко выбирался куда-то, — вздохнул Гарри. — То есть я и теперь редко выбираюсь, но меня это больше не беспокоит. Мне хорошо дома... с тобой. И я не работаю двадцать четыре на семь. Так что не беспокойся, я просто схожу в Нору после Рождества. Возможно, пересечемся там с Джинни. Я не собираюсь тебя заставлять. — И на том спасибо. Снейп поморщился, глядя, как перемазался Джеймс. Лили пыталась предложить Кикимеру кусок пудинга. Альбус доел свою порцию и стек на стуле, он явно клевал носом, и только специальная перекладина не дала ему упасть. — Так что насчет утра? — Гарри проследил за взглядом любовника. — Мы оставляем всех здесь? А как же завтра? — Завтра с утра ты отправишься на работу, а я проверю лабораторию, передам Андромеде твоих «наследников» — и приду в Аврорат. А что насчет мистера Финнигана? Зачем он нам сегодня здесь? Гарри вздохнул: — У меня же не одно дело! Не знаю, как так вышло, но за последние месяцы он как-то незаметно стал «главой по нетяжким преступлениям». Куда проще пообщаться с ним, чем вникать в каждое из дел. А он все это знает досконально. Боюсь... Придется мне у Кингсли еще одну ставку Старшего просить. Майкл больше по охране, а Дин — просто моя правая рука. — Не думаю, что Кингсли откажет, — трезво заметил Снейп. — Ведь фактически речь только о повышении зарплаты для одного сотрудника. Штатное расписание практически не изменится, если уменьшить количество рядовых ставок. — А вот как раз этого я не хочу, — прямо ответил Гарри. — Ты не замечал тенденции? Количество преступлений растет. Но мне не кажется, что я недорабатываю. Я же постоянно чем-то занят, даже когда нет громких преступлений. Мы полностью переработали безопасность в каминных сетях. С твоей помощью перекрыли пути нелегального ввоза запрещенных ингредиентов. Операция по захвату сети торговли маглами... двигается. Медленно, но двигается. Это все — против организованной преступности. Но все равно все графики неуклонно ползут вверх. Северус собирался ответить, но внезапно Лили заплакала — и разговор пришлось отложить, хотя Гарри и было интересно. — Вы ударились, мисс Лили? — спросил Снейп, хотя явно собирался сказать не это. — Не-ет, — прорыдала Лили. — Я уронила пудинг. — Вторую порцию, которую вам похитил ваш брат Джеймс, когда Кикимер отвернулся, — со вздохом констатировал Северус. — Мисс Лили, нечестная игра никогда не доводит до добра. Мистер Джеймс, вы только что уменьшили ваш шоколадный фонд на утро. — Допивайте уже чай, — скомандовал Гарри. — Кикимер принесет какую-нибудь настолку — и мы поиграем. Но только когда вы оба умоетесь, а на столе будет чисто. Северус, я сейчас уложу Альбуса — и вернусь. Проследи, пожалуйста, чтобы реально умылись, а то в прошлый раз кое-кто, — он пристально поглядел на Джеймса, — вытер вишневый джем моей футболкой из стирки. Альбус сонно протянул ручки, когда Гарри выпутал его из стула. Поттер дотащил сына до детской и тот пробормотал, когда его укрывали одеялом: — Папа. — У тебя все хорошо? — брякнул Гарри. — Хорошо, — тот сонно улыбнулся. — Я люблю здесь бывать. Дядя Северус хороший. И умный. Обещал показать котлы. — В самый большой тебя пока можно целиком запихать, — фыркнул Гарри. — До зельеварения тоже нужно дорасти. — Я дорасту, — пообещал Альбус. — И потом пойду на Слизерин. Гарри удивленно поднял бровь, но возражать не стал — какой смысл? Во-первых, желание ребенка может сто раз поменяться. Во-вторых, факультет — это просто факультет. По крайней мере, теперь. Альбус засопел, укладываясь удобнее — и уже через несколько секунд сладко спал. — Нокс, — шепотом произнес Гарри, взмахнув палочкой, но перед тем, как уйти, поцеловал сына в лоб. Все-таки хорошо, что так сложилось. По крайней мере, Джинни счастлива — и больше не вымещает на младшем свое разочарование. А если ребенку и впрямь понравится зельеварение, то научить его могут явно не папа с мамой. Да и у Майкла, кажется, «удовлетворительно» было. По крайней мере, в Школе Авроров в этом плане он не блистал. Возвращаясь, Гарри услышал громкие голоса из гостиной — и подумал было, что пришли Шеймус с Ником, но когда он вошел в дверь, обнаружил, что там никого не прибавилось. И все-таки что-то явно произошло: Джеймс прыгал по ковру, как обезумевший, Лили была заплакана и немного смущена, а Северус — растерян. — Что у нас опять? — хмыкнул Гарри. — Джеймс, перестань скакать, как бабуин. — Смотри! — сын потыкал пальцем, указывая на сестру. Гарри внимательно оглядел дочь, ничего в ней не узрел и посмотрел на Снейпа вопросительно: — Что я должен увидеть? Северус откашлялся и фыркнул: — То, что в твоих детях удивительно силен рефлекс «не мыться». Любой ценой! Только что мисс Лили стихийной магией отчистила свое платье от шоколада, потому что я строго потребовал замыть пятна. — Она заплакала — и бах — чисто! — ликующе воскликнул Джеймс. — Я тоже хочу так уметь. И палочку еще хочу — свою. И тогда я больше никогда не буду мыть руки. — Видишь? — приподнял бровь Снейп. — Я же говорил. — Ты умница, Лили, — серьезно произнес Гарри. — Вырастешь крутой волшебницей. Если не будешь лениться. Лили сразу же зарделась от похвалы. И добавила: — Я тоже хочу свою волшебную палочку. Говорят, в некоторых магических семьях палочки детям покупают раньше одиннадцати! — И очень плохо делают, — ответил Гарри серьезно. — Это такой закон — покупать палочки перед первым годом в Хогвартсе. А я — аврор, я никогда не нарушаю законы. Северус явным волевым усилием сдержался от комментариев. Надо думать, крайне непедагогичных. — Ладно, — проигрывать Лили умела. — Давайте тогда хоть поиграем, раз палочки не купят. А метлу? — А метлу купим, — пообещал Гарри. — На Рождество. — Юху-у, — Джеймс снова запрыгал, чтобы выразить восторг и не лопнуть от переполнявшей энергии. — Каждому? — Каждому, — кивнул Гарри. — Чтобы вы могли летать наперегонки. Но если расшибетесь, мама отберет. Так что лучше сначала думайте, а потом делайте. На столе уже лежала коробка с игрой, и Гарри взмахом палочки заставил картонное поле развернуться, а фишки — рассыпаться. — Северус, ты в деле? — спросил он негромко. — Выбора у меня, как я понимаю, по-прежнему нет? — усмехнулся тот. — Хорошо, но только на одну партию. Однако доиграть даже кон они не успели. Камин снова изрыгнул зеленый огонь, и в гостиную ввалились мистер Финниган с мистером Энсвортом. Последний буквально висел на плече у жениха — и оба громко ржали. — Можно узнать, что такого веселого? — недовольно осведомился Снейп. — Это... — Шеймус посмотрел на детей и запнулся. — Это личное. — Мило, — прокомментировал Северус и вздохнул. — Гарри, забирай своих друзей и иди на второй этаж. — А... — Так уж и быть, две партии, — Северус понял без слов. — Но потом — спать. Так что не задерживайся. И много не пей. На втором этаже было тихо и темно. Гарри движением волшебной палочки заставил зажечься бра вдоль коридора, и Ник ляпнул: — Все никак не привыкну. — К волшебству? — Гарри даже обернулся. — Да ладно, Финниган что, палочкой не пользуется?.. — М... Ты о которой? — фыркнул Ник. — Нет, я не про это. У Шея просто нормальный дом. Ну, я привык, что вместо холодильника — шкаф под чарами, а вместо стиралки — самодвижущаяся доска, которая может отхлестать мокрой тряпкой, если ей что-то не нравится. А у его родителей даже микроволновка есть! Но вот твой дом, Гарри... Признаться, он меня до сих пор немного пугает. Кажется, что откуда-нибудь сейчас вылезут призраки или еще какая-нибудь фигня. — Это ты здесь до ремонта не был, — хмыкнул Поттер. — Призраков вот не было, но были докси, пикси, парочка боггартов... А раньше, несколько лет назад, еще был орущий портрет предыдущей владелицы. Мы с Джинни так и не придумали, как его отклеить, и снесли вместе со стеной. Ты вообще удивительно восприимчив к волшебству. Говорят, так бывает у некоторых людей, которые рождаются не волшебниками. Кто-то вроде бы даже Патронусов может видеть. — Значит, мне повезло, — весело согласился Ник. — Впрочем, я и так считаю, что мне повезло, — он потянулся и на ходу одарил Финнигана поцелуем в щеку. — Вот только мой электронный микроскоп у нас дома барахлит и всякую ерунду показывает. Даже не знаю, как быть, когда я закончу учиться. Оплачивать отдельную квартиру для работы? — Может, проще? — предложил Гарри и распахнул перед гостями дверь второй гостиной. — Работать на работе, например? — Кто бы говорил... — протянул Шеймус. — Ты сам-то умеешь работать только на работе? Но съезжать я не хочу. Мы с родителями почти пять лет на этот дом копили, родители еще и сбережения туда вбухали. В нем все так, как мне нравится — удобно. — А кстати, — Гарри призвал из кухни три бутылки сливочного пива. Напиваться он точно не собирался. — Над чем вы так ржали? — Мы обсуждали шотландские традиции, — фыркнул Шеймус. — И возможности использования килта. — И тут я вспомнил, что мой отчим — наполовину шотландец, — радостно подхватил Ник. — А поскольку он каждый раз морщится на некоторые... ирландские особенности Шея, мы про него шутили... немного грубо. — У вас все утряслось? — спросил Гарри. — Я имею в виду, с родителями? Со стороны... Э... С обеих сторон. — Ну да, — Ник пожал плечами. — Мама с отчимом думают, что Шей работает в секретном подразделении нашей разведки. Пригодилось то, что ты нес, когда познакомился со мной. Ему чертовски идет форма! — Погоди... — Гарри нахмурился. — Я же общался с ребятами из MI6. Там далеко не все носят форму. — Ну, это ты знаешь, а мои родители — нет, — хмыкнул Ник. — И к тому же, там все равно нет и того подразделения, что мы с Шеем придумали. — Лейтенантом вон стал, — добавил Финниган. — Плохо, что ли? От тебя я дополнительные нашивки лет через десять получу, не раньше. У Гарри мелькнуло в голове, что тот ошибается. Поттер предполагал, что ставку Старшего удастся выпросить с нового года. В худшем случае — с начала лета. Но до разговора с Министром лучше не обнадеживать. Лучше приятный сюрприз, чем неприятный. — Мама немного волновалась, что я связался с разведчиком, — вздохнул Ник. — Но в целом — ничего так. Отчим ее убедил, что это почетно. Только он считает, что служба на благо страны должна накладывать больше обязательств. А Ирландия... — Так, все понятно, — простонал Поттер. — И как ты, Шеймус? Я имею в виду, ты ведь за Ирландию? И я не имею в виду Северную. — Да ничего, — отмахнулся Финниган. — Только мы уже... — он покосился на любовника, — про свадьбу думали. И я пока не знаю, как сделать так, чтобы наши отцы не подрались. Вам со Снейпом как-то попроще. Извини, Гарри, я не хотел... про твоих родителей. — Это давно в прошлом, — рассеянно отозвался Гарри. — И мы точно не будем устраивать торжество на сотню человек. Впрочем, до этого еще надо дожить. От вас приглашения когда ждать? — Не раньше августа, — откликнулся Ник. — Сначала доучиться нужно. А вы? — Ну, тоже не раньше лета, — пожал плечами Поттер. — Иначе магический мир этого не переживет. — Да, я читал в «Пророке» на прошлой неделе, — кивнул Ник. — Твой Северус выглядел очень... Кажется, я начинаю понимать, что ты в нем нашел. Мне очень хотелось показать газету маме, чтобы она поняла, каких разведчиков надо по-настоящему бояться, но я не мог, картинки-то двигаются. — Не вздумай на Снейпа смотреть, — ткнул его локтем в бок Финниган. — Что, посмотреть уже нельзя? — возмутился Ник. — Когда ты в «Небесах» пялился на этого козла, который у меня любого парня норовит отбить, почему-то об этом не думал! — Брейк! — Гарри взмахнул рукой. — Если это про того, который меня обольщал на прошлый Хэллоуин, то не связывайся, Финниган. Сразу видно, что мудак. — Звучит так, как будто ты в Лондоне всех парней перебрал, — усмехнулся Шеймус. — Брось, даже не думал. Достаточно того, что мой будущий супруг спал с моим же боссом. Кому рассказать — не поверят. — Сам же знаешь, еще и не то случается, — пробормотал Гарри. — Помнишь ту девку, которая со всеми братьями жениха успела? — Которую они потом всей семьей защищали? — фыркнул Шеймус. — Ее забудешь, пожалуй. Не суд был, а какой-то блядский карнавал. — Кстати, насчет карнавалов, — Гарри глянул на бутылку, понял, что в ней осталось не больше половины, и заторопился. — Вываливай, что там по кражам. И по той разборке, что в Хогсмиде случилась. Честно признать, я ничего не понял, кроме того, что это была эпичная драка с участием иностранцев. — Да как тут поймешь? — Финниган вздохнул. — Но одно я тебе скажу точно: могло быть хуже. Это приятели той японки, с которой Министр дипломатические отношения устанавливает. Хорошо устанавливает. В общем, если кратко, один наш перец нанес несмываемое оскорбление японскому перцу. И даже не очень понял, что нанес, но японский перец такого простить не мог — и полез в драку. За него вступились товарищи, за нашего тоже влезли. Узкоглазые проиграли, а оскорбленный едва не выпилился, потому что несмываемое оскорбление плюс позор проигрыша однозначно ведут к сэппуку. Хорошо, что подружка Кингсли вмешалась, и хотя бы кровопролития удалось избежать. Теперь все магическое сообщество Японии бурлит, потому что опять-таки позор: их, как приличных, пригласили в приличную страну, а они себя вроде как обесчестили. А значит, и все магическое сообщество Японии обесчестили заодно. Я не знаю, как Кингсли это будет разруливать, но я свою задачу выполнил: нашел зачинщика и предъявил ему обвинение. Теперь он в предвариловке у нас сидит. — Почему сидит? — не понял Гарри. — Преступление не тяжкое, зачем ты его арестовал? — А как я его выгоню? — возразил Шеймус. — Заперся и сидит, претерпевает. Палочку мне сдал, как низложенная королева. Я забрал, пока ему не пришло в голову, что зарезаться можно не только с помощью ритуального танто. Поттер только вздохнул. Остальные доклады были попроще, но в целом — дела продвигались. Разговор перетек уже на совершенно посторонние темы, когда Гарри услышал шаги и детские голоса. — Ладно, мне пора, — он поставил почти пустую бутылку на журнальный столик. — Нам тоже, — Шеймус поднялся и подал руку Нику. — Можешь не провожать, Гарри, до камина сами дойдем. Бумажки я тебе до конца недели донесу, хорошо? — Конечно, — Поттер кивнул и протянул руку. — Удачи. Ник улыбнулся и тоже протянул ладонь. И рукопожатие у него уже не было неуверенным и слабым — привык, как в Аврорате друг друга приветствуют. Друзья исчезли на лестнице, в Гарри прошел по коридору и свернул в детскую. Северус возвышался в своих лучших традициях, как на уроке. Джеймс и Лили, как маленькие арестанты, переодетые в пижамки, устраивались в кроватях. — Папа! — обрадовалась Лили. — Ты пришел пожелать нам спокойной ночи? Дядя Северус отказывается читать нам сказки! — Вы уже взрослые, — возразил Снейп. — Можете почитать и сами. Или друг другу. — Ты же не оставишь нам свет, — засопел Джеймс. — Сейчас могу оставить, — уступил Северус. — Но через полчаса приду — и погашу. — Давай, — подхватила Лили. — Джеймс, чур, ты первый читаешь! — Это почему? — немедленно возмутился тот. — А ты потом заснешь, да? — Потому что я младшая и девочка, — хихикнула Лили. — Я постараюсь не спать. Гарри в это лезть не стал. Поцеловал дочь, потрепал по лохматой макушке сына. Увел Северуса, пока не дошло до драки. Некоторые вещи дети должны решать самостоятельно. А еще... Ну, полчаса — это не так уж много, неплохо бы уложиться. — Гарри, — Снейп попытался слабо протестовать. — Они же сейчас друг друга покалечат. — Максимум — носы расквасят, и то вряд ли, потому что один — рыцарь, а вторая — младше и девочка, — возразил Поттер. — Давай лучше... Он не договорил. Все личное — только в спальне, потому что это сейчас сын с дочерью спорят, а для общей каверзы — вмиг договорятся. И вполне могут подсмотреть что-то, не предназначенное для их глаз. Северус лично запер дверь — и Коллопортусом, конечно, не обошелся. От некоторых привычек невозможно отказаться. — Северус... На долгие прелюдии Гарри размениваться не стал. Поздно уже, а завтра рабочий день. Он шагнул к любовнику, коротко, но глубоко поцеловал, а потом разом опустился на колени. Северус неожиданно отступил и покачал головой: — Нет. — Нет? — Гарри даже растерялся. Когда бы он отказывался! — Я почти весь день провел на ногах в лаборатории, — пояснил Снейп. — И больше у меня нет сил стоять. — А, ну так садись, — Гарри пожал плечами и рывком поднялся на ноги — не переползать же. Однако перед тем, как усесться, Северус стянул домашнюю мантию и аккуратно устроил ее на стуле. Сел — и Гарри машинально отметил, что он сделал это без облегченного стона. Значит, все-таки успел отдохнуть за ужином и игрой. Поттер снова плюхнулся перед ним, расстегнул на нем штаны — и вдруг мысль об игре что-то напомнила... Он сосредоточился на миг — и вспомнил. — Погоди, — он даже остановился. — До того, как Шеймус с Ником пришли, я говорил, что графики ползут вверх. И ты собирался что-то ответить, но тебе помешали. — Как и всегда, — Снейп посмотрел вниз. — А ты уверен, что сейчас подходящий момент? — Я уже раз десять про это вспоминал, — уперся Гарри. — Говори, иначе сосать не стану. — Шантажист, — бросил Северус и вздохнул. — Я хотел сказать, что это неудивительно. Я твоих графиков не видел, но с удовольствием посмотрю. И готов держать пари, что... Наверняка в первые послевоенные годы уровень преступности был запредельный. Это логично: многие Пожиратели Смерти остались на свободе, другие были лишены самого необходимого, что неизбежно толкало на преступный путь. А кто-то, кому не повезло, вообще был неспособен отличить дурное от хорошего. После этого уровень наверняка начал снижаться — сначала медленно, но потом все быстрее и быстрее. Это можно перевести так: все, кто мог, уже попались, остальные стали больше бояться, потому что Аврорат, наконец, восстановился до прежнего уровня и начал показывать результаты. Но этот результат — это не достижение самого Аврората, а естественный откат. А сейчас графики и будут ползти вверх — до тех пор, пока не достигнут среднего, нормального, уровня. Ты можешь посмотреть в каком-нибудь архиве цифры за... скажем, за 1990-й. Волдеморт на тот момент достаточно давно сгинул, но никаких признаков его возрождения еще не было. Его верные либо сидели в Азкабане, либо предпочитали не высовываться. Вот это и есть — средние цифры, ориентируйся на них. — Готов держать пари? — Поттер заинтересовался. — На что? — Я вообще-то образно, — фыркнул Снейп. — Но если желаешь именно пари, то... Вот на это, — он кивнул на Гарри. Тот несколько не понял и нахмурился: — Что — это? Снейп закатил глаза. — Ты же сейчас меня заведешь до предела, а потом уложишь в кровать, — хмыкнул он. — Потому что тебе тоже хочется. Так вот я предлагаю тебе спор на завершенный неоплатный минет. Подойдет? — Подойдет... — пробормотал Гарри. — Подрочить я потом и в душе могу. — То есть ты даже не рассчитываешь выиграть? — приподнял бровь Северус. — Зачем тогда споришь? — Спортивный интерес, — Поттер искренне рассмеялся. — А кроме того, если выиграю, будет приятно. Во всех смыслах. — Договорились, — в глазах Северуса блеснула знакомая искорка. — Слово? — Слово, — Гарри смешливо наклонил голову. Наклонил — и почти уткнулся лбом в ширинку любовника. И сразу ощутил, что под тканью — твердая плоть. Или почти твердая. Сердце сразу забилось быстрее, но, прежде чем потянуть ткань вниз, он озаботился тем, чтобы самому расстегнуться. Иначе потом будет тяжело, это он усвоил четко. Северус это явно заметил, но промолчал, только дышал чаще обычного. Это Гарри, конечно, тоже давно за ним заметил — будет молчать, как партизан на допросе. Так что довести его до стонов — совершенно особое удовольствие. Обнажающаяся из-под ткани тяжелая плоть легко распрямилась и легла в ладонь. Гарри машинально приласкал член рукой, прежде чем склонился над ним, обдавая дыханием. Северус немного поерзал, но больше никак себя не проявил. Для того, чтобы заставить его прижимать за затылок, надо было потрудиться, но сегодня на это Гарри не рассчитывал — слишком мало времени на долгие ласки. Он сразу обхватил член губами — и услышал прерывистый вздох. Гарри так и не научился брать в горло — может быть, только пока? — однако уже точно знал, что это не главное. Здесь нужна не напористость, как у Джинни, а желание. Желание доставить удовольствие, желание быть с любовником. Он влажно скользнул вниз, плотно прижимаясь языком к венам — и негромко застонал. Знал, что звук и резонанс сводят Северуса с ума. И, конечно, не ошибся. Северус шумно перевел дыхание и откинулся на руки, запрокидывая голову. Гарри качнул головой. Он двигался медленно — слишком медленно, и любовник нетерпеливо расставил бедра шире — настолько позволяли штаны. Это нужно поощрять, поэтому Гарри ускорился и добился громких вздохов. Ткань покрывала сморщилась — видимо, Северус машинально сжимал ее в кулаках, невольно натягивая. Даже расстегнутые джинсы начали давить, но о себе можно подумать и позже. Все равно заканчивать это, как и предполагал Северус, Гарри не собирался. Хотелось разложить любовника на кровати, а не спускать на пол. На языке ощущался первый вкус предэякулята, когда Снейп коснулся пальцами подбородка и простонал: — Еще немного — и... — Понял, — Гарри соскользнул и улыбнулся влажными губами. — Спасибо. — Позже рассчитаемся, — фыркнул Северус. Он поднялся, едва не заехав коленом по челюсти, и поспешно сбросил домашний костюм, а заодно и белье. И уже не раскладывал все это по стулу, как маньяк-аккуратист. Гарри от своих тряпок избавился еще быстрее — и привычно-восхищенно уставился на любовника. Северус свое тело не слишком любил, а вот Гарри — любил, и очень. Худощавый, подтянутый, мистер Снейп и в свои сорок с лишним выглядел потрясающе. Не как роскошный красавчик с глянцевых страниц журналов, а куда честнее и приятнее глазу. И не только глазу. Гарри притиснул партнера к себе — и почувствовал, как в живот упирается твердый член. — Ложись, — хрипловато потребовал Гарри. — Может, отпустишь тогда? — Северус усмехнулся. — И перестанешь иметь мое бедро? Только сейчас Гарри сообразил, что невольно потирается о горячую кожу, в поисках облегчения. Он расцепил руки, и любовник легко устроился посреди кровати, даже не попытавшись лечь хотя бы вдоль, а не поперек. И потянул за руку, притягивая ближе. Гарри со стоном опустился сверху и торопливо спросил: — Надо? — Надо, конечно, — Северус приоткрыл один глаз. — Или ты думаешь, мне в лаборатории больше заняться нечем? Гарри потянулся за волшебной палочкой... и разочарованно простонал. Раньше надо было вспоминать, до того, как джинсы снял. Северус, кажется, понял, потому что вздохнул: — Ладно, обойдемся слюной. Но Гарри уже прекрасно знал по себе, что это так себе решение, поэтому с легким трудом отжался от мягкой поверхности кровати на одной руке — и сполз. Пошарил в ткани на полу, выудил палочку и воскликнул: — Акцио, смазка! А стоило поймать бутылочку, как Снейп ядовито заметил: — А дотянуться до тумбочки — слишком просто? — Не помнил, где бросили, — покачал головой Гарри. — Отстань, а? — Это вроде не я приставал, — парировал Северус и фыркнул. — Давай уже, твори свою магию. Из этого Поттер сделал вывод, что терпение любовника на пределе. Обычно от него хрен дождешься даже такого. Следовало поспешить, так что Гарри снова опустился на кровать — на этот раз рядом, и торопливо отвернул пробку, отбросив волшебную палочку в сторону подушек. Еще не хватало потом улечься на нее. Северус шире расставил колени, и Гарри почувствовал, как его тело привычно раскрывается под влажными и скользкими пальцами. От этого ощущения так же привычно захватывало дух, и Поттер постарался действовать как можно лучше, чтобы не затягивать этот процесс. Северус на каждое движение отзывался движением настречу, охотно поддавался ласкающим пальцам. Гарри прикусил губу. Надолго терпения точно не хватит. Но Северус не выдержал первым. Он перехватил руку за запястье и куда ниже обычного произнес: — Хватит. Гарри и сам чувствовал, что с него определенно хватит. Пузырек он закрыл — и приложил силу, чтобы густая жидкость не пролилась, потому что руки были скользкими. После этого он навис над любовником, устраиваясь удобнее. Кикимер, конечно, будет недоволен — он всегда недоволен, когда по простыням и покрывалу размазывается что-то, отличное от физиологических жидкостей. Но мысли про домовика, конечно, в такой момент в голове не удерживались. Гарри опустился ниже и слепо помог себе рукой. Северус сразу прогнулся, ловя движение, и Поттер с облегчением вошел. Пусть пока только головкой, все равно — пальцы невольно сжимались, и настолько это было хорошо... Он подтянул любовника ближе и коснулся губами его губ — раскрытых и влажных. Целовал торопливо, терпения не хватало, но все-таки целовал. И двигался одновременно. Пока еще слабо, пока еще осторожно, но уже точно знал, что это ненадолго. — Гарри... — выдохнул Снейп. Он выгнулся и надавил пяткой на поясницу. Это всегда было сигналом, что больше терпеть он не способен — и Гарри торопливым рывком заполнил его полностью. Едва удержался, чтобы не начать двигаться сразу, но все-таки дал привыкнуть. И Северус отплатил сторицей — расслабился, прижал к себе теснее... Больше терпеть уж точно было нельзя, и Гарри качнул бедрами. Северус охнул, но на следующем же движении подался навстречу. Сердце стучало, как бешеное. Гарри поспешно набрал темп — и слышал, как загнанно дышит любовник, то и дело срываясь на почти неслышные стоны. Член зажимало в узком плену его тела, и Гарри чувствовал, что «ведет». Он подхватил любовника под колено — и вошел глубже. Ответом ему был куда более громкий стон. Мерлин, если бы сам мистер Снейп осознавал, насколько он сексуален, ни за что бы так легко не отдался. Мысль идиотская, но на большее Поттер сейчас не был способен. Он двигался все свободнее и резче, брал так, как хотел — и чувствовал, что и без того узкое тело любовника начинает зажиматься. Один взгляд на прикушенную тонкую губу — и крышу окончательно снесло. Гарри знал, что, возможно, завтра пожалеет об этом, но опустился ниже, перехватил Северуса за волосы на затылке — и поцеловал. Сначала в губы, так легко раскрывающиеся под настойчивым языком... Потом — шею. Наверняка останутся следы, но Гарри сейчас это волновало мало. Он спустился ниже, к плечу, и даже укусил. Не сильно, но, возможно, чувствительно. — Гарри... — предупредительно простонал Снейп. Это могло означать только одно. И предупреждению Поттер, как обычно, не внял. Наоборот, начал двигаться сильнее и крепче, а чтобы снять возможные возражения, захватил плоть любовника в кулак. Двигаясь в единым ритме с собственными толчками, он чувствовал, как бедра Северуса все сильнее напрягаются, в задница сжимается туже. Один громкий, несдержанный стон — и любовник под ним вздрогнул, круто выгибаясь. По пальцами плеснуло теплым, вязким. Гарри не останавливался, хотя двигаться стало сложнее. Но он жадно входил, пока по позвоночнику не проскользнула знакомая острая искорка. Тело тряхнуло в острой судороге удовольствия, и он замер, двинув бедрами вперед до предела. — Черт... — выдохнул он, когда голос вернулся к нему. — Поттер, — Северус устало вздохнул. — Слезь. В его голосе все еще звучала удовлетворенная истома, и Гарри склонил голову к его плечу, чтобы не выдать усмешки. Как бы цинично Северус ни говорил о сексе, он все равно в такие моменты более уязвим, и Гарри вовсе не хотелось его задеть. — Я тоже тебя люблю, — пробормотал он, освобождая любовника. — Спим? — Нужно погасить свет в детской, — возразил Снейп и взглянул на часы — все, что на нем оставалось. — Мы и так опоздали на семь минут. — Уверяю тебя, они даже не заметят, — Гарри зевнул и сел на кровати. — Где мой халат? — Там, где вы его кинули с утра, мистер Главный Аврор, — хмыкнул Снейп. — То есть я не имею ни малейшего понятия. Возможно, Кикимер решил, что это стирка. — Мерлин! — выдохнул Гарри и поднял несчастный взгляд. — А ты можешь сходить один? У меня просто нет сил, чтобы влезать обратно в джинсы. — Мне следовало бы настоять, — поджал губы Северус, но это вовсе не выглядело грозно, когда губы яркие и искусанные. — Все-таки это твои дети. Но мне слишком тебя жаль. И все-таки это тебе завтра вставать с раннего утра, а я могу позволить себе поспать подольше, так что... Ложись, Гарри. Я скоро вернусь. Хлопнула дверь. Поттер отложил волшебную палочку на тумбочку и туда же отправил скользкий флакон со смазкой. Скользнул под одеяло... Он был твердо настроен дождаться Северуса, но напряженный день, не менее напряженный вечер, потом занятия любовью... Глаза невольно закрывались сами собой. Но он еще слышал, как дверь хлопнула снова — и послышались шаги, такие знакомые... Перед закрытыми веками стало темно, кровать прогнулась под весом еще одного тела. Виска коснулись узкие губы... И последнее, что услышал Гарри перед тем, как окончательно провалиться в сон — это слова, которых он до этого не слышал. — Я тоже тебя люблю.