Самая яркая тень у света

      Когда знакомый космический корабль вошёл в атмосферу Коррусанта, салон затрясло. Пассажиры крепко держались пальцами за подлокотники кресел. За утолщённым стеклом рвались облака, обволакивая острый нос, а небо от скорости отдавало розовым. Оби-Ван держал штурвал. Его костяшки побелели, а жилы протянулись до самых локтей, причиной тому был двигатель. Замена, найденная в песках, конечно, не шла к остальным деталям и отставала на пару поколений, сходилась только модель.                   Техника — это проблема. Ее часто разбирают, угоняют, взрывают, так что дело привычки улетать на одном, а прилетать на другом. Однако сейчас Кеноби не мог точно сказать, что стало причиной поломки, да и экстренной посадкой всегда занимался почивший учитель. Теперь придется осваивать новые обязанности. Среди присутствующих владел самым большим опытом полёта, не было смысла плодить панику. С этим хорошо справлялись толчки, бьющие по кораблю раз в пару минут. Оби-Вану удавалось держаться ровно, но то и дело до слуха долетали детские вскрики. Энакин выбрал место рядом, и всё время крутил головой, из-за чего волосы смешно вздымались над плечами.       — Ты точно посадишь корабль?       — У тебя больше некому довериться.       Высказывание породило на лице ребёнка сморщенный нос и смешно сложенные губы. После вчерашнего разговора и четырёх часов сна, Скайуокер выглядел бодрым. Более того хватало сил, чтобы столько ерзать на одном месте. Это контрастом смотрелось на фоне джедая, у которого не смотря на обстоятельства закрывались глаза. Всё же сегодня он проснулся не в удобной одноместной постели, а с тяжестью детских конечностей по всему телу. Не таких объятий хотелось на утро после миссии. Очередной толчок вывел из размышлений о свободном времени. Земля появилась в поле зрения. Точнее будет сказать огромное количество огней, закрывающих друг друга. При приближении становилось ясно, что это высокие небоскрёбы различных форм и материалов, охваченные мелкими автомобилями. Они парили на высоте несколько сотен километров от настоящей тверди, проносясь между рекламными щитами.       Кеноби не в первый раз видел столицу, но представлял сколько эмоций она вызывает у замершего Энакина.       Как только восстановилась связь с планетой, Оби-Ван подключился к сети.       — Внимание всем постам, корабль модифицированной серии J-327 терпит крушение, индивидуальный номер: 25-47-90-563.       Голос пришлось повысить, так как треск звучал в каждом углу. Ответ последовал сразу.       — Вас поняли, вызываем помощь, откройте канал для определения местоположения.       Нажав ещё несколько кнопок и неуверенно опустив один из рычагов, Кеноби отчитался       — Сделано.       — Принял.       Сомнений, что звонок принял искусственный интеллект не было, так что и ошибки быть не могло. Когда дома стали визуально выше, несколько черных ящиков выровнялось вдоль горящих крыльев. Ни один не отражал солнечных лучей или сияние города. Полностью механизированные с бегущей строкой синих букв: “Сохраняйте спокойствие, пристегните ремни и оставайтесь на местах.”       С громким стуком, они зафиксировали металлические крепежи с длинной иглой, вошедшую глубоко внутрь. Снизу каждого куба появился широкий ствол синего пламени. Постепенно космолет вернулся в приемлемую плоскость. Энакин смотрел на всё с восторгом, а Оби-Ван расслабил тело, откидываясь на спинку кресла. Дрема почти взяла свое, но возбужденный происходящим разум юного гостя не замолкал.       — Куда они отвезут нас?       — На посадочную площадку.       — А если более точно? - Кеноби чуть скосил прищуренные глаза с города на мелкий затылок.       — Площадка рядом с Сенатом. Мне нужно явится к канцлеру.       — Одному? - спина чуть ссутулилась.       — У него не предусмотрено детской комнаты.       Энакин обернулся с таким искренним негодованием, что хилый смех сорвался с губ непроизвольно. Это добавило злости в мягкие черты лица, на что Кеноби лишь пожал плечами. И не успел Скайуокер ответить колкостью, собеседник потерял интерес, уводя взгляд в сторону.       Потрепанный звездолет заходил на посадку. Тросы страховкой удерживали разваливающиеся части. Да и на фоне вычищенных поверхностей, судно смотрелась жалко. Тут и там встречались следы от пожара, расчерченные неглубокими порезами. Черные пятна грязи синяками цвели по всей площади, а сколы рвали целостность. Так же ощущал себя Оби-Ван, выходя по трапу в толпу богато и ярко одетых людей, метаморфов, пришельцев.       Цветные ткани одеяний живописным ковром окружали четыре серых силуэта. Такое разнообразие в росте, формах и лицах кружило голову. Кеноби снова ощутил тяжесть натяжения мантии и тепло прижатого тела. Честно говоря, он чуть не споткнулся, когда сделал первый шаг, не проверив стоит ли ребенок на ткани.       — Ох, как я рад, что вы добрались живыми!       Неожиданный возглас над ухом, второй раз поколебал равновесие джедая. Конечно, это был Палпатин. В своих любимых широких штанах и жилете с бархатном плащом. На лице дружелюбная улыбка с сеточкой морщин у хитрых глаз.       — Оби-Ван, ты изменился, тебе даже идет.       Ничего не ответив, Кеноби вновь чуть заметно поклонился, мальчишка повторил за ним.       — А это тот юный гость, о котором столько шуму?       Чуть сместив угол обзора, старик наклонился, чтобы лучше увидеть почти спрятавшегося избранного.       — Его зовут Энакин Скайуокер, и он сейчас же направится в Храм.       Словно по волшебству толпа зевающих господ чуть разошлась, пропуская вперед две высокие фигуры в белом. Их лица были сокрыты под тканью, а в волосах еле слышно звенели утонченные украшения из серебра. Все та же туника и световые мечи с легким лязгом качались от тихой поступи. Ни одного открытого сантиметра кожи, только искусно шитая роба.       — Иди с ними, это воспитатели.       Говоря уже Энакину, Кеноби ободряюще подтолкнул того в нужную сторону, но желание последовать указанию не увидел.       — Они мне не нравятся.       — Сейчас это не имеет значения.       — Но я не хочу!       Возглас получился слишком громким для личного разговора, по толпе сразу побежал шепот. Высокие силуэты остановились в нескольких шагах и заняли выжидательную позицию. Обе смотрели Оби-Вану в душу, но не думали вмешиваться.       — Энакин, сейчас не время. Прошу сделай как прошу, позже я приду к тебе.       — Через сколько?       Интонация по-прежнему была слишком эмоционально громкой, совсем не к месту, и терпение постепенно ускользало.       — Я не знаю.       — Но ты сказал...       — Главное - я приду, остальное мелочи.       — Так не пойдет! Я пойду с тобой!       — Мы это уже обсуждали, ты не можешь.       — Почему?!       Вдруг Оби-Ван ощутил толчок куда-то в плечо, но физически никто не касался. Это не могло продолжаться, поэтому присев на корточки, юноша холодно посмотрел Энакину в уже начавшие блестеть глаза. Шепот.       — Ты пойдешь с воспитателями, я - с канцлером. Это не обсуждается. И пока не сотворил новую глупость, помни, что я обещал. Так что прекращай вести себя...       — Как ребенок? - голос стих и первая слеза уже покатилась к щеке.       — Именно.       Прошло несколько секунд, и мальчик вытер мокрые веки грязным рукавом. Гордо подняв голову, насколько мог десятилетка, Скайуокер направился к двум белоснежкам. Те, что-то сказали и взяли маленькую ручку в свою, удаляясь в глубь цветных ковров.       Поднявшись, Кеноби обернулся к канцлеру, у которого, как и ранее цвела улыбка.       — Все решилось?       — Да, мы можем начать?       — Конечно, пройдем в мой кабинет.       — А принцесса?       — Она уже смеется в кругу друзей, - указав куда-то в сторону, Палпатин даже не обернулся, чтобы проверить точность своих слов, направляясь к изящной лестнице, уводящей вглубь.       Две отделившееся фигуры не привлекли внимания. Среди высоких потолков, широких колонн все были заняты маленькой принцессой, которой чудом удалось добраться живой. Про корабль, оставшийся на пристроенной посадочной площадке, помнила только страховая служба, что дала кубам команду отвезти звездолет в цех на починку. ***       Богатое убранство первым бросалось в глаза. Обилие бардового и чёрных цветов, огромные панорамные окна и изогнутый стол из натурального дерева почти посреди комнаты. К нему вело несколько невысоких ступеней, позволяя заседающему находиться на возвышении. Словно канцлер желал всегда находиться выше собеседника, подчеркивая свою власть не только статусом, но и визуально. И сейчас, когда старик начал подниматься, Кеноби решил остаться в низине. Слева и справа находились прочные зеркала, запечатанные в широкие стены, их задача расширить и без того большой зал.       Невольно кинув на них взгляд, джедай заметил изменения, о которых говорил Палпатин. Волосы. Из острого, короткого ёжика, пряди вытянулись в длину до самых плеч. Медово рыжие волны густо обвили голову. Только тонкая, длинная коса неизменно вилась от затылка вниз. По привычке каждое утро, переплетая такой просто аксессуар, Оби-Ван и не заметил, как от плеча, та стала доставать груди. Размышления отвлекли от готово к разговору канцлера. Изящно сев в кресло, он скрестил пальцы под острым, бледным подбородком.       — Итак, из всей истории меня интересуют только слухи об Избранном. Кеноби ответил не без удивления.       — А как же отчёт о случившемся?       — Мне известно все необходимое, в операции по освобождению Набу от сепаратистов участвует много лиц. Сейчас же, интересует Избранный.       — Про Избранного я тоже расскажу только Совету. Плечи Палпатина напряглись, но через пару секунд снова обмякли, одна ладонь спустилась на стол. Пальцы чуть дрогнули в приглашении подняться.       — Ты, верно, слишком молод, чтобы понять - я занимаю очень важную должность и влияю на огромное количество жизней. Мне нужно знать всё, что знаешь ты, для принятия правильных решений. Ничего не происходит без моего ведома, - со временем слова приобретали жёсткость. Один из ногтей твёрдо отбивал каждые несколько слов.       — Я уважаю вас, канцлер, но ребёнок не доказывал избранность, так что мне нечего сказать.       — А если докажет, кто займётся обучением?       — Я, - неожиданно встав над столом, мужчина угрожающе навис над встроенным планшетом.       — Что за глупость. У тебя даже нет звания в рыцари, чему ты можешь научить?       — Пока нет - выделив интонацией первое слово, Оби-Ван отступил, — это была последняя воля мастера. Я не могу нарушить обед. Молча выпрямив спину, Палпатин обошёл плавные, деревянные углы, уходя к окну.       — Я думаю, мастера должны сделать исключения из правил. Если ребёнок докажет свои способности, обучать должен опытный Джедай.       — Опыт не проблема в период войны.       Кеноби старался держаться нейтрально, но внутри всё кипело от разговора. Канцлер неприкрыто лез в не касающиеся его дела, ещё и оспаривал традиции, введённые ещё до их общего рождения. И хоть парень не хотел признавать, он обещал Скайуокеру. Если не сдержит слово, как повернётся судьба всеми брошенного ребёнка. Касание к плечу морщинистой руки вновь вернуло в реальный диалог. Высокая, худощавая фигура чуть ли не прижималась сбоку, и от нее веяло холодом.       — Не спорю, что твои навыки боя восхищают, но Республике не нужен ещё один джедай, умеющий только убивать.       Оби-Ван резко повернулся к чужому лицу. Рыжие волосы почти ударили по шее. Светлые брови опустились к переносице. Губы до последнего сжимались в тонкую линию, но вернув себе личное пространство, юноша прошептал.       — Квай-Гон учил меня не этому, ваши действия вывели джедаев на поле битвы.       — Осторожнее со словами, юный падаван, - не скрывая злости, отразившейся ещё большим количеством морщин, Палпатин глубоко вдохнул, продолжая:       — Спишу это на твою усталость после миссии. Моё мнение тебе ясно, прошу передать его более состоятельным участникам вопроса.       — Как пожелаете, канцлер. Выдав выученную фразу, Кеноби быстрым шагом направился прочь, всю дорогу ощущая на спине пристальный взгляд и не проходящий холод. ***       Две белые фигуры мерно шагали среди толпы, Энакин плелся следом, держась за тонкую ладонь одной из них. Всё тело покрылось мурашками от сильного ветра, который забирался глубоко под лёгкие ткани футболки и штанов, но мальчик молчал. Эти незнакомки ничего не объясняли и молчали с момента, как забрали с посадочной платформы. Вот и шли в тишине среди гудящих авто, галдящих прохожих и гула электрического напряжения. Иногда путь прерывался на остановку перед огромной магистралью или пересадкой на общественный транспорт. Дорога могла занять меньше времени, если бы Скайуокер не шёл так медленно как только мог. Была надежда, что Оби-Ван закончит свои дела быстрее если шаг будет короче. В итоге, к Храму подошли только ближе к вечеру.       Небо стало приятно теплого оттенка, последние лучи растворялись в поднявшемся со дна города тумане. В принципе создавалось ощущение, что у домов не было начала. Этажи градом спускались ниже и ниже в беспредельную глубину. Переходы для пешеходов парили на разной высоте, удерживаясь за счет толстых балок из нержавеющего метала. А чтобы люди и другие гуманоиды не срывались с мостов вокруг тянулось магнитное поле. У Скайоукера было ощущение, что он маленькая рыба в огромном океане. Перед глазами то и дело что-то мелькало, привлекая к себе внимание, поэтому, когда воспитатели остановились, было проще сосредоточиться на одном.       Первым, что бросилось в глаза это огромная каменная стена, уходящая ввысь до самых небес. Ее цвет напоминал о доме, такой же теплый и светлый. Возле нее стражниками стояли статуи, их спокойные лица были опущены вниз к световому мечу. Широкие капюшоны спадали до носа, каждая складка детально проработана, а за затылком расцветала Звезда. Ее острые лучи тянулись в разные стороны, словно огораживая головы. Ладони мирно лежали на рукояти, все остальное было тканями, укрывающими босые ноги и невысокий пьедестал. Размер был масштабен. Поддавшись любопытству, Энакин хотел коснуться, но одна из воспитателей молча сжала его пальцы. Вторая вышла чуть вперед и начертив неизвестный символ, резко взмахнула ладонью в воздухе.       Цельный камень треснул, расходясь яркой светлой расщелиной. Линия как заколдованная побежала по вертикали. Бесшумно камни расступились, пропуская внутрь красивейшего сада. Пушистое дерево раскинуло ветви, обжигая ярко красными листьями. Волнистый ствол тянулся к свету, в то время как листья продолжали опадать на зеленую траву. Скайуокер только читал о растениях, но ни одно их них не могло выдержать двух Солнц.       Спутница расслабила ладонь, давая ребенку осмотреться, но Энакин не спешил отходить. В саду они были не одни. У единственного озерца, посреди всех цветов, собрались дети разных возрастов, но преобладали старшие. Что-то бурно обсуждая, они то и дело смотрели в сторону новенького. Их речь смешивалась, какие-то предложения и вовсе были на неизвестном языке. Скайуокер не хотел вникать, поэтому продолжил рассматривать Храм. Такие же высокие стены, тот же цвет камня и всего несколько этажей, наслаивающихся друг на друга как торт. Само здание было трапециевидной формы, окна арками смотрели на город. Верхушку венчали несколько колон с блестящими куполами. Везде виднелись скульптуры разных форм и размеров, а вдоль особо пустых стен рос плющ и шел резной узор.       Среди мегаполиса, это место было чем-то древним, словно город строили гораздо позже.       — Сколько лет этому месту?       — Много слишком, чтобы вспоминать.       Чуть веселый голос заинтересовал мальчишку и обернувшись к источнику звука, ребенок увидел старца. Тот был чуть ниже ростом с необычно зеленой кожей, из-за чего почти сливался с садом. Длинные уши торчали из лысой черепушки, а маленькие глаза прятались за слоем морщин.       — Кто ты?       — Этот вопрос задать я должен.       — Почему ты так разговариваешь?       — По-другому и не нужно мне.       Энакин недовольно поморщил лоб, такой поток слов резал слух. Тем временем старичок продолжил:       — Отдохнуть тебе нужно. Пусть воспитатели поесть отведут, да комнату на ночь покажут.       — А как же экзамен?       — Подождет он, в раздрае ты. Необходимо эмоции успокоить.       Голос был чуть шершавым, но слова лились как мед. Незнакомец говорил загадками, так что мальчик решил перехватить инициативу.       — Оби-Ван вернулся?       — Не видел его и не встретишься с ним до завтра.       — Почему?       — Слишком вопросов много, ответы завтра получишь.       Так и ушел, держа за собой последнее слово. Энакин тяжело вздохнул, снова плетясь за учителями в белых одеяниях. Внутри джедаев оказалось больше, чем снаружи, и ходили в основном по парам: взрослый, ребенок.       Пока шли к столовой, Скайуокер присматривался к окружающим. Все одеты одинаково: светлые штаны, туника и мантия. Только оттенок мог варьироваться от белого или песочного к черному. У тех, кто выглядел моложе были длинные, тонкие косы, если раса не предполагала волос, то цеплялась искусственная, и могла быть любого цвета. У других, кто выглядел старше, гораздо старше, не было косы, зато походка всегда статная, а взгляд холоден. Даже при разговоре держались от собеседника на почтительном расстоянии, а руки часто скрещены на груди.       В коридорах не тихо, но и беспорядка от большого количества детей не наблюдалось, все были слишком воспитаны, от чего Энакин вздрогнул. Его поведение всегда было на уровне среднего, но здесь оно точно поднимется до ужасного. Поборов холодок, бежавший по спине, избранный заметил бросаемые в его сторону взгляды. Чем был вызван интерес не ясно, но увидев порцию мяса, Скайуокер быстро сел за стол, радуясь, что две няньки тоже отошли поесть. Не успел проживать первую ложку, как к нему с двух сторон подлетели воспитанники. Слева - Зайгерианец, гуманоид похожий на человека с примесью кошачьих. Острые уши в черной шерсти были подняты высоко вверх, а глаза с вертикальным зрачком смотрели в упор. Справа - меерианка, седовласая девушка с такими же серыми глазами. Оба были старше на пару лет.       Отложив ложку, выпрямился, ожидая неприятности.       — Что?       — Ты ведь Энакин? - спросил парень со спины       — Да, от куда вы знаете мое имя?       — У нас слухи быстро расходятся, - седовласка накрутила на палец локон.       — И что за слухи?       — Ты завтра сдаешь экзамен на поступление в падаваны, но...ты выглядишь слишком взрослым, чтобы тебя взяли. - Все так же не отводя взгляд, кото подобный постучал когтем по тарелке.       — Это не вам решать. - Упершись ладонями в стол, мальчик чуть отодвинулся, чтобы видеть лицо каждого собеседника одновременно.       — Ребята, прекратите накидываться! - подошедшая акуалиши громко щелкнула бивнями почти над ухом. Ее маленькие черные глаза смотрели с сочувствием, хоть внешний вид и говорил об обратном: голова, полностью покрытая серой шерстью, высокое тело и две пары век. - Не обращай на них внимание они просто завидуют.       — Чему? Воцарилась тишина, пока одна из девушек не начала.       — Нас забирают из семей настолько рано, что мы даже не успеваем запомнить родителей. Это объясняют тем, что не нужна привязанность и что Силу нужно изучать с раннего возраста, пока юные души не испорчены внешним миром. Если ты поступишь, то...       — Ваши страдание обесцениться? Меня тоже забрали не из райского места. Еще и человек погиб на моих глазах буквально вчера. — Энакин скрестил руки, отдаляясь еще больше.       — Квай-Гон?       — Да.       Снова тишина, но вдруг девушка, держащая локон оживилась, как-то загадочно хихикнув. Это казалось вообще не к месту, но Энакина заинтересовала такая перемена настроения.       — Что?       — Это получается твоим учителем будет Оби-Ван?       — Нет, Ру, он еще слишком молод.       — Вообще то, — влез Скайуокер, - он прямо сказал, что возьмет в ученики. Все окружившие стол, кроме черного кота печально вздохнули.       — Что? — уже без эмоций повторив вопрос, избранный посмотрел на каждого по очереди, ожидая объяснений. Но ответил тот, кто меньше всех отреагировал на новость.       — Ничего такого, просто у него есть поклонники, которые рассчитывали, что Кеноби до последнего будет...свободен от обязательств.       — В каком смысле?       — Что ты ему объясняешь, Маттео, он же ребенок. - Ру как-то уж слишком томно вздохнула, вставая из-за стола. - В любом случае, желаю удачи, мальчишка.       — Спасибо.       Неуверенно ответив на сомнительный жест доброты, Скайуокер доедал в спокойном одиночестве. ***       После недолгого разговора с канцлером, Кеноби с усталостью упал в ближайшее такси. Водитель, явно не ожидавший клиента, поперхнулся электронной сигаретой, и опустив окно, ладонь вытолкал дым на улицу. Обернувшись к заднему сиденью, мужчина в удивлении поднял брови и вместо пары ласковых, уточнил.       — Если вам нужно за кем-то гнаться, я не отдам свой автомобиль.       Слова складывались в своеобразный акцент, который выдавал приезжего с другой планеты. — Мне нужно на Рогран, 52 — Хороший район, но возьму дорого, сейчас час пик. — Или потому что у вас зажиточный клиент, - говоря, парень уже переводил необходимую сумму.       Водитель только усмехнулся и включив в салоне ритмичную мелодию, вжал газ в пол. Спустя полчаса джедай был в центре небольшой квартиры. В ней не было излишков, только кровать и душ, даже кухня отсутствовала. Лениво сняв с себя робу, Оби-Ван достал из прикроватных ящиков темные штаны, черную водолазку и накинул сверху серое пончо.       Руки ощущались голыми, так что, добавив к образу пару серебряных браслетов, Кеноби прошелся пальцами от корней до кончиков волос. И убедившись, что выглядит приемлемо, спрыгнул с окна. Удивленные возгласы прохожих стихали, по мере того как источник уходил все дальше к клубам, в которых можно купить выпивку в такой ранний час. Смерив взглядом время, джедай недовольно отметил, шесть часов. Солнце только приблизилось к горизонту, но интуиция подсказывала, что выбраться в ближайшие пару дней на стандартную прогулку будет более затруднительно. Толпа народу сгущалась, вечерние фонари начали работу, даруя хоть какое-то освещение. Свет от вывесок гулял по коже, дробя людей на еще большее количество цветов.       Задумчиво ступая мимо знакомой витрины, Кеноби еле заметно махнул ладонью, внушая несчастным амбалам пропустить без лишних вопросов.       Те расступились, а когда встали на место, уже и не помнили, что отходили.       — Кого я вижу, неужели малолетка снова пожаловала.       За барной стойкой в откровенном наряде расположилась веселая тогрута. Ее органические полосатые косы свисали до самой поясницы, а на небольших рожках блестели цепочки и заколки, которые в ее случае были пирсингом. Ее большие зеленые глаза всегда смотрели с легким укором, а пластика барменши собирала сотни клиентов. Невероятно красивая, но относилась к джедаю исключительно как к младшему брату, а он в свою очередь уважал ее как сестру. Это было немым соглашением, никто не обсуждал, но так сложилось.       — Мне скоро восемнадцать.       — Охотно верю, - широко и искренне улыбнувшись, девушка потянулась за первым напитком, с которого начинал ее постояник.       — Что привело на этот раз?       — Очередная смерть, - поймав стакан, который ему подали, Кеноби не поднял взгляда, сразу осушив до дна.       — Это был близкий тебе человек? - ее тон сразу смягчился. В клубе было пусто. Основной поток еще не пришел, слишком рано.       — Мой учитель.       — Вот блядь, - прикрыв яркие губы ладонью, Айано налила еще стакан. — Это все ужасные новости за сегодня?       — Не знаю насчет ужасной, но похоже с завтрашнего дня у меня будет ученик. Барменша с недоверием посмотрела на опущенную голову.       — Ты пошутил?       — Все так реагируют, - поменяв пустой стакан на полный, Кеноби понюхал напиток и продолжил, - думаешь пацану нужен кто-то другой?       — Но если там мальчик, то шансы есть, - наигранно растянутая фраза, что повергла в шок.       — Брось, я что педофил по-твоему?       — Сколько ему?       — Десять       Искренний смех эхом отразился от пустого помещения.       — Дорогой, у меня с первым бойфрендом разница была больше.       — Все ты к одному сводишь.       — Ну простите, уважаемый джедай, распивающий в моем баре и лишившейся здесь девственности.       Алкоголь медленно, но верно давил на голову, даже когда с фыркающим звуком вылетел на поверхность стойки. Снова звонкий смех.       — Я просил не вспоминать тот случай.       — Какой из? Твой семнадцатый год был продуктивным.       Окончательно сдавшись насмешкам, Оби-Ван допил второй стакан. Входная дверь заскрипела и внутрь зашел новый посетитель. Явно пришел в первый раз, слишком внимательно рассматривал детали декора. Подсуетившись, Айано включила громкую музыку с подсветкой. На первом и втором этаже включился гало-стриптиз.       — Мне пора работать. Не скучай.       Последнее, что Кеноби сознательно почувствовал было теплое касание к волосам, дальше были только рассуждения. С каждой минутой становилось все теснее, и чтобы не привлекать не нужное внимание, юноша отошел к дивану. Небольшой, немного потертый с пятнами неизвестного происхождения, но в далеко в тени с одноместным столиком. Это было тихое место.       Запрокинув голову на спинку дивана, Оби-Ван скривил губы. Мысли путались, но одна сияла четко - с появлением Энакина жизнь изменится. Должна изменится. Но другие догадки подсказывали: в одну ночь человек не меняется. Завтра его посвящение, завтра сдача экзамена, но он здесь, среди густого дыма и крепкого алкоголя. Возможно, с самого начала он не был идеальным падаваном, что-то всегда мешало. Может, поэтому Квай-Гон так быстро променял на нового воспитанника, не задумываясь о последствиях. Может, их вообще не должно быть.       Приложив ладони к лицу, парень с силой провел пальцами по коже, словно пытаясь избавиться от себя самого. Еще глоток алкоголя. Тепло успокоило нервы, давая возможность спокойного вздоха и простого решения: завтра появится новый Оби-Ван.