Дружелюбный студент по обмену Человек-Паук

Прошло уже три дня стажировки, и Цунотори Пони парила в небесах, в то время как Бакуго Кацуки рухнул и сгорел. Цунотори вскрикнула, нанеся удар слева, уклонившись от удара ладонью, когда раздался взрыв. Бакуго сбило с ног, и он приземлился спиной вперед. Снова. «Снова», — сказал Сакамото Куга, скрестив руки на груди, наблюдая за схваткой двух своих юных подопечных. Цунотори вел себя вежливо. Профессионально. Отнесся к этому со всей серьезностью, которую он видел на спортивном фестивале, что и побудило его отправить приглашение этой американской девушке. Она впитывала все знания, которые могла предложить Героиня-Косатка, без единой реплики или жалобы. Хотя порой он видел, как она отворачивается, размышляя. Когда он видел ее в кафетерии, хмуро уткнувшейся в телефон, ему было интересно, почему. К счастью, такие случаи были редки, и она не демонстрировала никакой потери сосредоточенности всякий раз, когда ее приглашали на патрулирование. Бакуго изо всех сил старался наверстать упущенное, и первым положительным знаком стало то, что он наконец-то начал использовать свою Причуду. Судя по последнему телефонному разговору со Стражем Цунотори и родителям Бакуго, семья последнего была рада и даже говорила, что после Спортивного фестиваля он ни разу не использовал свою Причуду с момента поражения на национальном чемпионате. Но хотя он всё ещё использовал Причуду, пламенной решимости и уверенности в следовании своей тактике и технике, в сочетании с решимостью бороться с трудностями… не хватало. Всякий раз, когда Бакуго и Цунотори спарринговались с его напарниками и даже между собой, Бакуго чаще всего оказывался в проигрыше. Когда пепельно-русый снова поднялся, он взмахнул руками, готовясь к атаке Турбо, мчась по прямой, в то время как Куга прищурился. Скорость, которую он продемонстрировал на Спортивном фестивале… этот «Турбо» был далеко не таким быстрым и взрывным. Цунотори отреагировала, выпустив в него два рога: острые концы перевернулись и метнулись вперёд, а тупые были направлены на её противника. Бакуго уклонился от снарядов, перевернувшись в воздухе… и получил захват плечом от атакующего американца, стоявшего на четвереньках. Японец ахнул, и по инерции он рухнул на землю… но два снаряда врезались в него и отбросили его тело назад, к Цунотори, который стоял в стойке на руках, и тот отреагировал, ударив его копытом в бока. Орка поморщилась. Похоже, удар был болезненным. Бакуго взмыл в воздух, когда Цунотори, перевернувшись, взмыла в воздух, приземлившись на рога, которые парили под ней. Она прицелилась, прищурилась и… выстрелила третьим рогом! Бакуго отреагировал, выпустив взрывной заряд в сторону снаряда. «Новенькое», — пробормотал Куга, снова скрестив руки. Похоже, её контроль расширился с двух рогов до трёх. Её практика в использовании причуды принесла свои плоды. Рога на её ногах дрогнули, обгоревшие рога с грохотом упали на землю, и из дыма вырвался ещё один рог, уверенно и уверенно выстрелив, перевернувшись на торец и врезавшись в Бакуго, который не успел вовремя отреагировать. Он вскрикнул и покатился по земле, прежде чем остановиться, трясущимися руками пытаясь встать. «Хватит», — Куга поднял руку, шагнув вперёд, а Цунотори повиновалась, спрыгнув с её рук и повернувшись к возвышающемуся Профессиональному Герою. «Принимай душ и отдохни. Через два часа мы отправимся на патрулирование. Если нужно будет посетить лазарет, так и сделай». «Да, Орка-сан». Цунотори почтительно поклонилась, отступив и направившись к главным спальням, замерла, глядя на тяжело дышащего Бакуго, стоявшего на коленях. Стоически повернувшись, она вышла из спортзала. Орка подошёл, его неуклюжая фигура возвышалась над измученным блондином, когда он поднял взгляд. Куга полез в карман своего массивного пальто из кожи косатки и протянул ему мочалку, чтобы вытереть пот. Парень взял её и вытер лицо. «Ты потерял свой задор, парень», — заметил он. «Ничего страшного. Мне нужно сосредоточиться». «Тебе нужно больше, чем просто сосредоточиться», — ответил Куга. «Твой стиль совершенно рассинхронизирован. Твоё тело реагирует, но ты сдерживаешься и не можешь довести дело до конца», — прорычал Бакуго, отводя взгляд. «Я знаю». «Тогда, если знаешь, доводи дело до конца и победи противника», — прорычал Орка, и блондин схватил его за колено. «Я пытаюсь». «Раньше ты смог её победить. В чём проблема сейчас?» Куга снова скрестил руки, глядя на него сверху вниз. На этот раз Бакуго не ответил, отвёл взгляд, словно не хотел отвечать, но всё же знал. Куга вздохнул. «Я научу тебя методу, который поможет прочистить голову». Бакуго наконец поднял взгляд. Высокий человек-кит достал свой особый телефон и несколько раз постучал по экрану. «Это тоже будет полезно, так как мы планируем обсудить способы снятия стресса и развития гибкости, которые важны для таких героев, как мы. Мы сделаем это вместе сегодня вечером после патрулирования». А теперь приведи себя в порядок и прими душ. Сегодня вечером мы будем осматривать пристань. В эти выходные состоится городской фестиваль, так что нам нужно знать окрестности как свои пять пальцев. Ну, по крайней мере, тебе и Цунотори. Сказав свою речь и взмахнув черно-белым плащом Косатки, банда Косаток ушла. «Банда Косаток». Куга замолчал, оглядываясь красным глазом на Бакуго, поднимающегося на ноги. «Что мы будем делать?» «Йогой», — сказал Куга. «Отдохни. У тебя…» Он снова посмотрел на часы. «Через час пятьдесят пять минут ты будешь в вестибюле в своей экипировке. Вот и всё». Небо над Токио промелькнуло в тумане, когда зелёная молния пронеслась по крышам. Один шаг легко перенёс Изуку с одной крыши на другую. Ветер ревел в ушах, ноги скакали по крышам, словно он ничего не весил. И словами не описать это чувство. Всю свою жизнь Изуку мечтал о том, каково это – иметь причуду, обладать силой и делать то, что хочется. Теперь, с «Одним за всех», эта мечта стала реальностью. Реальностью, которая превзошла все его ожидания. Он спрыгнул с угла крыши, ухватившись за пожарную лестницу и используя её как гимнастическую палку, чтобы прыгнуть ещё дальше. Сила в его конечностях напряглась и вырвалась наружу, снова затуманив мир. Когда он снова сфокусировался, Изуку парил над двумя зданиями. И в полёте понял, что до последнего ему не дотянуть! Он ударится об асфальт! Крик зародился в его лёгких, когда он начал размахивать руками и ногами, но тут же оборвался, когда вокруг Изуку обвилась тонкая нить. Словно втягивающийся коготь, она перенесла его на другую сторону улицы и поставила рядом с ожидающим Эджшотом. «Помнишь, что я говорил о сдержанности?» «Д-да, сэр», — пробормотал Изуку, — «я только что…» Его извинения оборвались тихим смешком профессионала. «Зацепился за момент?» — Эджшот улыбнулся и погладил его по голове. «Ага, впервые прыгнул по крыше. Кажется, только вчера я встретил этого неуверенного мальчишку у моего агентства». ... «Это было три дня назад», — заметил Изуку. Эджшот проигнорировал его, демонстративно шмыгнув носом и вытирая «слезу». «Ты так вырос!» «Эээ…» Эджшот улыбнулся. «На этот раз не теряй голову», — сказал он, прежде чем отпрыгнуть, сложившись в комок, чтобы герой-ниндзя исчез. На этот раз Изуку делал размеренные шаги, глубоко вдыхая перед каждым прыжком, чтобы вернуть контроль. «Видел бы ты меня, когда я понял, как преодолеть звуковой барьер», — сказал Эджшот, вытягиваясь над вентиляционной шахтой. «Я мчался как ракета, доводя своего старого сенсея до ярости, пытаясь не отставать». «Представить не могу, через какие тренировки ты прошёл», — сказал Изуку, слишком сильно опираясь на крышу. Кроссовки оставляли следы, и ему было очень плохо, но он должен был продолжать! «В смысле, я слышал много теорий». «О?» — спросил ниндзя, его видимый глаз удивленно и весело дернулся. Изуку лучезарно улыбнулся. «Ага, они говорили, что ты покинул общество и обучался у мастеров-убийц в горах Кисо, где они научили тебя искусству скрытности. Люди говорят, что они готовили тебя стать следующим наследником их культа ассасинов, чтобы ты мог разослать своих ниндзя по всей Японии и покорить её изнутри!» Эджшот остановился на краю крыши, моргая единственным глазом. Зелёноволосый парень покраснел и замкнулся в себе. «К-конечно, я им не верю. Это просто глупая идея, которую люди выдумали, чтобы попытаться приукрасить твою историю, так что, конечно, это не имеет никакого значения…» «А, Культ Контроля, — сказал Эджшот. — Мне было интересно, когда же кто-нибудь соберёт воедино их местонахождение». Изуку моргнул раз, другой. Эджшот покачал головой, задумчиво глядя вдаль, возможно, на тот самый горный хребет. «Кисо, вот это были деньки. Тренировки начинались на рассвете и заканчивались только тогда, когда мои мастера говорили мне, что всё кончено. Жестокие тренировки, уклонение от ударов дюжины бойцов, пока я балансировал на одном шипе. Фехтование на замёрзшем озере, где одна ошибка сбрасывала меня в ледяную воду». Изуку не знал, что сказать, это было так круто! Это была предыстория героя-ниндзя, и он объяснял её ему! Где, чёрт возьми, его блокнот? Он должен был это записать, это был самый большой фрагмент истории, добавленный к профилю Эджшота: «Конечно, тогда я бы перестал смотреть старые фильмы про супергероев после ночи выпивки и закусок и потренировался бы в додзё в центре Токио». Изуку сдулся, как воздушный шар, и безвольно упал на крышу. … это была фальшивка, конечно же, это была фальшивка. «Извини, что разрушил твои мечты». «Н-всё в порядке». «Хотя, должен признать, — сказал герой, пересекая проём между зданиями вместе с Изуку, — довольно забавно слышать, что люди придумывают для истории моего происхождения». «Вот именно!» — закричал Изуку, пытаясь удержаться после не слишком изящного приземления. — «Просто все мало о тебе знают. Ты дал всего три интервью, и все они были с самого дебюта. Хотя…» «Что тебя волнует, юный Мидория?» — спросил Эджшот, останавливаясь на краю городской площади. Внизу, на шумных улицах, толпились обычные горожане, пытавшиеся добраться до работы, школы или просто найти себе занятие по душе. Изуку неловко сел рядом с ним, позволяя ауре «Одного за всех» развеяться. От шипения электричества у него возникло ощущение, будто он только что пробежал марафон, но, в отличие от других случаев, он словно скинул с себя тяжёлое пальто. «Я тут подумал, почему ты не даёшь интервью?» Ниндзя взглянул в сторону: «Почему ты спрашиваешь?» «П-просто ты в первой десятке, а остальные в среднем попадают туда как минимум раз в два месяца». «Кроме меня», — закончил Эджшот. Изуку кивнул. Справедливый вопрос, честно говоря, я не стремился к вершине. Всемогущий заслужил экранное время и похвалу, и я очень быстро понял, что это не для меня», — сказал Эджшот. «Т-то есть ты не хотел попасть в десятку лучших?» «Это была моя мечта», — признался Эджшот. «Ни один ученик геройской академии не выпускается без надежды попасть в желанную десятку лучших. Мне просто повезло, что моя… — он замолчал, слегка усмехнувшись, — таинственная личность способствовала появлению фанатов. Я просто играл лучшую роль, какую мог; не пытался ничего добиться, просто всё сложилось мне на руку». Изуку кивнул, впитывая каждое слово, но тут же нахмурился. «Роль? Типа героя?» «Именно», — сказал Эджшот, одним глазом улыбаясь своему стажёру. «Насколько мы умны и талантливы среди героев, есть один простой урок, который, похоже, никто не понимает». Он указал на людей. «Посмотри на них, думаешь, они нас видят?» Изуку прищурился, наблюдая за десятками проходящих мимо людей. Но никто из них не поднял глаз. На самом деле, никто даже не удосужился взглянуть на человека рядом с собой. «Они нас не видят, но мы всё равно помогаем, чем можем», — сказал Эджшот. «Нас не замечают, но мы можем творить добро. Раз уж он — маяк, не каждому герою нужно быть похожим на Всемогущего. Как бы нам ни хотелось, мы не можем просто надеяться копировать его грядущих поколений. Каждому из нас нужно решить, как дать всем надежду. Некоторые герои, такие как я, лучше всего работают в тени, высматривая тех, кто пытается уничтожить символы, на которые люди равняются. Ты… — Он замолчал, и Изуку показалось, что герой улыбается под маской. — Скоро ты поймёшь, каким героем тебе нужно стать, я вижу. Изуку не знал, что сказать. Он просто смотрел на ниндзя, нет, на героя, когда тот поднялся со своего места. — Пока, думаю, нам пора возвращаться на базу. Докладывать нечего, и у нас будет достаточно времени, чтобы поработать над твоим превосходным контролем до конца дня, Деку. Изуку вскочил на ноги, Один за Всех пробежал мимо него. — Я сделаю это! — Лучше тебе, у нас заканчиваются палочки для еды. Не могу представить, чтобы ты постоянно наслаждался этими протеиновыми батончиками. Плечи Изуку поникли, и Эджшот не смог сдержать смеха. «Боже мой!» — вскрикнул Питер, уклоняясь от удара Мирко. Оба теперь были одеты в тренировочную боксёрскую экипировку. «Сшитую на заказ, чтобы отражать даже выстрелы», — сказала Профессиональная Героиня, — но те удары ногами и тычками, от которых он уклонился, были бы ничуть не хуже, если не опаснее пуль. Особенно удары ногами! «Давай! Контратака!» Бронзовая героиня подзадоривала его опасной ухмылкой, нанося всё новые и новые удары перчатками, пока Питер ловко уклонялся от каждого удара на волосок, то есть от своей защитной маски. Питер стиснул зубы и нанёс удар, но Герой-Кролик уклонился, и Паучье Чутье Питера предупреждающе взревело. Он отпрыгнул назад, уклонившись от размашистого удара ногой, от которого порыв ветра сдуло, и отступил назад, подняв руки. Мирко вскочила, подпрыгнув на ногах и издав громкий стон. «Я сказала…» И она вскочила, сверкая глазами. Затем она исчезла, и – Паучье чутьё! Питер пригнулся, когда Мирко пнул его в то место, где мгновением ранее была его голова. «Контратака!» Они занимались этим всё утро. Последние два дня состояли из патрулирования после первого и небольшого изучения фильма. Он хорошо держался за ней, помогая ловить грабителей и сумочников, рыскавших по окрестностям Токио. Это было самое увлекательное занятие для Питера – лазить по зданиям и плести паутину. Было ясно, что Герой-Кролик заметил это и взял на себя смелость всё встряхнуть. И вот он здесь, в спарринге с ней, в стеганом снаряжении, нанося ей удары со всей возможной скоростью. Только Мирко, развернувшись, уклонилась от удара в живот, замедляясь, а Питер увернулся от его мощного удара… Он почувствовал, как вспыхнуло чувство, когда он поднял руку к лицу и поймал колено, которое сбило его с ног и отправило на резиновый мат тренировочного зала. Он отшатнулся назад, кряхтя при каждом приземлении, подпрыгивая, как брошенный камень в пруду. Блин, как же она сильно ударила! «Я видела, ты сбавила обороты!» – процедила Мирко, уперев руки в бока, когда Питер перекатился на ноги и встал, блестя от пота на нём и на ней. «Что, боишься ранить Профессионального Героя или что-то в этом роде?» «Н-нет! Я имею в виду…» «А потом что?!» – рявкнула она. «Ты мог бы сделать мне хороший укол в почки, но не сделал этого. Почему?» Питер прикусил губу и посмотрел в сторону. «В смысле…» «Что, я тебе не по возрасту?» — подзадорила она его, наклонившись, когда Питер заметил, как её… грудь слегка подпрыгнула. «Это будет хорошо, когда злодей с киской решит ограбить банк и всё такое! Представь себе, ты, «Человек-паук из Дружественного района»», — издевалась она, говоря в кавычках и с насмешкой в голосе. Теперь он немного жалел, что выдал свой титул, когда помог той даме спустить собаку с поводка… «Злодей легко отделался из-за рыцарства, а ты хотел её засадить!» «Неправда!» — возмущённо крикнул Питер. Мирко ухмыльнулся. «Тогда докажи. Мы занимаемся этим уже два часа, а ты так и не нанёс мне ни одного хорошего удара!» Мирко облизнула губы и опасно ухмыльнулась. «Твоя бесконечная выносливость ничего не стоит, если ты не можешь справиться со злодеем любого пола, вероисповедания или расы. А теперь поднимай свою задницу с мата и иди ко мне!» — поманила она, подпрыгивая на ногах, когда Питер встал, глубоко вздохнув. «Так… ты хочешь, чтобы я побежала быстрее?» «Ага! Покажи мне приёмы, которые ты делала на Спортивном фестивале! Вот это скорость и сила!» Она похлопала по щитку для рёбер, забралу и перчаткам. «Эти штуки сделаны из особого сплава и кожи, способные остановить даже скоростной автомобиль!» «Ну, для меня это в новинку! Я так не дрался уже... целую вечность!» «Ты больше не в Канзасе! Ты здесь со мной! А теперь опустошай обойму!» Питер глубоко вздохнул, подпрыгивая на ногах. Как Мирко двигалась в тот раз… она двигалась так быстро, что он даже не видел её движения! Он вдохнул и сосредоточился. «Не плачь, если я оставлю на тебе синяк!» — произнёс Питер и бросился в атаку. Уши Мирко дрогнули, когда она уклонилась от удара ногой в прыжке от шатенки, приземлившегося в нескольких метрах от него. Чувствуя, как замирает сердце, Питер поднял обе руки, чтобы блокировать удар ногой с разворота от бронзовокожей женщины. Он поймал его и упал на землю, но ноги выдержали удар, от которого спортзал содрогнулся. Он поднял руки и нанес удар, целясь ей в лицо. Мирко уклонился в сторону, а голова Питера дернулась, уклоняясь от удара. Он прыгнул, уклоняясь от размашистого удара ногой, и сам нанес удар, но Герой-Кролик увернулся от его атаки и ответил апперкотом. Питер крутанулся в воздухе с ударом. Но удар был пойман поднятым коленом, поглотив удар, в то время как наколенники Мирко поймали кулак. Она крутанулась, когда Питер по инерции потерял равновесие, падая с блока. Он увидел, как она снова разворачивается, чтобы нанести удар ногой в лицо… Рука Питера взметнулась к земле и оттолкнулась, перекрывая удар, когда он оказался лицом к лицу с беловолосой женщиной, которая широко улыбалась. Питер нанес джеб. Джеб с такой скоростью и силой, что любой другой противник попал бы прямо в щеку. Она была не такой. Мирко завершила разворот и пригнулась, когда она, казалось, перевернулась, и вот-вот нанесёт удар ногой с отскоком, словно томагавк! Питер уклонился, чтобы стать тоньше, отбив рукой её в сторону и изменив траекторию её движения, когда она оттолкнулась от земли… но удар ногой так и не произошёл, а Чувство Питера заныло. Удар пришёлся ему в макушку, когда он не смог защититься, и он упал на землю. Сильно. Настолько сильно, что тренажёры загрохотали, когда Питер упал на мат. «Оооооо…» — простонал Питер, прежде чем снова почувствовал покалывание в Чувстве, перекатился, уклоняясь от удара ногой с топором, и вскочил на ноги, и Мирко настиг его. «Ну-ну-ну! Меня это не устраивает!» – закричала Мирко, и жажда битвы пылала в её диких рубиново-красных глазах, когда она нанесла мощный удар ногой, используя свои сильные, накачанные ноги. Питер уклонился и нанес удар кулаком, увеличив скорость… Быстрее! Мирко успела увернуться, но задела её защитную маску, отчего глаза женщины на мгновение расширились в их тесном танго. Капли пота повисли в воздухе, когда они уклонялись и обменивались ударами. Её улыбка вернулась с новой силой. Вспыхнув, Питер ответил своим круговым ударом ногой. И два удара столкнулись, щиток к щитку. Питер стиснул зубы, решительно глядя на ухмыляющуюся Мирко. «Ты становишься быстрее. Всё ещё держишься от меня, Паркер?» – задумчиво спросила она. «Может быть», – ответил Питер, чувствуя, как бьётся сердце и в крови разливаются эндорфины. «Тогда давай быстрее!» Она исчезла, ударив ногой о мат. Для Питера мир словно расплылся в тумане, когда он ответил тем же, взбивая маты, чувствуя, как его Паучье Чутье закололо в голове, когда он увидел, насколько она быстрая. Они сблизились, обмениваясь выпадами и уклоняясь. Его преимущество, его Паучье Чутье. Её опыт и скорость. Он уклонялся и вилял, сохраняя низкое равновесие, Чутье помогало ему уклоняться от ударов слева направо в течение нескольких секунд. И всё же это время казалось ему вечностью. Он уклонялся от её ударов, отвечая тем же, быстрее, чем прежде, задевая её снаряжение, но не мог нанести хороший удар. Мир продолжал расплываться, пока он кружился и прыгал в воздухе, приземлившись на четвереньки и со скоростью бросившись с ног на женщину, которая всё ещё находилась в середине поворота. Она обернулась, глаза её расширились… Чувства Питера напряглись, когда он попытался сжаться, кувыркаясь вбок, подняв руки над головой… И получил удар ногой в голову, от которого подлетел к потолку. Он застонал, приземлившись спиной вперёд на застланный матами потолок. Питер увидел звёзды, и из него выбило воздух, когда он рухнул обратно на землю. «Уф!» Он застонал, прежде чем почувствовал тень. Перекатившись на спину, он жадно глотнул воздуха, глядя на тяжело дышащую Про-героиню, отбрасывающую на него большую тень. «Даже с таким усилившимся…» — сказала она, уперев руки в бёдра. «Скорость твоя… Всё никак не могу попасть. Но…» Мирко похлопал её по снаряжению, на котором были заметны следы его ударов, когда она улыбнулась и кивнула. «Неплохо». Она протянула руку, и Питер хмыкнул, пожимая её, когда она помогла ему подняться. «Спасибо…» — простонал Питер, потягиваясь и тряся головой, чтобы прийти в себя. «Хочешь ещё раз?» «Позже. Понюхай?» — спросил Мирко, указывая пальцем, пока Питер глубоко вдыхал кислород. Он понюхал воздух, уловив странный аромат. «О! Это что-то вроде… терияки? И… чая?» «Пора обедать!» С верхней площадки лестницы, ведущей в кабинет, стояла Накири с подносом, полным риса и чайника! Она спускалась по ступенькам, пока Мирко и Питер неторопливо шли к ним. «Я слышу, как офис трясётся! У вас двоих столько энергии!» «Да, Паркер всё ещё сдерживается. Мне просто нужно из него это выжать». Мирко подошла, налила себе зелёного чая из чайника в чашку и поднесла к губам, пока женщина-тануки расставляла еду на столе. Питер взял миски с рисом, сломал палочки и немного поел, после того как маленькая секретарша налила ему чашку и поставила рядом. «Ты и сам суперсильный. И быстрый!» Мирко ухмыльнулся под похвалу. «Я не просто так герой первой десятки!» — съязвила она, отпивая из чашки. «Хаааааа… простоо ... «Эээ… ты слишком быстрый и опытный? Я так серьёзно дерусь только последний год или около того. До этого, ну, в общем-то, это было легко, и я никогда не дрался с кем-то таким быстрым, как ты». «Лучше. У тебя хорошая скорость и сила ударов, проблема в том…» Она ткнула в него палочками, сжимая кусок жареной жареной рыбы. «Ты так долго дрался с картонной дрянью, что не знаешь, как понять, когда пора вырваться, и к тому времени, как понимаешь это, уже наполовину устал». Она проглотила и жевала, пока Питер отпивал чай. Он немного побледнел, но не хотел её обидеть и продолжал пить. У чая действительно был особый травяной привкус. Может, это приобретенный? «Я не могу просто так бросаться на каждого встречного». «Нет. Но это не значит, что ты не можешь проявить инициативу и найти способы самостоятельно натренировать свою скорость и силу. Злодей, способный выдержать твой удар, не станет объявлять о себе заранее, чтобы ты успел переключиться и снова привыкнуть к боям на таком уровне. Используй это или проиграешь, парень». «Так… мне просто нужно привыкнуть к дракам с такой скоростью и силой, да?» «Да, но скорость превыше всего. Опять же, ты не так часто этим занимаешься, чтобы на такой скорости полагаться на это паучье чутьё. И да, оно полезно, но на твоём уровне, на такой скорости, ты используешь его как костыль». Она снова ткнула в него палочками для еды. «Если честно, тот удар, который отправил тебя на крышу, ты даже не видел, да?» Он потёр челюсть, чувствуя фантомную боль. «Нет, не видел». «Понимаешь, о чём я?» Она усмехнулась, слишком довольная собой, прежде чем вернуться к своей миске. «Ты также теряешь креативность, когда выкладываешься на полную. Когда ты на полном ходу, ты делаешь все эти сальто и проявляешь креативность, потому что тебе комфортно, у тебя есть время подумать. Когда тебя прессуют, ты возвращаешься к основам, поэтому твои удары были хорошими, но предсказуемыми». Мирко ухмыльнулась, схватив полотенце и немного вытерев лицо и руки, и оторвавшись от еды, чтобы расстегнуть спарринг-экипировку. «Давай попробуй, мне не нужно паучье чутьё, чтобы уклониться от телеграфированного правого хука». Питер усвоил этот совет, нахмурившись, пытаясь понять её слова. «А теперь поторопись и доедай». Она поднялась, взяла миску и вышла из зала. Накири был занят сбором пропотевшей спарринг-экипировки. «Надо снять что-нибудь, а потом в душ!» «Правда?» — размышлял Питер, съев еду. «Ей нравится сначала разобраться с делами, а потом принять душ», — с улыбкой сказала женщина-тануки, держа в руках большой тюк со специальной экипировкой модели «Детенрат». «Вот такая женщина Усагияма Руми!» — усмехнулась она, напевая себе под нос и отходя в сторону. «Ах да, и не бойтесь оставить свою экипировку, Паркер-сан. Я её заберу». Питер поднял взгляд, допив до конца свою миску. Он поставил её на стол и последовал за женщиной, которая была гораздо ниже ростом, начавшей снимать свою экипировку. «Не волнуйся, я помогу». Питер снял боксёрскую маску, наручи и лёгкие перчатки, прежде чем взять наколенники и положить их на стол, пока Накири расставляла всё это. «О, спасибо! Ну, лучше отнеси свою миску с рисом Мирко-сан!» Она лучезарно улыбнулась. «Я займусь их дезинфекцией». Питер потянулся и потёр конечности, затем опустил взгляд и кивнул. «Спасибо, Накири-сан. Вы так много всего здесь делаете, надеюсь, у вас будет хоть какой-то отдых!» Он не ошибся. Накипи, по сути, беззаботно прислуживала Мирко, кормила её и убирала за собой в спортзале, одновременно выполняя обязанности её секретаря и общаясь с государственными чиновниками и спонсорами! Женщина, похоже, тоже воспринимала это спокойно. «О, да! Каждый раз, когда Мирко-сан патрулирует всю страну, я стараюсь использовать это время, чтобы отдохнуть и сходить в местный онсэн или по барам!» Накири махнула рукой. «Так что меня не загоняют до изнеможения. Я много работаю, а когда есть возможность, то и играю по полной!» «Ну, тогда ты». Питер, повернув шею, взбежал по лестнице и приземлился на стену, прилип к ней и спрыгнул обратно, держа в руке миску и палочки для еды в зубах. Он помахал, женщина-тануки помахала в ответ, прежде чем она успела поработать, а американец вышел из спортзала. Мирко сидела в мини-театре, откинувшись на спинку кресла, и экран уже был включён. Питер сел, чувствуя себя странно, делая это, всё ещё вспотевший. «Не волнуйся, мы справимся и примем душ. А пока…» Она щёлкнула по пульту, и начался отрывок из драки Питера с Сиодзаки. «Мы будем критиковать тебя, как Пикассо». Питер наблюдал за развитием боя, уклоняясь от множества лиан Сиодзаки и бесполезно стреляя паутиной. Мирко издала звук. «Ээ, неплохо поколотить на расстоянии, хотя это и пустая трата времени после того, как первые несколько выстрелов ничего не дали. Экономь патроны, но, в общем, мелочные придирки». «Надо быть с ней честным», — пожал плечами Питер. «Наши странности не самые большие и яркие, но недостаток в размерах мы компенсируем силой и точностью, когда это необходимо. Это же турнир, так что ты вряд ли мог получить преимущество. Но дай мне свою оценку, был ли Сиодзаки злодеем, проворачивающим подобное, скажем, на… бульваре. Где-нибудь здесь, в Эндо», — спросила Мирко, поставив запись на паузу и глядя на своего подопечного, пока Питер задумчиво обхватывал его подбородок. «Ну… если это на улице, я бы воспользовался своей паутиной и преимуществами зданий, чтобы добраться до неё как можно быстрее…» Он прервал звук её высунутого языка, словно она сдувала клубнику. Питер раздражённо надул щёки. «Опять медленно», — вздохнул Мирко. «Вырежи первую часть и остановись на второй части своего ответа. Хватит зацикливаться на этой ерунде. Можно бегать по стенам и прыгать очень высоко. Паутина — это инструмент, а не «самоцель», как ты всё время на неё полагаешься. Чтобы разогнаться с места, нужно время. Либо атакуй их, пока они не вонзили зубы в окружающую среду, либо доберись до чего-нибудь полезного, не плясай так вокруг да около. Решай проблему». «Ну, я же не могу просто так прыгнуть на кого-то, чтобы остановить, если его причуда способна пробить бетон и сталь». Мирко повернула голову к нему, и Питер смутился, почему она так серьёзно посмотрела на него. Она подняла руку и постучала по пульту, пока Питер смотрел на экран. Он сам, рыча, словно разъярённый зверь, кидался на Бакуго, и от его толчка плитка взорвалась, словно граната. А прямо посередине стоял Всемогущий, останавливая его. Питер замер. "Ты сможешь, придурок." "Другой противник", — тихо возразил он, сжав губы. «Тот же принцип», – резко ответила она. «Хочешь знать, почему я рангом выше причуд, которые могут превращать людей в драконов, или двигаться с гиперзвуковой скоростью, или вызывать циклоны, как чёртова стиральная машина? Потому что я не даю людям времени. Прежде чем они успевают понять, что происходит, я уже настигаю их, применяя максимальную силу в кратчайшие сроки. Это выигрывает множество боёв и даёт преимущество перед кучей дерьма, которое не сдаётся с первого раза. Вокруг много дерьма, и тактику нужно адаптировать, но самое главное, как я тебе и говорила, перестань колебаться. Ты как будто ждёшь, когда кто-то отдаст тебе приказ или что-то в этом роде?» – спросила она, пристально глядя на Питера. «Ты как будто привык, что тебе говорят, что делать, когда у тебя есть возможность проявить инициативу и не быть какой-то никчёмной сучкой». Питер вздохнул, прислушиваясь, и его взгляд упал на застывшее изображение Бакуго, Всемогущего и себя. «Что? Жалеешь, что превратил руку этого взрывного ублюдка в резиновый шарик?» — протянул Мирко. «Нет. Это…» — Питер замолчал, понизив голос. «Значит, похоже, Ручная Граната всё-таки задела тебя за живое. Он так много хрипел, когда я смотрел бой… Тогда позволь дать тебе совет. Не надо так», — заявил Мирко. Питер уставился в пол. «Паркер». Питер почувствовал, как его чувства вспыхнули, и обернулся, поймав пульт, который она лениво бросила ему, но на её лице читался суровый взгляд. «Злодеи пойдут на всё, чтобы получить преимущество, и они добьются этого, заморочив тебе голову разговорами». Она указала на кадры, где Питер и Бакуго сплетничали, обмениваясь ударами и уклонениями. Уклонения и уклонения от Взрывов, взрывной блондин, уклоняющийся от его ударов и отбивающий летящие плитки изо всех сил...                            «Знаю».                                                        Питер опустил взгляд в пол, голос его был тихим, но стальным. Мирко молчала, моргая, прежде чем взглянуть на экран. Она протянула руку, и Питер вернул пульт женщине с бронзовой кожей. Пот его раздражал. Он хотел в душ. Клип остановился на Питере, обнажившем зубы, широко раскрыв глаза и охваченном боевой яростью. Его держали плечом к животу Всемогущего, а сжатый кулак ударил по лежащему на земле Бакуго, и тот ошеломил его. Взглянув на него сейчас… Питер понял, насколько… чертовски он похож на Бакуго, когда тот сражался. Чем больше он об этом думал… Бакуго говорил не меньше него. «Мы почти закончили?» — спросил он по-английски, запинаясь. Ему прямо сейчас хотелось в душ, чёрт возьми. «Не-а», — ответила Мирко по-английски, прежде чем вернуться к японскому. «Думала, вот и всё. В любом случае, судя по тому, как ты вёл себя на протяжении всего боя, как тебе удалось нанести несколько ударов, и тот последний выпад? Ты мог бы закончить бой гораздо раньше, но, учитывая, как этот парень залез тебе в голову, ты затянул. Не так ли?» «Ага», — кивнул Питер, нахмурившись и отведя взгляд. «Если злодей, которого можно победить двумя ударами, всё говорит и говорит, а ты затягиваешь бой, скажем, две минуты и всё, только чтобы доказать свою правоту. Что может произойти? Просто бросай дротики. Я жду». Мирко скрестила руки на груди, сверля своего подопечного красными глазами, сверлящими его. Питер закрыл глаза, размышляя. «Может быть, у него есть… товарищи, участвующие в ограблении, или захвате заложников, или…» «Точно», — перебил его Мирко, сердито глядя на него. «Мы прежде всего герои, и хотя я понимаю, что Спортивный фестиваль подразумевает, что нужно устроить шоу, если у тебя есть возможность закончить драку как можно скорее, сделай это. Профессиональные Герои это заметят, даже если публика не заметит. Ты молод и первокурсник, так что я могу заставить тебя этого не понять. Но такая мелочность, чтобы избить парня, который тебя обругал, и безрассудство, чтобы пойти и получить ненужный урон, когда можно было закончить раньше, — это просто тупость». «Он обругал их, а не меня!» — выпалил Питер по-английски, тяжело дыша, когда Мирко замер. Осознав свою ошибку, он обернулся и сделал глубокий вдох. «Извините…» Его тон уже не был таким стальным и холодным, как прежде. «Я не позволю этому повториться. Это, — он махнул рукой, не в силах смотреть на себя в остановленном клипе. — Я имею в виду. Мирко молчала, вдыхая воздух через нос. — Ладно. Нам пора в душ. — Она встала, потянувшись вместе с Питером. — Паркер. — Он замер, выходя из комнаты, оглядываясь. — У тебя есть сила, чертовски похожая на мою, поэтому я просто говорю тебе, что бы я сделал. И это вывело меня на седьмое место в чартах. Если хочешь далеко пойти, используй свою силу с пользой». Она выключила телевизор и пошла с ним, похлопав по плечу более высокого и молодого парня. Питер посмотрел на Профессиональную Героиню, заметив, как её рубиново-красные глаза слегка смягчились, когда она ухмыльнулась и кивнула, проходя мимо. Вскоре он последовал за ней, с удовольствием приняв душ, а затем расслабившись под музыку с Карен. Шигараки Томура уставился на стакан с алкоголем в своих руках. Алкоголь должен был успокоить его, заставить чувствовать себя лучше, именно так и должен действовать алкоголь. В конце концов, он был совершеннолетним. А ещё он должен был заставить забыть всё, но этого не происходило. Каждый раз, когда Томура закрывал глаза, на его лице появлялась эта тупая ухмылка психопата Стейна. «Если ты настоящий, то да». Что, чёрт возьми, он знал? Он был в новостях от силы пару недель. Лига Злодеев буквально ворвалась в величайшую геройскую академию Японии, разгромила её учеников и сбежала! Хотя и не без… травм. Он поднял руку, схватившись за лицо. Его нужно было прикрыть. Отец должен был быть рядом, держать его, помогать ему. Его хватка крепче сжимала его. Напоминать ему. Но он этого не сделал, потому что эта сука убила его Ному, этот паук был недостаточно полезен, чтобы умереть, и зелёный ублюдок, который забрал его отца. Они заплатят, они будут сгнивать с этого мира дюйм за дюймом! А потом и весь остальной мир! Томура остановился и опустил взгляд. Его стакан исчез, напиток пролился на столешницу. Курогири молча взял тряпку и вытер напиток. Затем секунду спустя в ожидающую руку Томуры скользнул другой напиток. На этот раз снова похожий на бурбон. «В следующий раз — текила», — прорычал юноша с бирюзовыми волосами. «Конечно», — Курогири повиновался. Ах да, вот почему он их ещё не убил. Томуре нужно было подождать. После того нерфа, который он получил в последнем рейде, ему приходилось действовать наверняка. Иначе придут герои. Они будут вести себя так, будто собираются остановить его во имя справедливости или чего-то в этом роде. Но они будут преследовать его только потому, что он причинил им боль, и они считали, что он заслужил наказание. Самодовольные лицемеры. Они уже причинили ему больше вреда, чем он мог причинить им. Особенно Всемогущий. Символ Мира, позволяющий детям лишать его удовольствия, разбивать его орду и рушить их жизни – и всё это с этой гребаной улыбкой на лице. Он не будет улыбаться, когда Шигараки схватит за горло этой блондинистой ошибки! Томура обернулся, и порванный плакат Всемогущего на стене продолжал смотреть на него. Резким движением он отбросил табурет в сторону и ухватился за край. Он впился пальцами в кирпич, отрывая плакат от стены. Боль пронзила уже кровоточащие кончики пальцев, но он не морщился от боли. Было щекотно. Он откинулся на спинку стула, схватил стакан, прошёл мимо бара и влил в горло всю обжигающую жидкость. Послевкусие было приличное, но он сдержался, опустив мизинец и превратив стакан в пыль, просто потому, что ему, блядь, захотелось превратить его в пыль! Краем глаза Шигараки понял, что Курогири смотрит на него. Налитые кровью глаза метнулись к массе фиолетово-жёлтого тумана. Телепортатор не ответил, лишь отвернулся и приготовился приготовить что-нибудь ещё для следующего злодея. Наверное, текилу, которую он заказал. В отличие от какого-нибудь другого злодея, который сейчас бегал вокруг. «Учитель», — прорычал он. В конце бара внезапно включился телевизор, который обычно просто показывал помехи. На экране было только сообщение «только звук», но этого было достаточно, чтобы Курогири вздрогнул на месте. «Томура, чем я обязан такому удовольствию?» — спросил Учитель спокойным и простым тоном. Обычно было приятно слышать этот тон. Он напомнил Шигараки, что ему всё ещё нужно ждать, что нужен план. Но теперь… ему было всё равно. «Я хочу… нет… мне нужно что-то сделать», — прошипел Томура. «О?» — спросил Учитель, изумлённо улыбаясь. — «И что же это будет?» Курогири принёс Пятна из той палаты… что означало… «Хосу, я хочу, чтобы он горел». На другом конце монитора на мгновение воцарилась тишина. Он слышал, как что-то, по его мнению, менялось: Учитель, несомненно, поправлялся в своём лечебном кресле. «Хосу? Могу я спросить, почему ты хочешь уничтожить этот город? Разве нет более важных целей, куда ты мог бы, как ты бы сказал, отправить рейд?» «Да», — признал Томура, — «Но они не важны. Он не в других городах, он в Хосу». «Он?» — спросил Учитель. И каким-то образом вопрос был адресован скорее Курогири, чем Шигараки. Что ж, ладно, он всё равно не хотел говорить об этом придурке. «Как ты и предложил, мы нашли Убийцу Героев и предложили ему место здесь, в Лиге Злодеев». «И судя по реакции Томуры, встреча приняла… непредсказуемый оборот». «Я и не собирался с ним работать», — мрачно прорычал Томура. «Этот нравоучительный придурок». «Я никогда не говорил, что считаю тебя неправым, отвергнув его», — повторил Учитель спокойным и ровным голосом. «На самом деле, я впечатлён, как ты смог так быстро продемонстрировать свою совместимость. Умение понимать, кого стоит принять в свои ряды, а кого стоит игнорировать, — это навык, который тебе очень пригодится». Молодой человек почувствовал, как его сердце защекотало от гордости и похвалы, но пьяная ярость всё равно взяла верх. «Какого хрена я должен их игнорировать?» — спросил Томура, вставая со стула и прислоняясь к барной стойке. «Если я превращу их в пыль за то, что они меня разозлили, то никаких проблем». «А-а-а, кажется, я вижу здесь связь». Учитель, несомненно, улыбался, собирая воедино всё воедино. «Ты хочешь уничтожить Стейна за его оскорбление?» «Это не просто оскорбление!» Томура взревел, ударив кулаком по барной стойке: «Он стоял там, смотрел на меня свысока и сомневался, настоящий ли я. Я! Нет никого в этом грёбаном мире, кто был бы более готов сеять хаос и разрушение в каждой куче этого грёбаного общества, а он думает, что раз у него какой-то баснословный титул, несколько ножей и он убил несколько мелкотравчатых хулиганов, то он может судить, настоящий я или нет?» Он ворчал, уставившись красными глазами в телевизор. «Он оскорбляет меня, он оскорбляет тебя! Он оскорбляет каждого из нас, кто точно знает, что собирается сделать, чтобы вырвать этот мир с корнем!» Юноша с бирюзовыми волосами остановился, тяжело дыша и пытаясь снова набрать воздуха. Курогири не двигался, Учитель промолчал. Что было просто охренительно! «Сожжение Хосу станет началом, посланием о том, что неважно, кто ты, чем занимаешься или как там тебя, блядь, называет этот мир, ты всё ещё здесь, потому что Лига Злодеев тебя ещё не заметила. Нет команды, за которой ты мог бы спрятаться, нет Символа Мира, который мог бы побежать на помощь, когда мы придём за тобой. Есть только то, что ты сделал, и грёбаные последствия!» Он протянул руку. «И я хочу уничтожить! Хочу запах гари! Крови! Горелого мяса! Услышать, как эти жалкие нормальные представители общества кричат от ужаса и отчаяния, умирая на обочине! И это общество никогда не сможет спать в своих постелях». Он широко улыбнулся, слишком широко, а его красные глаза выпучились там, где должна была быть маска. «Спокойно и безопасно, даже с Символ Мира всё ещё бродит…» Он, пуская слюни, с вожделением посмотрел на телевизор. «Они узнают… что мы здесь…» Учитель молчал за монитором, пока Томура тяжело дышал, глядя на экран. «Ты хочешь Ному, да?» — спросил он. «Да… целую армию». Юноша облизнул губы. «Что может быть лучше, чтобы вселить в них страх, чем показать, что у нас не один Ному!» «Ты получишь своего Ному Томуру, но не целую армию». Томура замер, готовый возразить, прежде чем Учитель продолжил. «Я дам тебе пятнадцать, и только три на более продвинутом уровне». «Такие же сильные, как те, что созданы, чтобы убивать Всемогущего?» Томура наклонился вперёд в предвкушении. «Не такие продвинутые, но лучше большинства из этой толпы. На этом этапе нужно сделать заявление, а не манифест, — сказал Учитель со своего конца трансляции. — Надеюсь, ты тогда поймёшь, на что нацеливаться? — Ага… — Томура прищурился. — У меня есть идея. Я буду смотреть вниз с балкона. Хотя в Splash Zone было бы здорово посидеть… — Он почесал шею, вспоминая UA и фантомную боль в зубах, верхней губе и носу. — Помню, когда это было в последний раз. «Хорошо. Я их подготовлю», — ответил Учитель, и его тон был очевиден по довольной ухмылке. «Курогири, готовы, Семь, Десять и Двадцать Два. Возьмите с собой двенадцать обычных Ному для поддержки». «Как пожелаете, сэр». Курогири приложил руку к груди, слегка поклонившись в знак согласия. «Сигараки». Мужчина повернулся к своему сообщнику и увидел, как злодей из чёрного тумана разрастается и поглощает его. Вскоре тёплая атмосфера бара исчезла, уступив место тёплому влажному воздуху майского вечера. Томура огляделся, обозревая горизонт Токио и огромные просторы некоего района перед собой. Они находились на крыше здания, точнее, на большой водонапорной башне. «Это Хосу, да?» — спросил он, скрестив руки. «Выглядит слишком уж чисто». Его красные глаза обратились к скоплению высоких зданий и пучков огней. Дааа… сойдет. «И слишком… живой». Он слышал лёгкий звук расширяющегося варпа Курогири, пока Томура стоял на вершине башни. Он почесал шею, когда в голове закружилась голова. «Пятно… он был слишком высокомерным и могущественным. Кем он себя возомнил, чёрт возьми? Я напал на сооружение, на учреждение, созданное этими героями-личинами, а он только и делает, что отбирает мелочь». Он ворчал про себя. «За короткий срок он нанёс больше вреда, однако, Шигараки, ты можешь утверждать, что Пятно приносит пользу Героям». Томура прорычал от комментария Курогири. «В самом деле?» «Да. По всему Хонсю, особенно здесь, в Токийском районе, в районах, где он появлялся, наблюдался резкий спад преступности. Некоторые предполагают, что это связано с ростом осведомлённости о героях, словно он — звонок, призывающий их стать лучше». Томура повернулся, его красные глаза пристально смотрели на своего чёрного туманного куратора. «Я говорю лишь как адвокат дьявола, и, кроме того, если Пятна больше нет…» «Тогда герои могут расслабиться. И какой лучший способ выгнать надоедливую осу из улья?» — Томура скрестил руки на груди. «Чем поджечь всё дерево? Он больше похож на Героя-Разводчика, чёртов лицемер». Он вздохнул, услышав рычание и стоны за спиной. «Если Пятн хочет убить этих жалких героев, пусть убьёт». Он поднял руку, не отрывая взгляда от отвлекающего манёвра за милю. «В том районе!» — сказал он, не поворачиваясь к своим биомеханическим монстрам. «Иди туда, и когда придёшь… Уничтожь всё и вся! Убей всех!» И он выпрямился, чувствуя, как за ним маячат три огромные тени, а Томура ухмыльнулся, наблюдая, как они взмывают в воздух мощными прыжками, а за ними топотом следуют низшие чины размером с человека, вытягивая свои длинные руки и ноги. «Я позволю тебе пасть вместе с теми самыми героями, которых ты стремишься очистить! Умри под моим Ному или будешь арестован и заперт в ожидании расстрела. Выбирай, как умрёшь, Убийца Героев! Это будет единственной выгодой от нашей встречи!» Как и ожидалось от героического агентства его отца, количество вариантов ужина было гораздо больше, чем нужно любому разумному человеку. Сёто просто взял коробку с бэнто и сел в огромном кафетерии. Кафетерий был не таким большим, как в обычном учреждении его отца, но даже кратковременное уведомление о прибытии агентства его отца вызвало у филиала агентства «Индевор» в Хосу лишь лёгкую панику. По словам отца, большая часть работы здесь была связана с обучением его и других помощников. И, что удивительно, только один из помощников решил сесть рядом с ним. Бёрнинс был энергичнее сестры, что было приятным событием. Это отвлекало от того, что он проходил стажировку. Как бы ни было неловко в некоторых ситуациях, Сёто не мог сказать, что у этой ситуации были свои плюсы. Объём полевого опыта, который он получал, был, честно говоря, ошеломляющим. Репутация его отца как героя, одержавшего больше всех побед, была вполне заслуженной. Количество патрулей, которые он совершил со своими соратниками, затмило всех остальных. Шото присутствовал лишь на половине из них, другую половину он проводил в тренировочной комнате, нанося удары левой рукой. Выбор был едва ли за ним. После того, как он продемонстрировал свой огонь на фестивале и использовал его во время некоторых полевых заданий, отец Шото отправил его на обязательное обучение, чтобы тот не злоупотреблял им. Было бы трогательно, если бы Шото не знал, что отец делал это в основном для того, чтобы у Шото не возникало никаких опасений использовать его в полевых условиях. Именно Бёрнинс была назначена его наставником на тренировках. Её собственная огненная причуда была не такой разрушительной, как его собственная, но её контроль был поразительным. Советы девушки с золотистыми огненными волосами оказались настоящим подарком. К тому же, её громкий характер делал её единственной, кто действительно разговаривал с ним во время обеда и ужина. Даже сейчас она сидела напротив него, уплетая еду дня и болтая о чём-то. На самом деле, большую часть времени говорила она, Шото отвечал просто и быстро. Он не знал, о чём сейчас идёт речь, потому что потерял нить разговора десять минут назад. Что-то про советы, видимо, ей было что сказать, если она не замолчала. «Значит, если она всё ещё с тобой разговаривает, значит, ей интересно, понимаешь?» Сёто поднял взгляд от своего ложа. Стоит ли ему кивнуть? Наверное, так он и сделал. Удачный выбор, поскольку после ответа Бёрнинс выглядела довольно довольной собой. Доедая остатки еды, Сёто оглядел остальных героев. Некоторые оглянулись, некоторые помахали, но большинство, казалось, были сосредоточены на чём-то одном. «Но хватит об этом, ты пойдёшь?» — спросил Бёрнинс. Сёто кивнул: «Отец говорит, что мы почти закончили в Хосу». «Да, только не спрашивай почему, этот здоровяк оставил эту маленькую новость при себе». Блондинка огляделась и слегка наклонилась к нему. «Ходят слухи, что он пытается преследовать Героя-Убийцу». Героя-Убийцу. Это имя нашло отклик в душе Шото. Где-то в глубине души он вспомнил, что слышал что-то о том, как убийца напал на брата Ииды. Ему удалось спастись – роскошь, которой, похоже, не могли похвастаться многие другие герои, ставшие жертвами Героя-Убийцы. Вот почему злодей получил этот титул. «Откуда мой отец…» — он остановился и глубоко вздохнул, — «Эндевор, знает, что Герой-Убийца в Хосу?» «Понятия не имею», — признался Бернис. — «Может, наводка? Может, он заметил какую-то закономерность. Многие считают Боссмена здоровяком, но у него голова на плечах есть». Шото отказался от комментариев. «Как бы он это ни сделал, он охотится за крупной добычей. Герой-Убийца в последнее время в центре внимания, так что это лишь вопрос времени, когда какой-нибудь герой его прикончит». «С чего ты взял, что всё так просто?» — спросил Шото. Бёрнис пожал плечами, золотисто-рыжеволосая женщина отвела взгляд в сторону. «Просто предчувствие. Он цепляется за героев поменьше, но избегает более крупных. Весьма вероятно, что у него есть что-то в рукаве, если ему удалось зайти так далеко, но стоит ему откусить больше, чем он может прожевать…» На её лице появилась широкая опасная ухмылка. «Топ-10 обрушится на него, как, ну, на твоего отца». Сёто кивнул, полагая, что это разумно. Бросив палочки в коробку для бенто, Сёто поднялся со своего места и замер, когда со всех сторон раздался нечестивый сигнал тревоги. Он замер, и улыбка сползла с лица Бёрнинс. От выхода со станции в комнату ворвался его отец. «АВАРИЙНЫЙ УРОВЕНЬ ПЕРВЫЙ! ВСЕМ НА ПАЛУБУ! У НАС ЗДЕСЬ ВОЙНА!» Война? «Ты слышал, малыш!» — крикнула Бёрнинс, увлекая за собой Сёто, и она вместе с другими героями бросилась к выходу, возглавляемая отцом. Сёто сделал несколько шагов, но встал на место вместе с остальными. Его тело двигалось само собой, подчиняясь приказам и реагируя. Но даже в этот момент его разум задавался жгучим вопросом: «Что, чёрт возьми, нападает?» В одну минуту она медитировала, в следующую — завыли сирены, и она, уже в своём геройском костюме, садилась в вертолёт. Действия были автоматическими, свидетельством её подготовки. Прямо напротив неё стояла Ёрой Муша. Она пристегнула ремни безопасности на груди и надела шлем с микрофоном. «Хорошая реакция». Муша сказала, когда вертолёт начал взлёт. Она обернулась и увидела, как остальные товарищи, большие и маленькие, забираются в вертолёты и какую-то технику в ангаре. «Что происходит?» — спросила она, когда вертолёт взлетел, и перед ними показался Замок, служивший Муше агентством. Ангар располагался прямо за гигантским сооружением в каменных джунглях Коросанто. «У нас есть сообщения о нападении злодеев на соседний район. Агентство Стремления держится вместе с местными, но это не обычные злодеи», — прошептал ей на ухо один из помощников. Судя по голосу, это был Гэндзиро. Она обернулась и увидела, как герой в монашеском одеянии садится в вертолёт. «Да, даже обожжённые и изуродованные, они отказываются сдаваться. Судя по их виду, эти злодеи, возможно, даже не люди», — сказал бронированный герой-самурай, осматривая планшет перед тем, как передать его Момо. Девушка взяла его, глядя на проплывающие мимо здания. Глядя на кадры с камер, она широко раскрыла глаза. «Как так?» — спросил Гэндзиро на другом конце провода. Момо почувствовала, как кровь застыла в жилах, когда разговор Муши и его напарника затих на заднем плане. Огромный чёрный титан без глаз с выдающейся нижней челюстью поднимал автобус над головой. Худое, долговязое зеленокожее существо с открытой кричащей пастью держало Профессионального Героя за шею, наклоняясь, чтобы укусить, прижимая Героя к земле своими длинными руками. На заднем плане неба существо с крыльями и противогазом жгло ему лицо. На другом снимке камеры был запечатлён ещё один огромный мужчина с маской, закрывающей большую часть головы, кусающий что-то, прикреплённое к шлему, с несколькими руками, вместо которых были бензопилы или дрели. Все их мозги были открыты, а глаза, если их и можно было увидеть, были выпученными, налитыми кровью. Прямо как Ному из «U.S.J.». Того, которого Лига Злодеев создала, чтобы убить Всемогущего. Тот, который разорвал бы их на части, если бы они были чуть медленнее. Того, кого она убила, чтобы спасти Паркера... «Этот взгляд на твоём лице», — ахнула Момо, поднимая взгляд и видя, как Муша смотрит прямо на неё. Сквозь неё. «Знакомый какой-то?» Момо прикусила губу, вспоминая эти воспоминания, как после этого она не могла сомкнуть глаз. Она глубоко вздохнула. «Да. Муша-сан, помнишь Объединённое Королевство и злодея, посланного убить Всемогущего?» «Помню. Ты хочешь сказать, что есть связь?» «Полагаю, есть», — уточнила Момо. «Лига Злодеев назвала злодея Ному и сказала, что он… „создан“, чтобы убить Всемогущего». «Создан?» «Да, как будто это… чудовище было создано в лаборатории, как монстр Франкенштейна, если… мягко говоря». Момо держала её за руку, глядя на горизонт Коросанто. Подняв взгляд, она увидела струйку дыма. «Итак… группа злодеев, напавших на центр Хосу, очень похожа на монстров, созданных Лигой Злодеев. Они подчиняются только одному человеку…» Она вспомнила его, юношу в чёрном, с закрытыми руками. «Лидера Лиги». «Шигараки Томура», — закончил Муша, прищурившись. «Тогда приоритет — защита мирных жителей от этих тварей или поиск Шигараки. Креати». Подросток оживился. «Ты будешь оказывать поддержку и любую помощь с эвакуацией». Вертолёт начал снижаться, и кровь Момо застыла в жилах от криков, но она собралась с духом. «Мы сделаем всё возможное, чтобы поймать и победить их». Она работала с героями, пора действовать как герой! «Поняла». Момо посмотрела в сторону через зеркала, где виднелся столб дыма, вызванный вечерним ветром. Она увидела, как часть района Хосу охвачена огнём… с несколькими гигантскими ледниками между ними. «Тодороки?» — подумала она, прежде чем заметила какое-то движение: Муша положил руку на шлем. «Понятно». Он расстёгнул ремни. «Креати. Пошли. Планы меняются». — спросил он, когда здоровенный самурай встал. Постойте, почему они сейчас покидают вертолёт?! «Сэр?» — спросила она, расстёгивая ремни безопасности и подходя к высокому мужчине, который похлопывал по доспехам. Его грудь вздымалась, а затем превратилась в парашютный рюкзак, рассчитанный на двоих, как Момо поняла. Опять же, она уже прыгала с парашютом, когда была ребенком, и когда она подошла к нему, просунула руки в ремни и напряглась. «Поступил сигнал бедствия от обеспокоенного жителя, находящегося неподалёку от нас. Мы находимся ближе всех. Мы перехватим его, прежде чем помогать Endeavour и местным компаниям Hosu Hero», — пояснил Муша. Он смотрел в сторону, прижимая руку к уху. «Гендзиро, мне нужно кое-что сделать. Возможное нападение злодея на Pro Hero в опасности. Ты координируешь свои действия с Endeavour, когда прибудешь в зону пожара, понял? Я присоединюсь к тебе, когда всё будет улажено». Вертолёт словно взмыл в небо, давая им место для падения и раскрытия парашюта. «Понял!» — раздалось громкое подтверждение с другого конца связи. Примерно в миле от дороги раздавался шум разрушений, криков и выстрелов Причуд. Центр Хосу. «Пошли». Муша выпрыгнул из вертолёта, Момо был с ним, пристегнутый к своему трансмутированному парашюту. Парашют раскрылся, и они полетели к земле. «Арррр!» — закричал Тенья, бросаясь в атаку. Он нашёл его. Он действительно нашёл его! Тения увидел только красную физиономию, когда бронированный стажёр атаковал забинтованного убийцу, нанеся ему удар топором сверху вниз. Убийца Героев уклонился назад, двигаясь с невероятной для Теньи скоростью. Тенья зашипел, его глаза превратились в щёлочки. Только чтобы получить острый удар в плечо, пробив броню и заставив вздрогнуть, когда его отбросило прямо в мусорный бак. Мусорный бак обрушился, Тенья, ошеломлённый, упал на четвереньки, пытаясь стряхнуть звёзды с глаз. Затем упала тень меча. Теня успел откатиться и уклониться от удара, который снёс бы ему голову. Он отполз назад, сурово глядя на убийцу. «Что ты здесь делаешь, малыш?» — смазал Героический Убийца. «Город горит, а ты пришёл за мной?» «Заткнись!» — взревел Тенья, нацелившись на этого… монстра в человеческой коже, когда его двигатель взмыл вверх. Он покончит с этим! Одним махом! Прижмите его плечом к стене или пните ногой, чтобы он оставил пятно на кирпичной кладке. Он может вывихнуть плечо или потянуть ноги… но это была цена, которую стоило заплатить! "Взаимно!" Как и против Паркера, только на этот раз без паутины! Кончай! СЕЙЧАС! "ВЗРЫВ!" Мир померк, когда причуда Теньи, Двигатель, набрала обороты, и синее пламя форсажа вырвалось наружу, когда он бросился в атаку, думая об убийстве. И всё же забинтованный человек развернулся, уклоняясь от удара Теньи, словно предчувствуя его приближение. Следующее, что Тенья ощутил, – это боль в ногах, когда меч Героя-Убийцы пронзил его заднюю броню и задел подколенные сухожилия. "Грааааа!" – закричал он, падая, словно марионетка, у которой перерезали ниточки, проскользив по переулку и приземлившись на стену, тяжело ударившись плечом. Сквозь раскалённую боль Тенья почувствовал, как что-то хрустнуло в плече, и зрение затуманилось. Он изо всех сил пытался двигаться, но едва-едва. «Вы с братом одинаковые, всего лишь слабые мошенники», — прошипел Герои-Убийца, презрительно усмехнувшись, глядя на кипящего и извивающегося юношу. «Заткнись! Ты чудовище!» — закричал Тенья, собираясь с силами, чтобы поднять взгляд на приближающегося человека. Его голубые глаза горели яростью, о существовании которой он и не подозревал. «Из-за тебя он на всю жизнь калека! Он больше никогда не будет героем! Он спас… бесчисленное множество людей!» Он тяжело дышал, пытаясь подползти к убийце с клинком. «Он был потрясающим лидером! И ещё лучшим героем!» Он вспомнил все те разы, когда они с Тенсеем разговаривали, когда тот приходил с работы, обедая с семьёй. Он выглядел таким сильным и способным, словно непобедимым. Всегда с улыбкой на лице. И в то же время таким скромным и готовым отдать должное другим, но при этом всегда готовым работать ещё усерднее! И видеть его таким изуродованным… Изуродованным. «Он был идеальным героем! МОИМ героем! Моим вдохновением! А ты его погубил, сукин сын! Я тебя убью!» «Тогда, если он твой идеал, следуй ему», — прошипел Героический Убийца, замерев, его красные глаза словно светились в темноте переулка. Затем он указал на истекающего кровью туземца, который прислонился к стене, но смотрел на Тенью и его противника широко раскрытыми глазами. «Сначала спаси его! Тебе когда-нибудь приходила в голову такая мысль? Или ты был слишком одержим собственной жаждой мести?» Тения тяжело дышал, в его голове бушевала буря. «Настоящие герои спасают нуждающихся. Они жертвуют собой, используя дарованные богом силы ради других. И вот ты здесь». Он посмотрел на Тенью сверху вниз, словно на таракана, прежде чем поднести клинок ко рту. «Несёшься и бредёшь, как бешеная собака, гоняющаяся за машинами, в то время как люди нуждаются в спасении. Ты и вправду…» — сказал он, облизывая клинок. «Жалкий фальшивый герой». И Тенья почувствовал, как всё его тело сжалось, он застыл на месте, ему стало трудно дышать. Он не мог пошевелиться! Это… это оно? Его Причуда!? «Хотя, пока не забыл, мне стоит избавиться и от этого обмана», — пробормотал Убийца Героев, разворачиваясь и уходя от удивлённого юноши. Профессиональная Героиня-туземка дальше по переулку застыла, широко раскрыв глаза. Сердце синеволосого юноши замерло. «Подожди… подожди! Стой!» Тенья подгонял его, пытаясь пошевелиться, но не мог. Угол, под которым он лежал, заставлял его смотреть на спину Героя-Убийцы, когда тот приближался к профессионалу. «Оставь его в покое! Я тебя искал!» Героя-Убийца замер, оглядываясь на него осуждающим взглядом. «Не убивай его!» Убийца усмехнулся. «Надо было его спасти, когда была возможность». Профессиональный Герой не спускал глаз с Теньи, пока Убийца Героев продвигался вперёд. «Э-эй! Малыш!» — крикнул Профессиональный Герой. Тенья почувствовал, как его кровь застыла в жилах, а Нейтив сначала выглядел испуганным… а потом слегка улыбнулся. «Всё будет хорошо. Хорошо?» «НЕТ! УБЕЙ МЕНЯ! ОСТАВЬ ЕГО В ПОКОЕ!» — взревел Тенья во все лёгкие, когда Убийца Героев приблизился. Он схватил взрослого за волосы, перо, украшавшее его повязку, оторвалось и упало на землю. «УМОЛЯЮ! ПРЕКРАТИ!» Черноволосый мужчина поднёс катану к его шее. «Я, Стейн, изыщу тебя. Да приведёт твоя смерть к чистому и праведному миру». Затем раздался звук зазубренной стали, пронзающей плоть, и кровь, хлынувшая из перерезанного горла Профессиональный Героя. Тенья закричал, слёзы текли рекой, чувствуя, как чувство вины давит на него, словно автомобильный пресс. Профессионал упал на землю, и лужа крови разрослась, когда Стейн отбросил его тело в сторону. Стейн, сурово глядя на рыдающего Тенью, направился к рыдающему и вопиющему Тенье. «Побереги дыхание». Он усмехнулся, когда Тенья поднял на него взгляд, в кроваво-красную луну, и увидел, как убийца с красными глазами смотрит вниз. «Скоро ты присоединишься к нему». «Иди к чёрту… Ты, чёртов демон!» — прошипел Тенья, его глаза горели ненавистью и печалью, он мечтал снова двинуться. Стейн презрительно фыркнул, приближаясь, высоко подняв клинок. «Сначала ты. Я, Стейн, изгоню тебя. Да принесёт твоя смерть чистую и праведную в-Гах!» Его ритуальная фраза прервалась, когда Герой-Убийца пошатнулся, обернувшись, когда Тенья увидел, как на него нападает кто-то. Это был какой-то… человек, слишком бледный или зелёнокожий для обычного человека, с длинными руками и в слишком узких джинсах, к тому же босиком. Он стонал, снова бросаясь на Стейна. Стейн зашипел, уклоняясь от атаки длиннорукого человека и рассекая ему руку. Крика не было, только стон, когда они обернулись, и рот Теньи от изумления застыл. Четыре глаза, врезанные в открытый мозг. Человек… существо было натянуто мускулами. «Он похож на злодея… из U.S.J.!» — подумал Тенья, когда существо издало удивлённый вопль, приземлившись ему на лицо. Стейн набросился на него, вонзил катану в мозг и с хрипом пронзил его. Налитые кровью глаза стонущего, похожего на Ному, расширились, а затем закатились, когда он перестал дрожать и дергаться. Мёртв. «Ну-ну…» — выдохнул Стейн, оборачиваясь. «На чём я остановился?» Он вскинул катану на плечо, сердито глядя на приближающегося Тенью, и синеволосый юноша почувствовал, как его сердце ёкнуло. Двигайся, чёрт возьми… двигайся! Раздался лязг доспехов, и Тенья увидел, как с другого конца переулка быстро движется тень. Стейн резко развернулся, его красные глаза, полные гнева и удивления, занесли меч. И его клинок скрестился, высекая искры, когда встретился с катаной облачённого в доспехи самурая, его тёмно-белые глаза сияли в темноте. «Ёрой Муса!?» — ахнул Тенья в полном шоке. Мальчик был ранен, из его ног текла кровь, но он дышал, что само по себе было чудом. Ёрой Муша держался между человеком, который мог быть только Убийцей Героев, и его целью. Минимальная броня, гибкое, но подтянутое телосложение, созданное для скорости и ближнего боя. Он стоял низко, руки скользили по рукояти зазубренного клинка, взгляд метнулся к позе Муши, руки лежали на его собственном мече. Убийца Героев схватился за клинок, и Муша бросился в атаку. Он бросился вперёд, выставив катану вперёд, оценивая стойку противника. Злодей пригнулся, уклонившись от острого лезвия клинка на волосок. Одна рука освободилась от катаны, и он выхватил охотничий нож, чтобы начисто разрубить руки Профессионального Героя. Муша отступил, и клинок встретился с ножом. Годы тренировок и отточенная реакция вернули стойку Десятки Профессионалов как раз вовремя для быстрого и яростного удара Убийцы Героев. Его меч встретился с мечом Муши, а нож застрял в наручах Муши. «Креати, отведи павших в безопасное место!» — приказала Муша, отталкивая убийцу. «Верно!» — раздался её голос. В ту секунду, когда он почувствовал, что Муша начал его давить, он сломал клинок, и его клинок запел, пролетев по дуге к шее Муши. Муша отбил его бронированной перчаткой и бросился вперед, высекая искры, когда два клинка столкнулись. Темно-белые глаза сверкали, превращаясь в яростные кроваво-красные шары. Муша целился в плечо, руки, даже лодыжки, отталкивая Убийцу Героев назад, выставив клинок вперед, он наносил уколы, рубящие удары и удары сверху. В отместку его противник целился ему в глаза, шею, складки доспехов рядом с крупными артериями, даже в пальцы. Все, что угодно, лишь бы нанести удар. После очередного столкновения Убийца Героев со звериным рычанием бросился вперед, опуская катану сверху вниз, и его голос больше походил на голос демона, чем человека. Муша нырнул в сторону, позволив силе и гравитации злодея вонзить свой клинок прямо в землю. Но он наблюдал, как герой-убийца удержался на земле и, стоя на руках, пнул Мушу по руке, державшей меч. Но лезвие его ступни уперлось в щиток на руке героя. Хотя, похоже, в этом-то и был смысл. Извернувшись так, что ни один человек не должен был бы двигаться, Убийца Героев вывернулся из стойки на руках, и клинок его катаны метнулся прямо в его теперь незащищённую ногу, демонически ухмыляясь. Но его глаза расширились, когда в левой руке Муши появился ещё один канабо, которого не было ещё мгновение до этого. Остановившись, Муша изо всех сил пнул злодея в плечо, в котором он так нуждался. От силы удара Муша услышал хруст, и злодей приземлился на землю, проскользив, как камень по пруду, и выронив свой зазубренный меч. Однако, даже когда Муша усилием воли заставил свою броню родить новый клинок, он уже был на ногах. Плечо было вывихнуто, но зверочеловек, казалось, не обращал на это внимания. На самом деле, он ухмыльнулся, как безумный, его глаза побелели от жажды битвы, когда он прижал к нему руку. Он хрюкнул, и Муша услышал, как конечность щёлкнула, вернувшись на место. Его болевой порог был, безусловно, высоким. Стейн с рёвом сократил дистанцию и, прыгнув, резко взмахнул мечом, нанося крутящийся удар. Инстинктивно Муша поднял один клинок, чтобы отразить удар, и искры, сталкиваясь, осветили что-то внизу. Его ботинки с лезвиями. Муша откинулся назад, насколько мог, и это спасло его глаз, когда убийца пнул скрытым оружием, поцарапав его шлем. Момо молилась, добравшись до Ииды, но сумела найти переулок и со всех ног броситься к хнычущему подростку. «Иида-сан, держись!» — сказала она, наклоняясь к нему и поднимая его за плечи, хрипя. Он был тяжёлым в доспехах и под тяжестью собственного мускулистого тела, но она могла справиться, услышав и увидев лязг стали и искры, разлетающиеся по переулку. Тенья дрожал, сжав кулаки. «Я позволил ему умереть… Я позволил ему умереть!» — прошептал он со слезами на глазах и тяжело дыша. Момо откинула часть своей обтягивающей, короткой униформы, и её живот сжался, когда она на ходу устроила каталку. «Успокойся. Всё будет хорошо». Момо увидела виноватое выражение на его лице, пока текли слёзы. Она вышла из переулка, слыша за спиной лязг мечей. С хлопком возникла каталка, и она поставила его на неё, выводя из переулка. Мальчик крякнул, поморщившись. Она знала, что нужно обработать его раны, но сейчас, чем дальше она уведёт его от Убийцы Героев, тем лучше. Она начала подталкивать его, слыша, как мальчик клокочет и дышит перед ней, переходя на контролируемый бег. Её спина пылала, и она чувствовала, как рвётся её форма. Она просто сделает ещё один бюстгальтер позже. Скромность не была добродетелью, которую нужно соблюдать сейчас, когда создавалось одеяло. Они вышли на улицу, и она остановилась, положив только что сформированное одеяло на землю. Светящиеся лучи лились из её бедра, пока она помогала Ииде опуститься на землю. «Я положу тебя на живот, Иида-сан». Она сказала, укладывая его в нужное положение, пока он морщился и плакал. «Я не справился… я не справился… брат… Нейтив-сан… прости!» — захныкал он, пока Момо обрабатывала порезы на его бёдрах. Она наколдовала тряпки из своих ног и начала очищать рану, сначала сняв с него часть брони. Она не знала, как зашить рану… как ей зашить порезы? Она наклонилась, схватила формирующийся на животе сигнальный пистолет, подняла его и выстрелила в воздух. Это должно было привлечь чьё-то внимание. Тем временем она прижимала руку к животу, а свободной рукой продолжала давить на рану и промывать её. Мозг Момо работал на пределе, глядя на плачущую подругу. Она сделала бинты и принялась обматывать ими его ногу, а чтобы помочь, наколдовала два пояса и принялась за дело, пока Иида повторял те же извинения. Муша бросилась в атаку, сделав ложный удар сверху одним мечом, одновременно атакуя тыловую защиту злодея другим. Один клинок отклонился, другой, теперь светящийся, попал ему в бок, превратив катану в дубинку канабо. Злодей не пошатнулся, он просто двинулся вместе с ударом, отпрыгнув в сторону и оттолкнувшись от стены, чтобы получить преимущество над головой. Скрипнули клинки, когда канабо и катана остановили атаку злодея в шквале искр. Он изо всех сил, на которые были способны его вес и гравитация, надавил на Мушу, но её защита не сломилась. Он вспомнил былые дни героизма, дни, когда нельзя было рассчитывать на Всемогущего, который прибудет и разрешит назревающий кризис. Злодеи тогда думали, что благодаря своей немалой силе они могут просто сокрушить всё, что встанет между ними и той победой, к которой они стремились. Некоторых можно было пустить в ход, чтобы остановить их в лоб, но Муша годами этого не пробовал. Будь он героем помоложе, он, возможно, попробовал бы подобную тактику, хотя бы из уважения к противнику, играя по его правилам. Теперь же, однако, нужно было защищать, спасать. Злодеев, которых нужно было наказать. Такого злодея, убивающего героев, не стоило уважать. Только победить. И Муша опустил мечи вниз, позволив Убийце Героев проскользнуть мимо. И когда гравитация опустила его на землю, Муша взмахнул кулаком, и из его оставшейся перчатки образовались кастеты, встретившиеся с челюстью мерзкого злодея, кровь брызнула из его губы. Второй раз за эту ночь он катался по полу переулка, крича и кашляя. В тот же миг, как он ударил, Муша позволил себе мгновение передышки, чтобы выдохнуть. Он старел. Даже в костюме и с подготовкой Убийца Героев был зверем. Затем момент был упущен, и Муше пришлось свести оружие, чтобы избежать очередного удара от душераздирающего боевого клича. Только чтобы увернуться от удара ножа, нацеленного ему в глаз. Он царапнул шлем сбоку, врезавшись в забрало, но выдержал. Голова Муши дернулась вперёд, его металлический шлем врезался в мягкий носовой хрящ злодея. Он увидел, как закатились глаза Убийцы Героев, кровь хлынула оттуда, где должен был быть нос, и открылся рот, когда злодей отшатнулся назад, оставив нож в забрале героя. Одна нога ударилась о землю, чтобы удержать равновесие, но Муша получил достаточно места, чтобы ударить своего Канабо в живот противника. Меч с грохотом упал на землю, серийный убийца захрипел и закашлял, отлетев в сторону и врезавшись в стену, его клинок оказался рядом. Героический Убийца протянул руку и увидел, как над плечом героя пролетел особый шар белой субстанции. Он ударился о клинок, мгновенно прокатившись по металлу, покрывая каждый дюйм его своей массой, словно… паутиной? Злодей был так же удивлён, как и сам Муша. Он мельком взглянул назад и увидел Креати с чем-то, похожим на специальный пусковой механизм, похожим на уменьшенную бейсбольную ракету, совмещённую с одной из тех, что используют на спортивных мероприятиях для метания хот-догов. Что бы это ни было, вещество оказалось полезным. Насколько мог видеть герой, злодей был полностью обезоружен. Его коронная катана застряла. Дыхание было прерывистым, что указывало на ушибленные ребра, а борьба с ранее вывихнутым плечом лишь усугубляла потери выносливости. Муша наблюдал, как глаза убийцы сузились, и в его обезумевшем разуме промелькнула новая мысль. То, что когда-то было наполнено лишь желанием охоты и убийства, сменилось пониманием. Он перевел взгляд с героя на своего стажера и на отсутствие заложников. Гирс обернулся, и Убийца Героев мгновенно сделал свой выбор. Он повернулся и побежал, а Муша последовал за ним.Убийца нырнул в другой переулок, а Муша свернул за угол, готовый к контратаке. Но этого не произошло, когда Муша наблюдал, как убийца поднимается по пожарной лестнице. Муша поднял оружие, снова прижав его к перчаткам. Затем он коснулся набедренной пластины, и из неё образовался крюк. Он прицелился вверх и выстрелил, одновременно пытаясь убежать вслед за убегающим мужчиной. . Он добрался до края медленнее, чем хотелось бы, но это дало ему достаточно времени, чтобы увидеть, как Убийца Героев перепрыгивает через пролом одного здания в другое, и кинул дымовую шашку, когда Муша превратил свой крюк в арбалет, чтобы прицелиться. Он мог лететь куда угодно, дымовая шашка покрыла всю крышу прежде, чем Десять лучших профессионалов успели выстрелить. Он исчез, но команда Муши ранила его, а с Ному всё ещё не разобрались, если он помнил. Муше потребовалась, наверное, секунда, чтобы принять решение. «Это Ёрой Муша», — произнёс он в коммуникатор, осматривая местность, разглядывая пылающую красным зону боевых действий в центре Хосу с возвышающимися ледниками и клубами тёмного дыма. «Всем Героям, имейте в виду: Убийца Героев находится в Хосу и бежит через крышу, примерно в тысяче метров от центра города». «Где!? Где он, Муша?!» — хрипло спросил Старатель. Судя по всему, он был здесь в поисках него. «Он движется к жилому району Хосу на западе, к району Тайкодайна. Внимание, подозреваемый ранен, скорее всего, ушиб рёбер. Смещение руки, перелом носа. Ситуация с Ному решена?» «Мы их сейчас же ликвидируем, эти мерзкие твари! Принято!» — сказал Эндевор, и связь прервалась. Муша увидел, как из центра города взмывает раскалённый метеор, перепрыгивая через здания. Опустив руку, Муша почти пожалел Убийцу Героев. В ту секунду, как Эндевор найдёт его, ему придётся ещё хуже, чем в бою с Мушей. Тодороки Энджи был не хуже других бойцов ближнего боя. Недаром он был Героем номер два в Японии. Подняв руку, Муша вырвал боевой нож из забрала. Он вызвал из набедренной брони крюк-кошку и спустился в переулок, осматривая нож. Военный, но устарел как минимум на десять лет. Модель JDSF? Интересно. «Ёрой Муша-сан!» Он обернулся и, бросив взгляд вниз, увидел Креати, опекающего юношу в доспехах. Рядом были парамедики, и когда Муша коснулся земли, он увидел героя в синем с рыбьим мотивом, пробежавшего мимо, зовущего Ииду. Это был молодой Мануал, да? Иида… Погоди, доспехи. Он узнал их. Это брат Ингениума? Ага. Теперь ситуация прояснялась. «Как раненые?» — спросил он. «Бригада парамедиков оказывает помощь Ииде-сану. Я сделал всё возможное, чтобы остановить кровотечение, и сейчас они ему оказывают помощь», — ответил Креати с каменным лицом. «Боюсь, Нейтив-сан…» Муша облегчённо вздохнул, ещё раз поблагодарив богов за маленькие чудеса. Они свернули за угол, и герой как следует разглядел павшего героя и ученика, которым парамедики обрабатывали раны, как и говорил Креати. Рядом с ним стажерка наблюдала за тем, как они ухаживают за студенткой, и в ее глазах читалось ясное, как день, беспокойство. Он видел, как Мануэль разговаривает с Иидой, ученик всё ещё плакал и морщился, пока парамедики обрабатывали его спину, снимая доспехи. «Креати», — сказал он, отрывая девушку от размышлений. Он положил руку ей на плечо. «Ты молодец». Он говорил серьёзно. Помог раненому и держался как можно дольше, не давая искусному и невероятному убийце завладеть его катаной, и продолжал действовать с ясной головой. «Ты назвал его Иидой. Если я правильно помню, вы с ним в одном классе. Класс 1-А, да?» «Да, в одном». «Ему понадобится знакомое лицо». Его тёмные глаза смягчились. «Поддержи его, пока парамедики не отвезут его в больницу. Потом мы позаботимся о людях». Девушка кивнула, и, судя по её лицу, она была благодарна за возможность помочь своему юному герою. Она ушла, а Муша посмотрела на всё ещё горящий город. Хотя пожары всё ещё бушевали, звуки битвы стихли. Возможно, к счастью, для людей все закончилось. «Ты, блядь, издеваешься?! Эти двое?! Черт возьми». Томура выругался, убирая бинокль и устраиваясь на водонапорной башне, наблюдая за бойней с расстояния в несколько миль, из центра города, а затем с того самого бульвара, где этот спидстер и та полуголая шлюха возились с парамедиками. «Я бы их прикончил». «Я бы не советовал, учитывая присутствие Ёрои Муши и приближающихся Профессиональных Героев», — посоветовал Курогири, вставая позади своего подопечного. Юнец с бирюзовыми волосами оглянулся, сердито взглянул на человека из чёрного тумана и почесал шею. «И, судя по этим грёбаным ледникам, отродье Эндевора тоже выжило. Чёрт возьми». Его почесывание стало более хаотичным. «Тот, кто предупреждал Всемогущего, умер недостаточно быстро, а потом эта чёртова шлюха прилетела с профессионалом из Топ-10. И Стейн смылся! Гррррр… всё идёт не по плану!» — раздражённо прошипел он, а потом вздохнул. «С другой стороны…» — протянул Томура, замолчав и обернувшись, прищурив глаза от удовольствия, глядя на пожары и дым из центра города. «Все эти Ному, которых я послал, наверняка привели к жертвам… и Стейн точно будет выведен. Я знаю это». «Счёт погибших должен быть в сегодняшних новостях или завтра, а учитывая, как Стейн взбирается на крыши, а этот огненный шар скачет вокруг и удаляется от нас, я могу предположить, что Стейн преследует нас по пятам. Нам пора уходить, Шигараки Томура». «Да-да-да», — пожал плечами Томура, прежде чем посмотреть на клубы дыма, поднимающиеся в небо. Как бы ему ни хотелось убить этих троих, это было невозможно, когда вокруг было столько людей. Безоружных и вооружённых во всех смыслах этого слова. К тому же… он сделал то, зачем пришёл в Хосу. «Теперь… все будут знать, что Лига Злодеев жива и здорова». Он посмотрел на свою руку. «Мы не просто случайность. Мы…» Он краем глаза видел, как Курогири разрастается. «Настоящее дело». Он сжал кулак, и Томура повернулся к чёрной бездне, которая была порталом его куратора, засунув руки в карманы. Потенциальные члены партии обязательно придут. Теперь они знали, что Томура обладает достаточным количеством Ноуму, чтобы Учитель мог создать их. Что Лига, призванная изменить и перевернуть это Геройское Общество, не уйдёт тихо в ночь. Не будет повержена какими-то случайными детьми. Да… эти сорванцы точно умрут. Он не забыл. Они падут первыми. А потом он уничтожит этот мир. На лице Томуры расплылась ослепительная ухмылка, как и подобает демону, на его обветренном и покрытом шрамами лице, его кроваво-красные глаза почти светились в темноте. Он сделал своё заявление. В следующий раз… он пошлёт сообщение. «Никогда не будет хорошо, нормалы», — сказал он, поворачиваясь к горящему городу, с победой в глазах, а Томура с дьявольской улыбкой. «Потому что я здесь… хе-хе-хе…» И в мгновение ока Лига Злодеев покинула Хосу, оставляя за собой кровь и тела, а также затихающий смех Шигараки Томуры.