Изменения

2 Апреля       Сегодня Лине исполнилось 15 лет, и день у именинницы был далеко не лёгким. Вот настал вечер, гости начали собираться. Первой пришла сестра отца с дочерью. Лина не видела свою тётю больше года, а свою двоюродную сестру Сонору последний раз она видела более пяти лет назад.       В детстве девочки были неразлучны, и Лина часто вступалась за Сонору, когда другие дети её задирали. Лина была на полгода старше Соноры. Но когда девочкам было семь, Лина стала преемницей на трон после трагической смерти старшей сестры.       Это событие изменило её жизнь, и Лине пришлось переехать в столицу, к родителям, которых она видела лишь несколько раз в год. В отличие от сестры, Лина помнила её. — С днём рождения, Лина, — сказала тётя, улыбаясь. — Спасибо, тётя, — тихо ответила кареглазая. В этот момент к Лине подошёл её отец, король. — Лина, не могла бы ты сопровождать Сонору на этом вечере? — спросил он с лёгкой улыбкой. — Могу ли я отказаться? — поинтересовалась Лина. — Конечно. Но тогда тебе придётся составить компанию Эрику, — ответил он. — Хорошо, я сопровожу Сонору, — произнесла Лина, сдержанно кивнув и уходя. Лина подошла к одиноко стоявшей в стороне двоюродной сестре. — Не возражаешь, если я постою рядом, леди? — спросила Лина, немного наклоняя голову. — Нет, — коротко ответила Сонора.       Прошло некоторое время, все гости прибыли. Атмосфера стала более оживлённой. Вдруг к Лине подошёл Эрик. Он предложил ей составить компанию, но Лина вежливо отказала, объяснив, что уже сопровождает Сонору. Получив отказ, Эрик быстро ушёл, и Лина облегчённо вздохнула.       Время шло, гости весело проводили время, а Лина продолжала стоять в стороне, наблюдая за происходящим. Её взгляд случайно зацепился за Сонору, которая в этот момент разговаривала с кем-то в другом конце зала. Лина заметила, как её двоюродная сестра выглядит по-настоящему мило и уверенно.       Кареглазая девушка не заметила, как начала следить за Сонорой, и, к своему удивлению, обнаружила, что делает это уже довольно долго. Вдруг музыка сменялась, и Лина знала, что наступило время танцев — её любимая часть вечера... или, точнее, её нелюбимая часть. Тихо и быстро, словно тень, она подошла к Соноре и протянула руку. — Не окажешь ли честь потанцевать со мной? — с лёгкой улыбкой спросила Лина.       Сонора замерла на мгновение, взглянув на протянутую руку Лины. В её глазах мелькнуло что-то неопределённое, и Лина почувствовала, как её плечи слегка напряглись. Однако, спустя несколько секунд, Соноро всё-таки мягко положила свою руку в руку Лины. — Конечно, — ответила Сонора, стараясь сохранить спокойствие, но в её голосе Лина уловила что-то странное.       Лина повела свою партнёршу в центр зала, и они начали танцевать, как и остальные пары. Их изящные движения завораживали — многие не могли отвести глаз от этого прекрасного танца. Никто не мог понять, почему принцесса раньше не показывала своего мастерства.       Сейчас, когда Сонора была так близко, Лина невольно отметила, как та превратилась в настоящую красавицу — ту, за внимание которой юноши готовы были драться. Лина и сама не понимала почему, но от этой мысли ей стало невыносимо тошно.       Вдруг тело стало как будто чужим, а музыка — слишком громкой. Лина попыталась сосредоточиться на танце, на плавных движениях, на ритме, но её мысли неумолимо возвращались к Соноре. Рука на талии Соноры, эта близость, этот танец... Лина пыталась сосредоточиться, но её мысли сбивались.       Рука на талии Соноры казалась слишком тяжёлой, будто её тело не подчинялось её воле. Этот момент был странно интимным, даже несмотря на всю окружавшую их аристократическую формальность. Лина чувствовала, как её грудь сжалась, а дыхание стало тяжелым.       Этот танец стал мучительным для принцессы. Она сжала зубы и пыталась взять себя в руки, но всё, что она ощущала, было неприятным, почти болезненным напряжением. Танец продолжался, и Лина чувствовала, как ее самообладание постепенно покидает ее.       Она старалась не смотреть в глаза Соноре, боясь обнаружить в них насмешку или осуждение. Но, как назло, именно в этот момент их взгляды встретились. В глазах Соноры Лина увидела нечто, чего никак не ожидала – удивление и, казалось, легкое смущение.       Этот взгляд пронзил ее, словно молния, оставив после себя лишь растерянность и странное тепло. Музыка закончилась, и Лина поспешно отстранилась от Соноры. — Спасибо за танец, это было восхитительно, — произнесла смущённо Сонора. — Рада это слышать. Прошу прощения, но мне придётся тебя оставить, — проговорила Лина и, извиняясь, направилась к выходу в сад. 5 Апреля       Прошло несколько дней, и тётя с Сонорой оставались в замке. Эти дни пролетели, и вот настал момент их отъезда. Лина направлялась в свою комнату, когда вдруг столкнулась с отцом и тётей. — Лина, ты как раз вовремя, — произнёс отец. — Что-то случилось? — спросила Лина, взглянув на него. — Не совсем, — ответил он. — Сонора останется у нас, — сказал король. — Как это? Надолго? — спросила ошеломлённая Лина. — На какое-то время. Мы с твоим отцом подумали, что так будет лучше для вас обеих. Учитывая, что ты — будущая королева, вы будете нужны друг другу, — сказала тётя. Король, заметив её замешательство, улыбнулся и положил руку ей на плечо. — Я понимаю, это может быть для тебя непривычно. Но тебе нужно понять, что ты не одна в своих обязанностях. Мы оба знаем, что ты стремишься быть хорошей правительницей, и поддержка друг друга будет важной в будущем. — Хорошо, я поняла, — сдержанно сказала Лина и ушла.       За годы, проведённые с родителями, она научилась скрывать свои чувства и эмоции. Войдя в свою комнату, Лина переоделась и направилась в город. Если не знать, что она — девушка, её легко можно было бы принять за парня. Даже голос у неё был не особенно высокий. Её это мало заботило — она ведь не выбирала быть такой. — Молодой человек, не могли бы вы мне помочь? — обратилась к ней старушка. Лина подошла к ней. — Чем могу вам помочь? — спросила Лина. — Да вот, в лавку не могу подняться, ступеньки крутые... А лавочник невежа — не выходит. Мне бы просто корзину донести, она за углом, — пожаловалась старушка, жестом указав на небольшой рынок неподалёку.       Лина кивнула и протянула руку, помогая пожилой женщине пройти несколько шагов. Та благодарно заглянула ей в лицо. — У вас добрые глаза. Сейчас редко таких встретишь, — пробормотала она, и Лина невольно улыбнулась.       Проводив старушку до лавки и дождавшись, пока она усядется на лавочку с покупками, Лина продолжила свой путь. Улицы были залиты мягким светом предвечернего солнца. Она направлялась туда, где город жил по-настоящему — в шумных дворах, среди уличных артистов и продавцов.       Её шаги привели к знакомой скамейке у фонтана. Она села, скрестив руки на груди, глядя, как дети пускают бумажные кораблики в воду. Мысли о Соноре не покидали её. Её голос, её взгляд, этот странный момент во время танца. Что это было? Почему это не отпускает? — Вы часто ходите сюда? — вдруг прозвучал знакомый голос рядом.       Лина резко обернулась. Перед ней стояла Сонора. Она была в простой одежде, волосы были убраны под шапочку, лицо чуть прикрыто платком — но она всё равно узнала бы её из тысячи. — Что ты здесь делаешь? — осторожно спросила Лина, поднимаясь.       Сонора чуть смущённо опустила взгляд, словно не была уверена, стоит ли говорить правду. Но спустя несколько секунд всё же подняла глаза и ответила: — Я... пошла за вами. Лина удивлённо моргнула. — За мной? — Да, — кивнула Сонора. — Зачем? — холодно спросила Лина. — Просто хотела узнать, куда вы направляетесь, — спокойно ответила Сонора. — Советую не идти за мной, если не хочешь проблем, — рыкнула Лина, уходя прочь от своей двоюродной сестры.       Она не понимала, что с ней происходит. В присутствии зеленоглазой девушки её спокойствие и хладнокровие исчезали без следа. Чтобы прийти в себя, Лина направилась в лес — возвращаться домой в таком состоянии было бы плохой идеей.       Неосознанно она приняла свой истинный облик: рыжие волчьи уши, выглядывающие из-под коротких волос, и пушистый хвост, покачивающийся за спиной, ясно указывали на её принадлежность к королевской семье. Хотя самой Лине казалось, что она всего лишь пятно на безупречной репутации рода.       Пацанская внешность, низкий голос — всё это порой раздражало её, особенно когда дворянки за спиной нашёптывали всякие глупости. Именно из-за этого её и отправили жить к тёте. Старшая сестра, которая изначально не была претенденткой на трон, в итоге была выбрана наследной принцессой.       Но с её смертью всё вернулось на свои места, как и должно было быть изначально. Ведь старшая дочь никогда не подходила на роль королевы. Единственным спасением для Лины была Сонора. Но с кончиной старшей сестры Лина потеряла и её — ей пришлось переехать в столицу.       Больше всего её ранило, что двоюродная сестра её не помнила. И эти странные, непонятные чувства, возникающие, когда Сонора была рядом, сбивали с толку. Лина уже не понимала, что с ней происходит. Она лишь мечтала хотя бы на один день забыть обо всех занятия и просто отдохнуть.       Лина шла по лесу, стараясь унять бурю, бушевавшую внутри. Деревья вокруг, казалось, понимали ее состояние: ветви склонялись, словно утешая, а шелест листьев звучал как тихая колыбельная. Она добралась до поляны, и опустилась на траву, прислонившись к старому дубу.       Но даже здесь образ Соноры преследовал ее. Зеленые глаза, полные какой-то непонятной тоски, ее тихий голос, ее внезапное появление в городе… Все это не складывалось в единую картину, и Лина чувствовала, что сходит с ума. Почему Сонора последовала за ней? Что она хотела узнать? И почему присутствие двоюродной сестры так сильно на нее влияло?       С этими вопросами она пролежала на поляне до позднего вечера, пока сумерки не начали сгущаться над лесом. Пора было возвращаться в замок. С неохотой Лина поднялась, привела себя в порядок и направилась в сторону города.       У ворот замка ее встретила стража, которая поклонилась, узнав принцессу. Лина кивнула в ответ и вошла во двор, стараясь держаться как можно непринужденнее. Когда она вошла в свои покои, было уже совсем темно. Служанка принесла ей ужин, но Лина не притронулась к еде. Она подошла к окну и посмотрела на город, раскинувшийся внизу, словно море огней.       Она чувствовала себя одинокой, как и все те годы, прошедшие с её прибытия сюда в качестве наследной принцессы. Лина стояла у окна, наблюдая за огнями города, которые казались такими далекими, но в то же время слишком близкими, чтобы можно было избежать их воздействия.       В её груди всё ещё бурлили чувства, которые она не могла контролировать. Мысли о Соноре не отпускали её. Всё, что происходило между ними, оставляло след, который был тяжёлым и неясным. Лина понимала, что ей нужно разобраться в своих чувствах, но как?       Почему присутствие этой девушки, казалось бы, незначительное, внезапно стало таким важным? Она пыталась найти объяснение своим волнениям. Может быть, это было всего лишь неудобство от того, что её жизнь изменилась с приездом Соноры?       Или это что-то более глубокое, что она не готова была признать даже себе? С каждым днём всё больше и больше Сонора занимала её мысли. И, возможно, это было тем, что её ранило — беспокойство о том, что она не могла контролировать свои собственные чувства. *Зачем она пошла за мной? — эта мысль не покидала Лину*       Что она хотела узнать? Почему её присутствие вызывало такую бурю внутри неё? И, что важнее, почему она сама не могла себя контролировать, когда была рядом с Сонорой? Эта ситуация становилась всё более странной и сбивающей с толку. 7 Апреля       Приближался обед, а Лина продолжала тренироваться в фехтовании. Как и в последнее время, она вновь одержала победу над своим учителем. — С каждой нашей тренировкой вы становитесь всё сильнее, ваше высочество. С такими темпами мне скоро нечему будет вас учить, — произнёс учитель. — Спасибо за похвалу, Филип, но до вас мне ещё далеко. Я побеждаю только благодаря ловкости и скорости. Мне ещё есть чему учиться у вас, — ответила Лина. Филип улыбнулся, слегка наклоняя голову, признавая её слова. — Ваши способности удивляют меня, ваше высочество. Многие принцы и принцессы довольствуются лишь учёбой по манерам и политике. Но вы, вы не боитесь трудностей. Это впечатляет.       Лина помолчала, вытирая пот со лба. Тренировка была тяжёлой, но она чувствовала, как тело привыкает к нагрузкам, и уверенность в своих силах постепенно росла. Это была одна из немногих вещей, в которой она могла по-настоящему сосредоточиться и контролировать результат. — Если я собираюсь быть королевой, мне нужно быть готовой к любым ситуациям. И если мой народ когда-нибудь потребует защиты, я должна быть в состоянии защитить его, не полагаясь на других — сказала Лина.       Филип, привыкший к её серьёзному отношению к тренировкам, кивнул с уважением. — Вы правы. Ваша решимость — одна из самых сильных сторон. Это поможет вам, когда придёт время. Но не забывайте об осторожности, ваше высочество. Время и место имеют значение, а не только сила. Даже лучшие фехтовальщики знают, что не каждый бой можно выиграть силой.       Лина задумалась над его словами, откладывая меч и внимательно прислушиваясь. — Я понимаю. Я не ищу победы любой ценой. Просто мне кажется, что готовность быть сильной — это мой долг. Особенно сейчас, когда так много людей рассчитывают на меня - произнесла Лина. Учитель поднял руку, указывая на её движения. — И вы уже сильны. Но не забывайте, что истинная сила — это не только в бою. Она ещё в понимании, в умении направить свою энергию туда, где она действительно нужна - сказал учитель.       Лина посмотрела на Филипа с благодарностью, но в её глазах всё ещё было нечто смущённое. Слова учителя были точными, и она знала, что он прав. Но всё равно что-то внутри неё не давало покоя. Сонора. Её образ не покидал её мыслей даже здесь, среди тренировок. Но Лина не могла позволить себе отвлекаться. — Спасибо, Филип. В следующий раз постараюсь не забыть про осторожность, — сказала Лина, снова поднимая меч. — А сейчас, думаю, мне стоит тренироваться ещё немного.       Филип молча кивнул, и они продолжили тренировки, хотя в глазах Лины оставалась одна неясная мысль: как бы она ни старалась сосредоточиться, Сонора всё равно оставалась в её голове. Лина нанесла очередной точный удар, и Филип, едва парировав его, сделал шаг назад, приподняв бровь: — Если бы вы сражались с таким же рвением за мир в душе, как за победу в бою, вы уже давно были бы непобедимы, — произнёс он спокойно.       Лина опустила клинок. Слова задели, как хорошо поставленный удар — не в тело, но в суть. Филип лишь наклонил голову, давая понять: он не будет настаивать. Она — наследная принцесса. Но и он — тот, кто видел, как она росла. Кто знал, когда её ранят слова больше, чем меч.       После тренировки Лина вернулась в замок позже обычного. День был душным, и в воздухе повисло предгрозовое напряжение — как будто сама природа отражала её внутреннее состояние. Она не спешила к себе, а прошла по длинному коридору, ведущему в пустую галерею. Здесь редко бывали гости.       Высокие окна открывали вид на сад, а портреты предков взирали с тёмных рам сдержанно и строго. Лина остановилась напротив портрета своей покойной сестры. — Ты бы справилась с этим лучше, правда? — прошептала Лина.       Тишина была её единственным ответом. Тишина и лёгкий шаг, раздавшийся позади. — Вы часто сюда приходите? - раздался голос Соноры. Лина вздрогнула, но не обернулась. — Иногда, — коротко ответила Лина. — Кстати хватит этих формальностей. Мы же не чужие друг другу, мы семья, — сказала Лина и ушла.       Сонора осталась стоять на месте, провожая взглядом уходящую Лину. Губы её чуть приоткрылись — будто она хотела что-то сказать, но передумала. В тишине галереи, среди портретов и затхлого воздуха прошлого, её фигура казалась потерянной — словно воспоминание, случайно затерявшееся в чужом времени.       Сонора медленно подошла к портрету старшей двоюродной сестры и взглянула в её строгие, исполненные достоинства глаза.