Драбблы с ЗФБ-2025

— Зачем, зачем я тебя послушалась? — слабо блеяла Фиалка. — Любовь делает нас глупыми. Они забирались всë выше в горы, травы здесь почти не было, только мох, да лишайники, да островки холодного и белого, которое походило на соль, но, если лизнуть, превращалось в воду. — Там смерть, — просто отвечал Черныш. — Всюду смерть, — жаловалась Фиалка. — Я тебя не отпущу. Я тебя люблю. — Я сама не уйду. Я тебя люблю.

***

Когда Черныш узнал, что Фиалку ждëт алтарь, он сошëл с ума. — Давай убежим, — сказал он Фиалке. — Я не хочу, чтобы тебя убили. — Глупый, — засмеялась Фиалка. — Меня избрали, это большая честь. К тому же убегать нехорошо, хозяин будет волноваться. — Пусть поволнуется, ему полезно! — прикрикнул на неë Черныш. — Долго будем собираться — поймают и на алтарь силком потащат! Что, разве можешь ты отказаться? — Кто же отказывается от такой чести? Пастухи на нашей стороне, они смотрят, чтобы мы себя правильно вели, спасают от соблазнов! Кто убегает, тот в рай не попадает! Черныш затопал копытами, замотал едва пробившимися рожками. — Фиалка, Фиалка, не надо тебе в рай! — А что же мне надо? — Быть со мной, родить много, много ягнят. — Для чего? Какой смысл будет в их жизни без веры? Мы честно трудимся всю жизнь, а лучшие… — Лучшие — всего лишь пища для них! Ты думаешь, трава растëт, мечтая, чтоб ты еë съела? — Нет! — охнула Фиалка. — Она просто растëт! Она глупая! — И мы будем просто жить! Будем глупыми, Фиалка! Будем сумасшедшими! Но счастливыми!

***

Они много нагрешили. Они убежали. Фиалка отказалась от чести Жертвы. Хозяин не выбирал их парой друг для друга. Они лгали встречным людям о том, куда идут. Крали чужое сено. Боги в наказание послали им Дикого Зверя. Старики говорили, что пока не было хозяев, некому было защитить овечек от диких зверей, и надо быть благодарными. Черныш однажды спросил, что за разница, зверь тебя сожрëт, или человек. Что за любовь и забота, которые кончаются убийством? Правда ли, что хозяева друзья овцам? Ужас что тогда началось. Птицы, с которыми любила болтать Фиалка, рассказывали, будто бы где-то там дикие звери ещë не перевелись. И вот Черныш завëл еë в такую дальнюю даль! И собирался ещë дальше, за горы, вроде холмов, только выше, туда, где совсем нет людей. Если бы их не спас человек, человек другого цвета, зверь сожрал бы их и не подавился. Худой, рыжий в полоску, с такими зубами, что Фиалка прямо чувствовала, как они вопьются… Тогда она подумала про алтарь. И про то, что Черныш ведëт еë в Безлюдье. А водятся ли там звери? Кто защитит там их с Чернышом, их маленьких, ещë не родившихся ягнят? Она хотела жить. — Бежим! — крикнула она Чернышу, и они убежали, бросив человека драться со зверем.

***

Они стали осторожными. Пробирались с оглядкой. Спрашивали дорогу и новости у птиц. Обошли новых, разноцветных, людей. У этих людей не было храма, зато были и дома из шкур, и одежда из шкур. Было это уже в горах. Горы однажды появились вдали, похожие на грозовую тучу, и медленно росли, казались всë страшнее и непроходимее. Черныш с Фиалкой прятались среди камней, потому что больше прятаться было негде. Тут не было еды, а холодно было так, как никогда в жизни. — Зачем стекло на камнях? — спрашивала Фиалка. — Чтобы нам было труднее убежать, — отвечал Черныш. — Но я люблю тебя, а любовь делает нас упрямыми.

***

И вот они оказались на краю огромного оврага, размером больше их деревни и пастбища вместе взятых, с краями из стекла. Куда хватало глаз, были только стекло и соль-из-воды. Если обходить овраг, они умрут с голоду. — Смотри! — закричал Черныш. — Там птицы! Спросим у них дорогу! Перетерпим и перейдëм горы! Мы уже почти на самом верху! Дальше только вниз! Эй, птицы! Птицы тоже заметили их и стали спускаться. Они становились всë больше и больше, налетели и подхватили овечек. Фиалка вскрикнула, когда огромные когти царапнули еë. — Потерпи! — крикнул Черныш. — Они перенесут нас через горы. Вы ведь перенесëте? Птицы не удостоили его ответом, лишь мерно взмахивали крыльями. — Перенесут, — уже не так уверенно сказал Черныш. Вскоре показался другой край оврага, а над ним нависала скала, а на скале было огромное гнездо, в котором, раскрывая клювы, пищали голодные птенцы.