37/24

      Эндрю никакой не лжец.              Он это подразумевал, когда сказал, что не хочет секса с Нилом.              Он не будет отрицать, что эта мысль приходила ему в голову в одной из тех фантазий наяву, сотканных исключительно из жажды потакать своим желаниям, подпитываемым подсознанием, которое Эндрю не мог контролировать. Но вопрос был не в этом.              Вопроса не было вообще.              Нил и близко не стоял под этим вопросом, появившись с бутылкой виски, который посчитал первоклассным. Эндрю выпил только для того, чтобы смыть жжение с языка от того, что обвинил Нила в таком.              Но, возможно, Нилу было необходимо знать и понимать, каковы намерения Эндрю.              Что общего могло быть между тридцатисемилетним и двадцатичетырехлетним?              Разве что этот спорт. И их прошлое. И странная возможность Нила делить с ним комнату, тихая и успокаивающая. Он не сказал ни слова с тех пор, как попросил Эндрю объяснить, кто главные герои фильма.              Когда фильм наконец заканчивается, Эндрю понимает, почему Нил все это время молчал — рядом с ним на кровати он уснул, подперев подбородок рукой и ровно дыша; его рот слегка приоткрыт.              Эндрю толкает Нила ногой, не желая пересекать пространство между ними.              — Тебе пора, — говорит он, когда Нил снова оживает.              Голубые глаза Нила внезапно открываются, моргая в темной комнате. Он зевает, вытягивая руки над головой, и то, как его футболка задирается на животе, — причина, по которой Эндрю не может легко отвести взгляд.              — Ты позволил мне уснуть, — говорит Нил, надув губы.              — Зато ты был тихим, — говорит Эндрю, отводя взгляд.              — Тебе придется рассказать мне, чем закончился фильм.              — Маловероятно.              Нил улыбается и зевает снова, прежде чем схватить свою обувь и направиться к двери. Последний раз оглянувшись через плечо, он чудесным образом уходит, не сказав ни слова.              Эндрю ждет минуту, чтобы убедиться, что он действительно ушел, перед тем, как подняться и запереть дверь.              -              Выросший на орбите славы Кевина Дэя, Эндрю думал, что он к этому привыкнет.              И все же он беспомощен перед раздражением, поскольку тренировка превращается в балаган, как только его игроки понимают, кто находится на корте.              Состав нападающих первыми замечают, что Кевин Дэй наблюдает за происходящим. Они прерывают тренировку, показывая пальцами, перешептываясь и размахивая руками. После чего начинается нескончаемый парад фанатиков, и почти все спешат со скамейки запасных, чтобы либо представиться, либо запечатлеть свое имя в памяти Кевина.              Кевин справляется с этим с отработанным изяществом, не удостаивая ни одного из «Рыцарей» и каплей нетерпения.              Если бы они только знали, что за этой благовоспитанной улыбкой скрывается помешанный на контроле фрик, который никогда не научится отпускать.              — Твой состав нападающих слаб, — говорит Кевин, доказывая это, как только игроки, пораженные прибытием звезды, снова выстраиваются в линию.              — Не моя проблема, — непринужденно говорит Эндрю, не спуская глаз с Флоренс в воротах. — Зачем ты здесь?              — Я слышал, вы подписали контракт с «Лисом». Хочу с ним познакомиться.              И это совсем не то, чего хочет Эндрю, если он не жаждет заработать себе мигрень.              — Ты на него смотришь, — говорит Эндрю, кивая через плексиглас туда, где Нил пропускает пас и тут же оказывается сбитым с ног защитником. Это прерывает тренировку, Вега вызывает Нила с корта и заменяет его, прежде чем возобновить игру.              Если он и получил травму, Нил не показывает этого, поскольку спешит снять шлем, прежде чем подбежать к Кевину и Эндрю. Рука, не держащая клюшку, уже протянута. Кевин едва успевает взглянуть в сторону Нила, на его лице появляется восхищенная улыбка.              Эндрю становится дурно, смотря на это, но он не отчитывает его, потому что не уверен, чью реакцию ему интереснее увидеть: одержимого фаната, осознающего, что объект его влажных фантазий вовсе не тот супергерой, каким его рисовали, или Кевина Дэя, которому придется потерпеть соответствующее отношение после этого осознания.              — Ты Кевин Дэй, — говорит Нил, как будто Кевин этого не знал. — Я Нил Джостен из «Лисов».              Кевин, который только недавно оттачивал любезность с остальными «Рыцарями», внезапно теряет улыбку, пожимая руку Нилу.              — За этим было ужасно наблюдать, — говорит Кевин, быстро отпуская Нила. — Как ты продержался пять лет с Уайлдс в качестве своего тренера, выше моего понимания.              Нил моргает.              — Это не очень-то любезно, — говорит он, все еще улыбаясь. — Ты когда-нибудь слышал о методе сендвича для комплиментов? Тебе бы попробовать.              — Тебе не за что говорить комплименты.              Нил раскрывает рот от удивления или восхищения, прежде чем он небрежно упирается клюшкой в пол и прислоняется к ней.              — Ну извини, что мне не сотня лет. У меня и близко нет такого опыта, как у тебя.              Кевин бросает свой убийственный взгляд на Эндрю, самого невинного из всех.              — Ты позволишь своему новичку так разговаривать?              — Я же тебе сказал, нападающие — не моя проблема, — произносит Эндрю, все веселье от ситуации улетучивается. Он слегка ударяет Нила по руке планшетом, пытаясь заставить его двигаться. — Джостен, ты закончил. Иди в душ.              С напускным вздохом Нил закатывает глаза, прежде чем отправиться в раздевалку.              — А теперь, не будешь ли ты так любезен отъебаться, у меня есть команда и ее нужно тренировать, — говорит Эндрю Кевину, салютуя ему, прежде чем оставить его во внутреннем корте, и найти своих вратарей.              -              К тому времени, как тренировка завершается, Эндрю уже давно мысленно выключен. Он заканчивает делать записи в блокноте, прежде чем убрать его в карман, с готовностью не быть тренером до понедельника. Его планы на вечер включают в себя растраты значительной доли зарплаты Кевина в том клубе, куда он их поведет.              Он направляется в свой кабинет, чтобы забрать вещи, но слышит два громких и противных голоса, доносящихся через открытую дверь. Эндрю останавливается на пороге, наблюдая, как Кевин говорит Нилу что-то, отчего Нил закатывает глаза.              — Это мой кабинет, — оглашает Эндрю им обоим, но никто из них не поднимает глаз от компьютера Эндрю, что они окружили.              — Я показываю Кевину, как забил в прошлом году и как это вывело нас в полуфинал, — объясняет Нил, задумчиво высовывая кончик языка, пока что-то набирает на клавиатуре.              Кевин качает головой.              — Рассказывать мне будешь, когда выиграешь чемпионат.              — Ага-ага, — говорит Нил, отмахиваясь от Кевина. — Не всегда главное — победить, знаешь ли.              Пар буквально вырывается из ушей Кевина, когда он открывает рот, чтобы не согласиться, но Эндрю его обрывает:              — Кевин, не трать свое и мое время на споры с этим ребенком.              — Мне двадцать четыре, — бесполезно говорит Нил, прежде чем вздыхает и отказывается от своего крестового похода на компьютер. — Ладно. Его комп слишком медленный. Я покажу тебе позже. Дай мне забрать вещи, и встретимся снаружи?              Он проскальзывает мимо Эндрю, пока Эндрю не успевает начать сомневаться в том, что он только что сказал. Вместо этого он смотрит на Кевина, точно зная, к чему это приведет, и ненавидя каждый шаг на этом пути.              — Кевин, — произносит Эндрю, требуя ответов.              — Я отменил нашу бронь на сегодня, — говорит Кевин, словно это так просто. — Лучше посмотрим игру «Лисов».              — Не припоминаю, чтобы соглашался на это.              — Нил к нам присоединится.              — Ты у нас теперь стендапер? — спрашивает Эндрю, и в его голосе слышится раздражение. — Я не братаюсь со своими игроками.              Кевин пожимает плечами, прежде чем встать перед Эндрю.              — Не веди себя как его тренер, и у тебя не должно возникнуть проблем с тем, чтобы провести с ним время за пределами корта, — объясняет Кевин, и щурится, кажется, слишком понимающе. — Ты тренируешься с ним в свободное время. Он мне сказал. В чем разница?              Эндрю скрещивает руки и смотрит на Кевина.              — Ты мне не нравишься.              — Я как-нибудь переживу, — отвечает Кевин с ухмылкой, говорящей, что он победил. — Мы заберем ужин и напитки, а потом встретимся у тебя.              Прежде чем Кевин успевает уйти, Эндрю хлопает его по груди, останавливая.              — Не поскупись на меня, Дэй, — все, что может сказать Эндрю, мысленно готовясь к, возможно, самому длинному вечеру в его жизни.              -              Эндрю сохраняет бесстрастное и непоколебимое выражение лица, наблюдая, как Кевин и Нил вместе идут по коридору. Он недоволен и намерен дать понять это им обоим.              Они оба несут по пакету в каждой руке, наполненных бутылками алкоголя и едой. Эндрю впускает их в свою квартиру и забирает один из пакетов у Нила, который почти стыдясь наблюдает за Эндрю, пока Эндрю достает бутылки со спиртным, купленные Кевином.              — Оказывается, тот виски, который я тебе принес, определенно не был первоклассным, — признается Нил, закусив нижнюю губу.              — Не был, — соглашается Эндрю, сосредоточившись на этикетке бутылки, а не на том, как на него смотрит Нил.              — Ты все равно его выпил.              — Я вообще не просил его брать, — говорит Эндрю, все еще пытаясь выглядеть рассеянным. — Это ты предположил, что я его захочу.              — Ты вообще не сказал мне, чего хочешь, — возражает Нил, его застенчивое выражение лица словно плавится по краям.              Эндрю вздыхает, прежде чем бросить взгляд в сторону Нила.              — Я сказал, что твой долг погашен. На этом достаточно. А сейчас я собираюсь выпить.              Нил отпускает эту тему, следуя за Эндрю на кухню, где Кевин уже наливает себе напиток. Эндрю тоже наливает себе один, выпивает, затем наполняет стакан снова, прежде чем вернуться в гостиную. Он садится на диван и берет пульт от телевизора, но Нил выхватывает его у него из рук.              — Дай-ка я найду канал, — объясняет Нил, включая телевизор. — Так будет быстрее.              Эндрю задается вопросом, умрет ли он к утру, если будет выпивать с каждым разом, как Нил или Кевин находят способ его побесить.              -              Играя за команду на протяжении пяти лет, Эндрю достаточно настрадался от своей доли в матчах «Лисов».              Но каким-то образом этот вечер оказывается худшим, несмотря на то, что Эндрю находится на расстоянии в несколько миль и лет от того корта.              Слева от него Кевин вскакивает на ноги на каждой второй игре, его напиток расплескивается по краям стакана.              Справа от него Нил никогда не сидит на месте, встает и кричит на телевизор, будто бы игроки могут его услышать.              А когда они не заворожены зрелищем на экране, Кевин и Нил кричат ​​друг на друга.              И от этого образуется одна такая прелестная, гигантская головная боль, и как только объявляется перерыв, Эндрю встает, чтобы пойти покурить. Он почти захлопывает за собой дверь патио и слишком поздно понимает, что забыл взять куртку. Он дрожит, когда курит, но отказывается возвращаться в ту комнату с этими двумя, пока не выкурит хотя бы две сигареты. По одной на каждого из них.              Немного успокоившись, — никотин временно унимает зуд, который он не мог счесать, — Эндрю возвращается в гостиную. Он тянется за своим напитком, оставленном на журнальном столике только, чтобы обнаружить стакан пустым.              Эндрю смотрит на Кевина, у которого в одной руке все еще зажат его собственный стакан, затем на Нила, который начал раскачиваться из стороны в сторону на своем месте.              — Сколько он выпил? — спрашивает Эндрю Кевина, глядя на Нила.              — Эм? Не знаю. А я должен следить?              — Я в порядке, — говорит Нил, затем икает, следом смеется. — Я только что допил твой.              — И вместе с тем? — спрашивает Эндрю, вспоминая названный Нилом предел, который он не должен пересекать.              Нил снова икает, прежде чем признать:              — Три.              Эндрю трет глаза ладонями и медленно и протяжно выдыхает.              — Сиди тут, — приказывает он, хотя Нил и не пытается подняться. Эндрю идет на кухню и наполняет стакан водой, прежде чем вернуться к Нилу. — Пей.              — Эндрю, ты ему не нянька. Он взрослый. С ним всё в порядке.              — Я его тренер, — отвечает Эндрю, наблюдая, как Нил допивает воду. Он возвращает стакан Эндрю, затем снова икает.              — А вот и нет, — говорит Нил, его речь начинает звучать невнятно. — Ты не тренируешь нападающих, не забыл?              Эндрю цедит сквозь зубы:              — Завали.              — Я ничего не… — Нил внезапно встает, хватаясь за плечо Эндрю для равновесия. — Куда можно стошнить?              Эндрю убеждается, что смерил Кевина суровым взглядом, подталкивая Нила в сторону ванной. Нил быстро падает на колени и обнимает унитаз, ныряя в него, запах водки внезапно становится стойким.              Эндрю садится на край ванны, наблюдая, как трясутся плечи Нила.              — Как легко ты пьянеешь, — говорит Эндрю, тыкая Нила в щеку, когда тот поворачивается посмотреть на него.              — Твой напиток был наполовину с водкой, — говорит Нил с тоской. Он вытирает рот, его чуть не выворачивает, затем он снова успокаивается. — Кевин так хорош. И ты тоже. Расскажешь мне, почему ты больше не играешь?              Резкая смена темы должна была быть ожидаема от настолько пьяного человека, но Эндрю все равно вздрагивает от этого.              — Нет, — говорит Эндрю, и Нила снова рвет.              Закончив, Нил кашляет, затем прочищает горло. По виду он в полном беспорядке. Он выглядит как двадцатичетырехлетний, коим и является.              И звучит так же, когда вместо этого спрашивает:              — Почему ты не хочешь со мной секса?              Это не лучшая тема для обсуждения, но Эндрю считает, что это куда более занимательно, особенно если Нил не вспомнит об этом к утру.              — Потому что мне почти сорок, а тебе едва исполнилось двадцать.              Нил пожимает плечами.              — А когда тебе будет пятьдесят, мне будет почти сорок. Разве это имеет значение?              Эндрю может лишь смотреть, и ему не приходится отвечать, пока Нил выкашливает всю оставшуюся в нем желудочную кислоту.              Частая тошнота истощает Нила быстрее, чем алкоголь. Он сонный и с поплывшим взглядом, когда Эндрю помогает ему встать на ноги. Эндрю бросает его на диван, когда они возвращаются в гостиную, затем накидывает на него плед.              В комнате тихо, пока Кевин наконец не выдает:              — Не могу понять, нравится он тебе или ты его ненавидишь.              — Не имеет значения, — отвечает Эндрю, прежде чем найти пульт и наконец выключить чертов телевизор. — Возможно, и то, и другое.              Кевин кивает, словно он уже знал.              Кевин молча допивает свой напиток с Эндрю, прежде чем удалиться в гостевую комнату.              Эндрю не двигается со своего места в кресле, держа глаза открытыми так долго, как только может, чтобы убедиться, что Нила снова не стошнит.              Он засыпает с ним в гостиной.