3 Глава. Свет фонарей и горечь чувств
Прошло двадцать два года
За это время власть многих королевств укрепилась. Одни сделали ставку на развитие военной мощи, другие сосредоточились на сельском хозяйстве, ремёслах или науке. Каждый шел своим путём, но все достигли определённого процветания. Войн не было. Никто не стремился расширить свои границы — напротив, правители сосредоточились на укреплении уже имеющихся территорий. Акцент сместился на внутреннее развитие: совершенствование технологий, переосмысление устаревших обычаев, стратегий и взглядов. Одни с готовностью отвергли старое, выбрав путь реформ и прогресса. Другие же, наоборот, нашли вдохновение в традициях, восстановив древние практики, придав им новое значение. Так, из пепла прошлого начали рождаться удивительные вещи — союз старинной мудрости и современного взгляда. Мир изменился, но остался удивительно уравновешенным — как затишье перед тем, что должно случиться.***
« — Чимин, ты позвал Ёнсока? Мы можем опоздать, — альфа уже стоял почти у выхода, поправляя плащ на плечах, и с нетерпением оглядывался в сторону лестницы, за которой должны были показаться дети.
— Да, позвал. Ёнсок выбирал книгу, которую хотел бы взять с собой, — маленький Чимин сбегал по лестнице, с шумом топая ножками, чуть ли не запутываясь в собственных штанишках. Он выглядел взволнованным, но старался держаться уверенно.
— Хорошо. По идее, он должен спуститься через пять минут, — мужчина заглянул на карманные часы и потёр переносицу, прикидывая, сколько ещё можно потратить времени, прежде чем выезжать.
— Уже иду! — раздался голос сверху. — Я просто выбирал между романом и научной книгой про космос, — на втором этаже появился высокий подросток. Ёнсок спускался неторопливо, с книгой подмышкой, его шаги были уверенными и слегка ленивыми, как у того, кто знает себе цену.
— И что же ты выбрал? — альфа слегка приподнял брови, и в его голосе зазвучал живой интерес. Он всегда поощрял любознательность детей.
— Научную. Меня заинтересовало одно созвездие — Халфул (Havfrue). Вчера начал искать о нём информацию. Хочу узнать больше. Оно довольно древнее, — сказал Ёнсок, аккуратно отряхнув пыль с корешка книги. Его голос звучал сдержанно, но в глазах блестело неподдельное любопытство.
С самого детства его тянуло к звёздам. Он мог часами сидеть у окна с подзорной трубой, рисовать карты небес или читать древние трактаты о созвездиях. Это стало его хобби, почти частью характера. Родители были только рады — они видели в этом путь, по которому он может раскрыться, и всячески поддерживали.
— Не удивлён, — отец Чимина хмыкнул, отпустив лёгкий смешок. — Всё, пошлите. Папа уже ждёт, — сказал он, поворачиваясь к двери.
— Отец-отец, а туда, куда мы едем, будет альфа Намджун? — вдруг спросил Чимин, догоняя мужчину и крепко обхватывая его за ногу. Его голос был тревожным, но с ноткой надежды.
— Мы же к нему на День Рождения и едем. Забыл, что ли? — отец подхватил мальчика на руки, легко, будто тот почти ничего не весил. Его лицо смягчилось, когда он посмотрел в детские глаза.
— Я просто боюсь, что его не будет. Вот и спрашиваю... — пробормотал Чимин, нахмурив бровки и надув губки. Он спрятал нос в воротник отцовской мантии.
— Всё будет хорошо, Чимин-а, — сказал Ёнсок, чуть склонившись к брату. Его голос стал неожиданно тёплым, почти взрослым.
Они дошли до кареты. Великолепный экипаж с гербом семьи уже ждал у парадного входа. Лошади переступали копытами, отпуская пар из ноздрей, а кучер нетерпеливо переглядывался с одним из слуг.
Внутри уже сидел второй родитель, облокотившись на подушку, и выглядывал в окно.
— Что так долго? Я заждался вас, — старший омега высунул голову, его взгляд сразу упал на Чимина. — Чимин-а, иди к папе на ручки, — позвал он, протягивая к нему руки с лёгкой улыбкой.
Мальчик без колебаний потянулся, и отец, обняв, осторожно передал его супругу.
— Мы ждали Ёнсока. Он книгу выбирал, — пояснил Чимин, обустраиваясь на коленях у папы.
— О! И какую выбрал?
— Научную. Про космос и созвездия, — ответил Ёнсок, усаживаясь в углу кареты. Он подложил под спину подушку и устроился поудобнее, не выпуская книгу из рук.
— Хороший выбор. А ты что взял с собой, Чимин-а? — омега с нежностью посмотрел на младшего сына. Его голос был мягким, тянущимся, как бархат.
— Я взял статуэтку в подарок для Намджуна. Она в коробке с остальными вещами.
— Ты сам её сделал? — в разговор вмешался старший альфа, уже устраиваясь напротив, и с интересом наклонился вперёд.
— Да. Мы с учителем Ханом её делали, — с гордостью сообщил мальчик.
— Так вот где ты всё это время пропадал с учителем Ханом. Я спрашивал у него, а он сказал, что ты сам расскажешь, — папа с улыбкой покачал головой, аккуратно усадив Чимина рядом с собой.
Карета мягко тронулась. Колёса заскрипели, лошади сдвинулись с места, и пейзаж за окном начал медленно меняться. Чимин прижался лбом к стеклу, с интересом наблюдая за деревьями, мостами и мелькающими фигурами прохожих»
— Чимин, Чимин, — отец слегка коснулся его плеча, стараясь вернуть сына к реальности. — Ой, да? Что-то случилось? — парень обернулся к отцу полностью. Семья ехала в карете, и ту немного трясло. Чимин до этого момента молча смотрел в окно. — О чём ты так задумался, что не услышал, как мы с братом тебя звали? — Вспоминал тот день, когда шесть лет назад мы всей семьёй ездили в королевство Реньмоу. А потом мы с Ёнсоком уехали учиться за море, в дальнее королевство, на пять лет… И вот только сейчас, спустя год после возвращения, мы снова туда едем. — Немного волнуешься? — мягко спросил отец, положив руку на руку сына. — Давно не виделся с друзьями… и… с Намджуном, — взгляд омеги опустился к полу. — Не переживай. Думаю, он будет рад тебя видеть. Чимин улыбнулся отцу и вновь повернулся к окну, продолжая наблюдать за королевскими пейзажами. Чимин был омегой. Ему было уже шестнадцать лет, а через месяцдолжно было исполниться семнадцать. Он был невского роста и худощавый, но емел рельефные и красвивые мышци, потому что занимал все это время танцами. Как папа, он обожал стрельбу из лука. Любил насекомых, особенно бабочек — дома у него была целая коллекция, аккуратно развешанная на стене в витрине. Его интересовала медицина, и он посещал отдельные занятия с учителем Ханом, которого нежно любил и уважал. Учитель был мягким, терпеливым, и никогда не кричал. Чимин был блондином — редкость в их краях. Так ещё и волосы вились. Его дедушка по папиной линии был иностранцем, и светлые волосы передались ему по наследству. Хотя сам старший омега был брюнетом. У него были пухлые губы, аккуратный носик, средний разрез глаз, карие глаза и мягкие щёчки. Его часто называли одуванчиком — за светлую головку, или звёздочкой — за сияние в глазах. У него был старший брат Ёнсок — альфа. Ему недавно исполнился двадцать один год. Он был высок и красив. Его рост 182 см. Его волосы были тёмными, лицо — гармоничным и выразительным: пухлые губы, прямой нос с высокой переносицей, выразительная линия челюсти. Но в целом — мягкий, благородный облик. Прошёл почти час, и карета слегка раскачивалась на поворотах. Чимин начал клевать носом. Он всегда засыпал быстро, если дорога длилась больше получаса. — Учель, подай, пожалуйста, плед. Я накрою Чимина, — мягко сказал Юкем. Альфа потянулся к сиденью, достал тёплый плед и аккуратно укрыл сына. Затем наклонился и поцеловал его в лоб, чуть задержавшись, будто желая передать что-то большее, чем просто тепло. — Ему нравится Намджун, — тихо сказал Ёнсок, глядя в сторону окна. — Да, мы с твоим папой заметили. Его сильно заинтересовал этот альфа 6 лет тому назад. Он ещё тогда давай понять, что влюблён в него, — Суро тяжело вздохнул, глядя на сына. Его сердце сжималось от мысли, что кто-то может однажды причинить ему боль. Каждый из них переживал за Чимина. Он был дружелюбным, светлым парнем. Открытым и слишком доверчивым. В детстве часто становился жертвой невинных шуток Ёнсока — тот порой поддразнивал брата, но делал это без злобы. Просто по-братски. А сейчас он уже был юношей. Гордым и с характером. Намджун являлся первой симпатией Чимина. Возможно, даже его первой влюблённостью. Ему тоже исполняется двадцать один год. Он был всего лишь на месяц младше Ёнсока, так что их смело можно было считать ровесниками. Они хорошо ладили между собой, их связывали дружеские отношения, чему немало способствовали и тёплые связи между их родителями — две семьи поддерживали друг друга много лет. Спустя за 6 лет они направлялись в соседнее королевство — Реньмоу. Король Ким Суро и его супруг Ким Юхи пригласили семью Пак на день рождения своего старшего сына — альфы Ким Намджуна. Помимо него, у них было ещё двое детей: альфа Ким Хванун — шестнадцатилетний мальчик с острым умом и жаждой приключений, и омега Ким Ёнсу — одинадцятителний малыш с тонкой душой и тихим характером. Празднование по случаю дня рождения старшего сына было запланировано с размахом. Намджун сам настаивал на этом — он хотел не просто отметить свой двадцать первый день рождения, а собрать гостей, устроить церемонию, увидеть старых друзей. Молодой альфа мечтал ненадолго отрешиться от бесконечных королевских занятий, отдохнуть и побыть просто свободным. Без титулов. Без ответственности. Путь из столицы семьи Пак до Реньмоу был не близкий и занимал полторы недели. Однако семья решила сократить дорогу: первые два дня они проведут в повозке, до порта, затем сядут на корабль и отправятся в плавание — три дня по морю, после чего ещё два или три дня пути до замка. Путешествие хоть и было продумано, но всё равно утомительное — особенно для младшего из них, Чимина. У Чимина от долгого сидения на одном месте отнимало ноги, было сложно долго сидеть на месте. Через какое-то время он начинал вертеться, проситься размяться. Поэтому они делали частые остановки: кто-то нуждался в отдыхе, кто-то в пище, кто-то просто хотел вдохнуть свежего воздуха. — Через сколько мы будем в порту, Учель? — с интересом спросил Югём, не отрывая взгляда от детей, игравших неподалёку. — Почти приехали. Остался примерно час, — ответил альфа, оценивающе глядя на проселочную дорогу, уходившую к горизонту. Затем, чуть повысив голос, обратился к детям: — Чимин, Ёнсок, заканчивайте, пожалуйста. Мы уже почти приехали. Сегодня поплывём на корабле! Оба парня переглянулись. И пошли к отцу. Учель и Югём, сдержанно улыбаясь, пошли следом. И вскоре путешествие продолжилось. Чимир вспоминла, как в дестве не умолкал: он засыпал родителей вопросами про корабль, про море, про пиратов, которые считалм себя владельцами вод. Тогда его манила неизвестность, и даже лёгкий страх перед чем-то новым лишь подогревал интерес. Он жадно впитывал каждое слово, будто бы хотел запомнить всё до последней капли. Полтора часа спустя семья Пак прибыла в порт. Небо было чистым, только у горизонта медленно собирались лёгкие облака. Воздух пах солью, мокрым деревом и морским ветром.« — Ёнсок, смотри, какой огромный корабль! Отец, мы на нём поплывём, да?! — завопил Чимин во весь голос, ткнув пальцем в сторону высокого борта судна, покачивающегося у причала.
— Да, Чимин. Именно на этом корабле, — с лёгкой улыбкой подтвердил Учель, гладя сына по голове.
К кораблю приблизились всей семьёй. Навстречу им выбежал молодой юнга — альфа лет шестнадцати. Он низко поклонился, не смея взглянуть в глаза:
— Добро пожаловать, Ваше Величество, Ваше Высочество, и принцы. Судно готово к трёхдневному плаванию. Капитан уже на борту и ждёт вашего приказа к отплытию. Прошу пройти на палубу.
— Благодарю. Как тебя зовут? — доброжелательно спросил Учель.
— Меня зовут Чхве Инпёль, — с достоинством, но сдержанно ответил юноша и снова поклонился.
— Спасибо за твою усердную службу, Инсок, — с уважением кивнул король. Он всегда был вежлив со своей прислугой, независимо от ранга»
Чимин снова окунуться воспоминания. Он видел тот же корабль. Тех же людей. Даже тот юнга был. Теперь он совсем взрослый. Семья Пак поднялась на борт. Их уже встречал капитан — Чон Кибом. Один из лучших. О нем даже слогали легенды, что во время шторма не дал своему кораблю перевернутся. Он тепло поприветствовал короля и обменялся с ним несколькими словами. Тем временем Югём с сыновьями отправились осматривать судно. Чимина просто переполняло предвкушение. Он перегнулся вперёд, облокотившись на холодный металл, и с восхищением смотрел на бескрайнюю водную гладь. Ему казалось, что море дышит, что оно живое. Он всегда обожал воду, а путешествие по морю — это было что-то особенное. Почти волшебное. За последние 6 лет море стало для него вторым домом. Чем-то близким. — Не боишься упасть? — раздался за спиной знакомый голос. — Ты напугал меня! — Чимин оглянулся и надул щёки, но быстро смягчился. — Нет, не боюсь. Ни капли, — с упрямством в голосе ответил он, снова повернувшись к горизонту. — Помнишь, я рассказывал тебе про созвездие Халфул? — тихо спросил Ёнсок, подойдя ближе и тоже уставившись в море. — Помню. Оно где-то на северо-востоке, да? — Чимин стал водить пальцем по небу, прикидывая, где именно оно должно быть. — Да. Но ты знал, что с этим созвездием связана легенда? — Нет. Я почти ничего не знаю о легендах... — задумчиво сказал Чимин, устремляя взгляд в небо. — Расскажи. Мне уже интересно. На какое-то мгновение оба замолчали. Ветер трепал волосы, солёный воздух щекотал нос, а над головой парили чайки. — Ходит легенда, — начал Ёнсок, глядя куда-то вглубь горизонта, — что прямо под этим созвездием, в самом сердце моря, живут русалки. Они — хранители водной стихии. Могут менять погоду. Если русалка плачет от одиночества, она просит небо плакать вместе с ней. Чтобы русалке не было одиноко. Тогда начинается дождь. — Правда? — глаза Чимина расширились. — Кроме того, они могут принимать человеческий облик. Но только ненадолго. В этой форме они умеют читать мысли и чувства людей. А ещё, по преданиям, они обожают водные лилии. Для них это как сладость. В обличье русалки у них яркие, почти переливчатые волосы, а в человеческой форме — любые, какие захотят. — Это невероятно… звучит как чудо, — прошептал Чимин, не отрывая взгляда от горизонта. — Было бы так здорово, если бы они действительно существовали. В этот момент море перед ними казалось особенно глубоким. Будто там, под волнами, действительно кто-то жил. Кто-то, кто умеет плакать дождём и мечтать, глядя на звёзды. — По крайней мере, это всего лишь легенда, так что не стоит придавать ей слишком большого значения, — спокойно произнёс Ёнсок и мягко провёл ладонью по спине младшего брата, словно пытаясь развеять его задумчивость. — Но всё же нельзя не согласиться, что легенда красивая, — не унимался Чимин. Его голос звучал тихо, почти мечтательно. — Если бы ты узнал, что русалки действительно существуют… что бы ты сделал? — он с любопытством взглянул на брата, пытаясь уловить малейшую реакцию в его лице. — Ничего особенного, — ответил Ёнсок после недолгой паузы. Он задумался, глядя на неподвижную гладь воды, где отражались отблески облаков. — Возможно, я бы захотел изучить их поближе. Чисто для себя. Не ради славы или власти. Мне просто было бы интересно узнать, как они живут… Но я бы не пошёл против воли русалки и не стал бы делать ничего глупого или неуважительного по отношению к ней, — он говорил спокойно, будто взвешивая каждое слово, а взгляд всё ещё оставался прикованным к водной глади. — А ты бы что сделал? — Я бы, наверное, подружился с ними, — без раздумий произнёс Чимин, и в его глазах тут же вспыхнул огонёк воображения. — Попросил бы показать мне море. Возможно, даже океан… Провести туда, где никогда не ступала нога человека. Поведать мне тайны глубин, скрытые от всех. — Он мечтательно улыбнулся, словно в его голове уже развернулась целая история. — Ха-ха-ха, — не удержался Ёнсок и тихо засмеялся. — Эй! — Чимин нахмурился и злобно взглянул на него, поджав губы. — Чего смеёшься? — Мне нравится твоя лёгкая, почти детская невинность по отношению ко всему живому, — ответил Ёнсок, с искренней теплотой глядя на младшего. — Ты такой милый, — он тронул его по голове, чуть растрепав тёмные волосы. — Пошли внутрь… — Ёнсок! Чимин! Идите сюда! — раздался строгий, но уверенный голос короля Пака, отца обоих. Они сразу обернулись и, переглянувшись, поспешили к нему. Король стоял у причала, рядом с капитаном Чоном и ещё одним человеком — высоким, статным мужчиной в длинном тёмном плаще. Его лицо было незнакомым, но запоминающимся: черты правильные, даже привлекательные, но во взгляде таилась странная двойственность — с одной стороны, он будто излучал вежливость, с другой же что-то в его холодных, выжидающих глазах заставляло напрячься. Принцы приблизились. Мужчина сделал вежливый поклон, склонив голову, но не слишком низко. В ответ оба парня по этикету почтительно кивнули. Но даже этот короткий обмен жестами вызвал у них странное чувство тревоги. Чимин помнил этого мужчину. Ким Ёнсоль. И снова окунуться в воспоминания.«Чимин, уловив в мужчине нечто неприятное, инстинктивно прижался ближе к брату, словно ища у него защиты. Ёнсок заметил это движение, но ничего не сказал — только положил руку на плечо младшего, незаметно для других.
— Ёнсок, Чимин. Познакомьтесь с лордом Ким Ёнсоль и его сыном, омегой Ким Техёном, — из-за спины мужчины показался маленький мальчик. Он был примерно такого же роста, как Чимин, с хрупкой фигурой и настороженным взглядом.
— Здрс... Здравствуйте. Я Ким Техён, — тихо пробормотал омега и неловко поклонился в знак уважения.
Принцы тоже сделали поклон. Оба с интересом уставились на это маленькое чудо, будто перед ними появился герой из сказки.
Техён имел тёмные, почти чёрные волнистые волосы, спадавшие чуть ниже ушей. У него был тонкий, аккуратный нос, слегка пухлые губы и большие карие глаза. Эти глаза напоминали им маленького запуганного зайчонка. Он крепко вцепился в ткань отцовского плаща и стоял, почти прячась за его спиной. Первое впечатление создавалось такое, будто мальчик боится даже собственного дыхания и старается стать как можно незаметнее.
— Вы простите моего сына. Он очень стеснительный, — мужчина чуть склонил голову, его губы изогнулись в натянутую улыбку. Затем, повернув голову к омеге, он резко сменил тон: — Выйди из-за спины и стань ровно, — его голос прозвучал грубо, почти как приказ.
Техён едва заметно вздрогнул. Его плечи сжались, как будто он ожидал удара. Но всё же он вышел из-за отцовской спины и встал перед всеми, опустив глаза в пол. Лицо его залилось красным. Ему было и страшно, и стыдно за свою робость.
— Не нужно быть с ним таким грубым. Он же ребёнок. Ничего страшного, что он боится. Это нормально для него, — уже с лёгким укором сказал король Пак, повернувшись к лорду.
— Извините, Ваше Величество, но со своим сыном я разберусь сам, — мужчина напрягся, в голосе скользнуло раздражение, едва скрытая досада.
— Ek em eigi sonr þinn, — почти неслышно прошептал себе под нос Техён, глядя в пол. Его руки дрожали.
— Что ты там опять бормочешь под нос? — лорд раздражённо обернулся к Техёну, его голос резанул, как хлыст.
Ёнсок заметил, что Техён вот-вот заплачет. Он резко шагнул вперёд, желая как-то помочь бедняге.
— Техён, хочешь пойти со мной и Чимином в трюм? Мы можем поиграть во что-нибудь, — молодой альфа мягко посмотрел на омегу и терпеливо ждал ответа. Но, заметив, как тот мнётся, словно боится даже шагнуть, решил обратиться к Ким Ёнсолю: — Вы разрешите нам провести с ним время? — во взгляде Ёнсока чувствовался вызов, скрытая защита и несогласие с поведением взрослого.
Лорд лишь молча кивнул, словно сбрасывая с себя всю ответственность. Техён украдкой взглянул на отца — тот зыркнул в ответ с такой злобой, что омега снова опустил взгляд и сжался ещё сильнее.
После того как дети спустились в трюм, все расслабились. Воздух был пропитан солью и старым деревом, пахло верёвками и морем. Свет пробивался через редкие иллюминаторы, ложась бледными полосами на пол.
Чимин чувствовал, что маленький омега уже немного успокоился. Его плечи перестали дрожать, и дыхание стало ровнее. Он подошёл к нему и мягко взял за руку — осторожно, чтобы не напугать.
— Я Пак Чимин. Но зови меня просто Чимин. Я не плохой. И ты таким не кажешься. Ты мне нравишься... — голос его был тёплым, почти шёпотом.
— Чимин-а, полегче. Тэхён и так уже перестрессовал, — осторожно заметил Ёнсок, поглядывая на малыша. Он опустился на одно колено рядом с ним, чтобы быть на одном уровне. — Ты сильно испугался? — в его голосе звучала искренняя забота. Молодого альфу по-настоящему встревожило отношение того мужчины к такому хрупкому созданию.
— Не очень... — омега тихо ответил, опустив взгляд в пол. Его ресницы дрожали, как влажные лепестки. — Спасибо Вам, Ваше Величество, — он вежливо поклонился Ёнсоку, не поднимая глаз. — И Вам, Господин Пак Чимин.
— Опустим эти формальности, — Чимин широко, искренне улыбнулся. Его глаза излучали тепло, будто он хотел обернуть ими омегу, как пледом. — Давай дружить?
— А мы можем? — последовал неуверенный вопрос от самого младшего. В голосе чувствовалась надежда.
— Конечно! Что за глупости. Почему не можем? Папа всегда говорит, что я сам в праве решать, с кем дружить, а с кем — нет. С тобой я хочу дружить, потому что ты мне нравишься, — с энтузиазмом сказал Чимин и крепко взял Тэхёна за руки. Его ладони были тёплыми и уверенными. — Ещё раз. Я Пак Чимин, но зови меня просто Чимин.
— Я Ким Тэхён. Можно просто Тэхён, — омега чуть заметно улыбнулся и немного покраснел от неловкости. Уши у него вспыхнули румянцем, будто от лёгкого солнца.
— А я Пак Ёнсок, но для тебя просто Ёнсок — сказал альфа и протянул руку омеге.
— Рад знакомству, — Тэхён всё ещё бегал взглядом по сторонам, будто не знал, куда себя деть. Он выглядел одновременно и застенчивым, и тронутым.
— Тогда пошли играть в прятки, — радостно воскликнул Чимин и тут же потянул обоих за собой, словно всё плохое уже позади.
Через какое-то время корабль отплыл, мягко рассекая волны. Снаружи слышался скрип снастей и плеск воды. А внизу, в трюме, мальчишки смеялись, бегали между ящиками и прятались друг от друга. Взрослые не мешали им — наоборот, с облегчением наблюдали, как дети находят общий язык.
Они также подружились с молодым юнгой по имени Чхве Инпёль. Он был чуть старше Ёнсока, всего на пару лет, и уже выглядел взрослым — с руками, натёртыми от верёвок, и ветром в голосе. Младшие засыпали его вопросами о морской жизни, а Ёнсок охотно поддерживал разговор, делясь своими историями. Иногда они смеялись так, что их было слышно даже через палубу»
Он помнил всё до мельчайших деталей — потому что скучал по тем моментам. Но мужчину, стоявшего перед ним, видеть он был не рад. — Ёнсок, Чимин, помните лорда Ким Ёнсоля? — обратился отец к своим сыновьям. — Конечно, помним, — ответил за двоих Ёнсок. — Я польщён, — с лёгкой улыбкой произнёс лорд Ким. — А Тэхён с вами? — поинтересовался Чимин, не скрывая волнения. — Разумеется. Он как раз должен подойти, — мужчина обернулся и посмотрел на берег. — А вот и он. Омега уже поднимался на борт. Парни замерли в ожидании, глядя на трап. Как только показалась макушка Тэхёна, Чимин не выдержал — сорвался с места и кинулся к нему с объятиями. Тэхён удивился такому тёплому приёму, но тоже расплылся в улыбке и крепко прижал Чимина к себе. — Я скучал, — прошептал Чимин ему на ухо. — Я тоже, — мягко ответил Тэхён. — Можете пойти пообщаться в трюм. Вечер уже близко, скоро отплываем. Отдохните немного, — сказал Суро. Парни поклонились и ушли вглубь корабля. Им было о чём поговорить — слишком многое накопилось за время разлуки. Остаток путешествия прошёл с0покойно, словно само море благословило их воссойденившуюся дружбу.***
— Парни, мы уже почти у берега! Собирайте свои вещи. Полчаса — и ступим на землю, — Юкём перекрикивал ветер с палубы, голос его разносился по всему кораблю. Парни тут же среагировали — словно по команде из трюма вылетела целая стая. Все засуетились, побежали кто куда: кто за сумкой, кто за обувью, кто просто посмотреть на приближающийся берег. — Техён, помнишь нашу поездку 6 лет тому назад? — спрашивал Чимин. — Конечно помню.«Когда детям сообщили о прибытие к берегу, те выскочила с трюма, как пчелы с улия.
— Тэхён-и, а вы с отцом куда дальше? — с интересом спросил Чимин, пока торопливо застёгивал свой плащ.
— Папа служит в замке короля Ким Суро. Мы возвращались с небольшого отпуска, — спокойно объяснил Тэхён, поправляя воротник. — А у их старшего сына, Ким Намджуна, день рождения. Мы спешим на торжество.
При имени "Намджун" лицо Чимина чуть напряглось, будто его что-то кольнуло внутри.
— Вы... общаетесь с Намджуном? — любопытство, смешанное с лёгкой тревогой, зазвучало в голосе Чимина.
— Да, мы учимся у одного учителя. Можно сказать, мы друзья, — просто ответил Тэхён.
— А тебе... нравится альфа? — теперь в голосе Чимина явственно звучала ревность. Он старался говорить спокойно, но глаза выдавали тревогу.
— О?! Нет-нет! — быстро замотал головой Тэхён. — Он мне не нравится. Можешь не волноваться. Я уже понял, что ты к нему неровно дышишь.
— Хух. Понял. Спасибо за честность, — облегчённо выдохнул Чимин и перевёл взгляд на приближающийся берег. Ветер трепал ему волосы, а солнце медленно поднималось над горизонтом. Корабль медленно скользил к пристани, и с каждой минутой приближение земли казалось началом чего-то нового.
— Вы тоже едете на торжество? — теперь вопрос исходил от Тэхёна. Он взглянул на Чимина с лёгким интересом.
— Да. Нас пригласили. Наши королевства, да и семьи, давно в хороших отношениях. Мы знаем друг друга с детства, — спокойно ответил Чимин, поправляя ремешок на сумке.
— А как давно тебе нравится тот альфа? — Тэхён прищурился, скрывая улыбку. Его откровенно забавляла реакция Чимина — стоило только упомянуть имя, как омега заметно напрягался и смущался.
— Очень давно, — не стал скрывать Чимин. — Сначала мы были просто друзьями… да мы и сейчас друзья. Но потом он начал мне нравиться. И всё. Но я ещё слишком маленький для него. Ну ничего, — он выпрямился и сжал кулачки, — я вырасту, стану красивым и подходящим омегой.
В его голосе звучала твёрдая уверенность, почти детская решимость, от которой веяло чем-то трогательным. Он говорил так, будто это уже было решённое дело.
— Мне нравится твоя решимость. О, смотри, карета, — радостно воскликнул маленький Тэхён, указывая на украшенную карету позади Чимина.
Омега обернулся, и в тот же миг Тэхён ловко схватил его за руку. Сияя сверкающей улыбкой, они вместе побежали к карете, их наряды весело шуршали при каждом шаге, а смех разносился по причалу»
— Ты и сейчас влюблён в Намджуна? — Техён спрашивал Чимина, при этом смотрел на море. Ветер трепал его волосы, а солнце медленно клонилось к закату. — Да. К сожалению, или к счастью, да, — тяжело вздохнул Чимин, опуская взгляд. Его голос звучал тихо, почти теряясь среди шума волн. — Ты удивительный, Чимин, — взгляд Техёна переместился на омегу. В его глазах читалось тепло и легкая грусть. Они смотрели друг на друга и смеялись — будто между ними не было ни тайн, ни обид, только старая дружба и понимание. — Чего вы там смеётесь? — позади них шёл Ёнсок, заметно заинтригованный. Его голос был озорным. — Присоединяйся, — предложил Техён, хлопнув по борту скамьи рядом с собой. — Мне за вами наблюдать нравится, — с усмешкой сказал Ёнсок и сложил руки на груди, оставаясь немного в стороне. Пока парни не пойми о чём разговаривали — перебивая друг друга, шутя и вспоминая старое — корабль уже приблизился к берегу. С палубы стало видно прибрежные постройки, пестрые флаги на башнях и суету на причале. Все дружно уже готовились сойти с корабля. Воздух наполнился лёгким волнением — новым местом, новыми встречами и, возможно, переменами, которых никто не ожидал. Тем временем с палубы корабля спускались родители Чимина. Юкёму стало немного нехорошо — его слегка укачивало во время плавания. Но, к счастью, на этот раз он перенёс поездку куда легче, чем прежде. Когда все собрались, кортеж тронулся в путь. Им предстояла ещё двухдневная дорога до столицы. Стояло начало осени: солнце всё ещё жарко пекло, напоминая о прошедшем лете, но лёгкий морской бриз приносил прохладу и свежесть, помогая легче переносить зной. Все последующие дни семью Пак и лорда Кима с Тэхёном сопровождала королевская охрана. С лошадьми ехали воины в лёгких доспехах, их флаги развевались на ветру, а оружие поблёскивало в солнечных лучах. Юноши же в это время быстро нашли общий язык. Юкём с интересом наблюдал, как Чимин и Тэхён сблизилимь — будто бы они давно знали друг друга. Между ними завязалась удивительно крепкая и лёгкая связь: они понимали друг друга с полуслова, смеялись над одними и теми же вещами и чувствовали себя рядом очень свободно. Они действительно напоминали близнецов, только разлучённых судьбой и вновь нашедших друг друга. Ёнсок тем временем проводил время на борту с юнгой по имени Чхве Инпёль — скромным, но любознательным парнем, служившим на корабле. Увы. Инпёль остался на судне: он присягнул морю и посвятил себя жизни моряка, поклявшись не сходить на сушу дольше, чем того требует служба. Несмотря на это, Ёнсок запомнил его доброту и мудрые слова, будто море само говорило через него.***
— Чимин, Тэхён, просыпайтесь. Мы приехали, — Юкём старался разбудить мальчиков как можно аккуратнее, не желая нарушать их покой. Перед поездкой на карете юноши узнали, что должны были ехать отдельно — семья Пак по протоколу должна была следовать своим маршрутом. Однако папа Чимина сумел договориться с отцами мальчиков, и те поехали вместе с ним, тогда как взрослые отправились в отдельной карете, чтобы по пути обсудить важные политические вопросы. Когда они уже были почти на месте, старые знакомые пейзаж снова окунуться Чимина в прошлое.«Когда кортеж подъезжал к замку, уже начинало темнеть. Вокруг замка зажгли фонари, мягко озаряющие двор и каменные дорожки тёплым золотым светом. У главного входа их встречал слуга-проводник в аккуратной темной одежде.
Он вежливо поклонился и громко произнёс:
— Семья Пак, лорд Ким и принц Ким Тэхён, мы вас уже заждались. Проходите, прошу, — он указал на парадный вход, распахнутый настежь.
— Принц? Так ты принц, Тэхён? — Чимин удивлённо обернулся к другу, ошеломлённый внезапным открытием.
— Да… Это долгая история, Чимини. Я обещаю, что расскажу. Просто сейчас не время, — омега не стал вдаваться в подробности и пошёл вперёд, не оглядываясь.
Но Чимин остался стоять, чувствуя, как внутри поднимается обида. Что‑то защемило в груди. Он не мог объяснить, но ощущение предательства не отпускало. "Он мне врал? А ещё что скрывает? Почему не сказал? Я ему вообще могу верить?" — девятилетний ребёнок не умел разбираться в мотивах, зато умел чувствовать. И сейчас он чувствовал недоверие и растерянность.
Ёнсок, заметив, как в глазах брата сверкают слёзы, тут же подошёл и обнял его — крепко, по-братски, как умел только он.
— Уверен, у него была причина. Не спеши с выводами, братишка, — он бережно вытер слёзы с лица Чимина. — Ну чего ты? Ты же не хочешь встретить Намджуна с опухшими глазами? — он с лёгкой улыбкой подмигнул.
Имя альфы подействовало мгновенно. Чимин вскинул голову, шмыгнул носом, выпрямил спину, гордо расправил плечики и поправил рукава. Он шёл рядом с братом и отцом, стараясь не выдать, что минуту назад плакал.
Отец и лорд Ким уже были внутри. Их встречала семья Ким.
Чимин сразу заметил Намджуна. Сердце ёкнуло. Щёки залились краской, а уши моментально покраснели. Но он изо всех сил старался держать лицо — как полагается достойному омеге.
Тэхён уже стоял рядом со всеми. Намджун поприветствовал прибывших с лёгкой, но уважительной улыбкой. Заметив Чимина и Ёнсока, он вышел вперёд.
— Давно не виделись, господин Пак Юкём, Ёнсок, Чимин-и, — произнёс он и, посмотрев прямо на младшего, подмигнул, — Будут обнимашки? Или как?
Он знал: Чимин — невероятно тактильный. Этот малыш обожал обниматься, и Намджун, признаться, тоже не был против. Чимин был для него как милое розовое облачко — чистый, искренний, светлый.
Чимин не раздумывая бросился к нему в объятия. Он обнял альфу как мог крепко, но его маленькие руки были слабы, и от этого он заплакал. Наверное, просто накопилось.
Альфа растерянно приподнял бровь, погладил его по голове, удивлённый такой реакции.
— Что случилось, Чимин-а? Неужели я тебя чем-то расстроил?
— Я скучал, — тихо всхлипнул Чимин и сжал Намджуна ещё сильнее.
Намджун улыбнулся — искренне и с нежностью. Он всегда воспринимал Чимина как младшего брата, даже несмотря на собственных. Ему хотелось заботиться о нём, защищать и радовать. Он принял это объятие как самое драгоценное в мире»
Эти воспоминания были поистине ценными. Их встретил всё тот же слуга-проводник, что и шесть лет назад — будто время на мгновение остановилось. На пороге их уже ждала семья Ким. Обе семьи дружно поприветствовали друг друга. — Мы рады видеть вас, — вышел господин Юхи вместе с Суро, альфой Хвануном и омегой Ёнсу. Но Намджуна небыло, — Вы добрались спокойно? — Мы тоже рады встрече, — ответил Юкём с лёгкой улыбкой. — Да, добрались вполне спокойно. Правда, парни всю дорогу что-то обсуждали и ни на минуту не замолкали. Все взгляды тут же обратились к Чимину и Тэхёну. Те в ответ лишь широко улыбнулись — будто вовсе не замечали, что теперь всё внимание приковано к ним. — Они давно не виделись. Наверное, скучали, — с усмешкой заметил король Суро. — А ведь тогда они провели у нас всего месяц, и вы почти сразу отправили Чимина с Ёнсоком за океан. — Зато теперь могут наговориться вдоволь, — с теплотой в голосе добавила Юхи. — Ёнсу, проводи юношей в их покои. — Конечно. Парни, пойдёмте со мной. Омеги последовали за ним. По дороге они расспрашивали Ёнсуна обо всём: что произошло в королевстве, какие новости в замке, кто женился, кто уехал. Им было интересно с младшим — он был умён, грамотно обучен и умел живо и увлекательно рассказывать даже о повседневных вещах. Оставшуюся часть вечера они провели за ужином и милыми разговорами. Слуги приносили блюда одно за другим, в зале звучали негромкие беседы, иногда — смех. Только Чимин желал увидется с Намджуном. Которого не было видно в замке.***
Следующее утро оказалось не менее приятным, чем вечер. Чимин и Ёнсок жили отдельно от своих родителей — у них были собственные комнаты. Солнечные лучи, пробившиеся сквозь шторы, стали для ребят утренним будильником. — Чимин, я же говорил тебе закрыть занавески вчера, — недовольно проворчал Ёнсок. — Моё утро началось совсем не так, как хотелось. — Я забыл, и был слишком уставшим. Мог бы сам закрыть, — раздражённо ответил Чимин. Его раздражало, что Ёнсок иногда перекладывал ответственность на него, будто только потому, что он омега. — Я уже спал и не имел сил делать лишние движения. — Тогда не ворчи на меня. Давай вставай уже. Скоро, скорее всего, будет завтрак. Нас, наверное, хотят видеть. Чимин встал со своей части постели и подошёл к зеркалу. Он всегда начинал утро с того, что рассматривал своё отражение. После сна его лицо чуть опухало, и он делал массаж, которому его когда-то обучил учитель Хан. Он не считал себя некрасивым — напротив, с ранних лет знал, что обладает редкой привлекательностью. Но вот свои щёки он не любил, и потому регулярно занимался массажем лица. — Да хватит уже теребить своё лицо, — проворчал Ёнсок, умываясь. — Куда тебе ещё красивее? Хочешь на завтрашнем дне рождения всех приглашённых альф охомутать? Он действительно считал брата очень красивым. Не понимал, почему тот так переживает из-за щёк — по его мнению, именно они придавали Чимину особую миловидность, его личную изюминку. — Мне все не нужны, — спокойно ответил Чимин. — Меня интересует только Ким Намджун. Он продолжал смотреть на себя в зеркало и расчёсывал волосы. Они у него были чуть ниже ушей, и он любил собирать их в низкий хвост — тогда черты его лица становились особенно изящными. — Гляди, вдруг кто-то другой тебе завтра приглянётся, — не упустил шанса поддеть его Ёнсок. — Меня не интересуют другие, — уверенно ответил омега. У альфы не было желания с утра спорить с братом. Они быстро собрались и направились в большую залу, где уже был накрыт стол. Солнечные лучи проникали сквозь широкие окна, наполняя утро мягким теплом. — Доброе утро, — в один голос поприветствовали они всех за столом. В зале собрались все участники вчерашнего вечера. Кроме одного. Намджуна. — Как вам спалось после такой долгой дороги? — поинтересовался Юмин у гостей. — Мы с Чимином спали хорошо, но солнце нас разбудило, так что выспаться толком не удалось, — ответил за обоих Ёнсок. — Тогда поешьте и потом отдохните, — с заботой проговорил отец Намджуна. Он считал, что дети должны восстановить силы. Завтра предстояло торжество, и им следовало быть в лучшей форме. Пока мальчики занимали свои места за столом, слуги аккуратно раскладывали на тарелки горячие булочки с мёдом и сливочным маслом, наливали ароматный чай с лимоном и корицей. Снаружи слышалось щебетание птиц, и всё казалось удивительно спокойным, словно дом затаил дыхание перед завтрашним праздником. — Ким Намджун ещё спит? — невзначай спросил Чимин, потягивая чай, будто бы его вопрос был адресован самому себе. — Думаю, да. Он поздно лег. Его отец долго обсуждал с ним завтрашнюю речь, — ответил Юмин, усмехнувшись. — Намджун у нас теперь почти взрослый. Ответственности на него возлагают немало. Чимин кивнул, будто и без того знал. Его взгляд скользнул к окну. Солнечные пятна отражались на деревянном полу, и в этом свете ему вдруг показалось, что день станет особенным. — Ты же не собираешься с ним говорить об этом прямо завтра? — тихо спросил Ёнсок, наклоняясь к брату, чтобы никто другой не услышал. — Я не знаю… — ответил Чимин после паузы. — Всё зависит от того, будет ли момент. И будет ли он один. — Угу. Сомневаюсь, что он вообще останется хоть на минуту без окружения. Альфы, да ещё и такие, как он, не бывают одни на подобных праздниках. Чимин чуть нахмурился, но не сказал ничего. Он знал, что брат прав. Завтрашний день обещал быть суетливым: гостей будет много, все семьи пришлют своих наследников, и почти каждая альфа или бетта попытается привлечь внимание Намджуна. Но Чимин не собирался отступать. Он ждал этого момента уже не первый месяц. И если удача хотя бы раз окажется на его стороне — он не упустит шанс. — Думаешь, он всё ещё помнит нашу поездку в Седан? — неожиданно спросил он у брата. — Думаю, да, — ответил Ёнсок, уже доедая булочку. — Особенно тот случай, когда ты упал с лошади, а он тебя ловил. — Не упал, а соскользнул, — поправил Чимин, едва не улыбнувшись. — Конечно, прости. "Благородно спланированное падение", — передразнил его брат. Они оба тихо засмеялись. Вскоре в залу зашли и другие юные гости, среди них — альфа с серебристыми волосами, наследница рода Ли, и высокий бетта, сын посла из прибрежных королевств. В воздухе повисло лёгкое оживление. Чимин взглянул на дверь, как будто ожидал, что в следующую секунду в неё войдёт Намджун. Он не вошёл. Но завтрашний день был уже совсем близко.***
«— Чимин, подожди, я хочу поговорить с тобой. Выслушай меня, — слегка кричал Тэхён, дышал прерывисто. Похоже, он бежал. — Дай мне шанс объясниться. Пожалуйста.
Чимин стал дорог за ту неделю общения. Он оказался очень открытым и добрым. Умел поддержать разговор, умел слушать и говорить. Даже шутки Чимина ему нравились. Он не хотел его терять.
Чимин смотрел на него с лёгким прищуром. Да, они не были настолько близки, чтобы Тэхён делился или рассказывал личные секреты. Но всё равно было обидно. Чимин не встречал такого друга, как Тэхён. Младший омега тоже стал ему очень близок за то время общения, которое они провели на корабле и в оставшейся дороге до замка. Но тот факт, что Тэхён врал — и, возможно, не один раз — огорчал омегу. Он, по крайней мере, был с ним честен от начала и до конца.
— Хорошо. Давай пойдём в сад, чтобы лишние уши нас не слышали, — сказал Чимин и пошёл вдоль коридора.
Тэхён вышел за ним. Ему стало немного легче от того, что омега согласился обсудить недавние недопонимания.
Парни вышли в сад и направились к беседке. Сели напротив красивого кустарника азалии. Она раскинулась пышным кустом, будто сторожила покой тех, кто заходил внутрь. Её цветы сияли даже в тени — то ли от капелек росы, то ли от волшебства, спрятанного в каждом венчике. Лепестки были мягче шёлка, тоньше крыльев мотылька, а цвет — такой, каким рисуют рассвет в книгах для фей: от персиково-розового до небесно-сиреневого.
— Я не злюсь. Просто… я немного огорчён. Я понимаю, что у тебя есть секреты. Но мысль о том, что только я был честен и полностью открыт — она меня задевает, — Чимин говорил, глядя в пол.
— Просто… я не мог тебе ничего рассказать. Да, я принц. Но за пределами королевства я просто сын лорда Кима. Я внебрачный сын двоюродного дяди Его Величества Ким Суро — короля Ким Джихёна. Он женат на Его Господине Бу Хансоке. А мой папа — обычный деревенский слуга, не имеющий фамилии. Да и в принципе ничего. — Голос Тэхёна начал немного дрожать. — Один раз папа пошёл в купальню. Потом он возвращался в свою комнату, которую выделили для слуг. И случайно наткнулся на Ким Джихёна. Он был пьян и не в себе. Папа просто поклонился ему и пошёл дальше. Но Джихён остановил его, загнал в тёмный коридор и изнасиловал. Он пытался вырваться, но не смог. Он был слишком силён. Альфа — одним словом. Так появился нежеланный ребёнок с именем Тэхён.
— Ким Джихён знает обо мне. И... мой дядя — король Ким Суро — тоже. Да все знают, — Чимин смотрел на Тэхёна и начал понимать происходящее, и саму глубину грусти омеги. — Отец, — лицо Тэхёна немного скривилось, — забрал меня у папы. Я воспитывался как обычный принц, как и полагалось. Но меня скрывают. Точнее, никто за пределами замка не знает о принце Ким Тэхёне, потому что я внебрачный ребёнок. За пределами я сын лорда Ким Ёнсоля. Но тот постоянно издевается надо мной. Напоминает, что я полукровка. И знает, что я ничего не скажу, потому что просто не имею на это права. С папой мне не дают видеться, чтобы не вызывать подозрений. У меня никогда не было друзей. Все сторонились меня. Держали подальше от всех. Младшие братья и сёстры насмехались надо мной. Но только пару лет назад, когда я приехал сюда, ко мне начали нормально относиться. Намджун всячески поддерживал. Только здесь мне дали глоток свободы. Только тут мне позволили развивать свои таланты. Только здесь я по-настоящему чувствовал себя дома, — по щекам Тэхёна лились слёзы, а плечи дрожали. — Только ты стал моим первым другом вне моего окружения. И я был так рад, что нашёл тебя. Я боялся, что ты не поймёшь, и…
Чимин почувствовал, как сердце сжалось. Он всё понял. Понял всю тяжесть, которую Тэхён носил в себе. Понял, как одинок он был всё это время. И не выдержал — обнял его. Крепко. Искренне. Он хотел прогнать боль, которая копилась у Тэхёна в сердце годами
— Прости меня, Чимин… прости…
— И ты меня прости, Тэхён. Давай просто и дальше будем честны друг с другом, — Чимин старался говорить спокойно, чтобы успокоить Тэхёна. — Всё-всё. Давай я вытру твои слёзы.
Чимин аккуратно рукой вытер влажные щеки омеги.
— Тогда пошли собираться. Уже день. А вечер не за горами. Нам нужно подготовиться к вечернему балу.
Оба парня усмехнулись, встали со своих мест и пошли в замок — в комнату Чимина»
С послеобеда Чимин решил попрактиковаться в стрельбе из лука. Он был возле той самой беседки, рядом с которой тогда разговаривал с Тэхёном. Всё казалось будто во сне — будто это было вчера, а не годы назад. После того разговора они стали честны друг с другом. С того момента многое изменилось. Он натянул тетиву. Прицелился. И... выстрел. — Точно в яблочко, — послышался голос сзади. Чимин вздрогнул от неожиданности, но тут же обернулся — и на его лице расплылась улыбка. Это был Намджун. Он всё такой же… и в то же время совсем другой. Улыбка сама скользнула по губам Чимина. В груди что-то ёкнуло — он не ожидал, что так обрадуется его появлению. Альфа подошёл ближе и обнял его. Чимин затаил дыхание, но не отстранился. Не с этим альфой. Объятие было крепким и родным. Почти как в детстве, когда они были просто друзьями, когда всё было проще. — Извини, я не смог вчера вас встретить. С торжеством появилось куча дел и забот, которые требовали моего внимания. Я надеюсь, ты не сильно расстроился? — Всё в порядке. Я же понимаю, ты сам готовишься к торжеству. Всё в порядке, — мягко ответил Чимин. Его взгляд скользнул по лицу Намджуна — черты стали чётче, взгляд — серьёзнее. — Да ты знатно вырос… и возмужал, — добавил он с лёгкой улыбкой, стараясь скрыть внезапное волнение. — А ты становишься всё прекраснее, — с теплом сказал Намджун. — А где Тэхён? Он не с тобой? Они с лордом Кимом ведь недавно тоже вернулись? — Они с нами прибыли. И мы с Тэхёном не расставались последние четыре дня. Но после обеда я его не видел… наверное, готовится к завтрашнему дню. Мне бы самому не помешало, — усмехнулся Чимин, опуская взгляд. Мысли снова унеслись в те минуты, что он провёл рядом с Тэхёном — в смехе, в молчании, в взглядах. За эти дни Тэхён стал ещё ближе. — Давай тогда найдём Тэхёна и Ёнсока, сядем вместе в саду и пообщаемся, как в старые добрые? — предложил Намджун, и в его голосе прозвучала тёплая нота воспоминаний. — Конечно, давай, — кивнул Чимин. Они пошли рядом. Шаг за шагом, как когда-то в юности, когда сердце было полным мечт и ожиданий. И сейчас, среди воспоминаний и ожидания грядущего, Чимин чувствовал — что-то важное вот-вот произойдёт. Но пока он просто шёл рядом с другом, и этого было достаточно.***
— Дорогие гости, уважаемые короли и их семьи! Сегодня мы рады видеть вас на этом священном торжестве. Мы все прекрасно знаем, по какому случаю собрались здесь. В этот день мы с гордостью хотим поздравить будущего короля королевства Реньмоу — старшего сына, альфу Ким Намджуна. Прошу поприветствовать принца! — и по всему залу разнеслись громкие аплодисменты и приветственные возгласы. Со второго этажа начал спускаться высокий, красивый, уверенный в себе альфа с ямочками на щеках. У него были светло-русые волосы, и весь его образ дышал силой и благородством. Тренировки с оружием не прошли даром — его телосложение говорило само за себя. Принц прошёл к трону, поприветствовал гостей и был искренне рад видеть знакомые лица и друзей. Однако он заметил, что двоих среди присутствующих пока не было. Только мелькнула эта мысль, как распахнулись двери главного входа, и в зал вошли два юноши. Вперёд вышел второй сын семьи Пак — принц Пак Чимин. Его голова была высоко поднята, осанка безупречна, волосы аккуратно завиты, а лицо скрывала маска. Его наряд был выдержан в жёстких, благородных тонах. Корсет, затянутый по центру торса, подчёркивал тонкую талию, а узкие штаны — подтянутые бёдра. Туфли на высоком каблуке добавляли образу грациозности. Светлая рубашка, серьги в ушах, кольца на левой руке и одно — на правой. Лёгкий макияж завершал картину. Он выглядел дерзко, но в то же время — словно ангел в человеческом облике. Слева от него шёл не менее изысканно одетый омега — принц Ким Тэхён. Его образ отличался от Чимина: он был более сдержанным, но не менее привлекательным. На нём был тёмно-синий костюм с корсетом и облегающими брюками. Обувь также была на каблуке, а на костюме располагался изящный узор в виде цветка. Волосы вились, серьги мерцали в ушах, но колец на пальцах не было. Его присутствие притягивало внимание без усилий. Они привлекли взгляды многих гостей, но шли прямо к имениннику. Намджуна действительно поразили их образы. — Поздравляем вас с двадцать первый годом вашей жизни, принц Ким Намджун, — омеги склонились в поклоне. — Благодарю, только давайте без этой формальности, ребята, — с лёгкой улыбкой отозвался альфа. — Хорошо-хорошо, — ответил Чимин с лукавым блеском в глазах. В зале играла музыка. Альфы начали подходить к омегам, приглашая их на танец. — Вы не хотите пригласить меня на танец? — спросил Чимин у Намджуна, словно играючи. — Как я могу этого не сделать, принц Чимин, — ответил альфа, беря его за руку и ведя через зал. — Какая красивая пара, — услышал сзади Тэхён голос омеги Суро, отца Намджуна. Тэхён был искренне рад, что его друг проводит вечер со своим возлюбленным. Пока омега пребывал в своих мыслях, к нему подошёл незнакомый парень. Он некоторое время наблюдал за Тэхёном. — Прошу прощения, — послышался голос сзади. Тэхён удивлённо развернулся. Перед ним стоял высокий юноша с волосами цвета ночи, собранными в высокий хвост. Его костюм был глубокого тёмно-синего цвета. Глаза — тёплые, карие, как шоколад, который так любил Тэхён. Разрез глаз — мягкий, «олений», с трогательной глубиной. Тело стройное, даже подкачанное, с широкими плечами. Брюки плотно облегали ноги и бёдра, подчёркивая лёгкий рельеф мышц. — Я могу позволить себе пригласить столь прекрасного юношу на танец? Если вы не откажете, я буду сегодня самым счастливым, — с лёгкой улыбкой проговорил альфа, протягивая руку в знак приглашения. Если Чимин был уверен в себе и своей внешности, то Тэхён — наоборот. Он никогда не считал себя особенно привлекательным и даже не рассчитывал, что его сегодня пригласят на танец. — Извините, но я плохо танцую. Я вам все ноги оттопчу, — неловко усмехнулся он. — Вы можете не волноваться насчёт этого. Можете оттоптать мне все ноги — я даже не пискну, — альфа посмотрел на него из-под лба, с чуть озорным взглядом. Омега неуверенно положил руку в его ладонь. Почувствовав тепло этой руки, альфа широко улыбнулся. — Чувствую себя каким-то подростком, — тихо пробормотал он, слегка смущённо улыбаясь. Он повёл Тэхёна ближе к центру зала. — Что же вызывает у Вас такие эмоции? — с лёгкой иронией спросил Тэхён. Вот они уже были в кругу танцующих. Все кружились под музыку, грациозно и красиво. Взгляд Тэхёна скользил то в пол, то в сторону, избегая прямых глаз. И вот наступил момент, когда пары сделали поворот и… на долю секунды отпустили руки своих партнёров. Но в следующую уже соприкасались ладонями. Они держались за руки и двигались по кругу, друг напротив друга. Тэхён смотрел в сторону, стараясь не поднимать взгляд. Но собравшись с духом, он взглянул альфе в глаза — и их взгляды встретились. — Ты... Стук сердца. Второй. Третий. Уши Тэхёна запылали. — Что я? — растерянно спросил он. — Ты заставляешь меня чувствовать себя подростком, — повторил альфа прежние слова, уже мягче, почти шепотом. Уши омеги покраснели ещё сильнее. Он начал часто моргать и быстро отвернулся. Был смущён таким признанием — и тем, как легко оно прозвучало. Альфа заметил это и невольно усмехнулся. Его искренне умиляло поведение омеги. Обычно, когда он говорил комплименты другим, те тут же задирали нос, будто слышали лишь очевидное. И это отталкивало. Но сейчас… всё было иначе. Его тянуло к этому омеге, и он не помнил, чтобы подобное чувство случалось с ним прежде. — Мог бы я узнать ваше имя? — спросил альфа, слегка наклонив голову. — Я хотел бы знать, как могу обращаться к столь милому созданию, — его взгляд не отрывался от глаз Тэхёна. — Вы за этот вечер сказали мне столько комплиментов, что я теперь на вас даже смотреть не могу, — пробормотал Тэхён, глядя поверх плеча собеседника. Его взгляд нашёл в толпе танцующих Намджуна и Чимина. Наблюдать за ними было одно удовольствие. Они выглядели идеально — гармония и лёгкость в каждом движении. Но долго полюбоваться друзьями ему не дали. Его подбородок вдруг легонько взяли рукой и аккуратно повернули лицом к альфе. Тэхён снова встретился с его взглядом — прямым, чуть тёплым, слегка дерзким. — Я всё ещё надеюсь, что до конца танца Вы позволите узнать, как Вас зовут, — сказал альфа, наклонившись ближе, чтобы тот мог расслышать сквозь музыку. — Сначала представьтесь сами, — ответил Тэхён, бросив на него взгляд исподлобья. — О, прошу прощения за свою невежливость, — альфа коротко поклонился. — Меня зовут Чонгук. Чон Чонгук. Я второй сын знатного капитана Чон Кибома. В этот же миг закончилась музыка, и танец подошёл к концу. — Чонгук, — мягко повторил Тэхён, словно пробуя имя на вкус, — красивое имя... — Клянусь королевским животом, что твоё имя красивее. А его носитель — тому яркое подтверждение, — ответил Чонгук с хитрой улыбкой. — Тэхён. Ким Тэхён, — представился омега, после чего развернулся и направился к Чимину. — Тэхён... — повторил Чонгук, едва слышно, почти себе под нос. Имя ласкало слух, и казалось, само запечатлелось в памяти. Альфа провожал взглядом уходящего омегу, а затем направился в противоположную сторону — кто-то ждал его там. — Что за прекрасный парнишка танцевал с тобой. Ты его не боишься засмущать? Я видел, как он уходил от тебя с красными ушами, — услышал Чонгук знакомый голос. — Я не издевался, — спокойно, но с доброй улыбкой ответил он. — Мне действительно хотелось сказать ему что-то хорошее. Он так мило смущается… Он говорил это, улыбаясь во весь рот, почти как ребёнок. — А тебе кто-то приглянулся? — спросил он, обратив взгляд к собеседнику. — Не особо. Не по мне эти королевские особы, — фыркнул мужчина. — Так стариком и останешься, — усмехнулся Чонгук. — Лучше быть одному, чем не со своим человеком, — ответил альфа, и его взгляд стал серьёзным. — Согласен с тобой, брат, — отозвался Чонгук.***
Тэхён шёл к Чимину, который стоял у стола с закусками и держал в руке бокал красного вина. Омега подошёл ближе, взял бокал с белым вином и сделал глоток. — Ну, как ты? Я видел, тебя пригласил какой-то красивый альфа, — с интересом спросил Чимин. — В порядке. Старался не оттоптать ему ноги, — рассмеялся Тэхён. — Ты прекрасно справился. Я наблюдал. Намджун даже согласился, что вы хорошо смотрелись вместе. — Возможно... — тихо отозвался Тэхён, — Я просто удивился, что меня вообще пригласили. Чимин сделал глоток, повторяя движение друга, и прищурился: — Почему ты был удивлён, что столь красивого омегу, как ты, пригласят на танец? Тэхён замялся. Но они дали друг другу обещание быть честными. — Потому что… — омега колебался, но всё же сказал, глядя в пол: — Потому что я не считаю себя особенно красивым. — Что? — Чимин искренне удивился. — Я могу поклясться, что ты очень красив. Твои черты — утончённые, гармоничные. Ты выглядишь как настоящий аристократ. Я даже немного завидую. — Спасибо тебе, Чимин, — прошептал Тэхён, чуть улыбаясь. Но в его взгляде всё ещё была печаль. — Эй, ну же, — мягко сказал Чимин, — выше нос. Мы ещё не всех альф очаровали своим видом, — с этими словами он легонько толкнул Тэхёна в бок и приобнял, чтобы подбодрить. — Чем вы тут занимаетесь? — раздался голос Ёнсока. Парни вздрогнули и слегка подпрыгнули от неожиданности. — Ты чего пугаешь? — недовольно спросил Чимин, оборачиваясь. — Я просто тихо подошёл... пока вы тут сюсюкались, — усмехнулся Ёнсок. Он взял бокал и, не спеша, присоединился к компании, сделав глоток красного вина. — Давайте выпьем за здоровье сегодняшнего именинника, — предложил альфа. Все дружно подняли бокалы и выпили по глотку. — Что-то у меня уже немного голова кружится, — пожаловался Тэхён и аккуратно приложил руку ко лбу. — Ты раньше не пил? — удивился Чимин. — Я не особо люблю алкоголь. Да и на вечерних приёмах почти не бывал. Не доводилось. Парни с пониманием кивнули, переглянувшись. — Тогда пошли присядем, — предложил Ёнсок. Они согласились и вместе направились к столам. Слуги уже подавали горячие напитки — шоколад, зелёный и чёрный чай, крепкий чёрный кофе. Напротив кофейника стоял кувшин с молоком для желающих. Тэхён приметил ароматный горячий шоколад и выбрал его. — Так ты у нас сладкоежка, — с усмешкой констатировал Чимин. — Да. Особенно люблю горячий шоколад, — ответил Тэхён, осторожно пробуя напиток и слегка прикрывая глаза от удовольствия. Разговор продолжался в спокойной, уютной атмосфере. Постепенно Тэхён расслабился. Первый танец, поддержка друзей и тихие беседы сделали своё дело — напряжение стало уходить. Музыка заиграла снова — в зале начинался очередной танец. Чимин уже успел выпить четыре бокала вина и чувствовал лёгкое опьянение. Тэхён, напротив, был абсолютно трезв и даже подумал, что не прочь снова выйти потанцевать. Впервые за вечер у него появилось желание пригласить кого-то самому. Ёнсок заметил этот настрой. Он поставил бокал на стол, встал и протянул руку юноше: — Составите ли вы мне, Ким Тэхён, компанию для танца? Омега удивился — особенно потому, что это предложение исходило от брата Чимина. — Я не против, принц Ким Ёнсок, — с лёгкой улыбкой ответил он и вложил свою ладонь в ладонь альфы. Они пошли в центр зала, оставив за собой лёгкие взгляды. — Кто это? — спросил Чонгук, наблюдая за парой. — Это старший сын семьи Пак — Пак Ёнсок. Наследный принц и наследник трона королевства Норвис, — пояснил альфа, сидящий напротив. Ответа не последовало — только внимательное, молчаливое наблюдение. Весь оставшийся вечер прошёл гладко. Намджун получил множество приятных слов, тёплых пожеланий и подарков. Альфа чувствовал благодарность за проявленное внимание — каждый из гостей нашёл для него минуту. Из-за этого Чимин почти не был рядом с ним. Он проводил время с Тэхёном и братом, а также перекидывался парой слов с другими знакомыми. Тэхён знал немало гостей, но большинство из них не знали его — он редко появлялся на подобных событиях. Его лицо было новым для многих. Вечер постепенно подходил к концу. Кто-то уже садился в кареты, уезжая домой, а кто-то оставался ночевать в замке — для них были подготовлены комнаты. Чимин решил воспользоваться моментом и найти Намджуна, чтобы провести с ним немного времени. Их танец не выходил из головы. Альфа тогда сказал ему несколько комплиментов — о внешности, об образе... и у Чимина в животе заиграли бабочки. Приближающаяся течка тоже играла свою роль, обостряя восприятие. Но в зале Намджуна не оказалось. Тогда Чимин решил пройтись к его покоям, надеясь, что тот уже ушёл туда. Пока он поднимался по лестнице, взгляд сам собой скользил по картинам, развешанным на стенах замка. Каждое полотно, словно немой свидетель чьей-то судьбы, пробуждало странное волнение. С каждым шагом он приближался к комнате альфы. — Намджун-а, но почему ты отказываешься? — донёсся до него голос за поворотом. — Киён, ты пьян. Иди к себе в комнату, — ответил другой, более сдержанный, усталый голос. Это был Намджун. Чимин ускорил шаг. Завернув за угол, он замер. Перед ним стояли двое. Альфа обнимал какого-то омегу. И этим омегой был Кан Киён — принц. Он буквально висел на Намджуне, уткнувшись лицом в его плечо. По телу Чимина прошёл ледяной холод. В глазах потемнело, сердце будто сжалось от внезапной боли. Он не знал, сколько времени они уже так стояли. Не хотел знать. Не мог. Не говоря ни слова, он резко развернулся и ушёл прочь, стараясь спрятаться от чужих глаз. Слёзы застилали взгляд, грудь болезненно сжималась. Он набрёл на открытый балкон. Ветер тронул его щёки, унося с них горячие капли. Омега сел, обхватив себя за плечи, будто пытаясь удержать дрожь. Хотелось разрыдаться в голос, кричать от обиды и непонимания, но он знал — если кто-нибудь увидит его в таком состоянии, начнутся расспросы, от которых ему не спрятаться. Небо над замком было чистым. Яркая луна озаряла ночь, звёзды переливались будто россыпь алмазов. И вдруг Чимин вспомнил Ёнсока. Его голос, смех… и созвездие Халфул. Он начал искать его на небосводе, цепляясь за эту память, как за спасительную нить. Это заняло какое-то время — взгляд блуждал между звёзд, пока сердце понемногу не стало биться ровнее. Тем временем Тэхён не мог найти Чимина. Он обошёл сад, но омеги там не было… Он услышал звук приглушенного плача, доносившийся со стороны балкона, и незамедлительно направился туда. Сначала быстрым шагом, а затем почти сорвался на бег. По пути он заметил Намджуна с каким-то омегой. При тусклом свете свечей трудно было разобрать — то ли они обнимались, то ли целовались. Но в голове уже всё сложилось в единую, горькую картину. Сердце сжалось, и Тэхён прибавил шагу. Он почти влетел на балкон, где увидел Чимина — дрожащего, одинокого, с опущенными плечами. Он быстро подошёл ближе. — Чимин, как ты? — тихо спросил Тэхён и мягко положил руку ему на плечо. Младший омега, не ответив, обошёл лавочку и сел напротив. Он всхлипывал, по щекам текли слёзы, а плечи подрагивали от сдерживаемой истерики. — Ты видел? Ты ведь видел, да?.. Он обнимал другого... Он… — Чимин сорвался на плач и вдруг резко обнял Тэхёна, уткнувшись в его грудь. — Тише-тише… Я рядом, — прошептал Тэхён, обнимая его в ответ, гладя по спине. Он не знал, что сказать. Слова были бессильны. Он чувствовал, что боль Чимина — не просто душевная, она будто пронзала тело и разливалась по венам. Намджун выбрал не его. И это ломало изнутри. — Тэхён… — Чимин поднял взгляд, голос дрожал, будто он держался из последних сил. Тэхён слегка растерялся, на секунду отрешённо посмотрел в сторону, будто надеясь, что это просто сон. — М? Тебе что-то нужно? Воды? Я сейчас принесу, — он уже привстал, собираясь отойти. Но Чимин резко схватил его за запястье. Встал и встал прямо перед ним, смотря в глаза. — Тэхён, поцелуй меня, — голос его был тихим, едва слышным, но в нём звенела настоящая мольба. — Что?.. — земля словно качнулась под ногами Тэхёна. — Пожалуйста… Один поцелуй. Просто один… — повторил Чимин, не отводя взгляда. Тэхён смотрел на него ошеломлённо. Он видел в этом взгляде не просто просьбу — там была боль, одиночество и крик о помощи. От Чимина тянуло лёгким запахом вина. — Чимин… Давай спустимся. Я отведу тебя в комнату, укрою одеялом… Если хочешь, я лягу рядом. Только давай не будем… — он старался быть разумным, не дать другу совершить то, о чём тот может пожалеть. — Тэхён... — И в этих двух слогах было всё. Мольба. Надлом. Последняя надежда. — Я никогда не… — начал Тэхён, но не успел договорить. Чимин медленно приблизился к его губам и, не дожидаясь согласия, коснулся их. Тэхён замер. Он не знал, как реагировать. Но когда Чимин положил ладонь ему на талию и мягко притянул к себе, начав двигать губами, что-то в нём отпустило. Он закрыл глаза и осторожно ответил, пробуя повторять эти незнакомые, но удивительно тёплые прикосновения. И тут: — Двух целующихся омег, да ещё с мольбой одного из них, я вижу впервые, — прозвучал насмешливый голос сбоку. — Ты!
